Глава 17: Судьба
Я открыла глаза, когда услышала тихий звон часов. Звук был почти неуловимым, но именно он выдернул меня из сна. На тумбочке лежали часы Дамьена. Я потянулась к ним, не зная, какую кнопку нажать, однако звон прекратился сам. Осторожно положила их обратно.
Дьявола со мной не было.
Кажется, он ушёл.
Странно — не схватил за волосы, не приказал встать.
На циферблате — семь утра.
Он что, действительно просыпается так рано?
Я сбросила с себя одеяло и подошла к окну. За стеклом шёл дождь — быстрый, настойчивый. На дворе дежурила охрана, будто не замечая холодных капель. И тогда я увидела его.
Дамьен.
Он бегал по двору. Промокший до нитки, в чёрном олимпийке с капюшоном.
Бегал. В такую погоду.
Я проводила его взглядом — он сделал круг вокруг дома, затем выбежал за ворота и скрылся на трассе.
Вчера он был злым. И в то же время — странно мягким.
Я не знаю, что это было, и что могло его изменить, но от этих перемен по коже пробежала тревога.
Я зашла в ванную. Приняла душ, воспользовалась его гелем — аромат был невероятный. Что-то терпкое, мужское, с оттенком хвои и цитруса.
Душ в этой ванне — настоящее наслаждение.
После процедур я вышла, обмотавшись полотенцем, и замерла — у двери стояли две служанки. Обе — девушки с азиатской внешностью, очень похожие, словно сёстры. Вежливо улыбались: одна держала аккуратно сложенное платье, другая — туфли.
— Мисс Сара, позвольте, мы поможем вам одеться, — тихо сказала одна из них, склонив голову.
— Господин приказал подготовить вас к завтраку, миледи, — добавила вторая, всё так же вежливо улыбаясь.
Я невольно напряглась, пальцы крепче сжали холодную ручку двери.
Завтрак? Серьёзно?
А если он будет недоволен? Если решит, что я вышла без разрешения?
— А... Дамьен знает об этом? — спросила я, чувствуя, как голос дрогнул.
— Конечно, мисс. Это его приказ, — ответила девушка с мягким акцентом.
Я медленно выдохнула и кивнула.
— Тогда... ладно.
Узкие ладони, одинаковые поклоны. Одна протянула мне платье — мягкое, графитового цвета, с высоким воротом. Другая держала коробку с туфлями и тонкий пояс.
— Господин просил, чтобы вы не мёрзли, — добавила вторая. — Сегодня сыро.
Какой он заботливый сегодня. Я позволила им застегнуть молнию на спине, пригладить ткань на плечах.
— Спасибо, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Служанки улыбнулись одинаковыми мягкими улыбками и вывели меня в коридор. Дом просыпался неохотно: где-то щёлкали выключатели, глухо шлёпали капли по широким подоконникам. Мы спустились по лестнице.
Столовая встретила тёплым светом и холодной симметрией. На белой скатерти появились тарелки ещё до того, как я успела сесть: овсянка с миндалём, омлет, ягоды, чай, маленький кувшин молока. Словно я здесь всегда завтракала.
— А Дамьен не придёт? — спросила я.
— Он скоро будет, мисс Сара. Прошу вас, присаживайтесь, — ответила одна из служанок с вежливым поклоном.
Лучше бы он пришёл.Мне не нравилось всё это...А что, если он будет недоволен тем, что я сижу за столом без разрешения? Что, если ударит?
— Нет, — отказалась я. — Я подожду его.
Служанки переглянулись и снова склонили головы.
Я осталась стоять, разглядывая столовую. Просторная, строгая, с идеально симметрично расставленной посудой. Тишина — почти неестественная, нарушаемая только звуком дождя за окнами.
— Ты? — голос Марко прозвучал с удивлением. Я взрогнула от неожиданности и повернулась к нему.
Он стоял в проёме — рубашка расстёгнута, на груди видны рельефные мышцы, волосы растрёпаны. Он выглядел небрежно.
— Тебя выпустили? — спросил он, подходя ближе, прищурившись.
— Да, — кивнула я, заставив себя улыбнуться.
— Рад слышать, — он шагнул ко мне, и в его голосе прозвучало искреннее удивление. — Не думал, что мой брат на это решится.
— Я тоже, — ответила я.
— Почему стоишь? Садись, — он подвинул один из стульев.
— Я жду вашего брата, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Не стоит ждать, он ещё бегает, — усмехнулся Марко.
