11 Глава: Слезы в тишине
Со Ён и Чжун Хи лежали под кроватью, едва сдерживая дыхание. Холод стали касался щёк, пульс стучал в висках. Комната превращалась в зону бойни: Кружочки методично уничтожали крестиков, тела падали, словно в ускоренной хронике забвения. Это было не просто убийство - это был ритуал подчинения.
Но вдруг всё замерло. Стуки шагов. Персонал. Команда Ки Хуна ждала момента. И вот он настал.
Они вскочили одновременно, как слаженные механизмы. Отобрали оружие, началась настоящая бойня. Выстрелы, крики, запах пороха вперемешку со страхом. Но один из охранников схватил Де Хо, крепко, жестоко, начал душить. Его лицо синело, пальцы пытались разжать хватку, но тщетно.
Со Ён застыла, взгляд метался - до тех пор, пока не заметила автомат, лежащий рядом с кроватью, который видимо упал во время драки. Она вытянула руку, дрожащими пальцами обхватила рукоять. Встала. Выстрел. Один. Точный. Глухой удар тела о пол.
Комната замерла.
Все взгляды были прикованы к ней. В лицо - шок, страх, восхищение. Со Ён стояла, тяжело дыша, автомат в руках, огонь в глазах.
Де Хо, всё ещё дрожащий, поднял взгляд и прошептал:
- Ты... ты спасла меня...
Со Ён чуть кивнула, не отвечая. Она чувствовала, как вес оружия усиливался - не столько физически, сколько морально. Она была частью насилия, частью расчёта. И не могла это забыть.
После молчаливого мгновения команда Кихуна покинула общую комнату - началась охота за главными. Со Ён осталась. Она не могла двигаться. Как будто то, что только что произошло, лишило её опоры.
Когда остальные ушли, она направилась в туалет, почти на автопилоте. Шаги глухие, как удары сердца. Внутри - мрак, запах хлорки и крови. Она опустилась на пол и дрожащими пальцами достала нож. Смотрела на запястья, как на замёрзшее окно, в которое страшно вглядываться.
- Так легко всё закончить, - прошептала она. - Просто исчезнуть.
И вдруг... голос.
- Со Ён...
Она вздрогнула, повернулась... и он был там. Танос. Сидел рядом, в своем костюме с номером 230. Спокойный, но с грустью в глазах.
- Ты не должна делать этого.
- Это не ты... ты умер... - её голос дрожал, она вжималась в угол, словно боясь собственных мыслей.
- Может и не я. Может - часть тебя. Но разве это важно? Я здесь, потому что ты не одна. Даже сейчас.
- Я потеряла всё, Танос. Себя, цель... тебя. Я хотела построить жизнь, а теперь я только разрушаю.
Он медленно приблизился, сел напротив, обхватил колени руками.
- Ты разрушаешь не потому, что хочешь. Ты просто жива. И больно быть живой, когда вокруг столько потерь.
Со Ён смотрела на него, слёзы текли по лицу, тёплые, как напоминание о том, что она всё ещё чувствует.
- Я не могу это исправить... Я не верну ту, кем была.
- Тогда построй новую себя. Ради Намгю, ради Чжун Хи. И - ради меня. Не позволь им лишить тебя шанса. Ты должна выбраться отсюда живой.
Молчание. Только капли воды из крана и дыхание, от которого сжималась грудь.
- Мне страшно, - прошептала она. - Мне страшно быть без тебя.
- Я всегда буду с тобой. Не в теле, а в поступках, в памяти, в том, как ты любишь и защищаешь.
Она сжала нож, но затем медленно отпустила. Лезвие скользнуло по кафелю с глухим звуком. Танос протянул руку - не касаясь, просто рядом. И этого было достаточно.
- Я попробую, - сказала она. - Ради тебя... и ради себя.
Он чуть улыбнулся. И в следующую секунду исчез. Осталась только Со Ён - на полу, в слезах, но в первый раз - с обещанием.
Вернувшись в общую комнату, она искала Намгю. Он лежал на кровати, на той, где когда-то спал Танос. Когда она подошла, он поднял голову. Его глаза были наполнены болью.
- Ты... жива? - едва слышно.
Она кивнула. Слёзы снова появились. Без слов он потянул её к себе. Она легла, прижавшись, как будто снова становилась частью чего-то целого.
Он обнял её, руки дрожали, но были тёплыми. И они просто плакали - двое душ, у которых ещё осталась возможность быть услышанными друг другом.
_____________________________________________________
Комната погрузилась в тишину. Со Ён лежала рядом с Намгю, спрятав лицо в его плече. Её дыхание было сбивчивым, словно каждая попытка вдоха - это борьба за то, чтобы не утонуть в собственных слезах. Намгю обнимал её.
