Ледяное сердце

Четверг. Четвёртый день недели. День перед пятницей. День, который ждёт любой в моём классе. День, когда можно спать на уроках. День, после которого идёт долгожданная пятница. День, когда даже я даю себе расслабиться. День, когда вместо шести урок всего четыре. И те уроки всего лишь две физ-ры, ОБЖ и литература. Конечно, некоторым не нравились две физкультуры подряд, но если вы поступили в школу, практически в школу спортивного резерва, то терпите много физкультуры и физической нагрузки. Именно поэтому директор так дорожит мной. Ведь девочки это девочки, что бы с ним не делали, куда бы они ни поступали. Директор это прекрасно знает, поэтому закрывает глаза и берёт в школу всех девочек подряд. Физкультура для них это ад. Ну, а так как баскетбол у нас основной вид спорта, ходят они очень редко и никто им ничего не говорит. Смысла не видят. Не переделывать же её в школу только для мальчиков.

Стадное чувство. Больше я никак не могу назвать то, что я тоже редко появляюсь на физкультуре. Не буду же я одна, как полная дура, бегать среди пацанов? Сегодняшний четверг отличался от других тем, что сегодня проверка. Всю неделю все учителя физкультуры, а в частности Артём, бегали и говорили нашему классу и ещё какому-то десятому, что сегодня должны быть все. Наша задача была в том, чтобы убедить эту проверку, что мы спортивные и что школу не нужно закрывать.

И вот уже от урока прошло двадцать пять минут. Все послушно пришли на уроки и бегали. Вот только по выражению лиц проверяющих они нам не верили и что-то старательно записывали в блокнот. В это время пацаны вовсю бегают по залу и бросают мячик в кольцо, но сегодня мы только начали разминку. Все очень старательно всё делали, но убедительности было мало. Это видели все, и никто не знал, что делать. Вот только я знала. Это очередной бзик Ларисы Ивановны. Пришлось вспомнить гимнастику, на которую я ходила два года назад. Конечно, от моего шпагата, от стойки на руках, превращающегося в мостик и на ноги, все были немного в шоке, а вот проверяющие вздохнули с облегчением. Последнее, что я сделала, это было колесо. Я давно не занималась, и это давало о себе знать. Ведь кроме зарядки с разминками я ничего не делала. Я стояла и разминала шею, ибо я что-то не так сделала, поэтому она болела, но я как обычно старалась не обращать на это внимание, а вот отошедший от шока Артём решил поинтересоваться, что это был за миниатюрный спектакль:

- Кать, а что происходит? - я вздохнула и произнесла всё так, чтобы слышал только он.
- Слева мой тренер по гимнастике, справа по акробатике. И отвечаю сразу на твой следующий вопрос. Да, я занималась и тем и другим на протяжении многих лет, но два года назад все бросила. А сейчас прости меня, но я хочу узнать, какого лешего они решили устроить проверку.

Я села рядом с Николаем Михайловичем и сразу спросила:

- Что надо?
- Не слишком вежливо вы это спросили, Екатерина.

Что? Они сейчас это серьёзно? Ну, ладно.

- Что вам нужно, велико почтённые Николай Михайлович и Виталий Анатольевич? Какого хрена вы свалились, как снег на голову в середине июля?!
- Первая часть предложения мне понравилась больше, чем вторая. У нас проверка.
- Скорее проверка у нас, а вы только хмуритесь и что-то чиркаете в своих блокнотах. Чего вы хотите?
- А можно чуть повежливее? Мы всё-таки старше.
- Вы меня сколько знаете? Правильно, много. Так что этого не будет. Лариса Ивановна подослала шпионить?
- Что сразу шпионить? Просто узнать, всё ли ты забросила.
- То есть закроется школа или не закроется, зависит от того, как я тут попрыгаю?! Может я свой разряд потеряла уже. Два года не занималась всё-таки.
- Ну и дура. У тебя были прекрасные перспективы. Короче, гимнастику твою мы засняли. Осталась акробатика.
- Чего? Мне фляги, рондаты и всю остальную чушь в кроссовках прыгать?! И вообще я потеряла разряд. Не буду.
- Ты могла потерять только мозги! Ну, и ещё кое-что. Я не знаю, какую ты жизнь тут вела. Слухов много ходило и ходит.

