Дело 1, лист 2.
В больнице вот уже второй час двое лекарей и один ассистент, окружив Рогга несколькими видами печатей, выводили токсины как из организма, так и из магической сущности. Шарни не отлипала от стеклянной двери, ведущей в операционную. Лишь иногда, когда кто-то входил или выходил, гароля просили не мешать и она ненадолго садилась на кресло рядом с Леди Милой, но потом вновь возвращалась к стеклу. Прогнозов не было, и психолог старалась хотя бы своим присутствием поддержать Шарни.
А ещё через час всё закончилось: морозника, накрыв восстанавливающим куполом, перевели в палату и наконец пустили к нему девочку, велев ей не шуметь. Всё тот же лекарь (как выяснилось его зовут Парват Гриллаза) обнадёжил Шарни, объяснив, что Рогг под куполом набирается сил. А потом, вне палаты, более подробно и чётко объяснил Леди Миле, что, пусть токсины удалось вывести, сто процентной гарантии восстановления он дать не может. Говорить Шарни о реальном положении дел девушке не хотелось, пусть и надо было. Но не сейчас. Потом...
А сейчас ей нужен кофе. Очень нужен человеческий кофе и желательно с сахаром. Пока малышка гароль рассказывала «спящему» Роггу как она переживает и что он обязан выжить, Мила Верба спустилась на первый этаж, где располагались автоматы с дешёвым, растворимым, но таким нужным напитком.
Но не сложилось. Около лифта на первом этаже девушку схватили за левое предплечье и оттащили в направлении пустой приёмной.
- Леди Мила Верба?! - откуда-то сверху обрушились на неё строгий мужской голос. Блузка прилипла к спине, ладони покрылись испариной. Немного придя в себя, девушка решилась поднять глаза. И первое, что в них бросилось - форма. Чёрная полицейская форма Города Кошмаров с синей полоской поперёк рукава с надписью «Отдел наблюдения и контроля». Такая унизительная для девушки полоска на такой красивой форме, которая ей всегда нравилась, но и одновременно пугала.
Но то, что было выше формы поразило девушку ещё больше: над воротником чёрного кителя, застёгнутого под самое горло, возвышалась голова с темными на концах красными волосами. «Феникс» - проскользило в голове у девушки. А голос вновь загромыхал. - Вы - Леди Мила Верба?
- Да, - старалась, чтобы голос звучал спокойно и уверено. - Кто вы и что вам угодно?
- Капитан Аарон Бёрк. - он показал серебристый жетон. - А что мне угодно вам известно. Однако, это подождёт. Вы дружите с Шарни. Верно? - говорил он уверено, не кричал.
- Да. Зачем она вам?
- Вопросы задаю я. Какое-то время она находилась под вашей протекцией, верно? - кивок. - Отлично. где она сейчас?
- В палате со своим кошмаром. Да в чём дело, в конце концов?! - девушка выдернула руку и отошла на шаг.
- «Особый отдел наблюдения и контроля» ведёт расследование серии отравлений морозников. Так что мне нужна Шарни. И чем быстрее я её допрошу, тем быстрее мы вернёмся к вашему делу. И тем быстрее вы будете свободны.
Но Шарни явно не оправдала ожиданий капитана Бёрка. Гароль лишь пересказала рассказ Рогга и что она не нашла ничего лучше, чем обратиться к Леди Миле. А феникс, наверное, предполагал, что Шарни видела и преступника, и его документы, и запомнила серию и номер личной карты.
Уставшие глаза Аарона, янтарный цвет которых был так удачно оттенён синяками, выразили разочарование и желание бросить всё и лечь поспать на вторую койку в палате Рогга.
- И ты больше ничего не знаешь? - капитан перевернул страницу в блокноте, куда записывал всё сказаное гаролем.
- Нет. Я рассказала всё что знаю, - девочка нервно перебирала складки сарафана.
Капитан Бёрк ещё какое-то время разговаривал с лекарем Гриллза, а после направился в дом Рогга и Шарни. Гароль отправилась с капитаном, а психологу велели вернуться домой. Без возражений.
