25.
*новый день*
Джош:
Какой уже день я просыпаюсь первым. Мой мальчик тихонько сопит на мне, а я прижимаю его тельце к себе.
Чувствую, что мне стало чуточку легче и хочу надеяться, что моему малышу тоже. Как бы я не старался убеждать себя в том, что виноваты в какой-то степени мы оба, я всё равно знаю, что виноват лишь один я.
Эшли правильно вчера поставила мне мозги на место, ведь теперь я будто заново родился и понимаю малейшие намёки и просьбы, улавливаю тихие звуки и всматриваюсь в родное личико в ярких утренних лучах.
Да, сегодня погода решила посвятиться от счастья, как и я, когда меня ласково целуют в пузико в лучах рассвета, что проникает в наш мирок.
- Доброе утрицо, Джоши!.. - он сладко, протяжно зевает и сплетает наши руки.
- Доброе..?
- Да, всё хорошо. - он ярко улыбается, сверкая медовыми глазками. Я шумно, облегчённо выдыхаю и сжимаю младшего в объятиях, не желая отпускать. - Всё лучше, папочка... - он робко шепчет нежные и важные слова, а я могу лишь вслушиваться в мягкий голос, что звучит будто тёплый бриз на закате в море, и робко поглаживать мягенькую спинку.
- Я так рад! Прости меня за твои страдания, Тай... Прости за то, что разочаровал в себе.. Прости меня, моё солнышко...
- Что ты? Ты не разочаровал меня, нет. Я же уже вчера вроде сказал. Всё хорошо. Я люблю тебя! - каштановолосый сладко целует мои губы, а я разрешаю надо мной власть.
Так приятно осознавать то, что не смотря на всю боль и отчаинье, что вы прошли, тебя прощают за все твои глупости, неосторожности и спешки в связи с которыми страдает любимый человек.
Я краснею от стыда, ведь знаю, что не заслуживаю прощения и только на пытках меня и видели. Но поняв, что мы не сможем друг без друга, не сможем не прощать, я лишь виновато прогибаюсь в его сторону и подставляю свою шею и ключицы сзади, ложась на живот.
- Можешь отметить меня... Делай что захочешь... - мне кажется, что такую возможность он упускать не будет и я не ошибся, ведь спустя трёх нежных и мокрых поцелуев ощущаю впивающиеся в правую ключицу у шеи острые зубки и капли крови, стекающие куда-то по плечу.
Я выстановываю извинения, которые младший ловко затыкает поцелуями.
Теперь мы довольно валяемся в кроватке, улыбаясь и любуясь "алыми цветами" на телах.
Тай:
Я слизываю капельки яркой крови с плеча голубоволосого. Теперь рядом с нежно-розовым вчерашним пятнышком оказывается яркая метка собственности, которая будто бы кричит о том, что мой енотик занят. Я падаю на спину к Джошику, обнимая за шею и счастливо улыбаясь. Дан смеётся, а я тыкаюсь носиком в кудряшки, мечтательно унюхиваясь их запахом.
- Джошиии.., - мило, но просяще тяну я. Дан переворачивается и я оказываюсь у него на животике, когда старший, клыкасто улыбаясь, издаёт вопрошающее:
- М?
- Джоши, а давай пойдём на всю ночь гулять.
- Тай, ты же.., - начинает голубоволосый, но я не даю закончить.
- Ну пожалуйста, папочка.., - хнычу я, жалобно смотря в кофейные глаза моего енотика, - пожалуйста-пожалуйста. Я же такой послушный котёнок. И уже два дня сижу дома.
- Ты просто домашний, - улыбчиво говорит старший, гладя меня по голове.
- Ну, папочка, ну пожалуйста, - вновь хнычу, требуя согласия.
Я хочу гулять и не хочу делать этого днём. С одной стороны ночью мне немного тяжелее, ведь я помню свои ночи в слезах, иногда на улице, то, как мёрз тогда, но ведь ночью всё намного проще..Нет людей, лишь полуодинокие гремящие музыкой дома, свет фонарей над гладкими серыми дорожками..Мне нравится это, а если рядом будет Джошик, то я просто помру от счастья.