И тут я подавилась собственной слюной и начала кашлять. Это был, как удар под дых. Нет, я ожидала много, но явно не такого. Николай начал стучать мне по спине, на что я лишь оттолкнула его руку. Мне так хотелось высказать им всё, что я о них думаю, но шёл урок, и мне нужно было их отсюда выпроводить. Их присутствие просто меня напрягало.

- Что. От. Меня. Нужно. - Я начинала злиться и, если бы они сказали ещё хоть что-то не по теме, я бы их точно убила. И плевать, что им под тридцать лет. Плевать на то, что здесь полно народу.
- Всякая чушь. Ты же сама это сказала.
- В кроссовках?!
- Разуйся, - они говорили это так спокойно и равнодушно, что с каждой секундой мне хотелось убить их всё сильнее и сильнее. Они были сейчас хуже Волкова, который, кстати, как и все остальные стоял и пялился на нас с открытым ртом.
- Издеваетесь? Хорошо, если я сейчас попрыгаю, вы свалите отсюда?
- Да, и вы будете делать то, что делаете постоянно.

Я встала, сняла кроссовки и встала возле дальней стены. Спортзал был большим, поэтому я могла сделать пару кульбитов на камеру. Вот только было одно «но»- я боялась. Я ни разу не боялась прыгать. Это было просто. Конечно, тогда я стремилась к этому, а сейчас мне это было не нужно. Вот сейчас в голове у меня был только один вопрос: «А оно мне вообще надо?». Нет, серьёзно. Здесь меня все ненавидят, еле терпят, а я должна их спасать ценой собственных конечностей, которые я могу сломать в этом прыжке. Я не прыгала чёртовых два года. Это огромный срок для спортсмена. Я закрыла глаза, вдохнула побольше воздуха, вытянула руки и начала «выступление». Это было сделано на автомате. Может, правильно говорят, что мастерство не пропьёшь. Только приземлившись на твёрдый пол, я выдохнула и открыла глаза. Опустила руки и устало потерла переносицу. Эти прыжки были не очень сложными, но моё сердце стучало как сумасшедшее. Такого не было даже во время соревнований на разряд. Мне нужно было успокоить быстро колотящееся сердце, поэтому я пошла, взяла свои кроссовки и вышла из зала. Очередные слухи расползутся по всей школе, а, так как город у нас маленький, ещё и по нему.
Господи, надо оно мне было? Я села на лавочку, чтобы обуться, но и этого в спокойствии мне не дали сделать.

- Что сейчас это было?
- Акробатика.
- Я понимаю. Ты занимаешься?

Господи, ну что за тупые вопросы?

- Нет, блин, просто решила попрыгать, а вдруг получиться, а вдруг не сверну себе шею.
- Кать!
- Лилит!
- Я серьёзно.
- Я занималась. Отец отдал меня на гимнастику в шесть, а в восемь я решила заняться еще и акробатикой. Меня долго брать не хотели. Бросила два года назад.
- Восемь лет?! Ты бросила восемь лет упорного труда?! Ты точно больная. А чем ты ещё занималась?
- Из спорта или вообще?
- Вообще.
- Гимнастика, акробатика, скейт, рисование, бисер, квиллинг, гитара, вокал, игра на пианино, пару месяцев ходила на бальные танцы и шитье, но они мне не понравились.
- Когда ты успевала?
- Не знаю. Как-то получалось совмещать. У меня было всё расписано, ни одной свободной минуты. А мне это и нравилось, не приходилось общаться с родственниками и остальными народом.
- Это сумасшествие. Как так вообще можно жить? Без друзей, знакомых и игнорирования родни? Я так не могу.
- Тебя воспитывали не как меня. Я пойду, умоюсь, увидимся.

Я встала и пошла на второй этаж. Открыв кран с холодной водой, я умылась, но легче не стало. Отчасти Лилит права, у меня просто не было времени на общение с кем-либо, но я этого хотела, точнее, я не хотела кого-либо видеть. Особенно после смерти Сарры. Всем, кроме акробатики и гимнастики, я начала заниматься уже после смерти Сарры, чтобы забыться, а потом это как-то вошло в норму. Никто не был против, конечно, они думали, что тем самым я пытаюсь продолжить жить и хочу завести новых друзей. Вот только мои планы были совершенно другими даже в десять лет, когда это поняли все, было уже поздно что-либо менять. Вот так все и свыклись с тем, что я постепенно становлюсь социопатом.