Столь желанная чашка кофе наконец оказалась в руках девушки. Магическая сущность моментально забрала всё тепло и, когда психолог наконец сделала глоток, напиток оказался ледяным.
Так получилось, что сущность у неё больно прожорливая до тепла была и Леди Мила, сколько себя помнила, всё ела и пила исключительно в остывшем виде. Не самая большая цена за силу. Некоторые и дороже платят.
Ближе к вечеру пришла Шарни. Она долго пересказывала как проходил досмотр, как Рогг на секунду пришёл в себя и просил прощение и как «очень милая оборотень» довезла её до временного жилья.
- И где ты теперь живешь? - Леди Мила поставила девочке вторую чашку чая.
- Через две улицы от вас. Но там плохо. А в больнице мне не разрешили остаться - мест свободных мало. И в доме тоже нельзя. Там что-то ищут. Не знаю что, но меня не пускают. И куполом дом накрыли, что бы не лезли.
- Хочешь, оставайся у меня сегодня? Тут, может, тебе удобнее будет.
- Хочу. Вы правда разрешаете? - восторгу Шарни не было предела - она знала, что Леди Мила никого не пускала в квартиру. Тем более пациентов. Личное пространство важнее всего.
Гароли менее чувствительны к перепадам температур, и, получив у Милы чистое одеяло - девушка не использовала камин, считая его бессмысленным, и в квартире было всегда прохладно - Шарни улеглась на большой кровати.
Возможно, диван в приёмном кабинете показался бы постороннему крайне неудобным и непригодным для сна. Но надо знать как правильно лечь- тогда сон будет достаточно крепким и даже сладким. И пусть коричневая кожа ледяная, а сущность съёжилась и отчаянно требует дозу тепла, спать тут девушке привычно.
В темноте кабинета можно рассмотреть немного: чернеющий большой письменный стол, чернеющие книжные шкафы за ним, напротив - также чернеющая дверь и кресла в тон дивану чуть ближе; на стенах - тёмные панели, а над ними - тёмно-зелёные тканевые обои. Остальное убранство разглядеть было крайне сложно.
В голове Леди Милы закрутились воспоминания и прошедшем дне. Что-то тут явно было не так. Мир Подкроватья - относительно спокойные земли и отравители или убийцы были тут в диковинку. И без них забот хватало. Да и взаимоуважение между существами на достаточно высоком уровне.
Анализ событий прошедшего дня не дал никаких результатов - сон так и не пришёл и новые идеи причин произошедшего не появились.
Промаявшись так около часа, Леди Мила встала и, выудив из шкафа папки с делами подопечных, приступила к заполнению и разработке планов терапии. Словом - бумажной волокитой. Часы тихонько выстукивали одиннадцать.
Капитан Аарон Бёрк вышел из главного управления Отдела безопастности и контроля, затягиваясь сигаретой. С начала в здании Отдела безопастности и контроля располагался обычный отдел безопасности, но после прихода феникса, отдел внезапно повысили. А позже расширили штаб сотрудников.
Выпустив пучок дыма, он затянулся снова. Как будто ему своего огня не хватает. Хотя, сущность любит человеческие травилки лёгких и регулярно требует новую дозу табачного дыма. Да и бросать желания не было.
Пластинка в кармане его брюк зажужжала. Пластинка - что-то вроде маячка. Когда из конспиративной квартиры для защиты особо ценных свидетелей выходит этот самый свидетель, пластинка подаёт сигнал. Пластинок всего две: одна крепится на дверь и считывает входящие и выходящие сущности; вторая разделяется между наблюдателем и ведущим дело следователем.
В этот раз пластинка не унималась, а значит дверь не закрыли. Или пластинка не соприкоснулась с дверным косяком, а наблюдатель где-то ходит или спит.
Ëжась на промозглом ветру, Аарон, перебежками добрался до нужной улицы и, вытирая с лица потоки дождевой воды, поднялся на третий этаж серо-коричневого дома.