— Он всегда так бегает? — спросила я, глядя в окно, где дождь всё ещё лил сплошной стеной.
— Каждый день, — пожал плечами он и снова жестом указал на стул. — Садись.
Мои руки дрожали.
А вдруг ему не понравится, что я подчиняюсь другому?
Но ведь служанки сказали, что это его приказ. Значит... можно?
— Не бойся, Сара, — сказал Марко мягко. — Просто сядь.
Я послушалась. Стул тихо скрипнул, как будто выдал моё колебание. Я села, стараясь не смотреть на него, и почувствовала, как в груди снова сжимается от тревоги.
Марко опустился напротив. Его взгляд был внимательным.
Он улыбнулся.
— Ты выглядишь лучше, — сказал он, чуть прищурившись. — Даже светишься.
Я смутилась и выдавила улыбку, хотя внутри всё кипело от тревоги и неловкости.
— Спасибо, — ответила я тихо, не решаясь прикоснуться к еде.
— Ешь, — спокойно сказал Марко, наливая себе чай. — Не стесняйся, Сара.
— Я поем, когда придёт ваш брат, — осторожно возразила я.
Он усмехнулся, не поднимая глаз:
— Боишься. Значит, он тебя действительно напугал.
— Нет, — покачала я головой, — просто это его дом. Его правила. Я не имею права их нарушать.
Марко поднял взгляд, чуть наклонив голову.
— На самом деле, это наш дом, — произнёс он спокойно. — И если я разрешаю тебе есть, ты можешь спокойно поесть.
Я выдохнула, чувствуя, как напряглись плечи.
— Спасибо за заботу, — сказала я тихо, — но я всё же подожду его.
Повисла тишина.
Марко молча кивнул и вернулся к завтраку, а я смотрела на тарелку, не чувствуя ни запаха, ни вкуса. Мысли путались. Перед глазами всплыл клуб — тот вечер, его смех, свет прожекторов и глухой стук музыки. Меня передёрнуло.
Я заставила себя выдохнуть.Не думай об этом. Не сейчас.
— Вы... вы не знаете, где моя мать? — спросила я, не выдержав тишины.
Марко поднял взгляд от чашки.
— Она уехала в Лондон.
— В Лондон? — переспросила я, чувствуя, как внутри всё похолодело.
— Да. К своему бывшему мужу. Точнее... он забрал её.
— К Сильвестру?
— Именно. — Марко пожал плечами. — Не переживай, мы её не тронули.
Я замолчала. Слова будто застряли в горле. Волна тревоги поднялась снова, плотная, холодная.
В Лондоне... с ним.
А я — здесь, одна.
Совсем одна.
Тишина натянулась, как струна. И в этот момент я почувствовала — что-то меняется в воздухе. Что-то опасное приближается.
Шаги. Твёрдые, уверенные.Я обернулась — и замерла.
Дамьен вошёл в кухню после душа. Его волосы были влажными, на коже блестели капли воды. От него пахло тем самым гелем, что я использовала утром.
Он был в чёрной кофте, подчёркивающей силу плеч и линию рук. Простая одежда, но на нём она выглядела так, будто создана, чтобы пугать.
Его рост, его присутствие — всё будто заполнило кухню. Воздуха стало меньше.
Я сразу поднялась, чувствуя, как внутри сжалось всё.
— Марко, что за вид? — раздражённо бросил он, садясь с краю стола. — Ты не умылся и сразу за стол?
— А тебе-то какая разница? — лениво откликнулся брат.
— Большая, — отрезал Дамьен. — Меня бесит, что ты ведёшь себя как идиот.
— Прости, — усмехнулся Марко, — я не могу, как ты, вставать в шесть утра и бегать под дождём. Я задыхаюсь, если не сплю хотя бы восемь часов.
— Меньше кури — и не будешь задыхаться, — усмехнулся Дамьен, а потом его взгляд медленно скользнул ко мне. — Подвинь стул и сядь рядом. Не стой, — произнёс он спокойно, но так, что возразить не хотелось.
Я кивнула и попыталась подвинуть тяжёлый стул, но он не поддался. Дерево глухо скрипнуло по полу.
Дамьен раздражённо выдохнул, встал и без усилий потянул стул к себе.
— Слабачка, — усмехнулся он, глядя на меня снизу вверх, — садись.
Я послушно опустилась на стул, стараясь не встречаться с ним взглядом.
