Послания океана (Кавказ)

«я же искал тебя в тысячах,
молча шагая по улицам.
но твоих черт у чужих не нашел.
да, я отчаялся,
но я надеялся,
встретиться,
где-то,
с тобой,
среди скал.»

Х.

12.12. 20** год.

Мужчина хлопнул подъездной дверью, снимая с плеча закутанную в пальто девушку, пряча её тем самым от зимнего вихря. Алиф нервно стянула с шеи мужской шарф и злобно взглянула на стоявшего рядом Хайдара. Мужчина же в ответ безмятежно смахивал со своей куртки снежинки. На улице было холодно. Тепло подъезда потихоньку отогревало щеки и замерзшие пальцы рук, оставляя на лице румянец. Под ногами образовывались лужи от таящего на сапогах снега. Было тихо. За подъездными дверьми завывал холодный ветер. Девушка стянула мужскую шапку с головы, а её непослушные волосы, наэлектризованные взмыли вверх, вызывая у Хайдара вспышку смеха, которая была вовремя подавлена прикушенной губой. Алиф выглядела весьма угрожающе, со своими вздыбленными кудрявыми волосами, нахмуренными бровями и искрами в глазах.

— Тебе еще и смешно? Нет, вы только взгляните на него. — карие глаза недоуменно блестели в свете подъездной лампочки, отражая тем самым не только недовольство, но таящееся в них тепло.

— Я абсолютно серьезен. Давай, поднимайся. Еще кота твоего кормить. — спокойно проговорив это, мужчина взял жену под руку и повел к ступенькам.

— Я хотела постоять там еще немного.

— И проваляться с гайморитом месяц? Нет, спасибо. — отмахнулся Хайдар, на что почувствовал, как девичья рука выскальзывает из его.

— Да, я всего на пару минут вышла! Я даже не успела насладиться пришедшей зимой. — недовольно поджав губы пробурчала Алиф.

— Из окна посмотришь.

— Я не хочу смотреть на снег, я хочу его ощущать!

— А я хочу, чтобы ты носила шапку и шарф. Я о многом прошу? Вот и всё. Конфликт исчерпан. Шагай. — подведя девушку к ступенькам, мужчина выжидающе уставился в её спину.

— Дома поговорим! — злобно сверкнув глазами, Алиф шумно затопала ногами по ступенькам.

До пятого этажа шли молча. Когда входная дверь открылась, на встречу паре выбежал недовольный кот, и завился у ног Хайдара. Мужчина недоуменно окинул взглядом вспыхнувшую негодованием жену, и отвернулся, чтобы не показать ей своей улыбки.

— Рыжий предатель! — грозно прошипела Алиф, грозя кулаком коту, и скрылась за дверью в ванную комнату.

В течении часа муж и жена занимались домашними делами. Кто-то кормил кота, кто-то сушил вещи и обувь после улицы. Наконец оба встретились на кухне, когда Хайдар снимал с плиты заварочный чайник. Кружки наполнились ароматным чаем с чабрецом и мелиссой, а Алиф достала из принесенного мужем пакета булочки с маком. Рассевшись по местам, муж с женой молча наслаждались горячим напитком и свежей выпечкой. Девушка насупившись стреляла гневным взглядом в спокойного мужчину, который казалось бы этого не замечал. Однако в какой-то момент его терпение лопнуло, и бледно-голубые глаза встретились с чайно-карими. В этот момент, когда Алиф поймали с поличным, она смутилась и отвела взгляд.

— Возмущайся. — откинувшись на спинку стула, произнес Хайдар, и Алиф в ту же секунду набрала в легкие воздух.

— Я вышла на улицу буквально на пять минут! Это первый снег, и ты знаешь, что я люблю встречать его на улице. Что за дурацкая опека? Я не ребенок. От пяти минут на улице со мной ничего бы не случилось. А если бы и случилось, все равно болеть не тебе! И вообще, я же не возмущаюсь, что ты в кроссовках ходишь по улице. — выпалила девушка, не замечая, как завороженно за ней наблюдает сидящий напротив нее мужчина.

