Ультратонкие.

P.O.V. Серж

Дни без Ланы тянулись мучительно долго. Я везде ищу ещё глаза - карие, сводящие с ума и волосы, которые пахнут табаком и яблоками. Хочу услышать ее звонкий смех и мягкий низкий голос. Она не покидает меня даже тогда, когда я остаюсь с собой один на один. И даже пусть по моей щеке скатится мужская скупая слеза, но я действительно люблю ее. Да, когда мы познакомились она мне не понравилась. Короткая стрижка, которая ей вообще не шла, ярко-малиновые волосы, полнота. Не люблю толстых людей, и она граничила с этим определением. Она носилась за мной, как жалкая бездомная собачонка. Она приходила ко мне домой без приглашения и вечно лезла в душу. Но теперь в таком положении я. Я - та самая собачонка. Мне бы так хотелось увидеть её в последний раз... Я полюбил её даже тогда, когда она мне абсолютно не нравилась, и тогда я отмел все мысли о любви к ней. Так почему же я не могу сделать этого сейчас? Почему я не могу выкинуть какую-то девчонку из головы? Когда кто-то в компании упоминает ещё имя, все внутри сжимается и болит. Чёрт, как я мог позволить себе полюбить кого-то? В этой девушке моя погибель.

Я не могу ни есть, ни спать. Я все еще по привычке захожу с утра в социальные сети в надежде на то, что поздно ночью она отправила мне смешную картинку или написала как сильно она меня любит. Этого всего больше нет. Я вспомнил, как много раз кидал ее в чёрный список. Однажды я сделал это на Рождество. Все рождественские каникулы она не выходила из комнаты.

***

- Просыпайся! - Я падаю на Пита и смеюсь. Он улыбается и притягивает меня к себе.
- Что за праздник, что мы так рано встали? Обычно ты спишь до десяти, а сейчас восемь утра.
- Нуу, просто я хотела, чтобы мы с тобой прогуляли весь день. А ещё... Я сходила в лицей и забрала свои документы. Я больше не учусь. Тем более, Роксана сказала, что я могу поступить в тот самый институт при любых обстоятельствах. Так что, я в выигрыше. Тем более, я уже долго не хожу.
- Ну хорошо. Куда ты хочешь пойти?
- Я хотела бы пройтись по магазинам, потом заскочить в салон красоты, а потом можно было бы пойти в парк...
- То есть мне нужно брать машину.
- Да.

Он смеётся, и я вижу ямочки у него на щеках. Я целую его в лоб и начинаю собираться. Мой гардероб превратился в свалку. Не в плане беспорядка, а в плане того, что вещи не сочетаются между собой. Все же я нахожу короткие шорты и свитшот. Надевают теннисные туфли и беру с собой сумку на длинном ремешке.

- Отлично выглядишь. Я вот уже тоже оделся. Выходим?
- Однозначно.

Когда мы ходили по торговому центру в поисках одежды, я болтала о разной ерунде. О том, как девочка, с которой я знакома с детского сада стала мне врагом, как мы с мамой провели мой день рождения, рассказала о мальчике, в которого была влюблена в первом классе. Пит меня внимательно слушал и держал за руку.

Через два часа Пит уже нес кучу пакетов, из которых только половина были мои. Я заставила его и себе выбрать что-то. Надо сказать, он умеет одеваться. Загрузив пакеты в машину, мы поехали прямиком в салон. Я долго выбирала цвет, но все же мой выбор остановился на красном оттенке волос "сочный гранат". Пит одобрил и отправил меня к мастерам, которые в течение часа колдовали над моими волосами. Вышла я обновленная и заметно изменившаяся. Выглядела я более взросло, чем раньше. Да и Пит смотрел на меня восхищенно.

Вечером мы уже сидели в парке. Я лежала на коленях у Пита, пока тот перебирал мои волосы.

У Пита было тяжёлое детство - бесхребетный отец-инвалид и мать, которая избивала его за малейший проступок. Стоило ей грозно взглянуть, сразу становилось понятно, что сейчас влетит. Более того, Пит был не единственным ребёнком в семье. У него была сестра Энжи, которую мать определённо любила больше. Энжи училась на отлично и была примерной дочерью, никогда не перечила матери. Втайне сестра сбегала по ночам из дома, чтобы сходить с друзьями в клуб. Пит же учился средне, часто запирался у себя в комнате (если можно назвать его комнату полноценной) и всегда пытался отстоять свои права. У Пита не было друзей, потому что он даже и не гулял. Дома ещё лет в тринадцать он поставил себе турникет и начал заниматься спортом. Мать насмехалась над ним, но успокоилась, когда увидела колоссальный результат. В шестнадцать Пит ушёл из дома на улицы Ривер-сити. Там его заметила Роксана. Она-то и помогла ему подняться.

Потрясенная его рассказом, мне было даже стыдно говорить о своём детстве. У меня-то оно прошло более-менее хорошо. Я лишь повернулась лицом и сказала четыре слова, которые определенно изменят наши жизни.
- Хочешь со мной жить?
- А ты хочешь?
- Если бы не хотела, то не стала бы спрашивать.
- Когда переносить вещи?

Дни идут так быстро, что даже не замечаешь...