Я закрыл глаза, а ты остался
— Только не смей брать мятный попкорн, ты же не маньяк, — Юна закатила глаза, доставая чашку из шкафчика.
— А если я тайно и есть маньяк? — Хан зевнул, с трудом держась на ногах.
— Тогда тебе точно не стоит идти в кино с одноклассником. Он может не вернуться.
Юна поставила чашку с чаем перед ним и села рядом за стол. У неё было то выражение лица, которое говорило: я просто болтаю, но в глазах уже жил интерес.
— Ты весь день вчера был мрачный, а сегодня вдруг кино. Что за фильм?
— Ужастик. Что-то про лес, где людей похищают.
— Романтика, вижу. — Юна усмехнулась. — И с кем?
Хан отвёл взгляд.
— С Минхо.
Он надеялся, что скажет это спокойно. Не получилось. В голосе дрогнула неуверенность. Юна уловила это мгновенно. Она перестала стучать пальцами по столу.
— Это тот самый?
Хан кивнул.
— Мальчик, который не умеет говорить прямо?
— Мальчик, который умеет молчать на тысячу способов, да, — буркнул он.
Юна выдохнула.
— Ну… — она взъерошила ему волосы. — Тогда, может, сегодня хоть один способ окажется правильным?
Хан усмехнулся, почти беззвучно.
Он посмотрел на часы.
И вскочил.
— Чёрт, я опаздываю.
Юна бросила вслед:
— Возьми жвачку. И не делай вид, что не волнуешься.
Он не ответил. Но в глазах — мелькнуло что-то живое.
***
Они встретились у торгового центра. Минхо уже ждал — в капюшоне, с рюкзаком через плечо. Он стоял у фонтана, глядя в телефон, и выглядел так, будто не ждал никого. Но когда увидел Хана — замер на долю секунды. И только потом сделал вид, что не придаёт значения.
— Я не опоздал? — Хан подошёл, стараясь говорить как обычно.
— Почти. Но у тебя спасательная улыбка, так что… живи. — Минхо выдохнул с наигранной строгостью.
Хан на секунду замер.
Он не улыбался специально. Просто — вышло.
***
Они купили билеты — на сеанс через двадцать минут. Минхо пошёл за напитками, а Хан — за попкорном. Возле прилавка он завис. Слишком много вкусов. Слишком мало уверенности.
— Мятный? — услышал он рядом.
Минхо подошёл, поставил стаканы на край стойки.
— Или ты всё-таки нормальный человек?
— Я… думал о карамельном, — Хан запнулся. — Но, может, и мятный. Просто попробовать. Он странный.
— Мы и так странные. Хватит.
— То есть ты согласен, что мы странные? — Хан прищурился.
— Ну, ты пришёл в кино с тем, кого три месяца назад ненавидел, — Минхо взял ведёрко. — Это как минимум повод насторожиться.
Хан усмехнулся.
И в этот момент, впервые за долгое время, их взгляды встретились и не отвели друг друга.
Ни на секунду.
***
В зале было темно, прохладно.
Фильм начался без лишних титров — сразу с напряжения.
Герои бежали по лесу, трещали ветки, чей-то голос звал из темноты.
Минхо сидел, облокотившись, с колой в руке.
Хан — чуть ниже, глубже в кресле. Он почти не ел.
На экране что-то скрежетало. Кто-то дышал в трубку. Хан вздрогнул.
Минхо скосил взгляд.
— Всё нормально?
Хан кивнул.
Но через пару минут вжимался в подлокотник, пряча лицо в рукаве.
— Скажи, когда этот звук прекратится, — прошептал он. — Я терпеть не могу хруст костей.
Минхо не ответил.
Он смотрел на него.
На дрожащие пальцы, на стиснутые губы, на прикрытые глаза.
И вдруг… всё остальное исчезло.
Зал стал тихим. Фильм — чёрно-белой вспышкой.
Минхо наклонился чуть ближе.
Пауза. Полсекунды. Вечность.
Он накрыл рукой ладонь Хана, осторожно, будто спрашивая разрешения.
Хан не отдёрнулся.
И тогда Минхо, почти не думая, почти не дыша, прикоснулся губами к его щеке.
Медленно.
Осторожно.
Но настоящим поцелуем.
Не страстным. Не кинематографичным. Просто — первым.
Хан не открывал глаз. Но дыхание изменилось. Стало резче, глубже.
Он не говорил.
Минхо не отодвинулся.
Они просто сидели в темноте, наедине с этой новой тишиной.
***
После сеанса они шли молча. На улице уже темнело.
— Хруст костей — всё ещё худшее, что я слышал, — пробормотал Хан. — И знаешь, ты не сказал, когда он закончился.
Минхо кивнул.
— Потому что… я хотел, чтобы ты остался закрытыми глазами чуть дольше.
Хан остановился.
— Почему?
Минхо посмотрел прямо.
— Потому что я не хотел, чтобы ты увидел, как я боюсь. Боюсь, что если откроешь глаза — меня уже не будет.
Хан не ответил сразу.
Но потом сделал шаг вперёд.
И взял его за руку.
Тихо. Уверенно.
— Я закрыл глаза, а ты остался, — прошептал он.