Я стала матерью злодея

Прямо над моей головой сверкнула очередная молния; с тихим шипением она разбилась на миллионы маленьких искорок об защитный барьер, поспешно возведенный Джеком. Несмотря на спешку, купол, который он соорудил для нашей защиты, являлся на самом деле сферой. Его тонкие стенки, напоминающее тонированное стекло у машин, уходили прямо под землю и смыкались где-то у нас под ногами.

Из этого можно было сделать несколько важных выводов.

Во-первых, «молнии» вполне способны менять направление своего движения, и преграда в виде пары метров сырой земли им совершенно не мешала. Было бы безумно обидно, если бы несколько таких штуковин выскочило у нас из-под ног и поубивало все живое посредством рикошета от стенок нашей защиты. И во-вторых, теоретически, можно было просто выкопаться и укатиться отсюда, как хомячок в шаре, но на практике всё было далеко не так просто.

Из чего выходило примерно следующее.

Мы с Джеком сидели лицом к лицу на расстоянии значительно меньшем, чем длина вытянутой руки. Что поделаешь, непростая ситуация требовала отчаянных решений, и прочность нашего защитного барьера напрямую зависела от его размера. А учитывая, что собирал он его не просто на скорую руку, так ещё и из говна и палок, я никак не могла игнорировать немаловажный факт: барьером соизволили накрыть и мою персону. Джек вполне мог и не делать этого, помахав мне рукой на прощанье из своего домика. Так что пришлось смириться с теснотой и сомнительной компанией в непосредственной близости хотя бы из элементарного чувства благодарности. Я изо всех сил старалась не пялиться на Джека, но получалось не очень, от чего ситуация становилась вдвойне неловкой.

Как ни крути, положение моё было аховым: черная завеса, отделяющая погибшее королевство от остального мира, доползла до нашего укрытия и нависла, готовая обрушиться в любой момент. Она совсем как живая выжидала, выбирая лучший для атаки момент. Думаю, раскройся мы хоть на секунду, эта чудовищная масса тут же рванула бы к нам. Молнии же теперь сверкали гораздо реже, но с равными интервалами, пробуя на прочность нашу защиту и ослабляя её. По заверениям Джека беспокоиться было не о чем, сфера рассчитана на гораздо более серьезные испытания, и молниям, которые не совсем молнии, понадобится пара сотен лет, дабы пробиться сквозь неё. Это при условии, что сам Джек будет спокойно сидеть и ничего не делать.

Но я, беспокоилась! И было от чего!

Всё это время мою голову занимали мысли о том, как буквально на пальцах объяснить моему компаньону необходимость путешествия через чудовищных объемов штуку, мечтающую только о нашей скорейшей аннигиляции.

Джек, в отличие от меня, пребывал в весьма приподнятом настроении и такими мыслями себя не утруждал. Ему-то не надо думать, как толкать ближних своих на сомнительные мероприятия. Он даже находил время утешать меня, перечисляя доступные нам варианты для безопасного бегства.

— Когда есть из чего выбирать, то и положение не назвать безвыходным, — нравоучительно вещал этот засранец.

Только вот предложенные варианты были весьма сомнительные. Сидеть тут и проверять, на сколько хватит запаса энергии у барьера и молний, вообще не годилось. Я сразу отмела это предложение, как только сообразила, что Джек не зря сболтнул про пару сотен лет. Медленно отступать, прикрываясь сферой до безопасного места, и потом просто сбежать, — звучало неплохо, но зачем нам делать нечто подобное, если можно просто спокойно проснуться, а попав в мир снов прошлого — не вспоминать про это приключение и место?

Но это тем более не совпадало с моими планами. Я хотела знать, что за важный кусок прошлого охраняется таким чудовищным способом. Упустив этот шанс сейчас, я уже никогда не получу его снова.

Вздохнув и помявшись для вида, я наложила вето на все предложенные варианты. Обвиняя его в малодушии и на всякий случай во всех смертных грехах для дополнительной массы, пришлось устроить настоящий мозговой штурм. Мне даже не понадобилось изображать тяжелую мыслительную работу. Пока Джек думал над тем, как ещё нам отсюда смотаться, я думала над тем, как бы подтолкнуть его к единственному правильному варианту не вызвав подозрений.