На вторую физ-ру точно так же, как и на остальные уроки, я не пошла. Только забрала свои вещи из раздевалки и ушла из школы. Я шла по улице без наушников, без музыки, просто шла. Как только приду домой, все опять начнут кричать и ругаться на меня. Последнее время они только и делаю, что кричат на меня. Ну, ладно бы просто кричали, так они сменили тактику. Сейчас они просто со мной не разговаривают. Ни один из присутствующих вчера дома меня игнорируют и все это из-за Кострова. Насколько я поняла Ваня теперь враг номер один. По крайней мере, у Антона и Волкова. По идее я должна радоваться тому, что они всё-таки оставили меня в покое, но это то же самое, что после фразы: «Делай, что хочешь»- делать совершенно ничего не хочется. За один вечер мне надоела тишина, исходящая от окружающих в комнате. Ведь Лилит присоединилась к ним и не разговаривала со мной, но её любопытство всегда выигрывало, поэтому сегодня она решила всё выяснить. Побесятся и перестанут. Первый раз что ли? Нет, конечно.

Я уже хотела идти домой, но меня остановил до боли знакомый противный голос, и тут же у меня возникло чувство дежавю. Только тогда было темно, а сейчас солнце светит, и птички пытаются петь.

- Ну что, по-хорошему или по-плохому? Мне, например, всё равно. Силой я тебя запихаю в машину, или ты сама в неё сядешь. Если сама, то напяль это на голову,- он протянул мне какую-то чёрную маску.

Он это сейчас всерьёз? Мало того, что он похищает меня посреди бело дня, так ещё и говорит напялить маску на глаза. Это вообще нормально? Или я настолько не знаю этот чёртов мир, что не понимаю, как можно так выкрадывать людей.
Между тем похищением и этим была ещё одна разница. Тогда я боялась машин, страх просто меня сковывал, а сейчас внутри была какая-то пустота, что в ней просто не было места страху. Вот только откуда она взялась, я не знаю. Скорее всего, это после очередного сегодняшнего кошмара про смерть родителей. Только сейчас я заметила, что устала, что мне просто-напросто плевать на всё и вся. На физ-ре из меня пёр адреналин, а сейчас он, кажется, испарился. Сразу. Разом весь.

Я повернула голову и посмотрела на рядом припаркованную машину и не ощутила никакого страха, точнее, я вообще ничего не ощутила. Это было как-то не привычно. Ведь в любом состоянии я реагировала на машины одинаково. Страх и истерика. А сейчас... сейчас ничего. Может, это и к лучшему? Мне не хотелось, чтобы меня опять вырубали какой-то хренью.

- Вы серьёзно сейчас? Или просто издеваетесь.
- Я просто не хочу навредить тебе сильнее нужного.
- Какая забота с вашей стороны.

Он так и стоял с протянутой мне маской. Я, конечно, больная, но не до такой же степени! Я оглядела стоящего перед собой мужчину: на вид ему было лет тридцать-тридцать пять, зелёные глаза и, видимо, никакой физической подготовки, а это могло сыграть мне на руку. Сегодня я решила пойти домой дальней дорогой, чтобы продумать план дальнейших моих действий. Дорога проходила мимо заброшенного двухэтажного дома, который должны были вообще снести, поэтому на железном заборе в виде сетки было написано: «Опасно», «Не входить», «Дом под снос». Даже черепов понавешали, а для меня сейчас это было единственное место, куда можно было бежать. Инстинкт самосохранения сработал быстрее, чем начала работать голова. Не думаю, что этот человек сможет быстро перелезть через забор, а вот для меня с моей подготовкой это было легко.

- Ну, а если я откажусь?- я сделала незаметный шаг к забору, ибо он в этот момент закатил глаза.
- Дальнейшее развитие сюжета ты знаешь.
- А, если я придумаю свой?- он скептически поднял левую бровь, а я побежала по направлению к забору. Три секунды, не больше, и я на территории дома. Сейчас я благодарила всех, кого можно за то, что надела свободную, осеннюю куртку и кеды, а не ботинки. Он зло на меня посмотрел, а я лишь пожала плечами.
- Исход будет один. Я пытался по-хорошему.

