Глава 29.
Главное не то, чего мы лишились,
а что сумели сохранить.
***
Нет ничего более тревожного, и в то же время более желаемого, чем ожидание неизбежного. Теперь я одна, сижу под свечением Луны на крыше одного из зданий Цитадели, в котором нам благородно выделили комнаты для ночлега. Ади, Сэми, Мими, Дино и некоторые другие ученики — все они спят и набираются сил перед новым днём, который, вероятно, понесёт за собой череду потерь и боли. Люциферу же пришлось остаться в Аду, и какими бы искренними его помыслы ни были, он просто обязан сейчас быть там. Наследнику трона Преисподней не представилось возможным даже просто выразить своё несогласие с идеями отца, пока тот всё ещё у власти, не говоря уже об открытой конфронтации, просто потому, что это, в лучшем случае, закончилось бы его заключением в тюрьме Ада, дабы амбициозный Принц не испортил весь план Владыки. По сей простой причине, мой демон был вынужден хотя бы подать вид, что ни о чём не знает и послушно следует за отцом, доказывая, что верен ему и своему будущему призванию стать Королём Тьмы. Мальбонте же, как и было спланировано нами, так же остался в Аду, создавая видимость нерушимости его решения свергнуть Рай. И единственное, на что я могу ещё надеяться — это то, что мои доводы были убедительны и брат не передумает в последний момент, поддавшись ненавистному желанию Тьмы, а будет продолжать следовать нашему плану, который был достаточно простым — перевесить силы непосредственно на поле боя, когда оба Метиса и Высший демон окажутся на другой стороне, вызвав эффект неожиданности, и тем самым вынудить обрести долгожданное перемирие.
***
днём ранее
На главной площади столицы собрались сотни бессмертных, желающих лицезреть очередное наказание. Эшафот был окружён — все ожидали вынесение приговора и дальнейших действий.
— Адмирон Мальм обвиняется в убийстве демона, ангела и непризнанного с целью освобождения Мальбонте, — стойким голосом заговорил вышедший ангел, чьи волосы были белоснежными, а одежда столь же статной, что и у других представителей Совета. Взгляд его не выражал ни сожаления, ни злорадства, один лишь холод и нейтральность ко всему происходящему, пока толпа начинала выражать эмоции. — По решению Верховного Совета, он приговаривается к смертной казни: святые законы Равновесия не могут быть нарушены никем и за это следует неизбежное наказание.
Толпа тут же успела разделиться на две части: светлая сторона положительно отзывалась о решении, улюлюкая и вскрикивая, тёмная же сторона была совершенно недовольна происходящим. Демоны тут же начали грозно кричать ругательства, размахивать руками, приправляя всё это неоспоримыми заявлениями вроде «Нужно казнить и ангела тоже!», «Совет превышает полномочия» и «Ад это просто так не оставит!». Наблюдать за такой картиной было ужасно. Общий конфликт сторон, теперь перешедший в самую гневную и пиковую точку, потянул за собой вереницу межличностных стычек, где кто-то словесно уничижал противника, а кто-то даже доходил до рукоприкладств. При всей этой вакханалии в самой столице даже не верилось в подлинность происходящего, будто бы это всё страшный сон, а я очнусь, и никаких угроз не существует. Но реальность болезненна и устрашающа: вот голова Адмирона уже покоится на полу эшафота, залив кровью близлежащее пространство, вот очередной демон бьёт ангела в лицо, оглушая своей яростью всё пространство, и вот стражники уже бегут разгонять разбушевавшуюся толпу, силками выпихивая неземных с площади.
***
настоящее время
Мысли крутятся в голове безудержным вихрем, а в сон начинает клонить только к утру, когда рассвет затрагивает крыши домов, отражаясь розоватыми оттенками на стёклах. И я уже готова уйти, чтобы окунуться в царство Морфея хотя бы на пару часиков, но когда наконец поднимаюсь, то еле могу устоять на ногах от некоего сотрясения и оглушительного звука. Взрыв раздаётся где-то неподалеку, и не сразу сумев найти его источник, я впадаю в ужас, поняв, что площадь у здания Совета полыхает ярким пламенем. Нет времени думать — я тут же бегу будить спящих друзей, предупреждая о нагрянувшей войне.
