Часть 22
После нескольких дней изнуряющей дороги команда наконец вернулась в родную деревню — Коноху. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая улицы в тёплые оттенки янтаря и меди. Шум деревни — голоса торговцев, смех детей, стук шагов по мостовой — накрывал с головой, а знакомый аромат готовящегося рамэна возвращал забытое ощущение дома.
Миссия по спасению Гаары была завершена успешно. Но её цена оказалась слишком высокой, чтобы просто радоваться.
Какаши пошатывался, едва спускаясь с ворот Конохи. Его шаги были неровными, дыхание — поверхностным. Лицо побледнело, а левая рука заметно дрожала, словно он с трудом удерживал её под контролем. Саске молча оказался рядом и поддержал его за плечо, не позволяя упасть.
— Он выложился полностью, — тихо сказал Учиха, оборачиваясь к Джирайе, который уже спешил им навстречу. — Мангекьё шаринган требует огромной внутренней силы. Особенно когда он только пробудился… Это не просто глаза. Это бремя.
В голосе Саске не было привычной холодности — лишь сдержанное понимание. Он видел цену силы слишком близко.
— Его нужно срочно в больницу, — кивнул Джирайя, подзывая шиноби-медиков. — Он это заслужил.
Какаши попытался что-то сказать, но лишь слегка улыбнулся под маской — устало, почти извиняюще — и потерял сознание прямо в руках медиков. Те тут же подхватили его и поспешили внутрь деревни.
Команда молча смотрела им вслед. В этот момент каждый из них ясно почувствовал, насколько тонка грань между победой и жертвой… и как легко её переступить.
***
Спустя пару часов команда была официально распущена. Кто-то отправился к родным, кто-то — просто домой, мечтая об отдыхе и тишине.
Наруто же не смог сразу вернуться. Он пошёл по улицам Конохи, позволяя прохладному вечернему воздуху немного развеять тяжесть мыслей.
Прохожие здоровались с ним — кто-то радостно махал рукой, кто-то шептался за спиной, узнавая героя, который снова спас кого-то важного. Наруто слышал это, но сегодня не улыбался так широко, как обычно.
— Наруто-кун?
Он обернулся на знакомый голос — и замер.
Перед ним стояла Хината. Но что-то в ней изменилось. Выпрямленная спина, спокойный, уверенный взгляд, волосы стали чуть длиннее… и главное — её аура. Сдержанная, собранная, сильная. Совсем не та робкая девочка, которую он помнил.
— О, Хината! — Он улыбнулся и неловко почесал затылок. — Ух ты… Ты изменилась. Прямо… сияешь, что ли.
Щёки Хинаты вспыхнули румянцем, но, к удивлению Наруто, она не опустила взгляд.
— Я… много тренировалась, — тихо, но уверенно сказала она. — Хотела стать сильнее. Быть достойной… своего места в команде. И… — Она сделала короткую паузу, — рядом с тобой.
Наруто на секунду растерялся, затем широко улыбнулся и рассмеялся — искренне, без тени насмешки.
— Вот это да! — сказал он. — Пойдём прогуляемся? Расскажешь мне всё, что у тебя нового.
— Д-да! — кивнула Хината.
Они пошли рядом по вечерним улицам деревни. Фонари один за другим загорались мягким золотым светом, а тени на мостовой тянулись длинными линиями, словно сама Коноха тихо наблюдала за их шагами.
***
В это же время Саске сидел на крыше одного из зданий неподалёку от больницы, глядя вниз, в сад у корпуса. Его взгляд остановился на Сакуре, которая разговаривала с Цунаде. Она держалась уверенно, спокойно, без суеты. В её движениях чувствовалась сила — не показная, а настоящая.
Во время миссии Саске впервые по-настоящему увидел, как она сражается. Не стоит в стороне. Не прячется за чужими спинами. А идёт вперёд — с яростью, решимостью и отвагой.
— «Она изменилась…» — подумал он, невольно задерживая на ней взгляд. — Она больше не та, кто постоянно нуждался в защите. Теперь она может защищать других. Даже… меня».
Эта мысль была странной. Непривычной. Но почему-то — тёплой.
