35
Небо над Хогвартсом после битвы было неестественно чистым, словно сам воздух вымыли от копоти и криков. Но для нас эта чистота была пустой. В ней не хватало главной ноты.
Прошло три дня с битвы у стен Хогвартса. Замок зализывал раны, Амбридж с позором увезли в Мунго (её разум не выдержал «ультразвуковой чистки» Алёны), но в гриффиндорской башне царил траур. Джеймс не выходил из кабинета, а Сириус часами сидел на подоконнике, глядя в пустоту.
Я сидела в той самой тайной комнате на Площади Гриммо, 12. Передо мной лежали обломки маминой гитары и та самая серебряная пуговица.
- Эми, ты видела это? - в комнату вошел Гарри. В руках он держал дневник Алёны, открытый на самой последней, скрытой странице.
Там не было слов. Там была схема. «Магический камертон».
«Если звук рассеялся, его можно собрать обратно, если создать точку идеального резонанса. Нужны три составляющие: Кровь (родство), Память (инструмент) и Любовь (чистая частота). Если ударить в колокол Хогвартса на частоте Поттеров, эхо вернется в тело».
Мы поняли, что у нас есть только один шанс. Это должно было случиться в полнолуние, когда магия Хогвартса наиболее пластична.
Мы собрались на самой высокой башне. Джеймс, Лили, Сириус, Римус, Гарри и я. В центре круга лежали обломки гитары, которые я аккуратно склеила, используя «Репаро» и собственную кровь.
- Начинай, Эми, - прошептал Джеймс. Его глаза блестели от надежды. — Мы станем твоим фоном.
Ритуал на Астрономической башне длился три часа. Мы сделали всё, как было сказано в дневнике: кровь, память, инструменты. Я сорвала голос, выкрикивая её имя в пустоту; Джеймс стоял, вцепившись в парапет так, что костяшки пальцев побелели; Сириус и Римус вливали свою магию в резонансный круг, пока не упали от изнеможения.
Но когда последний аккорд затих, ничего не произошло.
Золотистые искры, которые, казалось, начали стягиваться в человеческий силуэт, просто дрогнули и… погасли. Как догоревшая свеча. На каменном полу башни остались лишь обломки гитары и та самая серебряная пуговица. Холодный ветер Хогвартса подхватил пепел ритуала и унес его в сторону Черного озера.
- Нет… - выдохнул Джеймс, опускаясь на колени. Его руки шарили по пустому камню. - Нет, Лина, ты не могла просто уйти. Мы же всё сделали правильно!
Сириус подошел к нему, положил руку на плечо, но Джеймс оттолкнул его. В его глазах была такая бездонная пропасть, что мне стало страшно. Ритуал провалился. Мы не смогли собрать её по кусочкам. Звук рассеялся окончательно.
Мы вернулись в Лондон. Дом номер двенадцать встретил нас тишиной, которая теперь казалась ядовитой. В каждой комнате, где Алёна смеялась, где она пила чай или настраивала инструменты, теперь висел тяжелый дух невозвратности.
Джеймс закрылся в той самой тайной каморке на чердаке. Он не ел и почти не спал, перебирая её записи, пытаясь найти ошибку в расчетах. Сириус стал похож на тень: он часами бродил по дому в облике пса, тоскливо подвывая у дверей её комнаты.
Лили пыталась быть сильной для нас с Гарри, но я видела, как она плачет по ночам в кухне, сжимая в руках старую фотографию, где они с Алёной - еще подростки - сидят под дубом у озера.
- Эми, - Гарри зашел ко мне в комнату. Он выглядел старше на десять лет. - Дамблдор пришел. Он хочет поговорить.
Мы спустились вниз. Дамблдор сидел в гостиной, печально глядя на огонь в камине.
- Я глубоко соболезную вашей утрате, - тихо сказал он. - Алёна совершила высший акт самопожертвования. Она стала щитом, который спас эту школу.
- Мы не хотим соболезнований, Альбус, - резко бросил Джеймс, выходя из тени лестницы. Его голос был сухим, как пергамент. - Мы хотим знать, почему она не вернулась.
- Магия звука - самая хрупкая из всех, Джеймс, - Дамблдор покачал головой. - Возможно, резонанс был слишком слаб. Или… возможно, её душа ушла слишком далеко. Нам нужно принять это. У нас впереди война, которая не ждет. Волан-де-Морт не исчез вместе с Амбридж. Он ищет способ стать бессмертным.
В тот вечер на Площади Гриммо было принято решение. Мы больше не могли позволить себе роскошь просто скорбеть. Если Алёна пожертвовала собой ради будущего, мы обязаны были это будущее обеспечить.
- Крестражи, - произнес Гарри, глядя на нас. - Дамблдор рассказал мне. Это части его души. Пока они существуют, он не умрет.
- Мы найдем их, - сказал Сириус, и в его глазах снова зажегся огонь, но на этот раз холодный и мстительный. - Мы выжжем его из этого мира так же, как он пытался выжечь нас.
Мы начали готовиться. Карты, древние книги, слухи о старых поместьях Пожирателей… Дом превратился в штаб охотников.
Но иногда, в самые темные часы ночи, когда дом затихал, начинали происходить странные вещи.
Я сидела в библиотеке, изучая карту поместья Лестрейнджей, когда боковым зрением заметила движение. Слабое, почти неуловимое серебристое свечение мелькнуло у книжного шкафа. Я резко обернулась, выхватив палочку.
Никого. Только пылинки танцуют в свете свечи.
- Мама? - прошептала я, и моё сердце пропустило удар.
Но ответа не было. Только тихий скрип половиц, который можно было списать на старость дома.
Через неделю, когда мы собирали сумки для первой вылазки, Гарри внезапно остановился посреди коридора.
- Вы это слышали? - спросил он, оглядываясь.
- Что именно? - Сириус нахмурился, проверяя снаряжение.
- Звук… как будто кто-то задел струну. Очень тихо.
Джеймс замер, прислушиваясь. На его лице промелькнула тень надежды, но она тут же сменилась горечью.
- Это просто ветер в трубах, Гарри. Не надо… не надо придумывать того, чего нет. Это сводит с ума.
Они не знали. Они не видели того, что видела я.
Когда мы выходили из дома, я на секунду обернулась. В окне второго этажа, там, где была комната мамы, я на мгновение увидела силуэт. Он не был материальным. Это было едва заметное дрожание воздуха, серебристый контур, который на долю секунды сложил пальцы в знак «W» - победа.
Мои губы дрогнули в улыбке, но я ничего не сказала. Если ритуал не вернул её тело, это не значило, что он не вернул её дух. Алёна Поттер была здесь. Она была в каждом звуке этого дома, в каждом нашем вздохе. Она была «тихим партнером» в нашей охоте.
- Эмилия, ты идешь? - окликнул меня Сириус.
- Иду, - ответила я, поправляя ремень гитары на плече.
Мы уходили в неизвестность, на охоту за темными осколками души Волан-де-Морта. Траур еще не закончился, но он трансформировался в нечто иное - в тихую, вибрирующую ярость.
Мы думали, что проиграли битву за её жизнь. Мы ошибались. Она не вернулась в мир людей, но она застряла в самом фундаменте реальности, став нашим невидимым проводником. И пока мы искали крестражи, её серебристое эхо следовало за нами, направляя наши шаги там, где магия пасовала перед тьмой.
Настоящая битва только начиналась. И хотя для всего мира Алёна Поттер была мертва, для нас она стала самой громкой тишиной в истории.
_______________________
Я не могла оставить вас без надежды.))