Метамфетамины

  POV Луи
Я жутко соскучился по Гарри. Я уже физически ощущаю свою тоску. Несколько раз я порывался позвонить ему, но вспомнил, что у меня нет его номера на новой сим-карте. По идее, он должен был въесться в мой мозг, но этого не произошло. Возможно потому, что мой мозг уже гниет. К тому же, из душа не вовремя вернулся Джек, а он внимательно следит за тем, чтобы я не сделал ничего опасного. Мне пришлось отложить телефон.
Но бросать свои попытки я не собираюсь. Я чертовски сильно влюблен в Гарри. Я засыпаю с мыслями о нем, я просыпаюсь с его именем, звучащим в моей голове. Когда я ем, я думаю о Гарри. Когда я в душе, когда ни чем не занят, даже когда Джек отсасывает мне - я думаю о Гарри. Его никак не выбить из моей головы, как бы Джек не пытался. Он бывает нежным и заботливым, или становится грубым и жестоким, когда понимает, что его ласки на меня не действуют. Он думает, что ему удастся, но он ошибается.
Мы занимаемся сексом регулярно. Недавно Джек порвал меня, было жутко больно. Он уснул, а я ушел в ванную и долго плакал.
Я плачу постоянно, вообще-то, пока он не видит.
Все чаще я провожу свое свободное время с котами миссис Берт. Они мягкие, пушистые, и у одного из них такие же глаза, как и у моего мальчика - с золотисто-зеленым ободком вокруг радужки. Кота зовут Пенс, но я зову его Гарри. Благо, он отзывается.
Еще я начал повторять заброшенный когда-то французский язык. С миссис Берт я общаюсь в основном на нем.
Я помогаю ей готовить - нарезаю овощи в салат, пока она ждет, когда запечется утка. Она спрашивает на французском:
- Ты, верно, влюблен в Джека?
- Нет, - отвечаю я.
- Но ночью ты любишь его?
- Нет, - повторяю я.
Она замолкает, поправляет свои волосы, крашенные в бледно-красный цвет, стучит ногтями по столу.
- Я тоже употребляла наркотики, когда была молодой.
Она поднимает два пальца вверх и звонко растягивает: "Пи-и-ис!", чем сильно удивляет меня.
- Хиппи? - восклицаю я по-английски.
- Да, точно! - она щелкает пальцами. - Я была бунтаркой!
- Кто был бунтаркой? - Джек просовывает голову в проем двери.
- Вienvenu*, Джек! - приветствует миссис Берт.
Я просто киваю головой.
- Пахнет вкусно! - Джек подходит ко мне и обнимает, притянув за талию.
- Он, верно, считает тебя своим? - миссис Берт возвращается к французскому.
Я киваю, Джек ничего не понимает. Я чувствую себя шпионом, и миссис Берт, возможно, тоже.
- О чем это она? - спрашивает Джек.
- О нас с тобой, - отвечаю я честно.
- И что говорит?
- Что вы смотритесь как бультерьер и его оттраханная старая игрушка, - фыркает миссис Берт.
Я усмехаюсь. Потому что она права.
- Что она говорит? - начинает нервничать Джек.
- Что мы мило смотримся вместе, - отвечаю я, и теперь приходит черед миссис Берт смеяться.
- Пообедаешь с нами, Джек? - спрашивает она у сконфуженного парня, успокоившись.
- Нет, спасибо.
Он шепчет мне на ухо: "Я жду тебя", и хлопнув меня по заду, удаляется.
- Он любит тебя, - замечает миссис Берт.
Я не могу сказать ничего на это счет. Иногда мне кажется, что он испытывает ко мне какие-то чувства, но эта мысль вызывает у меня приступ рвоты. Мне легче принять то, что я шлюха, отдающаяся за наркотики, чем то, что Джек любит меня.
Пенс прыгает на тумбу и хватает кусочек ветчины.
- Ох, ну что за нахал! - возмущается миссис Берт.
- Ничего, ему можно.
Я откладываю нож в сторону, треплю кота за ухо, вглядываюсь в эти страшно знакомые глаза.
- Я пойду, миссис Берт?
- Да, - кивает она, и, мне кажется, на ее лице проскальзывает усмешка. - Спасибо. Иди.
Я ухожу из ее квартиры, поднимаюсь наверх и останавливаюсь перед дверью. Из дверного проема на первом этаже выглядывает Пенс.
- Прости, Гарри, - шепчу я, отвожу глаза и стучусь. - Можно войти?
Джек открывает мне дверь, довольно и хитро улыбаясь.
- Ну, входи.
***
Он умело управляется с моим телом. Иногда я даже получаю удовольствие от происходящего.
***
- Ты сегодня выглядишь грустным.
Мы лежим на кровати, я и Джек. Я рассматриваю паутину трещин, ползущих по бледно-синей штукатурке. Неужели я умру в этом месте? Неужели я никогда не вырвусь из этих объятий?
Перед глазами возникают образы, странные, деформированные и уродливо-гротескные. Меня "отпускает".
- Я всегда такой, нет никакой разницы между мной сегодняшним и мной вчерашним, - отвечаю я.
- Тебе было приятно сегодня?
- Да, Джек, - отвечаю я.
Он поворачивает меня за подбородок к себе.
- Скажи это мне, а не стене.
- Мне было приятно сегодня, - подчиняюсь я.
Джек притягивает меня и целует. Впервые за все то время, что мы спим вместе. Я бы удивился, или возмутился, если бы мог реагировать хоть как-то. Но я просто подчиняюсь. Снова.
- Ты сегодня был пластичным. Я надеюсь, ты будешь таким и дальше.
- Угу, - киваю я и откидываю голову на подушку.
- Еще отходишь? - усмехается Джек.
Я молча киваю.
- Я сделаю тебе приятно, пока ты не сопротивляешься.
- Делай все, что хочешь, - соглашаюсь я.
Джек сползает вниз, берет мой член в рот и отсасывает. У него это хорошо получается, я всерьез думаю, что он отыгрывается на мне за полученный им когда-то сексуальный опыт.
Когда я кончаю, я невольно выкрикиваю: "Гарри!"
Я вижу, как меняется в лице Джек. Его губы растягиваются в оскал.
Я знаю, что он изобьет меня за это. Он наносит первый удар, по лицу, наотмашь. Дальше я уже не соображаю - теряю сознание. Я знаю, что он жестоко накажет меня за это.
Так что хорошо, что я отключаюсь. У меня есть шанс не проснуться, потому что он изобьет меня до смерти. Иногда я думаю, что это было бы отличным выходом для меня. Смерть. Я знаю, что заслуживаю ее. Но мысль о том, что Гарри останется один в этом мире, и не будет знать, что я умер, и никогда не придет на мою могилу и не вспомнит - все это делает мне так больно, что каждый раз я изо всех сил пытаюсь придти в себя. И прихожу. Пока.
Я жутко соскучился по Гарри. Я чертовски сильно влюблен в него.
__________________________________________________