Когда её гневная тирада была закончена, она подняла глаза на мужа и запнулась, забывая, о чем хотела еще сказать. Он всегда застигал её врасплох, когда так смотрел. С таким безграничным восхищением, ярким синим пламенем в глубине глаз, и очарованной ухмылкой на губах. От этого взгляда сердце заходилось в чечетке, а дыхание становилось прерывистым и неровным.

— Что? — возмущено спросила Алиф, пытаясь за волосами скрыть румяные от смущения щеки.

— Все? — приподнимая брови, спросил Хайдар.

— Все.

— Во-первых, я не против твоих прогулок на улице, я только за. Во-вторых, нет, ты ребенок, поверь мне, я даже аргументировать это не буду. В-третьих, когда ты болеешь, болеет весь дом, так что, будь уверена, я бы тоже пострадал. И, наконец, в-четвертых, у меня под кроссовками теплые носки, а ты стояла в футболке под пальто нараспашку, без носков, без шапки, без шарфа. Это безумие, в минус 10 стоять раздетой на улице. И это, Алиф, не дурацкая опека, а ответственность за твою жизнь, которая мне важна! Надеюсь, я доходчиво объяснил? — спокойным и вкрадчивым тоном проговорил мужчина, вопросительно кивая жене.

— Всю жизнь так делала, живая же до сих пор. — буркнула девушка, обиженно глядя на мужа.

— И ты говоришь мне, что не ребенок? — вставая из-за стола, произнес он, и отправил свой опустевший стакан в раковину.

— Ты знал, на что идешь.

— Действительно. — мужчина задумался на мгновение, вспоминая, как просыпался среди ночи с ощущением, словно снова чего-то лишился.

На его лицо упала тень воспоминаний. Брови свелись у переносицы, а синие глаза, теряя свой яркий цвет, окрашивались в темно-серые, словно загадочное морское дно вовремя шторма. Алиф заметила эту перемну в выражении лица Хайдара, и заинтересовано стала следить за его меняющимся взглядом.

— Что ты вспомнил? — шепотом спросила девушка, на что муж поднял на нее глаза, облокачиваясь спиной о столешницу.

— Как ты стала причиной моего конфликта с одним человеком. — нервно ухмыльнувшись ответил он, на что Алиф заинтересованно наклонила голову в бок.

— Расскажи.  

— Это первый и последний раз, когда его имя звучит в этом доме. — его глаза предостерегающе блеснули в свете кухонной люстры, на что Алиф согласно кивнула.

Поступление в университет далось Хайдару не сложно. Об этом он не раз рассказывал Алиф. Тяжело было, потому что сложно сразу найти близких по понятиям, жизненным взглядам и мировоззрению людей. Однако, когда Хайдар в огромной М***** нашел клуб единоборств, который держал тренер земляк, то появились и новые знакомства, и достойное окружение. Там Хайдар познакомился с Али. К счастью для парня, новый знакомый был прекрасно воспитан, эрудирован, спокоен, весьма образован и благочестив. Чем-то Али напоминал Хайдару Шамса, но лучшего друга, брата, заменить конечно же сложно. Но, у Али прекрасно получалось отвлекать парня от различных переживаний, а порой эти переживания разделять и давать советы.

Об одном Али не знал — о снах. Не каждый парень будет ходить и рассказывать направо-налево о том, что ему снится какая-то девушка. Поэтому Хайдар делился с Али лишь тем, что считал незначительным. Тем более ребята учились в одном вузе, и проблемы с учебой были их общей темой для разговора. Все бы ничего, но с Али часто ошивался его лучший друг. И для Хайдара всегда было загадкой, как такой светлый парень, в лице Али, умудрялся делить дружбу с  с Ансаром Джабаловым. Этот парень был сыном владельца архитектурного холдинга. Довольно прибыльного холдинга. Видимо это окрыляло его, и Ансар считал, что ему дозволено все. Ведь отец наверняка решил бы любую его проблему. Так, из-за общего знакомого, коим являлся Али, Хайдару пришлось терпеть этого напыщенного выскочку.