Дверь действительно была приоткрыта, а наблюдающий мирно спал на стуле около двери. И спал не просто - спал магическим сном. На широком и немного бугристом лбу вампира виднелись остатки сонной сети или сети Морфея. Путы сна в прями смысле. Сплести и применить сможет любой, даже самый неспособный к магии.
«Праведный огонь с тобой,» - махнув рукой, капитан двинулся в квартиру. Но в маленькой комнатке, именуемой гордым словом квартира, был ровно такой же порядок, как и несколько часов назад, когда Аарон привёл сюда Шарни. Даже тонкий слой пыли на подоконнике остался на месте.
Проклиная сонные сети, а за одно и весь свет, капитан Аарон бегом ринулся с лестницы на первый этаж. Сущность тоже злилась и жгла лёгки и кожу, испаряя капли дождевой воды. Есть только одно место где гароль может быть - квартира на улице П.С. - 27 в доме 217 на седьмом этаже.
Звонок зазвонил громко и весьма настойчиво. Боясь разбудить Шарни, Леди Мила быстрым шагом, завязывая на талии пояс зелёного с журавлями халата-кимоно, направилась к двери. Существо по ту сторону не вызвало в девушке никаких положительных эмоций. Четыре вдоха - четыре выдоха и начинавшуюся панику удалось усмирить. Но не на долго...
- Что вам угодно в такой час? - Мила старательно изображала только проснувшееся создание.
- У меня не нормированный график. А когда теряется свидетель о сне и речи быть не может, - немного бесцеремонно отодвинув девушку, капитан Бёрк прошёл в кабинет.
- Объясните наконец внятно. Вы говорите сплошными загадками и, если быть окончательно честной, меня это раздражает. Кто у вас пропал и что вам конкретно от меня надо?
- Не притворяйтесь, что ничего не понимаете! Шарни у вас и вы должны мне её отдать! - мужчина расхаживал по комнате и говорил таким тоном, словно вёл допрос.
- Вы не смеете диктовать мне, что делать! - хамство не должно терпеть ни одно существо. Хамство и грубость. А Леди Мила привыкла не давать себя в обиду. - Тем более в таком тоне и в моём доме. Иначе, мне будет крайне проблематично сохранить вежливый тон, - и, немного мягче, продолжила. - Шарни останется здесь и ни один ваш аргумент против не заставит меня изменить решения. По закону, как бывший хозяин, я имею право на время следствия взять гароля под протекцию.
- Предварительно уведомив следственную группу и меня в первую очередь! - усталость и недосып слились в злость и капитан сорвался на крик. А ненасытная сущность требовала курева. - Вы должны понимать, что это не шутки! Вы же прекрасно знаете как ведётся следствие - глаза его налились огнём. Леди Мила несколько секунд изучающе смотрела в глаза феникса и, сделав шаг навстречу, схватила его чуть выше запястья и что-то тихо прошептала на древнем языке, после чего отпустила руку.
- Легче? - и получив утвердительно-растерянный кивок, осела в кресло. - Вам стоит больше спать и бросить курить. Лёгкие не жалко, так сущность пожалейте. Для неё сигареты - отрава.
- Что вы сделали? - мужчина в недоумении пялился на свою ладонь. Однако, злость и усталость как рукой сняло. И курить больше не хотелось, а во всём теле появились лёгкость и чувство покоя. - Вы - лекарь?
- Моё происхождение вам известно, а догадки о моих способностях я предпочту услышать утром. И если у вас более ко мне нет вопросов, не смею вас задерживать, - девушка уронила голову на руку, пытаясь сохранить сознание.
Трезво оценивая бессмысленность дальнейших расспросов, капитан Аарон Бёрк что-то проговорил в качестве извинений и ушёл, так и не решившись продолжать требовать выдать Шарни.
Вбирать чужую усталость, а тем более вместе со злостью - очень мучительно. Это как медленно резать кожу, сильно давя. Собрав все оставшиеся сили, Леди Мила поднялась, взмахнув рукой, заперла дверь и активировала печати. И, сделав ещё шаг, рухнула в изнеможении на диван.