Саске бесшумно спрыгнул с крыши, приземлившись мягко, почти незаметно. Он направился туда, где стояла Сакура. Впервые за долгое время ему хотелось не просто идти своим путём в одиночку.
Ему хотелось узнать, кем она стала.
***
Тем временем, далеко от солнечных улиц Конохи, в древнем заброшенном храме, скрытом среди скал и выжженной земли, собирались одиннадцать фигур.
Каменные стены хранили эхо шагов, будто сами запоминали каждое присутствие. Воздух был густым, пропитанным сыростью, чакрой и скрытой враждой. Здесь не было места доверию — только временные союзы.
В центре зала, на старинной мозаике с выцветшими символами стихий, медленно вырисовывались силуэты хорошо знакомых преступников. Их плащи с красными облаками казались почти живыми в полумраке.
— Хм. Одиннадцать… — протянул Зецу, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. — Больше, чем обычно. Это… любопытно.
Белая половина ухмыльнулась, чёрная — настороженно замолчала.
Рядом стоял Пейн. Он не двигался. Не говорил. Его риннеган тускло поблёскивал в тени, словно наблюдал не только за присутствующими, но и за чем-то гораздо более далёким.
— Не ожидал, что ты осмелишься вернуться, Орочимару, — прохрипел Хидан, сжимая трёхлопастную косу так, что металл тихо звякнул. — Мы думали, ты сгнил в своих подземных норах.
Из тени медленно вышли Орочимару и Кабуто. Глаза змея сверкали холодным азартом, а губы растянулись в тонкой, неприятной усмешке. Кабуто стоял чуть позади — вежливо, почти скромно, но взгляд его был цепким.
— Сгнить? — прошипел Орочимару. — Нет… это не в моих привычках. — Он обвёл всех взглядом, смакуя напряжение. — Но я здесь не ради воспоминаний. У меня есть предложение.
— Тебе лучше молчать и слушать, — холодно произнесла Конан. — Мы не забыли твоего предательства.
— Ах, но именно поэтому вы меня и слушаете, — мягко ответил Орочимару, складывая руки в мудру. — Наши цели… неожиданно совпали.
В храме повисла тишина.
— Вам нужен Наруто Узумаки, — продолжил он. — Джинчурики девятихвостого. А мне нужен Саске Учиха. Его тело. Его глаза.
Кисаме громко усмехнулся, оголяя острые зубы:
— Ха! Ты всё такой же отвратительный. Но… — Он прищурился, — логика в этом есть.
— Мы не обязаны тебе доверять, — вмешался Итачи. Его голос был ровным, лишённым эмоций, но взгляд задержался на Орочимару чуть дольше. В нём мелькнуло что-то похожее на презрение. — Ты уже пытался забрать Учиху. Ты потерпел неудачу.
— Ошибки делают все, — спокойно ответил Орочимару. — Я же предлагаю сделку. Вы получаете зверя. Я — Учиху. Без лишних помех.
Пейн медленно поднял голову. Взгляд риннегана скользнул по каждому из присутствующих.
— Принято, — наконец сказал он. — Но если ты попытаешься нас предать… ты умрёшь первым.
— Как трогательно, — усмехнулся Орочимару. — Надеюсь, до этого не дойдёт.
В этот момент вперёд шагнул Дейдара. Его обычная ухмылка исчезла.
— Есть ещё кое-что, — сказал он, раздражённо щёлкнув языком. — Сасори мёртв. Убит шиноби из Конохи и Песка. Девчонкой с розовыми волосами… и старухой. — Он скривился. — Позорно.
В храме снова повисла тишина.
— Значит, они стали сильнее, — произнёс Пейн. — Тем более мы не имеем права на ошибку.
Он сделал шаг вперёд.
— Мы действуем параллельно. Один отряд — за джинчурики. Второй — за Учихой. Через неделю мы получим информацию от нашего шпиона в Стране Трав, — продолжил он. — Он передаст координаты у моста Тэнти. Нейтральная территория. Там всё и начнётся.
Кабуто молча кивнул, уже мысленно фиксируя каждую деталь.
