Дело 1, лист 3
Утренний свет пытался пробраться сквозь плотно - задёрнутые шторы, однако, безуспешно. Впервые за последние пять лет, Капитан Аарон Бёрк проснулся. Именно проснулся, а не оторвался от просмотра текущих дел.
Оказывается, спать и высыпаться - это очень даже приятно: не чувствуешь тяжёлую ломку во всём теле, веки не слипаются, голова не кружится. И энергетические печати клеить - как пластыри - не приходится. А зачем, если спать не хочется?
Протирая впервые не раздражённые глаза, Аарон гладил брюки. Магия магией, а форма должна быть отглажена, вычищена и сидеть идеально.
В зеркале отразились его руки в уже зарубцевавшихся ожогах. Фениксы редко полностью обращаются. Чаще используют только крылья. А чтобы раскрыть крылья нужно сжечь руки так называемым мёртвым огнём. По этому на форму фениксов нашиваются специальные накладные карманы для спичек и зажигалок.
С прошлого обращения прошло довольно много времени и кожа на руках почти восстановилась и почти не ныла, но соприкосновения с одеждой всё ещё причиняли дискомфорт. Аккуратно смазав участки повреждённой кожи заживляющим бальзамом, мужчина надел хлопковую рубашку. Рубашка должна быть из натуральной ткани, иначе, кожа пострадает и будет ныть ещё долго.
Застегнув на рельефной фигуре брюки, рубашку и китель, феникс последний раз взглянул на своё отражение в зеркале и одёрнул повязку. С молодых перьев фениксов учат с гордостью носить форму и звания. И Аарон Бёрк с гордостью носил звание Капитана Отдела безопастности и контроля. Но в первую очередь звание феникса.
Ещё раз окинув своё отражение в зеркале придирчивым взглядом, Капитан Аарон Бёрк вышел из квартиры и направился в здание отдела.
Встречавшиеся ему по дороге существа с раболепным уважением уступали дорогу, пропускали вперёд, а некоторые, совсем зашуганные, даже кланялись.
В здании Отдела, а точнее в холле, воцарилась гробовая тишина, когда феникс появился в дверном проёме, отряхивая с плеч остатки дождевых капель. Все остальные существа, конечно, отмерли и двинулись по своим делам, но в два раза тише, ступая на цыпочках. И продолжался этот балет ровно до того момента, пока дверь кабинета не закрылась за спиной феникса.
Но мужчина долго там не задержался - взяв табельное оружие и ключи от конспиративной квартиры, капитан направился по известному адресу к психологу, но отнюдь не на приём. Шарни нужно было вернуть, иначе даже ему не поздоровилось бы - потерять свидетеля - серьёзное нарушение.
Даже громкий стук в дверь не смог разбудить опустошенную Милу. А вот Шарни проснулась, но дверь открыть не смогла.
- Я не знаю как открывать эти печати, - сквозь дверь отвечала девочка фениксу. Мужчина глубоко вздохнул и, порывшись в памяти, нарисовал печать и растворил физическую оболочку двери. Смысл двери, сама её суть, осталась на петлях, а физическая оболочка временно оказалась внутри печати. В дверном проёме осталась похожа на водную гладь так называемая плёнка. Левой рукой держа печать, правой феникс нащупал угол этой плёнки и попробовал потянуть.
Плёнка поддалась, но прикосновения к её, казалось, холодной поверхности, причиняло адскую боль. Но Аарон, лишь немного морщась, продолжал отклеивать плёнку с печатями. Образовалась прореха, шириной ровно столько, чтобы феникс смог попасть в квартиру.
- Вы обратитесь! - Шарни, внимательно наблюдавшая за происходящим и остававшаяся безмолвной, подала голос.
- Без огня не обращусь. Больно будет, - феникс перешагнул порог. Кожа его задымилась и даже волосы зашевелились, а зрачки, словно тая, расплылись по белку, заливая тёмно-коричневым тёплым цветом.
Оказавшись в квартире, тяжело дыша и дымясь, феникс вернул на место и плёнку, и дверь. Шарни растеряно оглядывала высокую стройную его фигуру, не решаясь как-то возражать первому рангу. И уж тем более фениксу.
- Сколько ж с тобой мороки! Где Леди Мила? - Аарон коснулся волос, смахивая с них пепел.
- Она спит... Очень рано ещё.
- Судя по табличке, приём с девяти. Сейчас, - мужчина эффектно извлёк из кармана часы. - Восемь двадцать. Она не может спать!
- Сегодня нет приёма, - Шарни тайком подсмотрела расписание.
- Она всегда встаёт в одно время.
- Откуда вы знаете?! - но мужчина не ответил. Открыв ещё одну дверь, феникс ворвался в помещение кабинета.
Девушка лежала на диване в неестественной позе: одна рука вывернута и свисает с края дивана, другая закинута не спинку, ноги свешены на пол, голова повёрнута на бок и откинута на лопатки.
Капитан Аарон Бёрк метнулся проверить пульс. Слабые удары едва-едва удалось нащупать на тонкой белой шее. Казалось, что она вот-вот умрёт.
- Шарни, лекаря! - феникс перевернул девушку на спину и замер. На грудной клетке тлела печать. Печать огня. Девушка буквально выжигала себя, но руки при этом были ледяные.
- Не нужно лекаря.., - Леди Мила тяжело вздохнула и открыла глаза. - И уж тем более не нужно так шуметь, - она села и на лице у неё отразилось крайнее недовольство. - Капитан Аарон Бёрк, вы разве не знаете, что приходить рано утром к девушке без приглашения - дурной тон? - её тон был скорее шутливым, чем серьёзным.