- Ладно, принцесса, я подумаю, - я довольно расплываюсь в улыбке, чмокаю Джошика в щёчку и довольно улепётываю на кухню готовить завтрак.
Я скольжу по полу, готовя завтрак, на остановках миленько повиливая бёдрами. Ощущаю поцелуй на шее и довольно ещё больше расплываюсь в улыбке. Голубоволосый касается меня губами и совсем избегает ручного тисканья своего домашнего котёнка.
- Ну, Джииииш..Ну, обними, - тяну я, подставляясь под поцелуй и немного потеревшись об его тело своей спинкой.
- Ты совсем разкапризничался, - весело бросает старший, но покорно опускает свои руки мне на талию, кусая за ушко.
Ну вот..Теперь и я так хочу..Укусить Джошика за ушко и почувствовать метал тоннеля в его мочке на языке..
- Но ты всё равно меня любишь или терпишь, - со смешком издаю я, поднимая голову ради очередного сладкого чмокая.
- Люблю, котёнок.
Джош:
Я только и могу, что поспевать за Таем, который теперь счастливый носиться по дому и готовиться к ночной прогулке.
Я очень рад, что с моим мальчиком теперь всё хорошо и он стал, как прежде - шустрым и весёлым. Но я всё также чувствую противный привкус вины и знаю, что должен заботиться о нём всегда и несмотря ни на что.
Я заставил Тайлера одеться тепло, так как мы идём гулять на всю ночь. Теперь на нём красовалась голубо-розовая худи с глубоким капюшоном и нашивкой инопланетяшки на груди. Плотные синие джинсы с подвёрнутыми краями и нежно-розовые кеды. С собой он как всегда прихватил рюкзачок, но теперь он был глянцево-серебренный с отливом радужных цветов.
А я влез в любимые скинни, в футболку, сверху молочный свитер, что был слегка короток и футболка вылезала из под него. На ногах носочки и чёрные кеды.
Решив, что ночью мы проголодаемся, я сделал несколько бутербродов и какао в термосе. Теперь мы готовы и ждём лишь темноты, что спуститься над городом и укроет нас в своих звёздах.
- Ты как, милый?
- Хорошо, всё просто прекрасно! - он ложится на меня и нежно целует в щёку, прикрывая глазки.
- Я рад, что ты в порядке, мой котёнок! - поднимаю на себя его личико и сладко, жевачно целую, разрешая над собой власть. Он обхватывает мою шею и пробегается по моим клыкам, обнимаясь с моим язычком. Он очень вкусный, во всех смыслах. Если бы я только мог, я бы давно его съел, а лучше бы перемолол в порошок и весь вынюхал, ведь он необходим мне, как наркотик.
Постепенно, пьянея от любви мы замечаем остатками трезвого разума, что солнце давно скрылось и на небе только матушка луна, что спокойно светит над землёй, маня своим светом.
Разорвав столь долгий, блаженный поцелуй я крепко обнимаю Тая, собственнически зацеловывая метки на его шейке, вырывая протяжный скулёж. Глажу его по спине и поднимаю на руки, цепляя за плечами рюкзак.
Джозеф жмётся ко мне, ища тепло лишь под свитером, стискивая в обнимашках.
Я утыкаюсь носиком в его ключицы, выходя на улицу. Нас обдаёт ветром и прохладой, мы ёжимся и жмёмся друг к другу.
- Я люблю тебя, принцесса... - мурлычу я и направляюсь по улице в свете фонарей и путеводной звезды. Я несу любимого на руках, пройдя через трудности и страхи.
Может быть, это и есть счастье?
Тай:
От восторга кончики моих пальцев совсем холодные.
Моя наивная розовая душонка так мечтала о такой ночи.. Звёздное небо над головой и я наконец-то счастлив. И совсем не в слезах, наоборот, со счастливой лыбой на лице. Звёздочки рассекают тьму, помогая луне освещать нас и только нас. Возможно, это эгоистично, но людей совсем нет. И даже в шумных обычно домах нет разноцветного света и музыки вечеринок, ведь завтра вторник, или даже сегодня, и все нормальные подростки завтра отправяться на муки, а нам ещё несколько дней можно гулять и не спать ночами.