Он сам был разбит. Потерян. Но когда видел, как страдает его подруга, чувствовал, что должен стать якорем. Пусть даже самым хрупким.
- Просто побудь со мной... - прошептала она.
- Я никуда не уйду, Со Ён, - ответил он тихо, глядя в потолок. - Обещаю.
Несколько минут они молчали. Только дыхание и редкие всхлипывания заполняли пространство.
- Я должна была сказать ему... - её голос треснул, будто сердце говорило напрямую. - Сказать, что люблю.
Намгю перевёл взгляд на неё, стараясь не спугнуть момент.
- Он смотрел на меня так, как никто раньше. Как будто видел меня настоящую... и я всё время думала, что скажу ему после. Когда всё закончится. Когда мы выберемся. Я хотела, чтобы мы выбрались вместе...
- Это было бы прекрасно, - сказал он, глухо. - Я видел, как он смотрел на тебя. Он чувствовал это. Даже без слов.
- А я всё испортила. Обиделась на него после игры. Он приходил извиняться, а я послала его. Знала бы я тогда, что в этот же день его потеряю.. Я во всем виновата
- Ты ничего не испортила. - Намгю сжал её ладонь. - Ты хранила это в сердце. Иногда молчание - это тоже форма любви.
Со Ён прикрыла глаза, по щеке скатилась новая слеза.
- Он был моим светом... А теперь всё, что остаётся - это тень. Слишком тихо. Слишком поздно.
- Но он был частью тебя. И всё, что ты чувствуешь - живое. Оно никуда не исчезло.
Она прижалась к нему ближе. Его тепло было спасительным.
- Спасибо... что ты со мной.
- Всегда, - сказал он, и это слово вдруг стало настоящим.
______________________________________________________
Комната погрузилась в тревожное затишье. После плача и признаний, Со Ён и Намгю, прижавшись друг к другу, постепенно приходили в себя. Вдохи становились тише, напряжение отступало, словно сердце позволяло себе замедлиться хоть на минуту.
Дверь внезапно распахнулась.
- Де Хо! - голос Со Ён срывался, но в нём звучала и надежда.
Он стоял в дверях, с растрёпанными волосами и отстранённым взглядом, как будто только что вырвался из мрака.
- Мне нужно... - прохрипел он, - собрать обоймы. Хён Чжу сказала
Его руки дрожали, а глаза словно не могли сфокусироваться. Со Ён, не спрашивая, уже поднялась с кровати.
- Я помогу, - сказала она.
Они начали собирать рассыпанные патроны - из-под кроватей, рядом с телами охранников, из складок одежды. Со Ён сняла кофту и скрутила её, чтобы получился мешок. Де Хо не говорил ни слова, только сжимал пальцы, едва не роняя собранное.
Когда всё было готово, он молча взял мешок, кивнул и поспешил к выходу.
И тут - выстрел.
Резкий, слишком близкий.
Он замер. Резко развернулся и, будто спасая себя от невидимого удара, вернулся обратно. Дверь захлопнулась за ним, и он сел в угол, прямо на пол. Его тело сотрясалось в судорогах, как будто каждая мышца сопротивлялась реальности. Пальцы вжались в бетон, колени прижаты к груди.
Со Ён подскочила к нему:
- Де Хо! Смотри на меня! Всё хорошо, ты здесь, это не тебя...
Он не отвечал. Глаза были стеклянными. Дыхание частое, прерывистое. Губы двигались, но слов не было.
- Это паническая атака... - прошептала она, поняв. - Всё хорошо. Ты с нами. Я рядом.
Она опустилась на колени, взяла его холодную руку и приложила к своей груди.
- Чувствуешь? Моё сердце бьётся. Всё по-настоящему. Мы живые. Мы здесь.
Намгю подошёл ближе и сел рядом, тихо, не вмешиваясь, но создавая ощущение, что их трое - и никто не один.
- Дыши со мной, Де Хо. - Со Ён говорила ровно, считывая ритм. - Медленно. Один... два... три...
Она начинала считать с каждым вдохом, задавая спокойный ритм. Он постепенно начал дышать вместе с ней. Скованность немного отпустила, плечи дрогнули.
- Они стреляли... я думал... - вырвалось у него.
- Я знаю. Но ты здесь. Это уже победа. Ты выбрал жить - несмотря на страх.
Его голова склонилась на её плечо. Слёзы были беззвучными, но настоящими.
- Мне страшно. Я не хочу быть слабым...
- Ты не слаб. Слабость - это закрыться. А ты сражаешься.
Намгю положил руку на его плечо. Молчал. Но жест был тёплым, живым.
Они сидели так некоторое время - три человека, связанные не планом, а страхом и желанием остаться собой. В этом углу, среди разрушения, оживало что-то человеческое. И именно это чувство давало силы - даже в аду.
_________________________________________________
это еще не конец)