Часть 16
Пахло жареной рыбой, горячим маслом и кисло-сладким соусом. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая узкие улицы городка в густые оранжево-золотые оттенки. В тёплом, полупустом баре на окраине Джирайя и Наруто наконец позволили себе остановиться и поесть как следует после изматывающего дня поисков.
Наруто с аппетитом уставился на тарелку, но всё же не выдержал и поднял взгляд на учителя.
— Вы правда думаете, что в таком месте можно что-то найти? — в его голосе слышалось искреннее сомнение.
— Самые важные слухи всегда ходят именно по таким местам, — лениво ответил Джирайя, оглядывая зал. — Люди расслабляются, язык развязывается.
Наруто только фыркнул и уткнулся в еду.
Джирайя уже поднял руку, собираясь заказать саке, когда вдруг замер. Его взгляд словно зацепился за что-то — и больше не мог оторваться.
За соседним столом сидели две женщины. Одна — высокая, светловолосая, с уверенной осанкой и холодным, тяжёлым взглядом. Вторая — темноволосая, заметно моложе, нервно поглядывающая по сторонам. У её ног спокойно сопел маленький поросёнок.
Цунаде. И рядом с ней — Шизуне и Тонтон.
— Хм… — Цунаде подняла бровь, заметив знакомое лицо. — Какая неожиданность. Ты что здесь забыл, Джирайя?
— О, это судьба, не иначе, — он тут же расплылся в широкой улыбке и, будто ничего не произошло, махнул официанту. — Мы как раз тебя искали.
Шизуне едва заметно вздрогнула. Это не укрылось ни от Джирайи, ни от Наруто, который теперь во все глаза разглядывал женщину, из-за которой они проделали такой путь.
Через несколько минут еда оказалась на столе, и четверо сидели напротив друг друга. Напряжение повисло в воздухе гуще пара.
— Забавно, — протянула Цунаде, откидываясь на спинку стула. — Сегодня какой-то день встреч со старыми знакомыми. Один уже успел испортить мне настроение.
— Орочимару? — Джирайя сразу посерьёзнел. — Чего он хотел?
Шизуне молча сжала пальцы. Она знала ответ, как знала и Цунаде.
— Да ничего особенного. Просто пришёл «поздороваться», — холодно ответила та. — А теперь твоя очередь. Зачем ты меня искал?
Наруто нахмурился. Он ожидал увидеть легенду, великого шиноби… а перед ним сидела женщина, уставшая и будто давно потерявшая интерес к миру.
— Итак? — Цунаде скрестила руки на груди. — Говори.
Джирайя отставил чашку, и его привычная легкомысленность исчезла без следа.
— Третий Хокаге мёртв. Конохе нужен новый лидер. Совет хочет, чтобы это была ты.
В баре повисла тишина. Даже шум улицы будто отступил.
Шизуне опустила взгляд. Цунаде медленно выдохнула и отвернулась к окну.
— Вот как… — тихо произнесла она. — И ты правда думаешь, что я соглашусь? Ни за что.
Слова прозвучали холодно, окончательно.
— Забавно, — хмыкнул Джирайя. — Почти так же ты отвечала мне, когда я звал тебя на свидание.
— Это не одно и то же, идиот.
— Мы… — Наруто резко встал. — Мы пришли не только за этим! Вы можете спасти людей в Конохе! Саске, Ли, Какаши-сенсея! Почему вы отказываетесь?! Разве родная деревня для вас ничего не значит?!
Цунаде медленно повернулась к нему. Её взгляд был тяжёлым, острым — таким, что многие взрослые отступили бы. Но Наруто не дрогнул.
— Ты ещё ребёнок, — сказала она. — Ты не понимаешь, о чём говоришь.
— Может, я и ребёнок, — голос Наруто дрожал от ярости, — но я знаю, что бегство — это не путь шиноби! Я стану Хокаге! И сделаю так, чтобы такие, как Орочимару, больше не разрушали Коноху!
Цунаде усмехнулась. В этой улыбке не было веселья — только горечь.
— Хокаге… — повторила она. — Такие, как ты, умирают первыми. Слишком наивные.
— Забери свои слова обратно! — Наруто сжал кулаки.
