Глава 11. Дискотека москвичей
***
Лера и Марат толкнули тяжёлую дверь Дома культуры, и в ту же секунду звук ударил по ушам. Тяжёлый, низкий бас вибрировал где-то глубоко в груди, заставляя сердце биться чаще и громче, чем даже в самые страшные минуты последних дней. Казалось, музыка проходила сквозь тело, вытесняя все мысли, все переживания, всю эту тянущую боль, которая поселилась внутри после разговора с Мишей.
Валерия невольно замерла на пороге, привыкая к полумраку и ритму, а Марат уже нетерпеливо дёргал её за рукав, подгоняя вперёд.
В гардеробе было тесно и душно. Пахло дублёными шубами, дешёвыми духами и чем-то ещё неуловимым, нафталином, что-ли. Суворова аккуратно сняла шубку — ту самую, которую привезла из Москвы, и с осторожностью протянула женщине за стойкой.
Та, пожилая, с усталым лицом и накрашенными ярко-красной помадой губами, взяла вешалку, окинула Леру быстрым цепким взглядом и коротко бросила:
—Никто ваши вещи не украдёт, — голос звучал резко, почти грубо. — понаехали москвичи глупые, думают, всем нужны.
Лера опешила на секунду, но промолчала. Женщина отвернулась, вешая шубу на плечики, и принялась обслуживать следующего посетителя. Район маленький, все друг друга знают. Слухи здесь разносятся быстрее, чем пожар по сухой траве. То, что девушка уехала в столицу, знал, наверное, каждый в этом зале. Но что там происходило на самом деле — не знал никто.
Тайны за стенами дома не уходят.
Лера взяла номерок, сунула его в карман и пошла дальше, вглубь, туда, где уже гремела музыка и мелькали цветные огни.
Зал был полон. Кареглазка медленно пробиралась сквозь толпу, оглядываясь по сторонам. Много знакомых лиц.
Кого-то она узнавала сразу, кого-то с трудом, изменившихся за четыре года. Кто-то смотрел приветливо, кивал, кто-то отводил глаза, кто-то рассматривал с любопытством. Лера старалась не замечать этих взглядов, но чувствовала их кожей.
А потом она увидела Наташу.
Та стояла у дальней стены, прислонившись плечом к колонне, и выглядела так, будто сошла с картинки из какого-нибудь заграничного журнала. Нежно-голубое платьице с коротким рукавом, аккуратный пучок на голове, из которого выбивались две тонкие пряди, обрамляющие лицо. Снежинка. Настоящая зимняя снежинка посреди этого шумного, потного, прокуренного зала.
Валерия улыбнулась и направилась к подруге, но та её уже заметила. Старая подруга сорвалась с места и, расталкивая толпу локтями, полезла через танцпол. Парни, что стояли на пути, возмущённо оглядывались, но Наталья, не обращая внимания, бормотала на ходу:
—Малышня, разошлись! Не видите, человек идёт?
Лера не успела и шагу ступить, как тёплая рука коснулась её плеча. Она повернулась и увидела перед собой ту же самую улыбку, что сохранилась у Рудаковой ещё со школы. Открытую, чуть насмешливую, но такую родную.
—А я думала, что ты на дискотеки не ходишь! — Наташа говорила громко, перекрикивая музыку, но в голосе слышалась радость.
—Да ладно тебе, — та в ответ пожала плечами, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. — я сто лет на таких мероприятиях не была.
—А я тут, между прочим, не одна, — Наташа хитро прищурилась и кивнула куда-то за спину.
Из-за её плеча выглянул Вова.
Стоял, засунув руки в карманы джинсов, и смотрел на сестру с тем самым выражением. Усталости и лёгкое удивление. Будто не ожидал её здесь увидеть. Или, наоборот, ждал, но не думал, что она действительно придёт.
—О, — только и сказала Лера. — ты тоже здесь.
—Ага.. — коротко ответил Вова. — Наташка затащила.
—Сам хотел, — фыркнула Наташа, толкая его плечом. — не ври!
Музыка гремела, огни мигали, и где-то в углу зала Марат уже успел найти старых знакомых и что-то оживлённо им рассказывал, размахивая руками.
Лера глубоко вздохнула, поправила воротник платья и шагнула вперёд. Туда, где танцевали, смеялись и жили своей обычной жизнью люди, которым не нужно было никуда уезжать.
Девушка шла через зал, пробираясь сквозь плотную толпу танцующих, и с каждым шагом её лицо становилось всё мрачнее. Кто-то наступал ей на ноги, кто-то задевал плечом, кто-то просто стоял посреди прохода, будто специально перегораживая дорогу.
—Господи, дикие, проходу дайте! — бормотала она себе под нос, с трудом сдерживая раздражение. — Словно коровы на водопое, никакого понятия о пространстве.
Она уже почти добралась до того места, где у дальней стены, судя по всему, обосновался Марат со своей компанией, как вдруг взгляд зацепился за знакомую фигуру у колонны.
Валера.
Он стоял, прислонившись спиной к бетонной колонне, и смотрел прямо на неё. Не отводил взгляда, но и не двигался. На лице ни улыбки, ни злости, ни удивления. Просто смотрел, будто изучал.
Суворова на секунду замерла, почувствовав, как внутри что-то ёкнуло и начало медленно закипать. Непонятное, раздражающее чувство, похожее на детскую обиду, смешанную с глупой надеждой. Она отвела глаза первой и двинулась дальше, стараясь не смотреть в его сторону.
Валера ничего не сказал. Даже не кивнул. Просто отвернулся и сделал вид, что разглядывает танцпол.
