16. третий лишний
Детская песенка продолжала звучать, её мелодия казалась весёлой, но чем дальше, тем больше в ней слышалось тревожных нот. Карусель медленно вращалась, разноцветные фонарики переливались мягким светом.
Игроки переглядывались, напряжение росло.
И вдруг — резкое молчание.
Музыка оборвалась, карусель застыла.
Свет в помещении потух, оставив лишь всполохи розового, красного, синего и фиолетового свечения, пробивающегося из укромных уголков комнаты.
И вот тогда раздался голос:
— 10.
Люди вокруг пришли в движение — сначала растерянно, будто не веря услышанному, а потом хаотично, в панике, отчаянно бросаясь в стороны.
Каждый пытался найти команду, чтобы укрыться в одной из дверей.
Танос с Нам Гю не растерялись. Они быстро сориентировались и ухватили рядом стоящих людей, мгновенно собрав группу из пяти человек. Даже в таком состоянии они действовали чётко.
— Let's go! — крикнул Танос.
Команда рванула к ближайшей двери. К ним даже пытались присоединиться лишние, но Танос и Нам Гю грубо оттолкнули их, не давая занять лишнее место.
Каын увидела, как Танос, Нам Гю и их новые союзники добежали до одной из дверей. Они рванули ручку, ворвались внутрь. Мин Су резко дёрнул подруг за руки. Обе девушки успели попасть в комнату.
И в этот момент раздался громкий звук.
Все двери захлопнулись.
На площадке остались те, кто не успел найти команду. Их тела сотрясались от страха.
Наступила тишина, а затем выстрелы, громкие и чёткие.
Дверь медленно отворилась, и в зале воцарилась тишина. Несколько мгновений никто не решался выйти, словно сомневаясь, что это не очередной жестокий трюк игры.
Но вот первые выжившие начали неуверенно выходить из комнат. Один за другим они вставали обратно на большую круглую платформу.
Снова заиграла детская песенка.
Карусель пришла в движение.
Каын сглотнула, чувствуя, как её начинает тошнить от происходящего. Она окинула зал взглядом и наткнулась на Таноса и Нам Гю.
Эти двое вели себя так, будто всё происходящее было просто забавной игрой. Они беззаботно пританцовывали под мелодию, глупо улыбались и переговаривались друг с другом.
Каын стиснула зубы.
«Просто идиоты», промелькнула мысль в её голове.
Карусель замедлила ход.
Музыка стихла.
На этот раз объявленный номер заставил сердце Каын сжаться.
— 4.
Она почувствовала, как её охватила тревога. Но тут она ощутила тепло чужих рук.
С одной стороны её пальцы крепко сжала Сэ Ми. С другой — Нам Гю.
Сэ Ми посмотрела на неё решительно и сказала:
— Найдите ещё одного, мы найдём двоих, — в глазах Каын читалось беспокойство, поэтому Сэ Ми добавила: — Всё будет хорошо, я обещаю.
Каын не успела ничего сказать в ответ. Только кивнула. Тут же она ощутила, как Нам Гю потянул её за собой.
Каын даже не поняла, как оказалась в движении.
Перед глазами мелькали разноцветные двери, сбивчивые силуэты людей, отчаянно пытающихся найти себе команду.
И вот — открытая дверь. Танос уже был там. Рядом с ним ещё один участник, которого Каын даже не успела толком разглядеть.
Нам Гю затащил её внутрь, и в следующее мгновение дверь захлопнулась с оглушительным звуком.
Каын тяжело дышала, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Они успели.
Через несколько мгновений всё повторилось.
Музыка, карусель, ощущение, будто время закручивается в тугой узел.
Карусель остановилась.
— 3.
Каын почувствовала, как её ладони вновь крепко сжали.
С одной стороны — Нам Гю и Танос. Весёлые, беспечные, будто происходящее было для них очередной беззаботной игрой. Их лица расплывались в самодовольных ухмылках, а глаза блестели от возбуждения.
С другой стороны — Мин Су и Сэ Ми.
Мин Су выглядел испуганным, а Сэ Ми смотрела на неё с надеждой.
В её взгляде не было паники, но было что-то, от чего внутри Каын всё перевернулось.
