Дело 2, Лист 2.
Белая Королева перешагнула порог и вошла в комнату. Девушка уже не плакала, а лишь судорожно глотала сухой воздух. В покоях было натоплено(догорал большой камин) и Королева, не в силах восстановить дыхание, расшнуровала корсет и рухнула на постель. Стены давили на грудь и голову, не смотря на то, что помещение было большим и высоким, а одну из стен заменяли панорамные окна. И цвет потолка, стен и пола были белыми, как и мебели, занавесок, ковров. Словом, все оттенки белого собрались в этом дворце.
- Лотти! - в спальню вбежала маленькая девочка-пешка в беленьком платьице, похожем на завитушку безэ. Девочка одиннадцати лет что-то быстро тараторила, пытаясь что-то рассмотреть в окнах, но Королева почти не слышала. Окружающий шум заглушал грохот в ушах.
Хотя, походил он на вполне реальный. Ворота! Точно, это они! Главные ворота дворца открываются именно с таким звуком.
Прилагая титанические усилия, Королева встала и подошла к окнам. В ворота, пересекая мост, вплывала карета.
- Кто это? - девушка всматривалась в фигуры на мосту.
- Лотти, ты меня совсем не слушаешь! Это твоя... А кто она?
- Леди Мила..,- Королева побежала на первый этаж. - Прости, Лизи.., - пешка осталась за дверью в покоях.
В тронный зал, куда провожали всех гостей, Белая Королева вошла неприлично быстрым шагом, гулко отражающемся от стен зала. И так же неприлично обняла Леди Милу.
- Я вас очень ждала! - горячим шёпотом проговорила девушка. - Вы даже не представляете в каком я отчаянии!
- Из вашего письма, Ваше Величество, немного представляю, - психолог мягко пыталась развязать узел из тонких рук на своей шее.
- Шарлотта! Зовите меня, пожалуйста, Шарлотта! Или Лотти! А кто ваш спутник?
- Это Капитан Аарон Бёрк из отдела Безопасности и Контроля. Дело в том, что...
- Я знаю. Я получила вашу телеграмму и в курсе ситуации. Теперь я поняла, как он выглядит. Пойдёмте, я покажу ваши покои, - Королева направилась к одной из боковых дверей.
- Ваше Величество! - в тронный зал, с двумя рядами колон и окон вдоль стен и двумя серебряными тронами на небольшом возвышении напротив дверей, вошёл высокий, статный мужчина лет тридцати - тридцати пяти в белоснежной, идеально выглаженной одежде и серебряной короне. Очевидно, Белый Король. - Я посмею сделать Вам замечание по поводу вашего непозволительного поведения, - девушка тут же стушевалась и опустила глаза. - Так же осмелюсь потребовать аудиенцию с Вами сию секунду. А Ваших гостей Вы можете доверить Ладьям, - говорил он спокойно, но безапелляционно и Шарлотта, как загипнотизированная своим супругом, отпустила руку психолога.
- Простите, Леди Мила и Капитан Бёрк. Я вынуждена вас оставить на попечение слугам. Я приду как только смогу, - Королева извиняющейся смотрела в глаза гостям и, получив в ответ понимающие взгляды, удалилась вслед за Королём.
Ориентироваться во дворце, не будучи его постоянным жителем - достаточно проблематично: одинаковые, на первый взгляд, коридоры, комнаты, башни и залы путают и дезориентируют чужаков, отчего создаётся ощущение лабиринта. Следуя по всем этим, казалось, бесчисленным коридорам за Ладьёй, Аарон старался запомнить маршрут к жилому крылу. Фениксам не комфортно в неизвестности. А привыкшему контролировать ситуацию на сто процентов Капитану ОБ - не комфортно в неизвестности в квадрате.
Гостевые комнаты располагались с двух сторон длинного коридора в восточном или жилом крыле. Ладья указала на две комнаты, расположенные рядом, кротко улыбаясь, попросила обращаться за всем необходимым и, сделав книксен, оставила гостей. Багаж, как указала та же Ладья, уже доставили в комнаты. В коридоре стало поразительно тихо.