Его присутствие ощущалось слишком близко — дыхание, запах кожи после душа, тепло, исходящее от тела.
Казалось, весь воздух вокруг стал гуще.
Сердце било по рёбрам так, будто знало, что любое неверное движение — и воздух вокруг взорвётся.
Марко шумно поставил чашку на стол, глядя на нас с насмешкой.
— Она даже не притронулась к еде, — заметил Марко, откинувшись на спинку стула. — Ты что, запретил ей есть?
Дамьен спокойно начал свой завтрак.
— Да, — ответил он, не поднимая глаз. — Запретил. Она ест тогда, когда я скажу.
Он разрезал яйцо ножом и медленно поднёс вилку ко рту.Марко скривился.
— Тогда, может, скажешь ей поесть? Она, кажется, голодна.
Дамьен наконец поднял взгляд. На секунду его глаза остановились на моих руках, потом — на лице. Я сразу опустила голову, не в силах выдержать этот взгляд.
— Ешь, — произнёс он коротко, твёрдо.
Я не посмела возразить. Сразу взяла вилку, чувствуя, как Марко наблюдает за каждым моим движением.
— Зачем ты её пугаешь? — спросил он, глядя на брата. — Что, боишься, что украдёт у тебя завтрак?
— Захочу — жадничаю. Не захочу — нет, — отрезал Дамьен, даже не подняв головы.
Марко усмехнулся, качая головой.
— Ты всегда такой, — произнёс он тихо. — Всё должно быть по-твоему. Даже за столом.
Дамьен холодно усмехнулся, не отрывая взгляда от тарелки. Его вилка методично разрезала яичницу.
— А ты, Марко, всегда такой слабак, — бросил он, не поднимая глаз. — Всё нытьё да нытьё. Может, тебе стоит побегать со мной утром? Хватит уже задыхаться от своей лени.
Я сидела, вцепившись в вилку, и старалась дышать ровно. Еда на тарелке казалась чем-то далёким. Я боялась даже пошевелиться, чтобы не привлечь лишнего внимания Дамьена.
Марко открыл было рот, чтобы ответить, но вдруг сверху раздался приглушённый стон. Мы все замерли.
— Фрэнк! Ох, Фрэнк! Да!
Марко поперхнулся кофе, его брови поползли вверх. Я почувствовала, как жар заливает щёки, и опустила взгляд ещё ниже, будто пол мог спасти меня от неловкости. Дамьен же, напротив, откинулся на стуле и расхохотался.
— Старик Фрэнк времени зря не теряет, — сказал он, ухмыляясь, и бросил взгляд на Марко. — Слышал? Это тебе пример, как надо жить.
Марко фыркнул, но в его глазах мелькнула тень раздражения.
— Серьёзно, Дамьен? Ты сейчас будешь старика Фрэнка мне в пример ставить? Он, небось, лет на тридцать старше нас, а всё туда же.
— А что? — Дамьен прищурился, и его голос стал ещё более резким, властным. — Он знает, чего хочет, и берёт это. Не то что ты — вечно ноешь, вечно чего-то ждёшь, вечно кого-то спасаешь. — Он повернулся ко мне, и я почувствовала, как его взгляд прожигает насквозь. — Правда, малышка? Ждать — это для слабаков.
Я сглотнула, не зная, что ответить. Мои пальцы сжали вилку так сильно, что костяшки побелели.
— Я... я просто... — начала я, но Дамьен махнул рукой, обрывая меня.
— Ешь, я сказал. Не заставляй меня повторять. — Его тон был как удар хлыста.
Сверху снова раздался стон, на этот раз громче, и Марко закатил глаза.
— Да! О да! Ещё!
— Да чтоб их, — пробормотал он. — Это что, теперь каждый завтрак так будет? Отец решил, что он в молодёжном клубе?
Дамьен снова рассмеялся и повернулся ко мне, расслабив руку на спинке моего стула.
— Я заставлю тебя тоже кричать, хочешь? — спросил он.
Я замерла, вилка в моей руке задрожала, едва не выскользнув. Дамьен не отводил взгляда, его глаза. Его рука, небрежно лежащая на спинке моего стула, казалась слишком близкой, её тепло ощущалось даже через ткань моей одежды. Я чувствовала, как кровь стучит в висках.
Марко кашлянул, нарушая напряжённую тишину, и бросил на Дамьена раздражённый взгляд.
Мы услышали стук каблуков — уверенный, размеренный. Через секунду в дверях появилась госпожа Агнес.