Естественно в своем повествовании для Алиф, мужчина не раскрывал всех карт. На слова жены о том, что возможно он был предвзят из-за хорошего финансового положения Джабалова, Хайдар отмахнулся, что возможно так и было. Но все было действительно плохо. Настолько, что в какой-то момент терпеливый до мозга костей парень (спустя полтора года знакомства) не выдержал, и высказал все, что думал, прямо Ансару в лицо.

А началось всё с обыкновенной, обыденной тренировки. Парни тренировались, спаринговались между собой, а после тренировки собрались в раздевалке. Когда большинство спортсменов покинули помещение, Хайдар, как раз складывал вещи в рюкзак. В это время Ансар что-то рассказывал Али. Неудивительно то, что Джабалов ничего не пытался скрыть и их разговор было прекрасно слышно.

— Помнишь, девчонку с первого курса? Я же её номер у старосты попросил, написал ей. Она ломалась, типа: «нет, мне брат не разрешает». Я ей сказал, что после одной нашей встречи поговорю с ним, и она согласилась. Завтра в «Баркат» поведу. Сто процентов увидит этот ресторан и без брата согласится общаться. Может, что перепадет. — с улыбкой от уха до уха вещал Ансар, а у Хайдара вдоль позвонка пробежали мерзкие мурашки.

Перед глазами почему-то тут же возник образ его ночной гостьи. Такой же маленькой и наивной, наверняка где-то далеко так же сильно доверяющей людям, как и жертва Джабаловского «обаяния». Невольно стиснув зубы, Хайдар громко хлопнул дверцей шкафчика, и Али с Ансаром повернулись на него.

— Потише не вариант? — брезгливо спросил Ансар, морщась от звука.

— Случайно наверное, что ты тоже начинаешь. — строго осадил его Али, но Хайдар не на шутку завелся.

— Тот же вопрос. Почему я твои гнилые мысли тут должен выслушивать? — подойдя на шаг ближе к сидевшему парню, Хайдар возвысился над ним, окидывая его презрительным взглядом снизу вверх.

Ансар, спровоцированный таким взглядом, вскочил со скамейки, сравниваясь со вставшим перед ним парнем, сталкиваясь зелеными глазами с прозрачным льдом в глазах Хайдара.

— Слышь, не нравится не слушай, зачем уши развесил?

— Не нравится. А ты, оставь девушку в покое. Казанова несчастный. — прошипел парень, сжимая руки в кулаки.

— Тебе до нее что? Святого строишь из себя? Таиров, не лезь не в свое дело. Не умеешь развлекаться – не мешай другим. — ухмыляясь проговорил Ансар, и повернулся к Хайдару спиной.

Такая выходка вывела парня из себя, и схватив неприятеля за плечо, он развернул его на себя, хватая за ворот футболки.

— Ты, её, оставишь, в покое! Ты понял? — впечатывая Ансара в один из шкафчиков, произнес Хайдар, еле сдерживая вспыхнувшее внутри пламя.

— А то, что? — с вызовом произнес Ансар, и в этот момент Али отвел Хайдара в сторону.

Зеленые глаза с насмешкой смотрели в серые без эмоциональные, однако, за этими глазами скрывалось бушующее море. Для Таирова такое обращение к девушке было дикостью. И вроде они с Ансаром земляки, и вроде воспитание должно быть одинаковое, но потребительское отношение Джабалова к девушкам поднимало такую бурю внутри Хайдара, что он буквально хотел разорвать оппонента на куски.

— Брат, ты же его знаешь, молодой, ветер в голове, не слушай его. Нашел из-за чего злиться, это же Ансар. — Али мягко попытался успокоить Хайдара, но он был серьезно настроен, на этот раз молчать он не собирался.

— Пять минут дай мне, Али. Обещаю ничего не устрою. Выскажу ему просто все. — хлопая друга по плечу, парень кивнул Ансару на выход, и тот, все еще ухмыляясь, направился к двери.

Когда оба парня оказались за дверью раздевалки, Хайдар, успокаиваясь, выдохнул. Нужно было грамотно поговорить, без агрессии, попытаться донести парню его неправоту. Поэтому, успокоившись, он обернулся, натыкаясь на все ту же самодовольную ухмылку Ансара.