- Мне видимо понадобится план дворца, - усмехнулся феникс и повернул ручку двери.
Комната выглядела очень мило и опрятно: большое окно напротив двери со столом и стулом около, большая кровать с балдахином справа, дверь в ванную слева от кровати, шкаф и ширма у стены со входной дверью. А ещё камин напротив кровати и ещё одна дверь. Дверь в соседнюю комнату. Комнату Милы.
Зайдя к девушке, Аарон увидел такое же, но отзеркаленное помещение.
- Эту дверь можно запереть, - проговорила спокойно Мила. - Хотя, для вас ни дверь, ни каменная крепость - не преграда.
- Я не собираюсь врываться врываться к вам в спальню без крайней необходимости. Или вашей просьбы. Но как ваш наблюдатель, я не имею права позволить вам запирать эту дверь.
- Ну да, - она не смотрела на мужчину. В окне происходило что-то явно по-интереснее. - В мой кабинет вы врываетесь без стука или моей просьбы. Точно скоро в подвал посадят.
- Не думаю, что Они на такое способны.
Девушка рассмеялась. Это был пугающе - громкий нервный смех, срывающийся иногда на такой же громкий нервный кашель и возобновляющийся вновь. Она пыталась что-то сказать, но то ли не могла связать слова, то ли успокоиться, что бы вымолвить хоть что-то, кроме бессвязных звуков.
Ближе к вечеру, в комнату Милы постучала Королева. Девушка тут же открыла и впустила Шарлотту. По приказу последней, в комнату был принесён второй стул с мягкой спинкой и, две чашки и чайник с чаем.
- В первую очередь я должна перед вами извиниться за то, что оторвала вас от работы. Но мне правда крайне необходима ваша помощь, потому что, мне кажется, что только вы способны меня спасти.
- В письме вы крайне доходчиво описали вашу просьбу и эмоции. Но причину столь сильного беспокойства вы не назвали.
- Я боялась, что письмо прочтут. Такого никогда не было, но я всё равно боюсь. Понимаете, дело в том.., - Королева беспокойно оглянулась на окно и двери и сильно понизив голос, продолжала шепотом. - Я... Я влюблена... Влюблена в Короля.., - и видя растерянный взгляд психолога, вымолвила одними губами. - В Чёрного Короля, - она снова замолчала на несколько секунд, собираясь с мыслями. - Я разглядела его на последней партии. Он впервые поднял забрало и я увидела его. А потом, на балу в честь нашей победы, он пригласил меня на танец. Он такой красивый! Понимаете, мой муж почти вдвое старше меня. Замуж меня выдали едва мне исполнилось шестнадцать. А Ричарду был уже тридцать один год. Прошло уже два года, но я так и не смогла его полюбить. Да, он заботится обо мне, но он строг. Он как учитель - постоянно поучает меня, напоминает о манерах, внешнем виде и сдержанности. А Уильям такой галантный, весёлый и ласковый. В письмах он называет меня "Моя нежная Ласточка", а Ричард заставляет носить корсет. А с Уильямом всё так легко... Но я понимаю, что в первую очередь я - Королева и мои чувства и эмоции вторичны. Но мне кажется, что я никогда так не любила.
- Вы хотите, что бы я помогла принять вам верное решение? - Леди Мила искренне жалела совсем юную девушку. Ей было всего восемнадцать, хотя внешне она выглядела гораздо младше: худенькая, даже тощая, с тонкими чертами лица, большими голубыми глазами и светлыми кудрями, а на её худые плечи уже взвалено огромное количество ответственности. Она была ребёнком, которому запрещено чувствовать.
- Нет, - Королева мялась. - Я слышала о вашем происхождении...
- Какое это имеет значение? - голос психолога похолодел.
- ...и я знаю, что вы обладаете даром убеждения. Я прошу вас убедить меня, что я не люблю Уильяма. И люблю супруга.
- Это невозможно, Шарлотта, простите.
- Почему же?! - Королева смотрела так жалобно, как щенок.