— Как нас вообще угораздило оказаться в такой ситуации? — я наугад закинула наживку. — Напомни мне, ты вроде как позиционируешь себя как самое сильное существо на всех континентах? Разве это не означает, что ты как минимум должен легко справляться с чем-то подобным?

Джек не выглядел хоть сколько-нибудь уязвленным.

— В жизни всякое случается. Ты не можешь быть настороже круглые сутки, знаешь ли, иначе можно быстро загнать себя в гроб или стать параноиком.

Похоже, мы на правильном пути. Воодушевившись, я как следует запутала свои мысли, дабы жертва не начала в них копаться — это было бы максимально фатально и несвоевременно.

— Так раз ты такой сильный, почему это вообще стало для тебя проблемой? — Гнуть эту линию дальше мне показалось хорошей идеей.

— Ну, знаешь, это как быть элитным спецназовцем и, будучи сильно пьяным во время отпуска, свернуть не в тот квартал и попасть в тайное логово террористов, по ошибке перепутав его с пивной. Твою крутость это не отменяет, но к успешному завершению ситуация тоже не располагает, — раздраженно пожал плечами Джек. — Да и будь я один, я бы ушел сию секунду. Нет же, это тебе взбрело в голову обязательно побывать за этим барьером, будто и без того посмотреть не на что.

Это оно! Разговор свернул в нужное мне русло, и я уже не решаясь давить так сильно. Я слегка ослабила поводья:

— Ага. Конечно, есть на что посмотреть! Подвалы, лесные трущобы, болота! Наша экскурсия прямо сияет от разнообразия! — Моя речь была буквально пропитана сарказмом.

— Мы обязательно добавим в наш путевой лист ещё пару вымерших городов и древние руины, наполненные злой магией, — очень серьезно заявил Джек, предпочитая мягкую иронию прямому сарказму.

— Великолепно! — уверенно ударила себя в грудь кулаком я. — Без понятия, из какого времени в нашем мире тебя выдернули, но у нас были очень популярны экскурсии по Припяти и другим подобным местам!

— Ты явно посетила пару таких, — он-таки не смог удержаться от шпильки в мой адрес.

— Я все слышала.

Семена сомнения были брошены на благодатную почву уязвленного мужского самолюбия. Проведя ещё десяток минут в молчаливых раздумьях, Джек как-будто бы принял для себя какое-то решение и встал во весь свой немалый рост, нависая надо мной. Далось это ему с некоторым трудом, так как рост, как я уже сказала, был совсем не маленьким, а своды сферы, как я, опять же, уже говорила, — относительно низкими.

— Держись за что-нибудь, — посоветовал он мне.

— Да за что тут держаться? — растерялась я. — Это же чертова сфера-а- а-а...

Не успела я договорить, как Джек сделал шаг, двигаясь как в замедленной съемке. Каждое движение давалось ему с сильным трудом, будто бы он продирался не сквозь пустое пространство, а через какую-нибудь трясину. Вместе с Джеком сдвинулась и наша защитная сфера. В отличие от своего создателя она крутилась весьма бойко, и вскоре я почувствовала себя как белье в центрифуге, так и не найдя вовремя за что ухватиться. Решила эту проблему я весьма радикально. Во время очередного витка ухватившись за самого Джека, как за единственный более-менее статичный объект во всем этом хаосе, и повиснув на нем как скромных размеров коала.

Наш защитный шар попросту вкатился в черную завесу, и та моментально сомкнулась над нами, поглотив его без остатка. По ощущениям максимально напоминало вырубленный свет. Кто-то щелкнул выключателем, и в сей же миг нас окутала непроглядная тьма. Дальше мы продвигались, полагаясь на чувство ориентации в пространстве у нашего навигатора. Мои мотивирующие речи нисколько его не сбивали, и я спокойно несла всякую чепуху без умолку. Думается мне, Джек понимал, что таким образом я пытаюсь себя успокоить, оказавшись в абсолютной темноте, где можно было различить только два красных уголька, заменяющих ему глаза. Светиться-то они светились, но ничего не освещали. Но даже это в какой-то мере помогало. Хотя бы я была уверена, что ещё не ослепла.

