Глава 6.
Меня серьезно пугала неподвижность Гина. Он был слишком ошеломлен.
- Я... Брат и сестра? - переспросил он и посмотрел внимательно на моих родителей, сестру. - Теперь ясно.
Да, мы все очень похожи. Некоторые люди считают это довольно странным, а если бы знали, насколько правы, то на нашу семью давно бы посыпалась куча обвинений в насилии, инцесте, издевательстве над детьми и тому подобное. Мы тщательно скрываем это. При всем моем уважении и всей моей любви к Гину, я не понимаю, почему родители решили рассказать ему об этом.
- Да. Мы с Аллеком поняли, что влюблены, когда мне было пятнадцать, а ему восемнадцать. Я думала, что все это пройдет, но... - мама развела руки в стороны, отец поймал ее ладошку и нежно поцеловал. Я улыбнулся и чмокнул Гина в спину.
- Извините, я просто немного в шоке, - ответил Гин. Немного? Нет, малыш, ты явно приуменьшаешь степень своей удивленности. Я-то знаю.
- Мы все понимаем. Вообще-то, мы не афишируем наши семейные отношения. Но так как ты уже являешься членом нашей семьи, мы решили рассказать, - отец внимательно рассматривал Гина, пытаясь понять, что тот сейчас испытывает. Мне захотелось спрятать моего мальчика от этого взгляда.
- Простите мне мою неловкость. Вы же сами понимаете, - извиняющимся тоном произнес Гин.
Мама ласково улыбнулась ему, встала с дивана и подошла. Она обняла его и поцеловала в голову.
- Конечно. Ты такой хорошенький. Мы тоже переживали за Льюиса. Сыну почти тридцать, а он до сих пор не женился. Но теперь лично я спокойна.
Я облегченно выдохнул, а потом усмехнулся, почувствовав, что Гин тоже.
- Так, Гин, несмотря на то, что твои родители погибли, уж прости мою бестактность, не может же быть, чтобы не осталось совсем никаких родственников, - заметила Фиби. И тут нас с Гином словно током прошибло. Он развернулся ко мне лицом и с ужасом прошептал:
- Черт! Вайлет!
Мы совсем забыли о его тете. Та должна сейчас учиться в медицинском университете, получая очередное высшее. В ее двадцать лет это довольно обескураживающий успех. Как мы могли забыть? Я же лично оплачиваю ее проживание. Благо, девочка поступила на бюджет.
- Вайлет? - переспросила мама.
- Да, сестра моего отца. Тетя, - с улыбкой ответил Гин.
- Она знает о ваших отношениях? - спросил отец.
- Да, я рассказал ей, когда был в доме Марка, пока она ухаживала за мной.
- А о свадьбе она знает? - задала очередной вопрос сестренка.
- Нет, - тут даже я покраснел.
- Вот и приехали, - мама всплеснула руками. - Вам следует ей сообщить. Она работает?
- Она на два года младше меня, поэтому еще учится. Получает второе высшее образование.
- Так рано? - удивился отец.
- У них в семье все умные. Я имею ввиду адекватную половину, - хмыкнул я, на что ответом мне был возмущенный взгляд всех родственников. - Что?
- Вообще-то, Льюис прав, - заступился Гин.
- Ну, что ж, нам следует познакомиться и с ней, - настояла мама.
В итоге, как я понял, мы должны сообщит Вайлет о помолвке и познакомить ее с моими родителями. Я, конечно, очень рад тому, что женюсь на Гине, но знал ведь своих родных. Зачем начал эту мутотень? Очередные сложности.
Мне Вайлет не очень импонирует. Хотя бы потому, что она слишком шумная. Она девушка и довольно симпатичная, поэтому... Да, я немножко ревную. Но родители правы. Эта девушка - все, что осталось от семьи Гина. Все его родные мертвы. Подарить бы ему семью...
Она у нас будет, но это не то, что нужно, чтобы заполнить, заслонить боль и обиду детства. Детям нужна родительская опека и тепло. Им не нужно знать, что их любят и ждут, они должны это чувствовать. Гин же до сих пор чувствует обездоленность, обделенность. Мне невыносимо думать, что я не могу ничего сделать. Но от правды не убежишь.
По дороге домой я прокручивал слова мамы, сказанные мне на прощание:
- Ты не имеешь права на ошибку. Ты обязан оберегать его, как самое дорогое сокровище. Гин еще не вырос. Помни об этом.
И я понимаю, что она права. Гин родителям понравился, это точно. Я предполагал, что так и будет, зная подноготную своей семьи.
Всю дорогу до дома Гин молча смотрел в окно, подперев рукой голову за подбородок. Картина маслом: задумчивый, слегка высокомерный взгляд; прикрытые глаза, длинные ресницы; бледные, выступающие скулы; красивые волосы, спадающие на лицо; тонкие, музыкальные пальцы... Я заставил себя оторвать взгляд от Гина и хмуро уставился на дорогу, вжимая педаль газа в пол. Небо тоже хмурилось, я усмехнулся, свернув на обочину.
Боковым зрением мне удалось заметить улыбку Гина. Конечно, он помнит.
- Я же сидел смирно в этот раз, - шепотом произнес он. Я повернул голову в его сторону.
- Мне не нужен повод для того, чтобы трахнуть тебя, Гин, - отвечаю я, довольный реакцией своего малыша: заискрились глаза, участилось дыхание, пересохло во рту... Он сжимает обивку кресла своими тоненькими, холодными пальчиками.
- Иди ко мне, - зову я.
Гин отстегивает ремень безопасности и на коленях пепеползает ко мне. Я смотрю снизу вверх в любимые глаза, каждой клеточкой ощущая его руки на своем теле.
- Тебе нравится? - шепотом спрашивает он у меня. Я приоткрываю рот, чем Гин тут же пользуется, проникая внутрь своим языком...
Мы подъезжаем к дому. Я смотрю на спящего Гина. Он так мило посапывает, уставший после секса. Мне без него никак. Даже представить не могу себе спокойной жизни без своего капризного сокровища.
Я беру его на руки и вытаскиваю из машины. Привычным движением рук достаю ключ и открываю дверь. Гин спит, как убитый, немного холодный, но, думаю, что это нормально. Когда Гин спит, его сердце замедляет свой ритм. Впрочем, как и у других людей, но в его случае кровь перестает течь по организму с нормальной скоростью, от чего температура его тела понижается. Если бы не лечение, он умер бы во сне. И это только один вариант возможной смерти.
Мы с Гином не держим под запретом эту тему. Мы готовы к тому, что лечение вдруг перестанет действовать. Мы знаем, что делать в такой ситуации, у нас все готово к такому случаю. Но я искренне надеюсь, что этого не будет, и мы сможем провести с ним всю нашу жизнь вместе.
Я уложил его на постель и убрал волосы с лица, рассматривая родные черты. Накрыл одеялом, плотно, чтобы сохранить тепло, включил обогреватель и лег рядом. Пусть с некоторыми сложностями, но мы живем эту жизнь так, как хотим. Я надеюсь, что Гин тоже так думает.
Впереди у нас самые обычные человеческие заботы: утром нам на работу, потом нам все же нужно будет сообщить о помолвке Вайлет и начать приготовления к свадьбе.
Я взял в ладони хрупкую кисть Гина, располосованную вдоль и поперек. Каждый раз, рассматривая эти шрамы, я испытываю эту боль, что пришлось испытать ему.
Мой милый мальчик. Я надеюсь, что ты счастлив со мной. Иначе я просто не понимаю, что еще могу сделать для тебя... Помоги мне.