Возможно, но без боя я не сдамся. Пусть всё опять закончится в темном подвале и криками, но сейчас я не дамся просто так, как в первый раз. Он, как и предполагалось, не полез через забор, а пошел в обход, я же тем временем побежала по направлению к дому. Прятаться там- это самое настоящее самоубийство, но выбор у меня был небольшой, ведь до ближайшего магазина или людной улицы нужно было бежать минут десять. Никогда не любила планировку нашего города. Если ты в нём не живёшь, то заблудиться в этих «катакомбах» можно легко. Вот и я сейчас совершенно не знала, куда иду, просто бежала к заброшенному, разваливающемуся дому.

На мою радость дверь поддалась с первого раза, и я сразу же оказалась в тёмном помещении. Хоть на улице был день и светило солнце, в доме было достаточно темно, кажется, бывшие хозяева не думали об окнах и каком-либо солнечном свете. Мне нужно где-то спрятаться, мне подойдет любой укромный, желательно невидимый уголок. Но я ведь не отличаюсь умом и сообразительностью, поэтому, услышав открывающуюся дверь и шаги, помчалась на второй этаж. Вот только добраться до него проблематично, пары ступенек не хватало, а всюду валялось разбитое стекло, шприцы и всякая ерунда. Пришлось перепрыгивать, наверное, только чудом я не провалилась под лестницу, ибо только я прошла одну ступеньку, она тут же проломилась подо мной. Сердце давно уже перестало биться нормально, но я старалась сохранять самообладание, паника мне нужна была меньше всего.

- Я же найду тебя. Хватит уже убегать. У меня задание, и я его выполню. Ещё раз я не облажаюсь.

Удачи тебе в этом. Я зашла в первую попавшуюся комнату и закрыла её на щеколду. Дом был достаточно старый, поэтому двери были старые, без встроенных замков. В этом мне тоже повезло. Хотя вряд ли это можно было назвать везением, ведь дверь держалась на «соплях». Её один раз пнуть с силой, и она вылетит со всеми петлями. А теперь мне нужен план, как отсюда выбраться и свалить незамеченной. Вот только сейчас это будет сделать очень проблематично, ибо пола в этой комнате не было, точнее он был, но в виде каких-то перекладин. Не знаю, кто планировал этот дом, но теперь я буду боготворить этого человека. Ведь подомной находилась кухня с запасным выходом. Оставалось сделать только одно, спрыгнуть вниз и при этом ничего себе не сломать.

Я надеялась на то, что у меня есть хотя бы пять минут до того, как он проверит дверь, но мои надежды не оправдались. Буквально через пару секунд дверь дернулась. Я схватилась за край рюкзака, который вообще нужно было выкинуть, чтобы он не мешался за спиной, но нет. Если бы у меня была хотя бы минута, но её у меня не было. Кажется, сегодня я всё-таки что-нибудь сломаю. В дверь ударили ещё раз, она пошатнулась, но осталась стоять, а вот моя нога сорвалась с края, и я полетела вниз. Всё произошло слишком быстро, чтобы я успела хоть что-то сообразить. В глазах на несколько секунд потемнело, а когда зрение более или менее вернулось, я только чувствовала ноющую боль во всей левой части тела.

- А я предупреждал. Ну, что же оставайся на месте и всё быстро закончится.

Всё быстро закончится? Я вроде нужна была ему живой, или планы поменялись?! Оставаться на месте? Ага, сейчас. Чтобы спуститься ему нужно либо прыгнуть вниз, либо спускаться по лестнице, которая, сомневаюсь, что выдержит его второй раз. Спасительная дверь была в нескольких метрах. Сколько раз я ломала и вывихивала себе кости, когда пыталась сделать сложный прыжок? За восемь лет таких травм накопилось много и ничего, прыгала через боль и сейчас смогу дойти до чёртовой двери. Тем более не думаю, что я что-то сломала, максимум огромное количество ушибов, ссадин и синяков. Перед тем как я дотянулась до ручки двери, услышала смачное ругательство, кажется, кто-то всё-таки провалился. Как он только поднялся наверх, не пострадав? Выяснять это желания не было, оказавшись на улице, я начала осматриваться, чтобы хоть как-то его задержать. Возле дома валялось огромное количество палок, но они были слишком малы, чтобы подпереть ими дверь. Времени было мало, заблокировать дверь у меня не получится, а, значит, пора сваливать, пока он там пытается выбраться из лестницы или куда он там влез. Дойдя до огромной железной двери в сетку, я поняла, почему он возился так долго. Замок. Огромный амбарный замок. Оказавшись за пределами территории, я вновь заперла эту дверь.