— Послушай, эти полтора года я молчал. Думал, ну, пацан еще, не понимает. Но в 20 лет это уже не оправдание. Ты неправильно себя ведешь. Так уважающий родину и свой народ человек себя не ведет. Хорошо, ты вырос далеко за переделами республики, вырос в другом обществе, но я не думаю, что это общество научило тебя потребительски обращаться с девушками. Это омерзительно, низко, подло, не по мужски и глупо выглядит. Прекращай. — спокойно проговорил Хайдар, не замечая никакой реакции в лице напротив.

— Молчал бы дальше. Если птичка сама летит в клетку, мне остается только захлопнуть её. Если девушка дает себя поймать, значит она этого хочет. Это ты молодой, пацан еще, наивный. А воспитание на родине сузило твой круг мышления. Нужно попробовать разных женщин, чтобы понять, какая тебе лучше всего подойдет. Да, и, у меня еще куча времени, чтобы быть примерным семьянином и сыном своей родины, а пока я молодой – я буду развлекаться. И тебе советую. Тем более, здесь это можно сделать с легкостью. Свожу тебя куда-нибудь, потусим, может поймешь. Понимаю, когда с финансами проблемы, сложно наслаждаться жизнью, но, ты не переживай, я все решу. — провокационно ухмыляясь и жестикулируя, Ансар говорил это, словно насмехался.

Хайдару понадобилась куча самообладания, чтобы не ударить стоявшего перед ним человека. Он лишь резко зажмурился, шумно выдыхая сквозь зубы, и снова открыл глаза, встречаясь взглядом с немного опешившим Ансаром.

— Решим по-другому. Завтра с утра, пока здесь никого нет, выходим на ринг. Один на один, только Али с нами пойдет, чтобы быть свидетелем нашего спора. Если в спарринге я тебя побеждаю, ты ни одну девушку из нашего универа не трогаешь, даешь слово мужика. Если я проигрываю, делай и говори, что хочешь, я слова поперек не скажу больше. — протягивая руку для спора, произнес Хайдар, на что Ансар колеблясь кивнул.

В этот момент из раздевалки вышел Али, и увидел парней пожимающих друг другу руки.

— Помирились?

— Нет, поспорили, разбей. — не отрывая взгляда от Хайдара, произнес Ансар.

Али разбил их и недоуменно уставился на них.

— Завтра, в 7 утра, втроем здесь встречаемся. Три раунда по пять минут, кто проигрывает выполняет условия договора. Условия договора между нами двумя, твое дело следить за тем, чтобы мы друг друга не убили. — проговорил Хайдар обращаясь к Али, а после протянул и ему руку, прощаясь.

Уверен ли был Хайдар в своей победе? Не совсем. Он трезво оценивал и свои способности, и способности Ансара. Ансар был юрким, шустрым и техничным. В отличии от него самого. Хайдар был терпеливым, выжидал и наносил тщательно выверенные удары, не рисковал, и не кидался сразу в бой. Сначала нужно сосредоточиться и продумать все. Поэтому, осознавая то, что в этот раз свою тактику придется отбросить, парень вышел из здания клуба единоборств и пешком направился в сторону метро.

Пока парень шел, в голове мелькали разные мысли: «что, если проиграю?», «вдруг, я как-то наврежу ему?», «а если он не сдержит свое слово?». И огромная череда этих мыслей пчелиным роем вилась в его голове. Однако его мысли были прерваны телефонным звонком. Звонил неизвестный номер, но это не остановило Хайдара и он принял вызов.

— Салам, брат. Что там? Как жизнь студенческая? — по ту сторону телефона раздался звонкий голос Шамса, на что Хайдар тепло улыбнулся.

— Ва алейкум салам. Да, потихоньку, тут, там. Ты как? Как армия? — с легкой дружеской издевкой проговорил парень, слыша как по ту сторону кто-то саркастично смеется.

— Издевайся-издевайся. Зато меня с армии ждут. — гордо проговорил Шамс, выбивая этой фразой воздух из легких Хайдара, что он закашлялся.

— Кто?

— Угадай.

— Асанова?

— Прикинь. Сам в шоке.

— Тебя Муслим нашинкует на шашлык, ты же в курсе?