Завеса оказалась гораздо толще, чем выглядела со стороны, и наше путешествие показалось мне длинною в вечность. К тому моменту, как округлый бок нашего укрытия проклюнулся с другой стороны, я была полностью обессилена, чувствуя себя как выжатый лимон. Сквозь полупрозрачные стенки сферы виднелись такие же заброшенные поля, как и по ту сторону, да остатки средневековой инфраструктуры: разбитые дороги, остовы деревенских домов, покосившиеся заборы, одичавшие рощицы ранее культурных растений...

— Надеюсь, ты хорошо подумала обо всем? — как-то печально проговорил Джек прямо мне в ухо. — Я совсем не горел желанием показывать тебе все это.

Я ещё не до конца отошла от путешествия сквозь завесу, и только сейчас сообразила, что взобралась к нему на плечи и устроилась там как перепуганная кошка. Для полноты картины не хватало только хвоста трубой.

Джек осторожно подхватил меня под руки и, держа на весу, поднес к краю сферы.

— Погоди, что ты собираешься делать?! — поздновато спохватилась и запаниковала я.

Слишком поздно!

Паника мне не помогла. От мощного пинка, придавшего мне ускорение, я пулей вылетела из нашего укрытия и кубарем покатилась по пыльной дороге, собирая своей ночной сорочкой грязь.

— Постарайся не умереть! — крикнул мне Джек на прощание. — Помни, некоторые вещи могут причинить вред даже в мире снов! Ведьма уж точно. Не приближайся к ней до... Ты поймешь до какого момента.

Оглянувшись, я увидела как черная завеса, на секунду приподнявшись, обрушилась на полуоткрытую сферу всей своей массой так, что та пошла трещинами и лопнула. Спустя секунду вся эта чернота поглотила осколки защитного барьера и самого Джека, машущего мне на прощание рукой.

И... Меня оставили совсем одну-одинешеньку в этом мире грез.

— Просто нет, — я развернулась лицом в сторону завесы. — Нет, нет, нет. Я не поведусь на это, ни разу. Красиво склеил ласты? Да кто поверит в такой бред?!

В голове ещё были свежи воспоминания. Я хорошо помнила Джека, плюющего в деревья, выбранные нами для костра. Уверена, всему виной его ненормальная склонность к позерству. Этот сумасшедший тиран попаданческого масштаба просто не мог вот так глупо взять и помереть. Пока я не определюсь со своими чувствами к этому, наверное, все же человеку, он просто не может взять и помереть. Друг он или же враг — какая будет, в сущности, разница, если его уже нет? Как же, Джек явно жив!

Я верила в это, или, по крайней мере, хотела верить.

Ну жив... А хорошо ли это? Теперь, когда не приходилось ежесекундно беспокоиться, что в моих мыслях снова будут бесцеремонно копаться, я могла как следует обдумать своё положение.

Джеку явно от меня что-то нужно. Если в случайное спасение я ещё и могла поверить, то в целую череду таких совпадений — точно нет. Учительница Каскадия. Интерес к моему сыну. В конце концов, работа гидом по собственному прошлому... Зачем всё это было нужно? Просто похвастаться? Так и хвастаться-то особенно было нечем. Сам Джек говорил, что всё ради того, чтобы я получила необходимый опыт, не проходя через все злоключения, которые могли бы на меня свалиться.

Стоп. Необходимый... Необходимый кому? Мне для того, чтобы жить с Альфредом и Эдом? К чёрту! Не нужен мне такой сомнительный опыт!

Получается, Джеку зачем-то понадобилась опытная помощница со стороны, раз ему никто в его команде, о которой я столько слышала, не подошел?

А-а-а! Это слишком! Я опять чуть не попалась на крючок самолюбования, объяснив себе всё самым лестным для себя способом. Звучит все это, конечно, очень приятно, но правдоподобно ли?