Орочимару наклонился к нему и прошептал, едва сдерживая возбуждение:
— Всё идёт идеально. Скоро Саске будет моим.
За окнами храма сгущались чёрные тучи. Глухо прогремел гром.
Сделка была заключена. Сделка, которая изменит судьбы деревень… и людей.
И в Конохе пока никто не знал, что над ними уже нависла новая тень.
***
Новости дошли до Конохи быстрее, чем кто-либо ожидал.
— Подтверждено, — доложил АНБУ, стоя на одном колене перед столом Хокаге. Его голос был ровным, но в нём чувствовалось напряжение. — Орочимару и организация Акацуки заключили соглашение. Подробности пока неизвестны, однако, судя по передвижениям их агентов, они готовят нечто масштабное. Скоординированное. И опасное.
Цунаде медленно выдохнула, сцепив пальцы так сильно, что костяшки побелели. На миг в кабинете повисла тяжёлая тишина.
— Значит, худшие опасения подтвердились… — тихо произнесла она. — Союз этих двоих — прямой вызов всему миру шиноби.
***
В палате Какаши собрались Джирайя и Шизуне. Какаши сидел на кровати, опершись спиной о подушки. Повязка плотно закрывала его левый глаз, лицо было бледным, осунувшимся. Он выглядел так, словно победа на прошлой миссии далась ему слишком дорогой ценой.
— Мы не можем игнорировать такую угрозу, — сказала Цунаде, глядя на него внимательно и жёстко. — Но ты пока не можешь вернуться в строй.
Какаши едва заметно усмехнулся под маской.
— Понимаю… — хрипло ответил он. — Но прошу, не недооценивайте их. Эти дети… — он сделал паузу, словно подбирая слова, — они стали сильнее. Сильнее, чем мы ожидали.
Он перевёл взгляд на Джирайю.
— Но Орочимару — это совсем другой уровень. Хитрый, терпеливый и безжалостный. Они должны быть готовы ко всему. Без исключений.
Цунаде кивнула.
— Именно поэтому команду семь возглавит Ямато. Он справится. И удержит Наруто под контролем, если понадобится.
Шизуне с тревогой сжала папку с отчётами.
— Надеюсь, этого хватит…
***
На следующий день у главных ворот Конохи команда была готова к отправлению.
Наруто поправлял ремни рюкзака, Сакура проверяла медицинские сумки, а Саске молча стоял в стороне, глядя вдаль, будто уже чувствовал приближение чего-то тёмного.
Когда к ним подошёл их новый командир, все трое невольно выпрямились.
— Ямато, — коротко представился он. — И сразу проясним. Я не Какаши.
Он говорил спокойно. Слишком спокойно.
— Если кто-то решит действовать по наитию или пойти наперекор приказам… — Он слегка наклонил голову, — я остановлю это. Даже если придётся вырастить дерево прямо из-под земли.
Его взгляд был холодным, цепким, лишённым привычной мягкости. На секунду повисло неловкое молчание.
Наруто наклонился к Сакуре и Саске и прошептал:
— Он… он страшнее Какаши-сенсея, когда злится.
— Я это слышал, — невозмутимо произнёс Ямато, не оборачиваясь. Затем добавил чуть мягче: — Но надеюсь, мы всё же сможем узнать друг друга получше. Если будем живы.
Сакура нервно сглотнула. Саске прищурился. Наруто нервно усмехнулся.
***
Через два дня пути.
Мост Тэнти показался из тумана, словно призрак. Старый, покрытый мхом и трещинами, он нависал над бурной рекой, шум которой заглушал почти все звуки. Туман стелился низко, скрывая обзор и превращая местность в идеальное место для засады.
Ямато осмотрелся и сразу принял решение.
— Я приму облик Сасори, — сказал он тихо. — Если они действительно ждут встречи, контакт должен быть первым. Вы держитесь в тени. Ни звука. Ни чакры.
Наруто нахмурился, Сакура напряглась.
— Это опасно… — прошептала она.
— Любая миссия против Акацуки опасна, — ответил Ямато. — Но другого шанса может не быть.