Всего несколько минут занял полёт до места назначения, но за эти жалкие пару минут некогда красивое стеклянное здание было частично разбито вдребезги, огонь разросся по всему периметру, а две внушительные армии сцепились друг с другом в страшной бойне. Адреналин, охвативший меня в тот момент, разъедал каждую клетку, лился по венам, не давая сдвинуться с места. Крики боли, отчаяния, смерти заполонили всё пространство вокруг, десятки бессмертных уже лежали на полу, издавая последние вздохи. Один решительный глубокий выдох, и я очищаю разум, настраиваюсь и взмываю в воздух. Взглядом встречаюсь с подоспевшей Мими и допускаю на губах довольную улыбку, когда вижу, как девушка молниеносно отражает атаку нападавшего на неё ангела.
Лечу бездумно вперёд и лишь надеюсь увидеть Люцифера и Маля целыми. Первые мгновения битвы всегда самые страшные: ты не знаешь, что делать, куда бежать, а ещё не уставшие солдаты бьются с особой жестокостью и силой. Застаю пока одного из них: Люцифер успешно отбрасывает от себя какого-то ангела на несколько метров и беспечно поправляет рубашку. В секунду оглядываясь, мы встречаемся взглядами, и даже с расстояния полёта я вижу, как он злостно выругивается себе под нос и устремляется ко мне, но пролетает чуть дальше. Скрежет меча позади, звук вспыхивающего огня, и внизу я вижу светловолосого солдата, с грохотом упавшего на землю в огне. «Это Люцифер сделал?»
— Ты с ума сошла, Уокер? Уходи отсюда сейчас же! — кричит на меня демон в порыве злости, едва долетев до меня после устранения нападавшего. — Тебя только что чуть не убили.
— Я никуда не уйду, — спокойно отвечаю я, хоть и отголоски битвы сбивают. — Успокойся. Меня не так просто убить, забыл?
— Невыносимая, — снова бурчит парень, оглядывая ожесточенную борьбу, а затем неровно выдыхает и касается моей руки. — Будь осторожна, Вики, прошу тебя. Я найду Мальбонте.
Я вновь остаюсь одна и продумываю дальнейшие действия. Дождаться Маля и сокрушительным ударом остановить всех? Идти в пучину и биться? Но за кого? Нельзя же вот так замереть и ждать чуда, но знакомый крик заставляет меня передёрнуться. Дино, спасаясь от атаки демона, не успел увернуться и получил глубокий порез почти через всё правое крыло, теряя равновесие, он падал на землю, а темноволосый нагонял его. Руководствуясь лишь быстрым порывом эмоций, я выпускаю тёмный шар энергии в демона, от чего при полном приземлении от него не остаётся даже следа, и рвусь к белокрылому другу. Поразительно успеваю перехватить его руку, смягчая падение. Блондин с удивлением заглядывает мне в глаза, и кривясь от боли, произносит лишь решительное «Вырви их». Мне приходится подчиниться его словам, и мощным рывком белоснежные крылья ангела, уже не способные нормально функционировать, окропленные алой кровью, остаются в моих руках, а он, безмолвно, но согнувшись от неприятных ощущений, напрягает все мышцы тела, чтобы вырастить новые оперения за спиной.
И у меня снова нет времени на сентиментальные разговоры, пока вокруг творится хаос. Сверху легче найти нужных мне бессмертных, потому я снова оказываюсь в воздухе. Ни Маля, ни Люцифера я вновь не вижу, но с ужасом замечаю склонившуюся над чьим-то телом подругу. Кайл, с торчащим из его живота серебряным мечом, молча всматривается в свою любимицу, пока та, потеряв разум, разразилась рыданиями на его груди.
— Ми, отойди от него, — кричу я, пытаясь донести слова до её оглушенного болью сознания, но она не уходит и мне приходится рывком оттолкнуть девушку от брюнета, буквально уронив её на землю. — Потерпи, боец, — обращаюсь уже к Кайлу, и от моих слов на лице почти бессознательного парня вздрагивает лёгкая усмешка.