С детства меня учили, что бесплатный сыр бывает только в мышеловках, и исключительно не для первой мышки. Так что весь этот аукцион неслыханной щедрости вызывал у меня весьма серьезные подозрения, и только. Только вот от навязчивой потребности вернуть своему спасителю долг я тоже не избавилась, потому как не могла просто забыть всё, что для меня было сделано.

В очередной раз мои раздумья ни к чему не привели и, отложив все эти вопросы в долгий ящик, я решила внимательнее осмотреть место, в которое попала.

Как мне показалось изначально, пейзаж с этой стороны завесы совсем не отличался от того, что мы видели изначально. Разве что молнии не спешили падать с неба на головы незваных гостей. Видимо, в системе защиты не предусмотрен сценарий, допускающий инородные элементы внутрь. И все же я поспешила убраться от завесы подальше. Раз в год и палка стреляет, а на бережёных воду возят. Или это не про них говорят?

Мои все ещё стройные и ухоженные ноги теперь вздымали дорожную пыль в гордом одиночестве. Тяжелые шаги Джека, буквально вдавливавшего свои огромные сапоги в дорогу, больше не сопровождали меня, и от этого становилось совсем одиноко.

Пока мои мысли не сошли на совсем уж минорный лад, я поспешила подсластить эту депрессивную пилюлю так сильно, как только могла. Я там, где хотела оказаться, узнаю то, что хотела узнать. Со мной рядом нет строгого контролера, который подвергает всё и вся цензуре и проматывает самые интересные места, а то, что защитить меня будет некому, просто означает, что мне надо вести себя слегка осторожнее. А ещё лучше начать защищаться самой, благо я теперь хотя бы приблизительно знаю как.

За такими размышлениями я миновала несколько совсем уж развалившихся деревенек, от которых остались лишь небольшие, едва покрытые травой и мелким кустарником холмики, и даже одно, судя по останкам, приличных размеров село. Дикие звери не растащили кости давно погибших людей, и теперь они неестественно белели среди развалин, покрываясь толстыми слоями пыли. Сколько лет прошло с тех пор, когда все эти люди были живы, работали, смеялись и счастливо улыбались друг другу? Крыши, что укрывали их от дождей, просели внутрь домов и развалились самыми первыми. За ними пришла очередь стен. Одежда на мертвых давно истлела, рассыпаясь от малейшего прикосновения, но сами кости, казалось, были неподвластны времени.

Порядок, в котором располагались мертвецы, поначалу казался весьма хаотичным, но, присмотревшись внимательно, я расставила всё на свои места. В последние моменты жизни часть умирающих совсем не могла двигаться, вон там сохранились остатки фундамента, а вот тут каким-то чудом уцелел, не просев под тяжестью земли подвал. Видимо те, что приняли смерть в этих местах первыми, попали под проклятие ведьмы и просто лежали, ожидая хоть какой-нибудь помощи. А те скелеты, что попались мне на разрушенной улице — крестьяне, сохранившие возможность двигаться, они до последнего пытались помочь себе и своим семьям.

Больше всего останков обнаружилось возле обрушившегося и давным-давно пересохшего колодца, откуда они брали воду для санитарных и бытовых нужд. Похоже, добровольцы в прошлом боролись с заразой до конца, стараясь облегчить страдания родных и близких. Когда же они сами ощутили первые признаки подступавшей болезни, это никого не остановило. Наверное, обреченные бедолаги и правда полагали, что от их действий что-то зависело, что все ещё можно было изменить.

Не меньше останков находилось и на городской площади. Глядя на спекшуюся землю и выжженные пятна, я поняла, что местные из тех, что ещё были на ногах, в один момент уже не справлялись с тем, чтобы закапывать своих мертвецов, и попросту сжигали их на городской площади. Жутко, конечно, но все ещё лучше, чем стать очагом для какой-нибудь средневековой чумной эпидемии.

А вот ещё следы человеческого присутствия.

Кто-то бродил среди костяков и развалин. Там земля сбита неосторожными шагами, а вон на том, слегка прогнившем крыльце — свежие следы от сажи. Стоило мне сосредоточиться, как в глаза стало бросаться всё больше и больше следов, оставленных неизвестным.