Только сейчас я смогла вздохнуть с облегчением и заметить, что руки у меня дрожат, как у алкоголика с десятилетним стажем, а вот боль я почти не чувствовала. Скорее всего, это просто шок. Всё бы хорошо, но я заблудилась, ибо не была в этой части города ни разу. Достав телефон, я хотела кому-нибудь позвонить, но сделать этого я бы не смогла даже при очень хорошем желании. Экран был вдребезги, а значит, накрылся мой телефон медным тазом. От безысходности хотелось разрыдаться и вжаться в какой-нибудь тёмный угол. А понимание того, что за мной гонится какой-то псих с каким-то заданием, не добавляло мне никакой радости.

- Катя? Ты что-то тут делаешь? Что с тобой случилось? - неожиданно, я даже остановилась, обернулась и опять впала в ступор.
- Здрасте, да, вот. Решила поиграть в бомжа, - по-другому мой внешний вид описать нельзя было или можно, но я не знала как.
- Пошли со мной.
- Куда?
- Ко мне домой. Минут пять отсюда.
- Александра Максимовна, а может не надо? Вы же Стасу сейчас позвоните, а он мне вставит по самое «не хочу», а стальные помогут.
- Никому я не буду звонить, пошли, расскажешь, что произошло.

Боль начала возвращаться, и я не стала возмущаться. Она всё-таки врач, а значит, у неё должно быть какое-нибудь обезболивающее. Я поплелась вслед за ней, прошло меньше пяти минут, как я оказалась в знакомом дворе. Это было странно, опять оказаться там, где жил только четыре года.

- Теть Саш, привет! - только не это. Этого мне не хватало только.
- Привет, Игорь. Как ты?
- Хорошо, вот со школы домой иду, - кажется, он меня заметил, пробежавшись по мне взглядом, продолжил, - а ты что тут забыла? И что с тобой произошло?
- Эм... Решила поиграть в бомжа. Александра Максимовна, благородно помогает мне. А я смотрю, тебя совсем не учат со старшими разговаривать?
- Ой, на себя посмотри, ты вообще со всеми на «ты». Даже с учителем физ-ры. Так что не тебе меня учить.
- А я даже не начинала. Пусть мать твоим воспитание занимается. А мне до фонаря как-то.
- Стоп, вы знакомы?- ну, да, мы совершенно не похожи друг на друга, если я копия матери, то он- отца, которого никто никогда не видел. Даже сам Игорь, скорее всего.
- Да, я же должна знать родного брата.
- А я-то думаю, кого ты мне напоминаешь. Вот я идиотка. Как сразу не догадалась. Но ты ведь здесь не живешь?
- Я живу с бабушкой и дедушкой...
- С Антоном и Андреем, и с Машей,- Игорь перебил меня и, кажется, злился. Вот только они сами виноваты в том, что Маша живёт с нами, ходит в садик и вообще начала жить нормальной, детской жизнью.
- Заткнись, придурок.
- Сама дура!
- А ну замолчали.

Больше я не сказала ни слова. В буквальном смысле. Оказалось, что мой лечащий врач живёт на одной лестничной площадке с моей родней. Игорь напросился на чай, а Александра была не против такого расклада. Было заметно, что ей нравится внимание моего брата. Своих детей у неё не было, а вот соседский мальчишка ей нравился. Как и предполагалось, я себе ничего не сломала, а только ушибла очень сильно и немного порезала ногу о стекло, когда упала. Александра Максимовна настоятельно попросила прийти к ней завтра и сделать рентген, чтобы убедиться основательно, что мои кости целы, и спрашивала, что же со мной всё-таки произошло. Я лишь отмахивалась и отрицательно качала головой. Не знаю, сколько времени ушло на всё, но, когда я оказалась на улице, было уже темно.

Я уже вышла со двора и собиралась идти дальше, как увидела Сеню с Лилит. Они что-то очень бурно обсуждали. Мне бы пройти мимо, но это же я. Точнее, это Лилит. Она меня будто спинным мозгом чует.