На миг его глаза вспыхнули жёлтым светом, а чакра дрогнула в воздухе. Цунаде это заметила — и впервые за вечер слегка напряглась.
Они вышли на улицу и остановились друг напротив друга.
— Я одна из легендарной троицы, — холодно сказала Цунаде. — Драться с сопляком всерьёз будет нечестно.
— Заткнись.
Наруто попытался сформировать расенган — чакра сорвалась, техника распалась.
Цунаде прищурилась и посмотрела на Джирайю.
— Ты всерьёз решил научить его расенгану?
— У него есть потенциал, — спокойно ответил он.
Цунаде усмехнулась и коснулась ожерелья на своей шее — старого, потёртого, пропитанного воспоминаниями.
— Тогда заключим пари. Если ты овладеешь расенганом за неделю — я отдам тебе это ожерелье. Если нет… — Её взгляд стал холодным, — ты извинишься и больше не будешь учить меня, что значит быть Хокаге.
Наруто замер лишь на мгновение.
— По рукам!
Их ладони встретились.
Джирайя тяжело вздохнул. Он слишком хорошо знал Цунаде… и понимал: впереди их ждёт неделя, которая изменит всё.
***
Прошла почти неделя.
Каждое утро, ещё до рассвета, Наруто вставал и, не завтракая, срывался на тренировочную площадку за городом. Земля там уже была истоптана его шагами, деревья — испещрены следами неудачных ударов. Ладони мальчишки были изодраны до крови, кожа потрескалась, а чакра истощалась так, что временами перед глазами темнело. Но он возвращался снова и снова.
С каждым днём он подбирался всё ближе к завершённой технике. Расенган больше не рассыпался сразу — вихрь чакры уже жил в его руке, упрямо вращаясь, требуя лишь немного больше контроля.
Джирайя был рядом почти всегда. Он ворчал, кричал, иногда отвешивал подзатыльники и ругался так, что птицы срывались с веток, но не отходил ни на шаг.
— Ты опять давишь силой! — рявкнул он однажды. — Контроль, болван! Не дави, веди!
Наруто стиснул зубы, по лицу стекал пот.
— Ещё немного… — хрипло выдохнул он, — ещё чуть-чуть… Я сделаю это. Я обязан.
Он падал на колени, поднимался, снова формировал чакру. Тень расенгана всё дольше держалась в ладони, вращение становилось плотнее, устойчивее.
Однажды вечером, когда солнце уже клонилось к горам и воздух стал прохладнее, к нему подошла Шизуне. В руках она держала бинты и маленькую коробочку с мазью.
— Сядь, — тихо сказала она. — Я перевяжу.
Наруто хотел отмахнуться, но сил спорить не осталось. Он тяжело опустился на землю.
Шизуне аккуратно промыла раны, осторожно касаясь израненных ладоней.
— Ты правда собираешься забрать у неё этот медальон? — спросила она после паузы.
— Конечно, — буркнул Наруто, отвернувшись. — Мы поспорили. Я выиграю — он мой.
Шизуне на секунду замерла.
— Этот медальон принадлежал её младшему брату… Наваки. Он погиб на войне, когда был всего на пару лет старше тебя. Он тоже мечтал стать Хокаге.
Наруто перестал дышать.
— А потом был Дан, — продолжила она, тише. — Её возлюбленный. Он носил тот же медальон. Погиб, защищая деревню. Для неё это не просто украшение… Это всё, что осталось от тех, кого она любила.
Наруто нахмурился. Несколько секунд он молчал, а потом резко сказал:
— Я понимаю. Но… мне плевать.
Шизуне удивлённо подняла глаза.
— Я не отступлю, — продолжил он жёстко, и сам удивился, как чуждо звучит его голос. — Я не проигрываю, особенно когда речь идёт о Хокаге. Если она поставила этот медальон — значит, была готова его отдать.
Шизуне ничего не ответила. Она лишь опустила взгляд, продолжая перевязывать руки, но её пальцы едва заметно дрожали.
***
Наступил день испытания.
Наруто уже уверенно формировал почти завершённый расенган. Вихрь чакры вращался стабильно, плотный и опасный.