Джек? Что ему делать среди мертвых крестьян? А может и не он вовсе, быть может, моровая ведьма собственной персоной. Чертова средневековая унисекс крестьянская мода! Я не могла определить не то что пол владельца следов, но даже размер его ноги!

«Я невидима, я невидима, я невидима», — повторяла я про себя, словно мантру, пытаясь хоть сколько-нибудь успокоиться.

Живое человекоподобное существо, шастающее по древнему некрополю, в который превратилась деревня, вселяло в меня изрядное беспокойство. До сих пор местные обитатели не могли не то что повредить, даже коснуться или увидеть меня, но не зря же мой гид оставил своё прощальное предупреждение! Не приближаться к ведьме? Я только за! Вот только саму ведьму никто ни о чем таком и не подумал предупредить, и взбреди ей в голову приблизиться самой, например, со спины, стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть жертву...

Короче говоря, я струхнула и, взяв ноги в руки, поспешила убраться куда подальше, пока мои мысли не сошли на совсем уж деструктивный лад.

Да и оставаться среди мертвого во всех смыслах села мне не имело смысла. Я не археолог, не историк, не эпидемиолог в конце-то концов! Пусть они потом во всем разбираются. Тем более что вдалеке уже виднелись огрызки зданий большого, особенно по меркам средневековья города. Насколько позволяло моё зрение, я могла увидеть руины двух и даже трехэтажных зданий. Местный народ, и правда, был очень развитым, раз мог позволить себе такие строения.

Религиозный человек бы задержался и предал жителей деревни земле, но я таким особо не страдала, потому на сделки с совестью (чтобы махнуть на всё это рукой и свалить куда подальше) мне идти не пришлось.

Город был уже на виду, но, как оказалось, добираться до него было намного дольше чем представлялось. Я поняла, что не рассчитала свои силы в тот момент, когда сумерки застали меня прямо посреди дороги. Останавливаться на ночлег прямо тут было неудобно, да и вроде-как незачем. Но и ночевать в стремном мёртвом городе тоже желания не было. Спать мне было не нужно, да я и занималась этим разве что по привычке. С едой была точно такая же ситуация. Побаловать себя чем-то вкусненьким — да! Умереть от голода, или хотя-бы испытать легкий дискомфорт — нет. Вот от хорошей ванной я бы не отказалась, но где её тут раздобыть? И кто, собственно, её для меня наполнит? По-хорошему, надо было проснуться и потребовать у Розы или Лукреции заняться вопросами моей личной гигиены.

Но дух авантюриста не давал мне этого сделать!

Казалось: ещё немного, и я наткнусь на нечто грандиозное. Сбиться с пути в темноте я не боялась. Экспериментируя со своими новыми возможностями, я обнаружила среди них способность отлично видеть при любом освещении. Эффект ночного видения! Да я просто идеально подходила на роль разведчика или шпиона, или какой-нибудь расхитительницы гробниц.

Именно эта моя особенность и помогла мне обнаружить Джека из прошлого, который, судя по всему, устроился на отдых у одного из не совсем развалившихся зданий пригорода. Его небольшой костерок служил прекрасным ориентиром. Недалеко он успел уйти. Несмотря на огромную фору, я встретила его подозрительно быстро.

— Наконец-то я тебя догнала! — на радостях я позабыла, что он не может меня слышать, да и вообще-то мы даже не знакомы.

Неизвестно сколько по времени мы потратили, пытаясь пробраться сквозь сумасшедшую защиту этой области, — думаю, что изрядно. Несколько часов было потрачено на определение способа побега и бог знает сколько времени на поездку в сфере. Ощущение времени в том мире кромешной тьмы отсутствовало напрочь. Я всерьез переживала, что уже не смогу догнать Джека или хотя бы найти его до того, как случится что-то интересное.

Но явно зря, это удалось сделать относительно быстро. Или нет?

Пришлось прибавить шаг.

Чем ближе я подходила, тем сильнее понимала, что тут явно что-то не так. Джек из прошлого был ужасно занят. Он судорожно рылся по своим сумкам и вытаскивал заранее приготовленные склянки с зельями и мазями, что-то втирая, что-то заглатывая, а что-то и вовсе вкалывая импровизированным шприцом.