Я расцепляю руки на шее Джоша, ползя ладошками до низа свитера. И сразу отправляю их внутрь, но вместо желанной тёплой кожи чувствую ткань футболки и недовольно хнычу.
Джош:
- Не хныч, принцесса... - робко шепчу я и приподнимаю футболку, чтобы родные пальчики коснулись моей кожи.
Он с, присущим ему, романтизмом и аккуратностью касается моего животика и спины, от чего выдыхаю стон и утыкаюсь в каштановые пряди.
Его глазки блестят в лучах яркой, наглой луны, что кродётся из-за туч и является пред нами во всей своей красе. Он мило улыбается и дышит мной, тыкаясь носиком в левый бок.
По мне пробегаются мурашки и я блаженно прикрываю глазки, стараясь сохранять ориентирование в мире, что бы не споткнуться и не встретится с холодным асфальтом с Таем на руках.
- Куда мы идём? - вдруг вспоминает младший, нарушая ночную тишину.
- Не знаю. Я иду с тобой, большего мне и не нужно... - я спускаю его на землю и сплетаю наши пальчики, приобнимая за талию. Малыш протяжно меня целует и устремляет взгляд на звёздный небосклон.
Приятно чувствовать близость родного человечка, который целует лишь тебя, живёт и дышит тобой, светиться теплотой и счастьем для тебя, который и есть весь твой мир.
Который делает тебя счастливым, одним лишь тихим "папочка". Который готовит от Бога, трудолюбив и делает всё, что бы его "Джошик" улыбался клыкастой улыбочкой и был счастлив.
Как жаль, что я иногда забываю об этом...
Малыш упрашивает меня дойти на склон холма, что бы лучше рассмотреть небо. Я соглашаюсь, но всё-таки усаживаю его на плечи, что бы он отдыхал и, не дай бог, не споткнулся в темноте.
Сразу мои кудри оказываются в тоненьких пальчиках, мягко перебирая их.
Каштановолосый был прав, ночью отсюда потрясающий вид.
Ты поднимаешься на гору, свет фонарей, домов и редких машин скрывается и остаётся за спинами. Продувает прохладный ветер, ты пробираешься сквозь низкую, густую хвою и оказываешься у деревянной резной скамейки, что стоит на холме и впускает тебя в ночное царство. С звёздными купалами, с алтарями из тёплых домов и полами из пушистых крон деревьев.
Этот вид завораживает уставшее воображение и заставляет задумываться о простых вещах.
Настолько простых, но очень важных и душевных.
- Откуда ты знал про столь потрясающее местечко, совёнок? - восхищённо улыбаюсь в поцелуй.
- Я иногда ночевал здесь... - он тут же грустнеет, а я распахиваю от удивления рот. Значит, мой малыш ночевал на улице, на холодных скамейках, среди страха и тьмы?
На его глазах я замечаю солёные слезинки, что могу видеть даже во тьме. Обнимаю раненое жизнью чудо и мягко глажу затылок.
На мне тут же расстекается мокрое пятнышко, что доходит до кожицы на груди. Ткань свитера зажимается в его маленьких кулачках и моментально мнётся, но меня это не волнует, ведь я позволяю это и теснее обнимаю свою звёздочку.
- Не плач, любимый, всё хорошо... Божечки, заенька, ты так настрадался... - заботливо целую в лобик, и устраиваю покрасневшее личико на своём плече.
Он трёт глазки и смотрит на меня, находя силы продолжить:
- Я спал з-здесь..и вс-сегда глядя на з-звёзды мечтал о с-своей звезде.. - трясущемеся руками он подтаскивает меня к себе и глубоко целует. - И во-от я нашёл её... Она сидит сейчас
р-рядом со мной, успокаивающе обнимает и, как всегда, нежно целует... Я люблю тебя, Джоши, спасибо тебе...
- Ох, Тай... - я прижимаю его голову к своей груди и усаживаю его на коленки. - Солнышко ты моё ясное, я не отдам тебя никому... - пропеваю я строчки из русской песни, целуя мокрые щёчки. Он вяло улыбается и устраивается на мне по-удобнее.
Слегка подзамёрзнув я кутаю Тая в мой свитер, против его воли, и остаюсь в одной футболке, которую легко продувает. Одеваю капюшон худи, что надета под свитерочком, на каштановую макушку и нежно целую, обжигая щёчки своим дыханием. Мы разливаем в чашечки-крышечки какао и кусаем бутербродики с черникой.