— Да, какой Муслим, Саид. Мус-то знает. А Саид нет. Вот его реакция жесткая будет. Девчонке 17, а она меня из армии ждет. Я же ей обещал, что не уеду, подвел получается. Из-за этого с Саидом не успел решить. — поникшим голосом произнес парень, а Хайдар задумался о проблеме друга.

— Армия не тюрьма, Шамс. Ты хотя бы знаешь, что тебя ждут и ты уверен в том, что ждут. Думаешь, Саид из-за армии тебя посчитает недостойным своей сестры? Ты её и без этого недостоин был. — вовсю хохоча проговорил парень, слыша, как друг бросает в него что-то по-типу «идиот».

— Думаешь, он не будет против?

— Ты, отслужи, потом в свой универ в Саудии попробуй пробиться, он тогда точно тебе не откажет. — рассудительно проговорил Хайдар, слыша, как друг облегчено выдыхает.

— Хорошо, что там можно дистанционно учиться. А-то Сафина меня не дождалась бы. — с теплой усмешкой в голосе проговорил Шамс.

— А она свой колледж бросить хочет?

— Какой! Ты хочешь, чтобы тетя Кавсар меня съела? Пусть учится. Она в школу же хотела пойти работать.

— На районе которая?

— Да.

— Правильно, пусть идет. — поддерживающее произнес Хайдар, и между друзьями возникла тишина, каждый задумался о своем.

Хайдар думал о том, как быстро летит время. Вчера маленькая Асанова хвостом ходила за их легендарной тройкой, а сейчас уже почти невеста. А Шамс, верный и лучший друг, брат, товарищ, в тысяче километрах от него. Но это не разрушило их крепкой дружбы, только сблизило сильнее. Дружба с детства — нерушимая дружба.

— Хайдар, я не хочу в ногайскую орду. — внезапно проговорил друг, на что Хайдар снова рассмеялся.

— Идиот. Радуйся, такая девушка хорошая.

— Она-то хорошая. А я? — выжидающе спросил Шамс.

— Ты тоже пойдет. Адекватный вроде. — без эмоционально проговорил Хайдар в ответ, а из телефона послышалось ругательство на родном языке.

— Удали мой номер.

— Это и так не твой.

— Твоя там как?

— Моя?

— Ну эта, то ли девушка, то ли видение.

— Обхохочешься. Давай, отключаюсь, я в метро, связь прерывается. Звони по возможности. — Хайдар попытался отвязаться от этого разговора, но его друг слишком упрям.

— Серьезно спрашиваю. Расскажи, а то еще неделю не сможешь ни с кем об этом поговорить. — обеспокоено проговорил Шамс.

— Нормально. Снится. Меняется, как будто выросла. Не знаю. Может разные это девушки?

— А может растет она реально. По разнице в возрасте, как думаешь, много?

— Года три. Так кажется. Бесит, если честно. В моменте хорошо, а просыпаешься такое дикое желание уснуть и не просыпаться.

— Подожди немного, придет сама к тебе. Всевышний такие сны не просто так шлет. Ты жди. Терпение прояви. — поддерживающе проговорил друг, а из телефона послышалось, как кто-то его окликнул, — Сокол, зовут, как получится наберу тебе. Не грузи себя, брат, все будет шикарно.

— Давай, береги себя. — попрощавшись с другом, Хайдар устало уставился в окна подошедшего вагона метро.

Через пол часа парень сидел в комнате общежития, заучивая конспекты по криминалистике. Когда глаза от усталости стали слипаться, тетради были отложены, а тело упало на кровать, унося разум в царство снов. Сны у Хайдара были разные. Снилось когда, что, но, одно было всегда стабильно, если снилась она, он был у моря, в море на корабле или где-то среди горных вершин. В этот раз был корабль. Парень снова чувствовал себя странно. Небо в тучах, море неспокойное, присутствовала мелкая морось. Хайдар почему-то глазами что-то выискивал в воде, пока корабль несло по волнам. Внезапно, за спиной почувствовалось чьей-то присутствие.

— Меня ищешь? — мягкий, почти детский девичий голос застал парня врасплох, и он резко обернулся, натыкаясь на большие карие глаза на фоне бледной фарфоровой кожи.