Я с легким недоверием и даже каким-то суеверным страхом смотрела на все его манипуляции.

Больше всего пугал внешний вид шприца и других инструментов, которыми он пользовался. Не обладая современными технологиями, в кустарных условиях было очень сложно соорудить что-то хоть отдаленно похожее на медицинскую иглу, так что Джекова импровизация скорее походила на орудие пыток, чем на принадлежность врачевателя. Таким не получится сделать маленький прокол в вене, а вот вскрыть её — на раз, два.

Хоть открытых порезов на его теле хватало и без сомнительных инъекций, аккуратные тонкие раны, оставленные острым ножом, неестественно краснели на его загорелой коже. Джек сливал кровь из разных частей своего тела, тщательно приглядывая за тем, чтобы не переборщить, и своевременно обрабатывая уже не нужные ему раны. Некоторые порции крови отправлялись прямиком в костер, а некоторые, заботливо собранные в стеклянные, как я знала, безумно дорогие сосуды, смешивались с различными порошками и травами.

Я знала, что Джек до его перемещения в этот мир был обычным фокусником. Про его обучения на медика в наших разговорах никогда не упоминалось, но, исходя из происходящего у меня на глазах, его знания слегка выходили за рамки «общедоступных». И, скорее всего, он нахватался этого уже из местной медицины, основанной большей частью на магии и алхимии. К моему удивлению, эта медицина была довольно развитой, и, видимо к тому времени, как я попала в тело Виолы, успела сильно деградировать. Конечно, они не лечили все болезни путем втирания чешуйки, взятой из-под хвоста дракона пациенту в пупок, и панацею тоже не открыли, однако возможности, которые открывало волшебство, действительно поражали.

Ну, да и ладно, подумаешь, знахарь-самоучка, ему не привыкать. На моей памяти Джек как минимум однажды заботился о безнадежно больном человеке, где-то же он получил соответствующий опыт. Наверное, не стоит ему мешать, вдруг ещё это отразится на будущем или что-то вроде того, и я склею ласты от того яда, создав очередной временной парадокс.

Джек был сильно занят тем, чтобы не отправиться на тот свет, и продолжать следить за ним было весьма странно. Во-первых, я всё равно ничего не понимала и вряд ли бы чему-то научилась. Во-вторых, вся его одежда спокойно догорала в том же костерке, на котором он кипятил свои зелья. Вместо того, чтобы откровенно пялиться, было бы лучше как можно тщательнее спланировать свои дальнейшие действия. Мой зубастый друг Джекалито наверняка не зря предупреждал меня об опасностях по эту сторону барьера. Позерство позерством, а зря поднимать панику он точно не стал бы.

За этими мыслями я устраивала себе гнездо на ночь, причем подальше от жертвы народной медицины, и желательно по ветру, чтобы ко мне ничего не принесло. Плевать огнем в дрова я не умела, тем более приняв эффектную позу, так что пришлось устраиваться без костра. Вид мне открывался отличный и на развалины городских стен, и на подходы к городу, и, конечно же, на Джека, к этому времени соизволившего найти какие-то тряпки и прикрыть причинные места.

Примерно через час я сильно пожалела о своем решении. Несмотря на все предпринятые мной меры безопасности, какая-то зараза все-таки настигла моё тело. Меня одолевала дикая слабость во всем теле, кожа на открытых участках быстро воспалилась и начала чесаться. Пройдет совсем немного времени, и я буду выглядеть как Джек из прошлого, за которым я совсем недавно наблюдала...

Теперь его варварские иглы не казались мне такими уж неуместными. В полной мере испытав на себе все ощущения от наступающей болезни, я готова была схватиться за любую возможность.

В панике я попыталась проснуться, надеясь на побег в реальность, подальше от подступающих симптомов, но не смогла. Все способы, которым я успела научиться, не работали, а черный ножик Джека я оставила в замке! Наверное, я могла бы проснуться, если бы разбила свою голову о придорожные камни, но даже просто на то, чтобы слегка приподнять её, уходили титанические усилия. К тому же этот чертов аккуратист Джек, даже будучи при смерти умудрился собрать все ближайшие булыжники, чтобы красиво обложить ими свой костерок. Ненормальный!