Каын уже подалась вперёд, в сторону 125-ого и 380-ой, готовая следовать за ними в комнату, как вдруг почувствовала, что её резко дёрнули назад.
А потом... Подняли в воздух.
Она даже не успела осознать, что происходит.
Танос и Нам Гю, эти чертовы паршивцы, схватили её за руки и ноги и буквально понесли к двери.
Каын не могла сопротивляться. Её тело поднималось и двигалось само по себе, а в груди вскипало отчаяние.
Глаза наполнились слезами.
Она видела, как далеко остаются Мин Су и Сэ Ми. Губы дрогнули и Каын смогла лишь беззвучно произнести «Простите».
Но дверь перед ней уже распахнулась. Танос и Нам Гю, смеясь, затащили её внутрь.
И в следующее мгновение дверь закрылась.
Как только раздался сигнал об истечении времени, Каын почувствовала, как её сердце ушло в пятки.
И снова выстрелы. Резкие, холодные, безжалостные.
Каын подбежала к двери, её пальцы дрожали, когда она вцепилась в неё, пытаясь разглядеть через небольшое прямоугольное отверстие Мин Су и Сэ Ми. Её глаза лихорадочно метались, выискивая знакомые силуэты.
Снаружи их не было. Значит, они нашли ещё одного человека. Значит, они успели.
Каын резко выдохнула, словно только сейчас позволила себе дышать. Грудь всё ещё сжимала тревога, но на сердце стало легче.
Резко обернувшись, она увидела перед собой Таноса и Нам Гю.
Эти двое выглядели так, будто даже не осознавали, что только что произошло. Они весело переглядывались, как будто до сих пор были в каком-то своём мире.
Каын сжала кулаки.
— Не смейте больше так делать.
В её голосе звучало раздражение. Нет, даже больше — в нём было негодование, гнев, усталость.
Танос фыркнул, лениво подошёл к ней и легко ткнул пальцем в плечо.
— Не паааарься, — протянул он с ленивой улыбкой.
Нам Гю только усмехнулся, его взгляд скользнул по Каын так, будто он развлекался, наблюдая за её вспышкой эмоций.
Каын же смотрела на них с отвращением. Они не поняли. Им было наплевать. Пока её друзья были в безопасности, она пообещала себе, что сделает всё, чтобы больше никогда не дать этим двоим решать за неё.
Как только двери комнат распахнулись, оставшиеся в живых игроки снова вернулись на карусель.
Каын сразу же заметила Сэ Ми и Мин Су.
Сердце сжалось, когда она увидела их – живых, невредимых.
Она бросилась к ним, не раздумывая, схватила обоих за руки и крепко сжала их, будто проверяя, что это не иллюзия.
— Простите меня...— голос её дрогнул. — Я так рада, что с вами всё в порядке...
Глаза защипало, но она заставила себя не плакать. Каын чувствовала, как её заполняет тёплая волна облегчения, но поверх неё всё ещё плавала тяжесть вины.
Сэ Ми внимательно посмотрела на неё, а потом тихо, но уверенно сказала:
— Не извиняйся. Ты не виновата.
Её голос был мягким, но твёрдым, полным той стойкости, которая всегда была в ней.
— Это же те ублюдки схватили тебя и поволокли от нас. Главное, что мы все живы.
Она посмотрела на друзей и на душе стало намного легче. Каын ещё крепче сжала пальцы Сэ Ми и Мин Су, будто испугалась потерять их снова.
И пусть правила игры были против них, пусть идиоты Танос и Нам Гю могли снова попробовать навязать свои решения Каын, на этот раз она сделает всё, чтобы защитить тех, кто ей дорог.
Всё происходило слишком быстро.
Объявили цифру 6, и команда Таноса сразу же бросилась к ближайшей двери, грубо захватив с собой какого-то парня. Они успели. Дверь захлопнулась, замок щёлкнул, а через мгновение раздались выстрелы.
Каын тяжело дышала, пытаясь собраться с мыслями.
Опять всё сначала.
Двери открылись, и выжившие снова вернулись на карусель.
Ноги гудели, голова раскалывалась от этой дурацкой детской песенки, что продолжала играть по кругу.
Вдруг механический голос объявил:
— 2.
Каын почувствовала, как в груди кольнуло.