- С вами всё в порядке? - Капитан был серьёзен и даже немного взволнован.
- Конечно, - Леди Мила медленно спустила ноги на пол. - Не первый раз. Вы не могли бы отвернуться? - Капитан послушно отвернул голову, убирая от лица непослушные пряди.
Оставив халат на диване, в одной ночнушке, просвечивающей тонкий женский силуэт, Мила проскользнула в соседнюю комнату, где спала Шарни. Проскользнула быстро, но недостаточно, что бы остаться незаметной для Капитана.
А через пятнадцать секунд девушка снова появилась. Уже полностью одетой, с аккуратно забранными назад волосами.
- Я полагаю, вам требуется моя консультация или помощь, раз вы пришли ко мне в не приёмный день с утра, - голос её был уставшим и сама девушка явно сильно нервничала, постоянно одёргивая бордовую юбку и расправляя складки на свежей кремовой блузе. - Так чем же я могу помочь Капитану Отдела безопастности и контроля? И тем более фениксу? - она села на кресло за столом, немного перекладывая бумаги по правую руку от себя.
- Вы почти верно полагаете, - феникс присел на кресло около стола. - Лично с вами я тоже обязан поговорить. Но это позже..,- он словно не хотел начинать разговор. - Вы берёте протекцию над Шарни? - она кивнула. - Тогда заполните это, - Аарон положил перед Леди Милой серебряный бланк с белой кружевной печатью. Девушка, просмотрев бланк беглым взглядом, провела пальцем по ручке, и перо легко заскользило по серебряной поверхности, выводя на зеркальной поверхности аккуратные завитки букв.
- Что? - чувствуя на себе взгляд феникса, полный непонимания, Леди Мила подняла бровь. А полный непонимания взгляд переместился с лица девушки на ручку. - Я вас умоляю, Капитан! Эта ручка в точности копирует мой почерк. А с тем количеством бумаг, бланков и прочего, что я заполняю в ручную, эта вещица просто незаменима. Неужели, в Отделе безопастности и контроля такими не обзавелись?
- Нет, - феникс внимательно рассматривал заполненные строки в бланке. - Шарни, твоя подпись.
Всегда тихая Шарни, стоявшая всё время в углу, перебирая складки сарафана, медленно, стараясь как можно тише ступать по паркету, подошла к столу и провела по бланку тонким белым пальцем, оставляя розовый, похожий на кляксы от акварели , след.
- Это ещё не всё,- феникс аккуратно убрал бланк в портфель и вновь обратил свой взор на Леди Милу. - Ваше дело...
- Шарни, вернись, пожалуйста, в спальню! - девушка резко поднялась с кресла. Резко настолько, что феникс дёрнулся, почти выхватывая табельное. Гароль быстро убежала, прячась в спальне. - Я вынужден вам напомнить, что в стенах этого кабинета, я - психолог и о моём происхождении не должны знать ни мои пациенты, ни друзья. Словом, никто, - говорила она сильно понизив голос, но так и не сев на кресло. - И оставьте в покое оружие - не терплю насилия.
- Хорошо. Присядьте - разговор будет долгим...
Почти час Шарни сидела неподвижно на кровати, что-то тихо говоря себе под нос. Что-то явно успокаивающее, потому что слёзы застыли в глазах, но не катились по щекам. Разговора в соседнем помещении она почти не слышала. Может потому, что говорили тихо, а может Леди Мила сделала всё, чтобы гароль не услышала.
А ещё через час гароль не выдержала: вскочила, зло смахивая слёзы с глаз, ринулась к двери и... замерла в нерешительности. Леди Мила не велела выходить, а злить или расстраивать её Шерни не хотела.
Но ей нужно в больницу. К Роггу. Потому что печать на шее горит адским пламенем, а значит ей нужно туда. И жжение с каждой секундой усиливается и становится совсем невыносимым. Из налившихся жаром лёгких вырывается сдавленный крик и Шарни падает без сознания перед дверью.
- Шарни..! - голос Леди Милы доносится словно из-под воды. Девушка говорит что-то ещё, с кем-то переговаривается, но слов гароль уже не разбирает. Сильные мужские руки поднимают розовеющее тело и куда-то несут.
- Да как же вы не понимаете?! Ну нельзя её лечить как обычного гароля! - Леди Мила в который раз повторяла лекарю Парвату.
- А я вам ещё раз повторяю - я не вижу ни одной объективной причины отходить от стандартного курса лечения гаролей. Вы кто - лекарь? - Парват Гриллаза буквально рычал на девушку. - Назовите мне хотябы одну весомую причину послушать вас..!
- Я не имею права это разглашать, поймите. Сделайте официальный запрос, - глаза Милы наливались злым блеском.
- На официальный запрос уйдёт много времени. А если она умрёт, пока на запрос отвечать будут? Я - лекарь. Я обязан помочь!
- Да вы убьёте её обычным лечением в два раза быстрее! Поставьте чёртову блокаду и не злите меня! - все присутствующие в этот момент в помещении почувствовали гнев Леди Милы.
Капитан Аарон Бёрк зажал в руке печать обездвижения. Но Парват замер, словно окаменел, и смотрел в глаза стоящей напротив девушке. Молчание продлилось несколько минут, после чего лекарь нервно сглотнул и наконец вымолвил:
- Как прикажете.., - и удалился.