Её белое, длинное платье развевалось на холодном ветру. Но она не мерзла. В своей голове Хайдар называл её гостьей. Незваной гостьей. Ее никто не зовет, а она приходит без приглашения. Однако, когда бы она не пришла, вслед за ней всегда следует солнце. Даже, если на небе его нет.

— Кто так пугает? Жить надоело? — взволнованно проговорил Хайдар, возвращая взор к воде.

— Я здесь, зачем ты в воду смотришь? — возмущенно проговорила девушка, на что Хайдар недовольно цокнул.

— Ищу что-то. Не помню что.

— Разве не меня?

— Зачем тебя искать? Ты здесь.

— Тогда, что же ты ищешь? — прищурив глаза, спросила гостья.

— Не знаю. — обреченно пожал плечами парень.

— Давай, тогда вместе искать? — по детски наивно проговорила она.

— Ты ведь не отстанешь?

— Не-а.

Они стояли у бортика корабля и всматривались в глубину моря. Ветер не утихал, Хайдар настолько задумался, что ничего вокруг себя не замечал, лишь, когда он услышал всплеск воды, покинул свои мысли, и снова вернул свой взор к воде. В волнах мелькнуло белое платье. Хайдар машинально огляделся, пытаясь встретиться с наивным карим взором, но не нашел свою гостью. Тогда, не раздумывая, он прыгнул в след за ней. Морские пучины тут же забрали его в свои объятия, и там на глубине, он встретился с перепуганными глазами девушки, и резкими рывками стал плыть ближе к ней, но чем сильнее был рывок, тем дальше он отплывал от своей цели. Сквозь толщу воды, последнее, что он услышал, была фраза: «еще не время».

Резко вскочив с кровати, Хайдар потянулся к телефону, который разрывался от сигнала будильника. На улице 6 утра. Через час надо быть в зале, но парень все еще находился в своем сне. Сердце тревожно билось о грудную клетку. Что значит не время? Не время для чего?

Раздраженно сжимая переносицу, парень пытался совладать с мыслями и эмоциями. В такие моменты он хотел одного, чтобы эти сны перестали ему сниться. Настолько они выматывали. А сегодняшний вообще перешел границы разумного. Теперь сиди и думай, что это могло бы значить. Только думать Хайдару пришлось по дороге на разборки. Устроив себе с утра пробежку, парень размышлял о том, сможет ли сегодня доказать свою правоту, и поставить выскочку Джабалова на место, или же он проиграет? Желание доказать самому себе, что справедливость и порядочность побеждают в любом месте и в любое время, окрылило парня, и он со спокойным сердцем вошел в раздевалку, в которой его уже ждали.

Перекинувшись приветствиями, юноши молча переоделись, и вышли в зал, забираясь на ринг. Али, как рефери остался за пределами ринга. Оба парня были настроены серьезно. Для Ансара на кону стояло собственное эго, для Хайдара же ответственность хотя бы за ту девушку, что выскользнула в сегодняшнем сне, прямо у него из под пальцев.

— Встаньте друг напротив друга. Пожмите руки. Разойдитесь по углам. Начали! — скомандовал Али, и парни на автомате выполнили все команды.

Зеленые глаза, такие же ядовитые, хитрые и пронзительные, как у змеи, встретились с глазами цвета грозового неба, однако в этих глазах на удивление, в первые, вместо меланхоличного безразличия, мерцали яростные молнии. Лицо Ансара озарилось ухмылкой, на что Хайдар лишь покачал головой.

Раунд начался осторожно. Оба парня не рисковали, обменивались болезненными ударами, но, те либо не долетали, либо блокировались. По Джабалову было ясно — он на взводе. Не в его репертуаре было осторожничать. Соперник внимательно следил за этим, и все прекрасно понимал. Мимика Ансара выдавала его эмоции с головой. В какой-то момент, юноша не сдержался, и подумав, что Хайдар расслаблен, рывком поддался вперед, выкидывая облаченный в перчатку кулак прямо куда-то в солнечное сплетение оппоненту. Таиров грамотно уклонился, и воспользовавшись замешательством Ансара, уронил его на мат, заводя его руку для болевого приема. Все произошло так резко, что Али не успел никак отреагировать, а Джабалов непонятливо смотрел туда, где секунду назад стоял его соперник.