Сейчас я благодарю всё за свои способности. Приходится резко вытащить меч из тела и тут же приложить руку к ранению, останавливая поток хлынувшей крови, и пересиливая собственное жжение в ладони. Ощущения не из приятных, но зато действенные: чувство того, как рана затягивается под натиском моего исцеления не может не радовать. Демон прикрыл глаза, похоже, совсем обессилев, и я выдаю беспрекословный приказ девушке увести его в безопасное место для восстановления.
***
Люцифер
Оказывается, найти метиса в пучине битвы не так легко, особенно, если учитывать масштаб разразившегося пиздеца, но мне это удаётся: я замечаю парня у окраины всего случившегося, и к моему несчастью, вижу, как он держит за грудки ангела.
— Помнишь? — громогласным, стойким голосом нападает метис, чьи глаза уже обузданы чёрной пеленой, раскрывающейся в потемневших капиллярах и на коже вокруг. — Ты помнишь, как подстрекал самого благородного Шепфа убить меня? Как нагрянул в мой дом и разрушил мою семью? — ярость, что сочилась из каждой клетки его тела, была невероятно сильна и беспрепятственно вырывалась дымкой энергии из его ладоней.
— Нужно было убить тебя сразу, похоронить вместе с Аннабель и Дафиром, уб.. кх.. ублюдок! — задыхаясь от удуший Тьмы, Эрель, о котором некогда рассказывала Уокер из своих видений, с каждой секундой всё больше обмякал в руках Маля, а белоснежная одежда ангела превратилась в смесь кровавых отблесков и убийственной чёрной жидкости.
— Не стоило думать, что я оставил бы тебя безнаказанным, — демон, значительно перевесивший нутро метиса, омрачал всю суть нашего плана, забирал время, но я не посмел вмешиваться в эту сцену. Как бы меня не волновали неумолимо утекающие минуты, в какой-то степени я понимал парня, и позволял ему совершить долгожданную месть, что травила его сознание всю жизнь. — Р-А-А, — с оглушительным рычанием, подобно голодному хищнику, брюнет решающе убирает все барьеры, и энергия, несомненно вызывающая к нему уважение даже у меня, выплёскивается полностью и без остатка — изуродованное тело ангела падает к ногам черноглазого и теперь кажется, что его омраченная душа уже не сможет найти покоя.
— Довольно, Мальбонте, — грозно бросаю я, но парень продолжает прожигать взглядом уже мёртвого ангела, не отрывая от него чёрных зарев. — Ты сделал, чего жаждал так долго, теперь нам нужно вернуться к твоей сестре.
Он, наконец, обращает внимание на меня, темнота в его зрачках постепенно рассеивается, а голова всё активнее трясётся в разные стороны, будто стараясь выгнать остатки ненависти из разума. Слегка опешив от содеянного, парень сжимает руки в кулаках, но вспомнив свою истинную цель, он протягивает мне руку в благодарном рукопожатии, а я начинаю осознавать, что, может быть, зря относился к нему с пренебрежением. Они с Викторией удивительно похожи — не столь внешне, сколь своим светом, вырывающимся из истинно демонических повадок, упёртости и решимости.
***
Вики
На все эти бесконечные мгновения я поставила для себя задачу не нападать, но защищаться. Реакция, которую Принц Преисподней упорно во мне развивал, спасала в непредвиденные моменты и позволила остаться без ранений. Мне не было нужно ни за кого сражаться, с яростью в глазах поражать врагов или отстаивать чью-либо честь, я лишь сохраняла свою жизнь, пусть иногда и ценой других, и молилась, чтобы Люцифер и Мальбонте появились как можно скорее. Где-то вдалеке виднелось страшное существо — огромного размера, покрытое лишь натянутыми донельзя мышцами, острые отростки на его теле полыхали огнём, а светящиеся глаза можно было бы заметить даже за несколько километров, и я знала: вот он — виновник торжества, сам Владыка Ада в своей второй ипостаси. Ноги сами тянули в гущу событий, на верную смерть, и противиться этой тяге не было никакого смысла — так я могу хотя бы попытаться остановить Главного демона.