- Серебрякова, иди сюда, скотина эдакая!- идти? Скорее ползти. Нога жутко болела. Таблетка, которую дала мне Александра, ещё не подействовала.
- Ты что-то хотела?
- Убить тебя, но это подождёт. Ты где шлялась?!

Это очень увлекательная история, которую ты никогда не услышишь.

- Гуляла. Телефон разбился, позвонить не могла. Вот такие дела.
- Гуляла? А ссадина на щеке?
- Упала, - почти правда. Я же упала, просто неважно, откуда, - а вы, куда собираетесь на ночь глядя?
- В кино, пойдём с нами? - Арсений решил подать голос, я тактично отказалась.

Лилит и Сеня решили проводить меня до ближайшего светофора и пойти дальше уже вдвоём в кино. Шли мы молча, пока Арсений не заметил девушку с шикарным букетом цветов и своим, вероятно, парнем.

- Я не понимаю. Нахрена дарить цветы? Это не выгодно, так они ещё завянут через пару дней. Какой в этом смысл?

Лилит сама по себе открытый, веселый, немного сумасшедший и взбалмошный человек, и она высказывает всё, что думает о тебе прямо в лицо, но иногда она просто молчит и блеск в глазах просто пропадает. Вот и сейчас, было видно, что на она хочет обидеться на Сеню и высказать всё, но молчит. После того, как они начали встречаться, я часто вижу её такой, но из великой вежливости молчу. Сейчас настроение и так было поганым, так что Сеня попался мне почти под горячую руку.

- А нахрена ты ей? Ты все равно ведь сдохнешь рано или поздно, - было видно, что они немного в шоке, я лишь подала плечами, - я следую твоей логике. Ничего более.
- А Катька-то права. Зачем ты мне?
- Ну вот не надо. Ладно, прошу прощения, ляпнул, не подумав...

До светофора мы дошли, зелёный свет загорелся, и я начала переходить дорогу, не попрощавшись с парой голубков. Они ещё долго будут спорить, а я хочу дойти до дома, как можно быстрее.

- А я думала, что вам надоела и вы от меня отстали. Ну, или, в крайнем случае, сломали себе что-нибудь. Вам не надоело, а? - дойти до дома мне сегодня не суждено. Я почти доковыляла до дома, оставалось всего дома четыре до моего, но припарковавшаяся возле меня машина не сулила мне ничего хорошо.
- Я же сказал, что не облажаюсь на этот раз. Садись в машину и на этот раз без шуток.
- Меня учили с незнакомцами не разговаривать, а в машины садиться и подавно.
- Надоела, - я не успела среагировать и через секунду меня запихнули в машину, на переднее сидение, но вырубать не стали. Еще мгновение и двери заблокировались. Чёрт. Что я им такого сделала?
- Пристегнись, у меня нет желания, чтобы меня менты останавливали, - опять ледяной голос. Он завел машину и тронулся с места.

Руки опять начали дрожать, а перед глазами опять начали всплывать обрывки прошлого.

У меня потихоньку начиналась истерика, а всё из-за того, что я никак не могу перестать жить прошлым, никак не могу отпустить мысль о том, что это моя вина. По сути, нет ни прошлого, ни будущего, есть только настоящее, но боль и мысли не хотят отпускать меня до сих пор. Эти воспоминания рвут меня на куски, постепенно сжирают внутри. От них невозможно просто так избавиться. Мысль о том, что это моя вина, засела глубоко в моей голове.

Лариса Ивановна как-то сказала мне, что мои замещения не сделают ничего хорошего. Тогда я её не поняла, а сейчас то ли от страха, то ли ещё из-за чего я поняла смысл. Раньше вместо реальной жизни у меня был спорт и расписание, которое нельзя было нарушать. У меня не было времени думать, вспоминать, рассуждать, я существовала в приделах своего расписания. Без родни, друзей, любви, поддержки и это было нормой для меня. Ещё летом у меня не было расписания, по которому я живу, но у меня были книги, кухня, готовка - этим я пыталась заменить себе реальность. А сейчас? Сейчас у меня нет времени на книги, на готовку, нет времени заменять реальную жизнь на что-то. Поэтому кошмары вернулись, поэтому я в очередной раз не могу дышать свободно, поэтому я в очередной раз пытаюсь всех избегать, но не могу. Вернее, не получается, или в самой глубине себя я не хочу больше ничего замещать? Сколько раз перед сном я говорила себе, что вот завтра я изменюсь, попытаюсь стать другой Катей, начну жизнь с чистого листа, но это только слова. Нет никаких действий, есть только маленькое желание, но этого не достаточно.