Хайдар завел руку оппонента так, что он стал шипеть от боли. Но никак не сдавался. Это глупое упрямство и нежелание признавать свой проигрыш выводило парня из себя.

— Я тебе руку сломаю, сдавайся! — злобно произнес Хайдар, борясь с желанием отпустить захват.

— Нет. — болезненно проговорил Ансар, а Али заметив что-то неладное залез на ринг.

— Все! Сдавайся уже. — раздраженно бросил он, потянув друга за ногу на себя.

Ансар от него отбрыкнулся, и в попытке вывернуться из захвата, сделал себе только хуже. Его болезненная гримаса напугала Хайдара, и он, наконец, отпустил соперника.

— Я не проиграл! — возмущенно воскликнул Джабалов, вызывая у своего оппонента недобрую улыбку на лице.

— У тебя глаза слез полные, ты кому заливаешь? Как мужик веди себя! — зло проговорил Хайдар, снимая перчатки с рук.

— Каких слез? Еще один раунд. — упрямо бросил Ансар, на что Таиров брезгливо отвел взгляд.

— Анс, с ума не сходи, ты проиграл. — по учительски спокойно сказал Али другу, виновато поглядывая на Хайдара, вновь надевающего перчатки.

— Не проиграл. Он сам захват отпустил. Еще раунд. — взбодрившись произнес Ансар, и Али на уверенный кивок второго юноши обреченно вздохнул.

Парни снова разошли по разным углам, а Али слез с ринга. После сигнала друга, парни встали в стойки. На этот раз Хайдар не стал медлить, ждать, высчитывать, а увернувшись от пары летевших в него приемов, ударил Ансара одним четким движением в подбородок. Джабалов упал на мат, оказываясь в легком нокауте, а Хайдар, доказавший свою победу, раздраженно скинул перчатки с рук и швырнул в лежавшего соперника.

— Мой тебе совет – сдержать данное мне слово. А если не сдержишь, молись, ибо Всевышний обязательно испытает тебя женщиной, которую ты беспамятства полюбишь, но она будет предназначена не тебе. Запомни мои слова. — Хайдар говорил это тихо, чтобы услышал только Ансар, а после выпрямившись, продолжил, — Надеюсь, в этот раз свой проигрыш ты оспаривать не будешь?

Джабалов лишь пристыжено отвел взгляд, утвердительно кивая сопернику. Хайдар облегчено выдохнул, спрыгивая с ринга. Пожав поникшему Али руку, парень вышел из зала, а потом и из раздевалки. На душе стало так легко, словно он совершил что-то очень важное, а не просто выиграл в споре с каким-то папенькиным сыночком.

И с этого дня начался отсчет. Брошенные Хайдаром тогда слова, в скоре вылетели из его головы, но каждый день эти слова проносились в голове у Ансара. Чтобы доказать себе незначительность этих слов, он все таки не сдержал данного слова. Хайдар об этом так и не узнал, а вот Джабалов вдоволь поиздевался над чувствами одной девушки.
Несколько лет в его жизни не появлялось «той самой», и он решил, что слова Хайдара и правда ничего не значили. Но, как мы знаем, то, что мы отпускаем, настигает нас тогда, когда мы и не надеемся это получить.
Ансар позарился на то, что ему никогда не принадлежало, и поплатился за это собственным сердцем.

Сейчас, вспомнив это, Хайдар ощущал, как все его тело покрывается мурашками. Об этих словах, и о смысле спора, Таиров жене не сказал, но мысль о том, что Всевышний услышал его слова, и возможно перевернул все с ног на голову, возвращая Хайдару то, что ему предназначалось с самого начала, заставило его широко распахнуть глаза. Перед ним сидела девушка, та самая гостья из сна. Со своими кудрями пружинками, недоумевающим взглядом больших вопрошающих совиных глаз, с тем самым крышесносным запахом морского бриза в перемешку с запахами горных трав напитанных лучами солнца.

Серые глаза снова посинели, будто в них вдохнули жизнь, и капнули в радужку синюю гуашь. Эта перемена не скрылась от Алиф, и её карие глаза завороженно впились в глаза мужа.

