«Жизнь»
Я проснулась рано. В груди поднялась тошнота, подкатила к горлу так внезапно, что я едва успела сесть на кровати. Я прикрыла рот ладонью и первая мысль ударила в голову слишком ясно, слишком громко:
«Нет... Только не это. Или... именно это?»
Беременна. Я осторожно встала, стараясь не разбудить Егора, на цыпочках прошла в ванную. Руки дрожали. Я тут же заказала доставку. Пока ждала, сидела на коврике, прижимая колени к груди, и пыталась дышать ровно. Через двадцать минут пакет был у двери. Я закрылась в ванной. Достала тест. Белая упаковка, обычная, ничем не примечательная — а ощущалась, как что-то судьбоносное, почти пугающее. Поймала своё отражение в зеркале: бледная, растрёпанная, глаза огромные.
— Спокойно, Саш... — прошептала я самой себе.
Прошли самые длинные секунды в моей жизни. Я смотрела на окошко теста, будто от него зависело вообще всё. И вот — плюс. Чёткий. Яркий. У меня перехватило дыхание. Мир будто на секунду выключился. Я опустилась на край ванны и закрыла рот рукой, чтобы не всхлипнуть вслух. Слёзы сами покатились — не от страха, не от паники... от какого-то внезапного, оглушающего осознания. Я беременна.
Перед глазами всплыло всё сразу: его улыбка, его слова, как он не раз говорил — почти шутя, почти между делом — что мечтает стать отцом. Как в его голосе всегда звучало что-то особенно тёплое, когда речь заходила о семье. Я посмотрела в сторону спальни. Там, за дверью, спал Егор. Тот самый человек, который всю жизнь мечтал об этом. И я вдруг поняла — страшно мне не было. Ни капли. Было только одно чувство — огромное, дрожащее «мы». Я вытерла слёзы, ещё раз посмотрела на тест и прошептала, почти неслышно:
— Кажется... ты даже не представляешь, как изменится твоя жизнь.
И, сжимая этот маленький пластиковый брусок в ладони, я медленно пошла обратно в спальню.
Я осторожно потрясла Егора за плечо. Он медленно открыл глаза, ещё сонный. Протянула тест прямо перед ним.
— Беременна?.. — выдохнул он, не веря.
— Ага... — тихо подтвердила я, стараясь поймать его реакцию.
Он замер на мгновение. Потом лицо вытянулось в широчайшую улыбку.
— Ахуеть... — пробормотал он.
— Ты... не рад? — с улыбкой спросила я, слегка нервничая.
— Саш, я мечтал об этом всю жизнь... — сказал он, глаза блестели от счастья. — Я... просто в шоке!
Он наклонился, обнял меня крепко и осторожно поцеловал живот. Я вздрогнула и рассмеялась:
— Щекотно! Не надо!
Егор только улыбнулся ещё шире и обнял меня сильнее.
Через пару часов мы поехали в больницу: Егору нужно было пройти очередной осмотр, а меня — поставить на учет. Ему выписали один костыль для опоры и назначили ежедневные процедуры, чтобы ускорить выздоровление.
В честь радостной новости мы заехали в ресторан. Атмосфера была лёгкой, но одновременно волнующей — ведь теперь всё менялось. Егор сидел напротив и пристально наблюдал за каждым моим движением.
— Егор? Что-то не так? — осторожно спросила я, чувствуя его взгляд.
— Ты... носишь моего ребёнка. Просто не верится, — сказал он тихо, с лёгкой улыбкой и удивлением в глазах.
— Прекрати... я... стесняюсь, — прошептала я, почувствовав лёгкое смущение.
— Глупая ты, Сашка, — Егор рассмеялся, мягко взяв меня за руку через стол, словно пытаясь развеять любое моё волнение.
Дома я устало опустилась на кровать, чувствуя лёгкую дрожь от пережитых эмоций и радости. Егор же, неотрывно погружённый в свой ноутбук, сидел рядом, сосредоточенно проверяя что‑то, изредка бросая на меня взгляд, словно убеждаясь, что всё в норме.