— Ну что, — пробормотал он, — пора показать Цунаде, кто здесь будущий Хокаге.
Но в гостинице её не оказалось.
— Она… она ушла рано утром, — растерянно сказала хозяйка.
Шизуне побледнела. Её пальцы сжались в кулаки.
— Нет… Только не это.
— Что? — резко спросил Наруто.
— Орочимару, — прошептала она. — Он дал ей срок на раздумья. Сегодня он истекает. Если она пошла к нему… значит, она могла…
Наруто вспыхнул.
— Эта женщина совсем с ума сошла?! — выкрикнул он. — После всего?! Она правда собирается предать нас?!
Губы Шизуне задрожали.
— Если он пообещал вернуть ей брата и Дан-сана… она может не выдержать. Ты не понимаешь, что значит потерять всех, кого ты любил.
— Да, не понимаю! — зло бросил Наруто. — Но я знаю, что это не повод идти к змею, который питается чужой болью!
Он резко развернулся, кулак сжался — движение было привычным, почти инстинктивным, будто он готов был метнуть расенган хоть в небо.
В этот момент появился Джирайя. Он выглядел бледным и явно не в лучшей форме — последствия «гостеприимства» Цунаде дали о себе знать.
— Мы найдём её, — сказал он твёрдо. — И остановим.
Шизуне шагнула вперёд, сжимая кулаки.
— Я иду с вами. Я не позволю ей потеряться во тьме прошлого.
В воздухе повисло напряжение. Время почти вышло. И впереди их ждала встреча, которая могла изменить всё.
***
Они мчались по лесной тропе, поднимая за собой клубы пыли. Листва срывалась с ветвей, когда мимо проносились трое шиноби и Тонтон — маленькая свинья едва поспевала, но не отставала ни на шаг. Все они устремлялись в одно место — туда, где решалась судьба Цунаде… и, возможно, всей Конохи.
Прыжок за прыжком, по ветвям и склонам, сквозь густые заросли они приближались к источнику зловещей, давящей чакры. Воздух становился тяжёлым, будто сама земля предупреждала об опасности.
Шизуне с каждым шагом всё сильнее сжимала кулаки. В голове крутилась одна мысль: только бы не опоздать.
Наруто не думал вовсе. Он просто бежал. Сердце билось так, словно знало дорогу лучше любых глаз.
И вот — поляна.
Сцена, открывшаяся перед ними, будто ударила по груди.
Цунаде стояла на коленях, опираясь на одну руку. Её плечо было пробито, и тёмные капли крови падали на примятую траву. Дыхание сбивалось, но взгляд оставался упрямым, полным ярости и боли.
Над ней возвышался Орочимару — спокойный, почти довольный. Рядом стоял Кабуто, с занесённым кунаем, его лицо скрывала холодная усмешка.
— Довольно, Цунаде, — прошипел Орочимару. — Ты сделала свой выбор. И, как всегда, выбрала не нас.
— Цунаде-сама! — закричала Шизуне, вырываясь вперёд.
Наруто замер.
Его взгляд упёрся в фигуру Кабуто.
Тот медленно повернулся… и улыбнулся.
— Ка… Кабуто-сан?.. — вырвалось у Наруто.
— Ты его знаешь? — бросил Джирайя, мгновенно напрягаясь.
Цунаде, собрав последние силы, резко поднялась и рванулась к Кабуто.
— С дороги!
Она сделала шаг… и замерла, когда кунай полоснул по телу. Боль накрыла волной. Цунаде задрожала, глядя, как кровь снова проступает на её руках.
Кабуто выпрямился.
— Похоже, действие техники закончилось, — спокойно произнёс он и повернулся к Наруто. — Ты тогда так и не понял, кто я. Исправим это. Я — Кабуто. Шиноби Деревни Звука. Личный помощник Орочимару-сама… и его ученик.
— Ты… — Наруто сжал кулаки, — ты предал Коноху! Ты работал там… лечил людей!
— Шпиону вовсе не обязательно быть тем, кем он кажется, — усмехнулся Кабуто. — Ты, как всегда, смотришь слишком прямо и слишком наивно.