— Ты чего завис? — вопрос слетел с её губ, а через секунду мужская холодная ладонь потянула Алиф на себя.

Оказавшись на ногах, девушке пришлось запрокинуть голову, чтобы проследить за выражением лица мужа. Хайдар был спокоен, только его глаза выражали огромный спектр эмоций внезапно вспыхнувших внутри него. Ладонь Алиф оказалась на мужской груди, и девушка почувствовала, как его сердце, где-то под ребрами, колотится, как сумасшедшее.

— Почему... — девушка не успела ничего спросить, как вдруг почувствовала невесомое, едва осязаемое, но такое нежное касание мужских губ на своем лбу, и все слова вылетели у нее из головы.

Холодные мужские ладони легли на спину, притягивая хрупкое тело жены ближе к себе. На этот раз они оба ощущали, как их сердца, заряженные нежностью, счастливо колотятся в такт друг другу. Для Хайдара такие приступы тактильности были редкими, обычно инициатором была Алиф. Но, когда такое происходило, девушка терялась, не зная, как реагировать на внезапный прилив чувств со стороны мужа. Единственное, что в этот момент она могла сделать, это обнять его в ответ, укладывая голову на надежное мужское плечо. Для Хайдара было важно в этот момент ощущать вокруг себя тот самый аромат, который в первую встречу выбил из его легких воздух. Поэтому он мягко зарывался носом в волосы жены, мягко перебирая непослушные пряди кончиками пальцев.

Они стояли в тишине, каждый переваривая внутри себя происходящее. В голове мелькали важные события из их общей жизни. И если Хайдар думал о том, как Господь привел Алиф в его жизнь, и оставил в ней навсегда, то Алиф, с навернувшимися на глаза слезами, думала о том, как чуть не упустила одного из самых важных людей в своей жизни. И как же счастлива она была стоять с ним вот так, на их собственной кухне, в родном городе, в зимней тишине. Греть друг друга своим теплом, устранять общие переживания нежными, но надежными объятиями. Быть друг у друга. Не зависеть друг от друга, но быть семьей, быть опорой, быть поддержкой, быть светом.

— Ты даже не представляешь себе, насколько сильно твой запах сносит мне крышу. — прошептал Хайдар, выдавая хрипотцу в голосе.

— Прямо таки сносит? — отстраняясь от мужа, девушка наклонила голову в бок и хитро заглянула в его глаза цвета сапфиров.

— Настолько, что я чуть не умер в нашу первую встречу. — также ехидно произнес Хайдар, мягко заправляя непослушную прядь волос ей за ухо.

— Расскажешь? — воодушевленно прощебетала девушка, на что мужчина отрицательно качнул головой, наклоняясь ближе к ней.

— Не сегодня. — еле слышно шепнул он, наблюдая за тем, как к щекам жены подбирается румянец, а её глаза потеряно бегают от его глаз к губам и обратно, — Ты чай допила? Я кружки уберу. — резко отстранившись, и, приняв невозмутимое выражение лица, мужчина обошел смущенную и красную до кончиков ушей жену, забирая кружку со стола.

Алиф стояла возмущено хлопая ресницами, и не могла подобрать слов, чтобы описать свое возмущение. В момент её замешательства, проходя мимо, Хайдар умиленно закатив глаза, все таки оставил на губах жены мягкий поцелуй, вгоняя её в краску еще сильнее, а потом он быстро скрылся за дверью в коридор.

— Я сойду с ума в этом доме! — взвизгнула Алиф, и резво сорвалась с места, чтобы устроить смеющемуся мужу взбучку.

«ты рисуешь звезды на моих шрамах,
ты рисуешь искры в моих глазах.
я улыбку пишу на твоем лице,
и кистями пишу твой смех.

мы друг с другом будто в огне,
ничему вокруг нас не гореть.
нам с тобой пылать в тепле,
а не мерзнуть в холодной воде.

и наш дом ты будешь стеречь,
и сердца наши будешь беречь.
а я буду тебя любить,
бесконечно
до дрожи,
верно?»

28 ноября 2024 год