Лера наконец добралась до брата. Суворов младший стоял в центре небольшого кружка из знакомых парней, размахивал руками и что-то громко рассказывал, перекрикивая музыку. Завидев сестру, он расплылся в широкой улыбке и заорал на весь зал:
—О! А вот и Лерка! Сеструха моя, москвичка!
В голосе его звучала гордость, будто он хвастался дорогой вещью, которую удалось заполучить. Несколько голов повернулись в их сторону, кто-то заулыбался, кто-то с любопытством рассматривал Валерию.
—Хватит про меня так говорить, — Лера дёрнула брата за рукав, понижая голос, но Марат, кажется, вообще не понимал, что делает не так. — Словно на мне клеймо.
—А что такого? — Маратка искренне удивился. — Ну, москвичка же. Это круто. Ты там учишься, в столице. Чего стесняться-то?
—Ничего я не стесняюсь, — отрезала дева. — просто не надо из меня цирк делать.
Марат хотел что-то ответить, но в этот момент музыка резко сменилась. Быстрый ритм уступил место тягучей, медленной мелодии. Заиграл медляк.
По залу прошёл шепоток, пары начали находить друг друга, кто-то потащил девушек в центр, кто-то, наоборот, отошёл к стенам, освобождая место. Лера замерла, не зная, куда себя деть. Танцевать одной под медляк было глупо, а уходить — рано.
И тут она заметила, что Туркин двинулся с места. Не к ней, а в другую сторону, к выходу из зала. На ходу он сунул руки в карманы джинсов и даже не оглянулся. Лера проводила его взглядом, чувствуя, как внутри снова закипает это дурацкое, непонятное чувство.
—Чего уставилась? — Адидас младший тронул её за плечо. — Иди, потанцуй с кем-нибудь. Вон, пацанов полно.
—Не хочу я ни с кем, — буркнула Лера.
***
Валерия и Наталья стояли на крыльце Дома культуры, прислонившись спинами к холодным перилам. Музыка изнутри доносилась приглушённо, басы уходили куда-то в землю, и казалось, что даже снег под ногами вибрирует в такт.
—Нет, ты представляешь, — Наташа говорила, энергично жестикулируя, пар вырывался изо рта облачками. — Она замуж выскочила! За кого бы ты думала? За Серёжку из параллельного! Да, того самого, который тебе в восьмом классе записки писал!
—Да ну, — Лера усмехнулась, поправляя воротник платья.
Они обсуждали бывших одноклассников, перебирали новости, которых накопилось за четыре года. Кто уехал, кто женился, кто попал в армию, кто, наоборот, вернулся. Лера слушала вполуха, иногда кивала, иногда задавала вопросы, но мысли всё равно возвращались туда, в зал, к колонне и взгляду, который не отводил.
—А помнишь Ленку из нашей компании? — Наташа вдруг оживилась. — Она сейчас..
Договорить она не успела..
Из-за угла здания, со стороны парковки, донёсся глухой звук — удар, потом ещё один, и чья-то сдавленная ругань. А через секунду из темноты, прямо в свет уличного фонаря, вывалились двое.
В прямом смысле слова. Один сидел на втором сверху и что-то яростно шипел, с трудом разбирая слова от злости и, видимо, боли.
—Эу! — Наташа первой сорвалась с места, делая шаг вперёд. — Малышня, вы чё творите?!
Лера не успела её удержать, подруга уже бежала к дерущимся, расталкивая их в стороны. Пришлось бежать следом.
Разнимать их оказалось непросто. Тот, что сверху, был явно тяжелее и злее, и только когда Лера схватила его за плечо и дёрнула что есть силы, он откатился в сторону, тяжело дыша.
—Хватит! — Суворова встала между ними, раскинув руки в стороны. — Оба успокоились!
Второй парень, тот, кто был снизу, не стал дожидаться продолжения. Поднялся, отряхнул снег с куртки и, даже не оглянувшись, быстро зашагал прочь, что-то грустно насвистывая себе под нос.
А первый остался.
Он сидел прямо в сугробе, тяжело дыша, опустив голову. Один рукав куртки был порван, на щеке темнела свежая ссадина. Лера подошла ближе, пытаясь разглядеть лицо в тусклом свете фонаря.
Опять Валера.
—Туркин, — голос девушки прозвучал холоднее, чем она ожидала. — Ты такой глупый, что мне даже оскорбить тебя жаль.
Валера поднял голову. Увидел её, и взгляд его из злого стал вдруг каким-то.. Потерянным. Глаза опустились вниз, в снег, будто он нашёл там что-то невероятно важное. Словно обиженный щенок, которого только что отлупили за то, что он не так наступил.
—Ты чего молчишь? — Лера не выдержала. — Совсем язык проглотил?
Валера ничего не ответил. Только мотнул головой и попытался подняться, но пошатнулся — видимо, удар по голове был сильнее, чем казалось.
—Стой, — Наташа подхватила его под локоть. — Лер, куда его?
— Тащить его к нам, — выдохнула она, чувствуя, как внутри всё сжимается от нежелания этого решения.
—О, это мы быстро, — Наташа уже перехватила Валеру поудобнее. — погнали.
Они подхватили его под руки с двух сторон и поволокли к выходу со двора. Валера не сопротивлялся, но и не помогал, просто переставлял ноги, глядя себе под нос и иногда шмыгая разбитой губой.
«Говорят, добрые дела не остаются безнаказанными. Особенно если делаешь их в три часа ночи, в чужом городе, для человека, который только что назвал тебя сукой.»
________________________________
одиннадцатая глава — 1524 слова