- Я могу изменить память, ощущение, внушить желание или отбить его, но изменить чувства невозможно. А любовь - это тонкая и очень сложная материя, неподвластная ни одному, даже самому могущественному существу.
- Но... как же..,- Королева совсем сникла.
- Послушайте, Шарлотта, я постараюсь вам помочь, если это окажется в моих силах. Но сперва, мне необходимо узнать ситуацию со всех сторон и точек зрения.
- Брат, это безумие! Как же ты не понимаешь?! - Уильям - старший наследный Принц и ныне, с недавних времён, Чёрный Король - расхаживал по тронному залу, зло стуча серебряными набойками по чёрному мраморному полу.
Замок Чёрных и Белых половин были абсолютно идентичны вплоть до типов материалов, но различались цветовой гаммой. А устройство и расположение помещений, мебель, интерьеры выглядели одинаково.
Версий с какой целью это было сделано множество, но две основные таковы: первая - одинаковыми их сделали ради равенства. Что бы ни одна половина фигур не чувствовала хоть какого-то мало мальского ущемления. Вторая - когда-то Белые и Чёрные фигуры и пешки жили в мире, а Короли были настолько дружны, что выстроили одинаковые дворцы, дабы, оставаясь ночевать друг у друга, не блуждать в лабиринтах коридоров.
- Уильям, глупости! Всё сложится, если ты перестанешь трусить! Ты старше и правящий Король. Так будь взрослее и мудрее! - младший Эдмунд, полу-развалившись, сидел на ступеньках возле трона, курил через мундштук и казалось, был совершенно спокоен. - Придумаем что-нибудь.
- Что?! Что ты хочешь придумать?!
- Не я, а мы. Да хватит мельтешить! Голова уже от тебя кругом! Сядь!
- Всё равно безумие! - Уильям тяжело сел рядом с братом. - Это мошенничество! Партия того не стоит.
- Любая игра стоит свеч!
Голоса гулко отлетали от стен и о приватности беседы можно было забыть. Слышать могли наверное все, но не хотели. Чёрный Король крайне жестоко обходился со всеми неугодными. Даже если Партия проиграна по его вине. Пешки и фигуры чёрной половины умирали чаще, чем сменялись день и ночь. Но при этом, в узком кругу семьи, Уильям был самым добрым братом и нежным сыном.
Отец ещё в детстве объяснил сыновьям одну простую истину - "Король не может быть милосердным к кому-либо. Даже к себе." И эта идея глубоко прорастила свои корни в голове тогда ещё совсем юных принцев. После смерти Короля, Старший Уильям занял престол, а Младший Эдмунд возглавил одну из отдалённых провинций и был своего рода тоже Королём, но совсем маленькой земли. Как Маленький Принц на своём астероиде. Но партии играли по очереди и все решения касаемо страны принимали вместе.
- Мальчики, что же вы так расшумелись?! - Матильда, Чёрная королева и жена Уильяма, вплыла в тронный зал. С улыбкой и строгим голосом. - Во всём дворце слышно!
- Врёшь Тиль! Стены толстые, - Эдмунд легко поцеловал женскую ручку в перчатке.
- А эхо летучее! Настоятельно рекомендую говорить тише.
Уильям закатил глаза. Супруга, будучи старше на четыре года, считала крайней необходимостью постоянно подсказывать мужу "королевское" поведение. Королевское по её мнению. Молодая женщина видела своё предназначение в воспитании из мальчишки настоящего Монарха. Мальчишки опять же по её мнению.
- Ой, Тиль, что ты душнишь?! То, что тебе двадцать восемь, а нам двадцать четыре ничего не значит! - а Эдмунд всегда, защищая брата, иронизировал ситуацию и пошучивал над Матильдой. - Может, ты уже прожила жизнь, но свои же рекомендации соблюдай, - хотя, иногда его слова били достаточно больно.
- Эдмунд, не лезь! Лучше слушайте мудрую фигуру. Уильям, я жду тебя в кабинете. Как договорите - приходи, - и Королева удалилась через дверцу за тронами.
- Мигера она у тебя конечно! - и оба брата рассмеялись.