Несколько часов спустя меня проняло, как следует. Как бы абсурдно это не выглядело, меня начало тянуть в сон. Соскребая в своей ватной голове все те крохи знаний о магии и науке, даже я сообразила: дело дрянь, и старалась сохранять себя в сознании.

На следующий день у Джека всё было в полном порядке. Выглядел он все так же хреново, но стабильно, что в нашем случае иначе как великим благом и не назвать. А вот я после целой ночи тяжкой борьбы за собственное сознание сдала окончательно. Из-под моих век потекла кровь. Меня постоянно бросало то в жар, то в холод, а вместо пота выступала обильная кровавая испарина. Идея разбить свою голову о придорожный валун уже не казалась такой дикой. Это тебе не медленно загибаться в своей кровати, отдаваясь в объятия сладкому яду, который капля за каплей высасывал из тебя жизнь. Ощущения были такие, будто бы мое тело рвали на куски десятки самых разных недугов, да так остервенело, что не стеснялись набрасываться и друг на друга за очередную претензию на пока ещё ничем не пораженную часть меня.

Вот только чего эти вторженцы не знали, так это того, что в моем теле уже поселился один такой непрошеный гость, и этой штуковине сильно не нравилось возросшее число конкурентов. Когда у меня уже совсем не оставалось сил шевелиться или хотя бы как-то поддерживать себя в сознании, оно проявило себя.

Черная эссенция, которой меня лечили при отравлении.

Этот ненавистник песен и музыки так огрызнулся на прочих вторженцев, что прилетело даже мне. Я потеряла последние силы и уже не могла продолжать борьбу. Глаза медленно закрылись, и ничего не оставалось кроме как погрузиться в спасительное забытье. Зато я, наконец, смогу узнать, что из себя представляет сон во сне.

***

Вдалеке за черной завесой дрогнула земля. Что-то из самых её недр стремительно прорывалось на поверхность, разрывая её плоть слой за слоем. Завеса начала проседать под собственной тяжестью и уходить вниз целыми участками. Оставшиеся стены покрылись трещинами, наполняя воздух характерным земляным запахом.

Наконец посреди всего этого безобразия показалась рука, затянутая в черную кожу перчатки. Нащупав опору, на поверхность выбрался относительно целый Джек. Деловито отряхнув прилипшие к его драному наряду кусочки земли, он на секунду задумался, прикидывая, в каком направлении граница между миром снов и реальным миром тоньше всего. Для такого как он, полностью лишенного не только потребности, но и возможности спать, это была необходимая процедура, чтобы выбраться отсюда. Ничего хорошего в том, чтобы расшатывать границы миров, не было. Как ни посмотри, это безумно — опасная затея для существ, населявших оба мира. Если с границей что-нибудь случится, последующий коллапс обеих сторон станет лишь вопросом времени. В случае Джека эта опасность выливалась лишь в то, что тот не мог позволить себе перемещаться слишком часто. Огромный магический потенциал не позволял делать это без последствий, но и большой опыт не давал совершить какую-нибудь фатальную ошибку.

Определившись с пунктом назначения, Джек уже собирался выдвигаться, как вдруг в его предстоящем путешествии появился неожиданный помощник. Мощный магический импульс шарахнул несостоявшегося странника прямо в грудь, свалив его с ног и заставив кубарем пролететь несколько десятков метров. Кое-как поднявшись на ноги, Джек сплюнул на землю черной кровью и пристально уставился на новоприбывшую личность. Вызов ему бросали частенько, ещё чаще пытались убить исподтишка. Он давно уже сбился со счета и даже перестал обращать внимания на такие попытки, но этот случай был особым. Ситуации, когда кто-то мог причинить ему хоть какой-то ощутимый вред, можно было пересчитать по пальцам, и это явно была одна из них.

— Ничего себе. Это явно наезд! — стряхивая тяжелыми ладонями со штанов пыль, резюмировал он.