Он не знал. Не знал, что Сасори мёртв. И не знал, что это упущение уже стало роковой ошибкой.
Потому что Акацуки были осведомлены. И ловушка на мосту Тэнти уже начала смыкаться.
***
В центре моста стоял Ямато, приняв облик Сасори. Он медленно обводил взглядом пространство, стараясь уловить малейшее движение противника. В воздухе пахло влагой, мхом и предчувствием опасности.
С другой стороны появился Кабуто — очки, привычная полуулыбка и эта мерзкая вежливость, от которой бегут мурашки.
— Итак… — произнёс он, скрестив руки. — Вы должны быть Сасори. Хотя… не совсем.
Ямато прищурился. Он чувствовал каждый мускул, каждый поток чакры противников.
— Интересно. Тебе стоило бы быть убедительнее, — спокойно ответил Кабуто. — Акацуки знают, что Сасори мёртв. Значит…
Кабуто щёлкнул пальцами.
— Это ловушка.
Из дыма, словно появляясь из самой тьмы, вышел Орочимару. Его длинный язык змейкой скользнул изо рта, а глаза блеснули хищным азартом.
— Ах, Коноха… Всегда лезет туда, куда не зовут, — прошипел он. — Саске… мой драгоценный сосуд. Ты понимаешь, что сопротивление бесполезно?
— Мне никогда не быть твоей марионеткой, Орочимару! — резко выкрикнул Саске, выходя из укрытия. Его риннеган вспыхнул, создавая напряжение, которое почти осязалось в воздухе.
— Тогда… — усмехнулся Орочимару, — у меня нет выбора.
Битва вспыхнула.
Наруто активировал силу Курамы. Его чакра разлилась вокруг него, но теперь она была сосредоточенной, без хаоса и неконтролируемой ярости. Алые глаза сияли решимостью.
— Я больше не теряю контроль, — тихо произнёс он. — Теперь ты увидишь настоящую силу джинчурики!
Он метнулся вперёд, формируя расенган, сверкающий синим и золотистым светом, одновременно с тем Сакура ударила по земле, разрывая камни и землю вокруг. Взрывная волна отбросила Кабуто, но он поднялся мгновенно, кожа на плечах покрылась змеиной чешуёй, отражая свет и опасность.
Саске использовал риннеган, создавая пространственный сдвиг, и внезапно переместился за спину Орочимару, нанося Чидори с усилением гравитации. Орочимару ловко уклонился, но лес начал трещать от силы удара.
— Впечатляет… — прошипел Орочимару, скручивая тело, — но этого недостаточно.
Ямато вызвал гигантское дерево, пытаясь сдержать змей, выскользнувших из тела Орочимару, но тот мгновенно контратаковал длинным клинком из пасти, и командир рухнул на колено, раненый и задыхаясь.
Минуты боя показали очевидное: противник не собирался проигрывать. Их цель была не победа, а задержка — изучение силы команды.
— Ловушка… — пробормотал Ямато сквозь зубы. — Они хотели испытать нас. Узнать наши возможности.
Кабуто вырвался из атаки Сакуры и крикнул:
— Орочимару-сама! Время!
Тело Орочимару рассыпалось в клубы змей и дыма, исчезнув почти мгновенно. Но голос его прозвучал в ушах Саске:
— Это ещё не конец… Моё тело жаждет твоего, Саске Учиха.
***
Когда пыль улеглась, команда собралась. Все были ранены, но живы. Тело дрожало, руки дрожали, но дух был крепким.
— Миссия провалена, — сказал Ямато мрачно. — Они знали. Либо их кто-то предупредил… либо они предугадали все наши шаги.
— Но мы стали сильнее, — сказал Наруто, сжав кулаки. — И в следующий раз… они не уйдут. Я не позволю.
Саске молча смотрел в сторону, где исчез Орочимару. Его кулак сжался, мышцы напряглись.
— Он придёт за мной… — пробормотал он. — Но я буду готов.
Команда стояла на мосту, туман медленно опускался по реке, отражая свет луны. В воздухе всё ещё висела угроза. И каждый понимал: это только начало.
Продолжение следует…