Не дойдя всего нескольких жалких метров, меня буквально парализовало от увиденного, а тело забилось в дрожи от страха. Брата не было видно, но Люцифера, моего демона, окружили ангелы, и в неравной схватке им удалось стянуть на нём крепкие золотые нити, не позволяя больше бороться за свою жизнь. Кровь стекает по его шее и рукам, вызванная остротой хватки приспособления для усмирения бессмертных, лицо явно потрёпано в драке, но выражение его никогда не покажет поверженности: стальной взгляд алых очей, исподлобья кажущихся ещё более грозными, и ругательства, в которых демон кривит рот от гнева — он никогда не покажет отчаяния или страха. Слёзы текут по щекам горючим пламенем, и я порываюсь бежать к нему, снося всё и всех на своём пути, уже чувствуя, как страх перерастает в нескончаемую ярость, но показывается Кроули, быстрым шагом доходя до брюнета и прикладывая сверкающий клинок к его горлу.
— Сдавайся, Сатана! Твой сын у меня! — кричит ангел, надавливая остриём на кожу демона, что оказался в западне, как бы доказывая свои намерения.
— Нет! — единственное желание во мне — разорвать каждого здесь на мелкие лоскутки, пока какой-то смертник пытается схватить и меня.
— Ты слышал? Я убью его, если ты не остановишься, — продолжает давить Кроули, привлекая внимание Адского Правителя.
— Убивай, — безразлично кидает огненное чудовище, лишь задрав голову наверх, показывая всю свою никчёмную гордыню. — Что стоишь? Мне плевать, есть вещи поважнее этого слабака.
Мне сложно даже представить, какой болью отозвался этот поступок в сердце Люцифера: его родной отец, тот, кому он всю жизнь старался угодить, тот, ради кого испытывал вечные страдания, лишь бы доказать свою значимость, сейчас публично отказался от своего сына в угоду полоумным желаниям, даже не пытаясь его защитить. Кроули внутренне сгорает от неудавшейся попытки остановить Сатану, и не успевает он совершить задуманное, так просто, из чувства собственной бесполезности, как его голову пронзает идеально точный выстрел шара чёрной энергии, отправленный непосредственно мной. Мой поразительной громкости крик содрогает землю вокруг, заставляя почти всех в этой омерзительной сцене повалиться с ног и прикрыть уши, и меня совершенно не волнует, что действую я не так, как планировала, умертвляя подданого старого ангела, что удерживал Дьявола. Падаю на колени к Люциферу, разрываю эти чёртовы позолоты на его теле, что так прочно сдерживали силу, и в ту же секунду он заключает меня в крепкой хватке своих родных рук, не обращая внимания на порез на горле, что успешно стал затягиваться регенерацией.
— Всё нормально, — произносит он, усиливая объятия, и прижимая свою голову к моей макушке, всё ещё сидя на окровавленной земле и слегка покачивая нас. — Не реви ты так, кукла, так просто от меня не отделаешься.
— Я так испугалась, — шепчу я, успокаивая рыдания, и лишь резкое осознание того, что мы всё ещё находимся на поле боя, заставляет меня отрезветь. — Нужно действовать.
— Какая драма, аж тошно, — Сатана с омерзением наблюдал за нами. — И правда, смертная, пора заканчивать с вами, слишком уж много времени занимаете.
Огненный поток, выпущенный Правителем Ада, не задевает нас только потому, что Люцифер успевает одёрнуть наши тела в другую сторону, и перекатившись, мы спасаемся, но и этого мало. Ненасытный рогатый старик не успокаивается, и ухватив меня, поднимает вверх, сжимая мою хрупкую шею в своих огромных лапах.
— Какие же вы, метисы, проблемные, — цедит он сквозь зубы, — что ты, что твой никудышный брат — никакой пользы.
Дыхания катастрофически не хватает, его грубые пальцы сжимаются всё сильнее, и лишь краем глаза увидев своё спасение за спиной мужчины, я понимаю, что сдаваться рано. Эти двое явно не дадут мне помереть в горящих ладонях.