Он сделал шаг вперёд — и в тот же миг рядом с Цунаде приземлился Джирайя, заслоняя её собой.
— Игра окончена, Орочимару, — холодно сказал он. — Если хочешь боя — дерись со мной.
— С удовольствием, — прошипел змеиный саннин.
В следующую секунду вспышка чакры разорвала поляну.
Началась битва.
Джирайя сдерживал Орочимару, несмотря на слабость — последствия отравления всё ещё сказывались. Он двигался тяжело, но опыт и ярость держали его на ногах. Шизуне старалась прикрыть Цунаде, но та едва стояла, борясь не только с болью, но и с подступающим страхом крови.
А Кабуто уже рванул к Наруто.
— Ты правда думаешь, что сможешь меня остановить, мальчишка?
— Я не позволю тебе тронуть Цунаде! — выкрикнул Наруто. — Она должна стать Хокаге! И спор ещё не закончен!
Чакра взревела. В ладони Наруто закрутился плотный, яркий вихрь.
— Расенган!
Кабуто сузил глаза.
— «Не знаю, чему он научился, но это явно не простая техника… Орочимару-сама упоминал какую-то силу…»
Удар. Взрыв воздуха.
Кабуто отлетел назад, оставив борозду в земле, но удержался на ногах. Он тяжело выдохнул и, ухмыляясь, вытер кровь с губ.
Наруто не остановился. Он снова бросился вперёд — не отступая, прикрывая Цунаде собой, будто щитом.
— Я выполню обещание! — крикнул он. — Я выиграю!
— Почти… — пробормотал Кабуто.
Он исчез и появился рядом в следующую секунду. Резкий удар. Мир будто оборвался.
Наруто замер, медленно опуская взгляд. Боль накрыла волной, дыхание сорвалось. Он захрипел, ноги подкосились.
— Наруто! — закричала Цунаде, бросаясь к нему.
Кабуто отступил на шаг, тяжело дыша.
— Ты всё-таки смог задеть меня, — признал он. — Но я прикрыл зону удара чакрой и начал регенерацию заранее. Я не самый талантливый… но я живучий. Орочимару-сама ценит это.
Он посмотрел на Наруто, всё ещё стоящего на коленях.
— Похоже, эта техника была твоим главным козырем.
На поляне повисло напряжённое, хрупкое молчание.
И именно сейчас решалось, чьей окажется воля сильнее — прошлого… или будущего.
Кабуто внезапно дёрнулся.
Поздно.
Боль всё-таки настигла его — Расенган Наруто задел глубже, чем он ожидал. Чакра внутри тела дала сбой, и на мгновение уверенность сменилась раздражением. Он отступил на шаг, прижимая ладонь к боку.
Цунаде всё это видела. Но её взгляд был прикован не к врагу. Он упал.
Кровь медленно растекалась по земле, тёмной лужей собираясь под телом Наруто. Этот цвет… этот запах…
Руки Цунаде задрожали.
Мир качнулся, будто кто-то резко дёрнул его в сторону.
Снова… Она уже видела это.
Маленькие руки Наваки, слабеющие у неё на глазах. Его улыбку, полную надежды. Кровь, которую она не смогла остановить.
Потом — Дан. Его голос, зовущий её сквозь боль. Его мечту. Его смерть.
— Я… — губы Цунаде едва шевелились. — Я не могу…
Дыхание сбилось. Сердце колотилось так, будто вот-вот вырвется из груди. Она хотела отвернуться. Хотела убежать. Хотела снова спрятаться от этого кошмара.
Но он двигался.
Наруто хрипел, задыхался… и всё равно пытался подняться. Ладонь скользила по траве, пальцы дрожали, но он упорно тянулся вверх.
Даже сейчас. Даже на грани смерти.
— Я… стану… Хокаге… — прошептал он, с трудом выталкивая слова. — Я верну вас… в деревню… и вы спасёте… моего друга… и учителя…
Голова безвольно опустилась. Сознание покинуло его.
Внутри Цунаде что-то оборвалось.
Он был таким же.
Таким же упрямым. Таким же безрассудным. Таким же готовым отдать жизнь ради Конохи — не ради славы, не ради власти, а ради людей.