Слизываю с алых губ джем и вытираю его мордашку полотенчиком, что тоже прихватил с собой.
У нас впереди ещё вся ночь, а мой мозг от холода уже хочет утащить меня в страну снов, но я крепче прижимаю к себе Джозефа и бодрюсь, приберая с импровизированного стола.
Мы решаем отправиться дальше, идя сами не зная куда. Просто разговариваем, хихикаем над шутками друг друга в ночной тьме, обнимаемся за талию и открыто, жевачно целуемся под мягким светом блинчика-луны, упиваясь нашей невесомой любовью, в которой мы недавно искупались.
Тай:
Мы бесцельно тыняемся по родному городу. Он во тьме, но мы этого не зачмечаем. Мы улыбаемся в наши поцелуи. И я так хочу повторить всё это через несколько лет. Хочу, чтобы мы оставались такими же счастливыми и безгранично влюблёнными друг в друга.
Мы влюблённо дурачимся и я чувствую что-то невероятное в себе. В который раз падаю в обнимашки Джошику, расцепляя руки и укладываю ладошки на тёплую шейку старшего. Бережно касаюсь губами нежно-розовой метки на шее Дана, а затем улыбчиво подымаю голову, получая чмок. Наши холодные носики соприкасаются и я ощущаю серебрянное колечко в левом крыле моего парня.
- Джоши, ты совсем замёрз, - обеспокоенно говорю я, касаясь оголённого бицепса Дана и по нему бегут мурашки.
Стаскиваю с себя свитер голубоволосого и получаю его неодобрительный взгляд.
- Неа, не действует. Я не позволю тебе замёрзнуть, - весело говорю я и тянусь вверх, вставая на носочки, чтобы натянуть на Джошика свитер, но он упрямо не хочет мне способствовать и просто продолжает меня обнимать, - ну, Джиш, - обиженно пыхчу я и чуть ли не падаю, слишком долго стоя на кончиках пальцев, но Дан держит меня в своих обнимашках, - надень, иначе я тоже сниму с себя одежду, - угрожаю и сердито надуваю губки.
- Нетушки, принцесса, раздеваться будешь только на ночь или с моей помощью. Ясно?
- Да, папочка, - залившись румянцем смущённо бормочу я.
Ну вот что он делает? Наверняка догадался, что этот его тон заставляет меня повиноваться и растекаться в лужицу. И это его риторическое "Ясно?" после приказов..
- Котёнок, будь послушным и надень свитер обратно. Хорошо? Я не хочу чтобы ты замёрз, - его дыхание обжигает моё ушко, а поцелуй за ним заставляет чуть ли не застонать.
Вот как Джош может быть таким мягким, заботливым и твёрдо-приказным одновременно?
- А ты уже замёрз. И я хочу это исправить, - я упрямо не сдаюсь.
- Малыш, не спорь с папочкой. Ты же не хочешь, чтобы он тебя наказал? - я ещё сильнее краснею, но не сдаюсь.
Обиженно скрестив руки на груди и скорчив обиженное личико, показушно отворачиваюсь и сердито пыхчу.
- Ты такой капризный, - бурчит голубоволосый, но всё же сдаётся и надевает на себя тёплый свитер.
Я победоносно улыбаюсь и вновь хватаю, насколько могу, Джошика в обнимашки, радуясь ещё и чмокам в носик и губки.
Но мне мало и я тянусь за глубоким жвачным поцелуем.
Совсем недавно закончилось лето и я чувствую, что ещё немного и тьма сменится рассветным светом. Но мне так не хочется, чтобы эта ночь заканчивалась. Ведь она слишком прекрасна. Но небо всё ещё со звёздами.
Кажется, я уже даже слышал первую проезжающую мимо нас машину и, кажется, именно эта гадость ворвалась в наш поцелуй. Я недовольно хнычу, ведь Джошик разорвал поцелуй, но старший, сделав несколько глотков воздуха, дарит мне ещё один чмок. Я сплетаю наши пальцы, хотя на самом деле моя мелкая ручёнка просто тонет в обволакивающем тепле папочки.