— Отвлеки его, — шепчет низкий голос Дьявола в моей голове.
— Зато.. кх.. мы сильнее, — еле выдавливаю из себя я, глотая необходимый воздух.
Его рука разжимается, из горла выходит нечеловеческий рык, а я падаю на землю с высоты нескольких метров, когда Маль поражает демона со спины, окутывая беспроглядной темнотой. Встать я не в силах, кажется, даже повредила крыло и руку, на которые и приземлилась, но даже лёжа на сырой почве, пропитанной кровью, нет ничего слаще, чем лицезреть победный момент. Клянусь, настолько разъярённым Люцифера мне ещё не приходилось видеть, но сейчас он был решителен и резок.
— Хреновый из тебя отец вышел, к несчастью, — занеся окровавленный серебряный меч над телом лежащего Сатаны, сын молниеносно, без доли сожаления, вонзил его прямо в грудь отца. — Надо было это сделать ещё тогда, когда ты убил мою мать.
— Лилит.. — лёгкая ухмылка дрогает на лице умирающего Правителя, и отхаркивая кровь, он успевает сказать свои последние слова, — ..она жива.
Вздох и в главе правления деспота в истории Ада ставится точка. Звуки битвы становятся тише, Люцифер продолжает стоять у тела отца, с громким звуком выронив меч из рук, и, кажется, плечи его неровно вздрагивают, как когда он находится на грани срыва.
— Всё кончено, — кричит Мальбонте, стоя неподалёку, и показательно подняв руки вверх. — Сатана мёртв — войне конец, — всё вокруг замолкает до жуткой тишины, метис доходит до Принца Ада, похлопав того по плечу и что-то проговорив на ухо, полагаю, выразив свои соболезнования.
Мне не до конца верится в реальность всего происходящего, кажется, будто сейчас снова нужно встать и ринуться спасать себя или моих близких, но нет: тела лежат повсюду, выжившие замирают, бросив оружие, ведь потеряв цель, у них нет больше смысла воевать. Размеренным шагом к брату подходит непоколебимый Эрагон, и, к моему великому удивлению, слегка склоняет голову. Кажется, теперь всё должно наладится.
— Как ты? — с обеспокоенностью спрашивает Дьявол, подхватывая меня на руки, и поднимая с злосчастной почвы.
— Я люблю тебя, Люцифер, — моя ладонь нежно ложится на его щетинистую щеку, отчего он сначала удивляется, но расслабляется в лёгкой улыбке.
— И я тебя люблю, Вики, — с нерушимой нежностью в глазах отвечает он и целует мои губы так, будто желал этого всю жизнь: с трепетом, аккуратностью, но в то же время с непомерной жадностью.
И вот теперь я понимаю — всё закончилось, и всё будет хорошо. Больше не нужно переживать о скором нападении или о решении твоего близкого. Каждому человеку, которому ты даришь доверие, ты даешь в руки нож. Им он может тебя защитить или уничтожить, и я не могу не кричать внутри от счастья, что те, кому я беспрекословно доверилась, выбрали второе. Брат сделал правильный выбор, доказав, что он не тот монстр, коим его считают, а любимый демон держит в своих сильных руках, и я точно знаю, что эти объятия, связанные не только тактильным ощущениями, но и крепкой сцепкой наших душ друг с другом, он никогда не разомкнёт.
________________________________
Мои дорогие бублики, спасибо вам за оценки и отзывы, за вашу поддержку! Каждый раз так радостно за вашу обратную связь 🥹
Хочу попросить вас об ещё одной обратке. До конца этого фанфика остаётся пару глав и он подойдёт к своему логическому завершению, но в голове у меня уже роятся идеи для новой работы. А потому хочу почитать ваше мнение.
Чего не хватало, или наоборот было слишком много? Каких моментов хотелось бы больше/меньше? Как идёт развитие отношений у гг, больше нравится Люцифер в своём грубом обличье или же в нежном?
В общем всё, что вы думаете. Мне хочется совершенствоваться и учитывать мнение своих читателей в дальнейшей деятельности. Всех люблю!💗