Как Наваки. Как Дан.
Цунаде резко вдохнула.
— Нет, — прошептала она.
А потом — громче, с яростью и решимостью:
— Нет. Не сегодня. И не ты!
Она шагнула вперёд и рухнула рядом с Наруто на колени, даже не заметив, как её руки испачкались кровью.
— Держись, — сказала она, дрожащим, но твёрдым голосом. — Слышишь меня? Я не позволю тебе умереть.
Печати сложились сами — отточенные, знакомые, будто тело вспомнило то, от чего она так долго бежала. Чакра хлынула вперёд, сметая страх, ломая внутренние барьеры. Кровь больше не пугала её.
Она была медиком. Она была шиноби. Она была защитником Конохи.
Дыхание Наруто постепенно выровнялось. Судороги ослабли. Жизнь возвращалась.
Цунаде выдохнула — впервые за долгие годы.
Она улыбнулась. Тихо. Почти неверя.
Затем её пальцы коснулись ожерелья на шее. Старого, тяжёлого от воспоминаний.
Она сняла его… и осторожно надела на Наруто.
Орочимару замер.
Даже бой остановился.
— Ты… лечишь его? — спросил он, искренне удивлённый.
Цунаде поднялась.
Она встала между ним и Наруто, словно живая стена. Орочимару ударил — мощно, яростно, — но она лишь пошатнулась и осталась стоять.
— Да, — сказала она спокойно. — Он важен.
Она посмотрела прямо в глаза старому товарищу.
— Он показал мне то, что я потеряла. Веру. Мечту. Упрямство, которое невозможно уничтожить. И именно поэтому… — Её голос стал твёрдым, — я стану Пятой Хокаге.
Орочимару молчал.
А затем — впервые за долгое время — стиснул зубы. Не от ярости. От поражения.
Цунаде сжала кулак.
Земля под ногами дрогнула.
— А теперь… — сказала она, — я покажу тебе, что это значит.
***
Шорох листвы. Тепло солнца на лице. Тихие голоса, словно сквозь воду.
Наруто приоткрыл глаза. Мир плыл, но уже не распадался. Воздух пах гарью, землёй… и чем-то тёплым, знакомым. Он попытался пошевелиться — тело отозвалось болью, но уже не смертельной.
Кто-то держал его за руку.
— Тише, — мягко сказала Цунаде. — Не дёргайся. Ты ещё восстанавливаешься.
Наруто с трудом повернул голову. Поляна была разрушена. Сломанные деревья, воронки от техник. Рядом сидели Шизуне и Джирайя. Орочимару исчез. Кабуто тоже.
— Ч-что… произошло?.. — прохрипел он.
— Всё кончено, — ответил Джирайя, присаживаясь рядом. — Он отступил. Мы живы. Благодаря ей.
Наруто посмотрел на Цунаде.
В её глазах было что-то новое. Тёплое. Настоящее.
— Ты чуть не умер, глупый мальчишка, — сказала она тихо. — Но ты спас меня. Гораздо больше, чем я спасла тебя.
Наруто слабо усмехнулся.
— Тогда… квиты, — прошептал он. — Спасибо, Цунаде-баа-чян.
Она приподняла бровь, но не рассердилась.
— И ещё… — Он сделал усилие. — Ты должна пойти с нами.
— Почему это? — спросила она.
— Потому что ты нужна деревне. — Его голос был слабым, но уверенным. — Ты должна спасти Саске. Он почти погиб. И только ты можешь помочь. Ты настоящая. Ты — Хокаге.
Цунаде долго молчала.
Ветер перебирал её волосы. Она смотрела на Наруто и видела в нём прошлое… но и будущее тоже.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Я иду с вами. Ради тех, кого ещё можно спасти.
Шизуне просияла. Джирайя улыбнулся — искренне, без насмешки.
Наруто выдохнул.
Внутри что-то расправилось. Он сделал ещё один шаг к своей мечте.
***
Через день они уже шли по дороге к Конохе. Наруто — на плече у Джирайи, ворча, что может идти сам. Цунаде — чуть впереди.
Её ожерелье теперь покоилось на шее у Наруто.
Они возвращались домой.
Продолжение следует…