Я хихикаю собственным мыслям, ведь ко мне пришла глупая идея, но я очень хочу её воплощения.
- Папочка, я ведь ещё котёнок? - невинно спрашиваю я, глядя в любимые и совсем тёмные глаза, в которых утонул зрачок..
Сейчас глаза Джоша похожи на те, что были у него в последнюю ночь лета.. они затменны чем-то, похожи на топлённый чёрный шоколад вместе с горьким кофе. Хотя, на самом деле всё дело в том, что слишком темно вокруг.
- Конечно котёнок. Мой маленький и сладенький котёнок, - говорит Дан и проводит носом по моей шее, вызывая мурашки.
- Тогда, мне можно на детскую площадку.. Хочу покататься на качельке и сыграть для тебя на укулеле?
- Моему котёнку можно всё, - поцелуй за ушком и я еле сдерживаю стон в себе, - а послушный котёнок может совсем всё.
Я счастливо улыбаюсь и тяну голубоволосого к желаемому мной объекту.
Я устраиваюсь на деревянной качельке, немного отталкиваясь ножками от пыльной земли.
Мне нравятся детские площадки ночью. Нет детей. Есть тишина. И спокойствие.. на меня не смотрят как на страненького и я даже могу подать голосок.
Но пока что инструмент в рюкзаке за спиной и я не могу заставить себя отпустить руку Джоша.
Джош:
Одной рукой держу своего парня за руку, а другой спускаю рюзкак со спины на руку и достаю ему желанное укулеле.
Младший радостно визжит, получив в ручёнки своего молочного друга, а я довольно чмокаю его губы и устраиваюсь на соседней качельке, слева от него, также держа его руку и нежно целуя костяшки.
Тайлер поёт. Я слышу его бархатистый, чуть дрожащий голос, что нежно пропевает песню "I can't help falling in love with you..." и аккуратно, в пол тона наигрывает аккорды на четырёхструнном инструменте. У него дар петь, а особенно перепевать на свой лад известные песни и делать их намного шикарнее и лучше.
Я тону в столь родном голосе и в глубоком смысле текста. Его тепло передаётся мне, а я бережно сохраняю его, томя в своём сердце.
Он пропевает последние строчки и затихает, чуть грустно опуская голову к земле.
Я начинаю негромко и неуверенно хлопать в ладошки, от чего он резко оборачивается ко мне от испуга, но поняв, что это я, на любимом личике зажигается улыбочка и пальчики вновь пробегаются по струнам.
- Ты прекрасно поёшь, принцесса, - тяну его за руку на себя и усаживаю на колени. - Я горжусь тобой, моё солнышко...
- Спасибо, папочка.. - он нежно целует меня и убирает инструмент в рюкзачок.
- Я люблю тебя, Тай... Спасибо тебе за всё.. Прости меня, я-
- Прекрати извиняться и просто поцелуй! - игриво отвечает на мои раскаинья он и утягивая в поцелуй, шепчет:
- Я тоже тебя люблю, Джош...
- Ты прерываешь поцелуй! - шикаю с улыбкой я и мы заливаемся смехом.
Запрокидываем головы к небу и видим, что луна шипяще уползает в свой ночной мир, а на её место уже вновь стремиться энергичное солнце.
Звёзд почти не видно, да мне и не надо, ведь у меня есть своя, что аккуратно катается со мной на качельке, бремчит на укулеле и с улыбкой поёт песенку.
Множество ярких, тёплых оттенков расползаются по небосклону. Они плавно текут в город, словно краски на вымоченном холсте. Они напоминают мне те огонёчки в карих глазках, что горели в ту ночь во тьме спальни при тусклом свете герлянд. Звёзды тонут в обилие цветов неба и уступают место утреннему солнцу.
На деревьях начинают петь птицы, ездят машины, а люди просыпаются и спешат по делам.
И только мы вдвоём никуда не спешим. Мы просто сидим на качельке, смотрим на рассвет и всё также держимся за руки. Нам для счастья нужно только ощущение друг друга, вот здесь, рядышком, так близко, чтобы лбы соприкосались, сердца пропускали удары, а поцелуи тянулись дольше при утреннем свете, ведь дышим мы друг другом.
*конец 25 дня*