Она тут же повернулась к Сэ Ми и Мин Су и закричала:
— Скорее, бегите!
Сэ Ми быстро шагнула к ней, крепко обняла, но времени было слишком мало — одно короткое касание, тепло, которое исчезло так же быстро, как появилось.
Затем она и Мин Су бросились к одной из дверей.
Каын обернулась, пытаясь найти хоть кого-то, с кем можно было бы забежать в укрытие. Ни Таноса, ни Нам Гю. Они исчезли. Каын замерла.
— Кинули, — сказала Каын на вздохе, — просто бросили, как только представилась возможность.
Гулко застучало сердце. В ушах зазвенело. Внутри стало пусто и холодно.
Глаза метались по карусели, по лицам игроков, но они уже разбегались, кто-то толкал друг друга, кто-то отчаянно звал к себе.
И вдруг — резкие сигналы.
Они предупреждали, что время почти истекает.
Каын почувствовала, как ноги подкосились. Это всё. Это конец.
Но прежде чем она успела смириться с этим, кто-то схватил её за обе руки.
Рывок.
Она резко подняла голову.
Глаза, полные слёз, разглядели Нам Гю.
Каын побежала за ним, почти не осознавая, что делает.
Время истекало.
10.. 9.. 8..
Самая ближайшая дверь — вот она. 7..
Они рванули к ней, но не успели переступить порог, как перед ними возникли два парня.
6.. Каын замерла, но Нам Гю среагировал мгновенно.
5.. Он схватил одного за шиворот и с силой дёрнул назад. Тот потерял равновесие и с глухим звуком рухнул на пол.
4.. Каын увидела, как второй замахнулся ногой, пытаясь ударить Нам Гю.
3.. Она не думала. Просто действовала. Переборов страх, резко подставила ему подножку.
Парень не успел среагировать — его нога запнулась, и он пошатнулся. Каын собрала всю злость, что кипела в ней, и со всей силы пнула его в живот.
Тот согнулся пополам и осел на пол, хватая воздух.
2.. Каын услышала, как с бешеной силой стучит её собственное сердце.
1.. Она и Нам Гю прыгнули в комнату, и в ту же секунду послышался щелчок замка. Выстрелы. Тишина.
Каын рухнула на пол, тяжело дыша. Грудь судорожно вздымалась. Голова кружилась. Мысли в хаосе.
Из-за неё они погибли. Она знала, что у них не было выбора. Знала, что такова игра. Но легче от этого не становилось.
Она слышала грохот выстрелов. Слышала, как они умирали.
Каын зажала уши, пытаясь отогнать звук, но он всё ещё гудел в голове. Она закрыла глаза, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.
Вдруг она почувствовала, как Нам Гю подошел к ней. Он сел рядом с ней, слегка пошатываясь.
— Не ожидал, что ты осмелишься так сделать.
Он хрипло выдохнул.
— Умница.
Каын почувствовала его руку на своём плече — тяжёлую, тёплую, слишком близкую.
И тут же вспомнила, в каком он состоянии. Всё внутри сжалось от глухого раздражения. Она грубо оттолкнула его руку, чувствуя, как в груди закипает злость.
Нам Гю посмотрел на неё, лениво усмехаясь, будто её реакция его только забавляла.
— Крутой себя почувствовала? — протянул он, с явным вызовом в голосе.
Каын опешила. Злость смешалась с разочарованием и болью. Она резко вскочила на ноги, грудь тяжело вздымалась от гнева, и едва ли не сорвалась на крик.
— Ты сказал, что попробуешь не употреблять!
Голос дрожал, в нём звучало всё: и гнев, и отчаяние, и... надежда, которая, видимо, была напрасной.
Она взглянула в его глаза, горящие весельем под действием наркотиков, и почувствовала, как к горлу подступает обида.
— Что в итоге я вижу? Ты опять взял эту чёртову таблетку!
Каын чувствовала, как в глазах начинают закипать слёзы, но сдерживала их, не позволяя себе расплакаться перед ним.
— Зачем ты вообще что-то мне говорил, если твои слова — пустой звук?
В груди было тяжело, будто что-то давило изнутри.
Она хотела ему верить, но теперь это казалось глупостью.