«Когда я последний раз нормально спала?»- только этим вопросом я задаюсь каждое утро, когда просыпаюсь в пять или четыре утра. Но сейчас я не ухожу из дома проветриваться, а спускаюсь и сижу на кухне. Не было ни дня, чтобы я не сидела на кухне с чашкой кофе и слезами на глазах.

Машина остановила, дверь с моей стороны открылась, и я вышла. Где мы были, я не знала, наверное, где-то за городом. Там где, меня уже никто не найдёт.

- Куда вы меня притащили?

В ответ я получила тишину. Он пошёл куда-то вперёд, а я поплелась за ним. А что мне ещё оставалось делать? Стоять посреди пустоши в полной темноте?
Когда мы дошли до какого-то дома, мой похититель позвонил в дверной звонок. За дверью послышалось шевеление, через минуту дверь открылась вместе с моим ртом.

- Знаете, а мне уже следует перестать удивляться всему, что происходит.
- Какого черта?!
- Мне приказали её доставить в целости и сохранности, но немного не получилось.

Немного? Да, у меня вся левая часть тела один большой синяк, а порез на ноге и щеке так вообще шикарны. Долго буду ходить «красивая». Хотя кому какая разница?

- Я этого не замечаю.
- Так она буйно-помешанная. Я её не трогал. Это она всё сама.
- Эй, сами вы буйно-помешанный. А упала я из-за вас.
- Тебя не просили лесть на второй этаж.
- Правда, что ли? А меня не радовало в очередной раз очнуться в подвале какого-нибудь дома!
- О-о, я смотрю, наша гостья прибыла, - услышала я незнакомый голос, - Павел, спасибо, что привез её.

Гостья? То есть в подвале держать не будут? И связывать тоже? Что за хрень происходит?

- Вик, проводи Екатерину в комнату для гостей, - ровный, приятный голос, но в нём было что-то не то, что-то странно и опасное.

Мать отошла от двери, пропуская меня войти, я не хотела этого делать, но нужно сначала придумать план действий, а потом действовать. Мы пошли на второй этаж огромного дома, она остановилась возле второй двери и открыла её. Я вошла в комнату, а она за мной.

- Что ты тут делаешь?
- Я? Меня наглым образом выкрали из дома, а вот что тут делаешь ты? Игоря спихнула на Александру Максимовну и радуешься? Хороша мать, ничего не скажешь.

Я заметила, как сузились ее зрачки, как руки сжались в кулаки, но это было всего секунду.

- Тебе нужно было уйти со мной, когда я приходила. Ничего бы этого не было.
- А больше я ничего не должна была сделать? Я уже жила с тобой из этого ничего не вышло. Что ты тут делаешь?
- Периодически живу, но тебя это не касается!
- Правда, что ли? Тогда верни меня домой. Мне завтра в школу, и Антон меня прикончит, если узнает, а остальные помогут.
- Это не в моей компетенции. Если Виктор решил, что ты должна здесь быть, значит так и должно быть. Перечить я ему не собираюсь.
- Ты его боишься, поэтому ты здесь, поэтому Игорь на попечении соседки, поэтому я здесь. Он пытается воздействовать на тебя через меня. Вот только это плохой план, тебе на меня плевать, а значит, этот рычаг не сработает. Я ещё раз задам вопрос: Что я здесь забыла?

Она отвернулась от меня, подошла к двери, открыла её и сказала:

- Через тридцать минут ужин. Тебе лучше переодеться и спуститься вниз.

И она вышла. Просто взяла и вышла. Моя жизнь в очередной раз покатилась по наклонной. Дожила. Меня выкрала родная мать и её любовник. Почему я не могу жить, как все нормальные люди?! Почему моя жизнь всё время переворачивается с ног на голову? Когда я начну жить, не боясь оборачиваться назад? Я чувствовала себя, как в каком-то боевике с похищениями, погоней и всякой ерундой. Мне только шестнадцать, жизнь должна только начаться, а мне кажется, что она закончилась. Здесь и сейчас. Навсегда.