Она остановилась на пороге и с удивлением оглядела нас всех.
Я инстинктивно хотела подняться в знак уважения, но Дамьен положил ладонь мне на плечо, прижимая к месту.
— Тебе никто не позволял вставать, — произнёс он тихо, но так, что возражать не хотелось.
Я кивнула, чувствуя, как его пальцы медленно скользнули с моего плеча, оставив после себя тяжесть.
— Дамьен, — голос Агнес был резкий. Она подошла к столу и опустилась напротив Марко. — Это ты пригласил её завтракать?
— Да, — ответил он спокойно.
— Странно, — её взгляд стал холоднее. — Вчера ты сорвался, когда я позволила ей присесть.
Дамьен усмехнулся, не отрываясь от еды.
— Потому что тогда это сделали вы, бабушка, а не я. — Он поднял глаза. — Здесь решаю я, когда ей садиться за стол... и когда вставать.
— Какой же ты упрямый! — вспыхнула Агнес. — Одержимый мальчишка!
— Чем именно одержимый? Демоном? Всё ещё гадаете, бабушка? Не устали пугать людей своими сказками?
— Замолчи, — произнесла она твёрдо и стукнула ладонью по столу. Посуда дрогнула. — Я лучшая гадалка, и ты прекрасно это знаешь.
Она наклонилась вперёд, глаза её блеснули.
— Ты забыл, что я предсказала тебе? Что однажды ты найдёшь то, что ищешь. — Агнес медленно повернула голову в мою сторону. — И вот... нашёл.
— Нашёл? — Дамьен прищурился, отложив вилку, и его взгляд снова скользнул ко мне, словно я была частью какого-то уравнения, которое он всё ещё пытался разгадать. — Бабушка, ты слишком много значения придаёшь своим картам и предсказаниям. Я не ищу ничего, кроме того, чтобы всё было по-моему.
Агнес фыркнула. Её глаза, несмотря на возраст, были острыми, как лезвия, и она явно не собиралась отступать.
— По-твоему, говоришь? — Она покачала головой, и её серебряные серьги качнулись. — Мальчик мой, ты можешь строить из себя хозяина мира, но судьба не спрашивает твоего разрешения. Она уже здесь, за твоим столом, — Агнес кивнула в мою сторону, и я почувствовала, как жар снова заливает щёки. — Поэтому не надо мне тут говорить ерунду.
Марко, который до этого молча потягивал кофе, не выдержал и хмыкнул, явно наслаждаясь их перепалкой.
— О, да ладно, бабушка Агнес, — вмешался он, откидываясь на стуле с лёгкой ухмылкой. — Вы теперь будете Сарой его пугать? Дамьен, может, и дьявол, но он точно не верит в ваши сказки про судьбу. Правда, брат?
Дамьен бросил на Марко холодный взгляд, но в уголках его губ мелькнула тень улыбки — опасной, как лезвие ножа.
— Сказки? — переспросил он, медленно поворачиваясь к Агнес. — Это полный бред. Сара — моя приманка против нашего врага, и шлюха. Надеюсь, вы это запомните раз и навсегда.
Я сидела, замерев, чувствуя, как его слова повисли в воздухе, тяжёлые и острые. Моя рука с вилкой так и застыла над тарелкой, еда давно остыла, но я не решалась пошевелиться.
Агнес, однако, не выглядела впечатлённой. Она наклонилась чуть ближе к Дамьену, её глаза сузились, и в них мелькнула искренняя уверенность.
— Ты можешь сколько угодно отрицать, внучок. Но карты не лгут. Я видела её в твоём раскладе ещё год назад. И ты знаешь, о чём я. — Она сделала паузу, позволяя словам осесть, затем добавила: — Ты можешь держать её на коротком поводке, но это не изменит того, что уже началось.
Дамьен замер. Я видела, как его челюсть сжалась, а в глазах, обычно холодных и уверенных, мелькнула тень чего-то неконтролируемого — то ли гнева, то ли страха. Он медленно откинулся на стуле, но его поза больше не была расслабленной; плечи напряглись, как у зверя, готового к прыжку.
— Что ты несёшь, бабушка? Какая, к чёрту, судьба? Я не верю в твои карты, в твои видения! Это всё чушь, которую ты впариваешь людям, чтобы чувствовать себя важной!
Агнес не шелохнулась. Она медленно покачала головой, не отводя глаз от внука.
— Ты нервничаешь, Дамьен, — произнесла она спокойно, как будто констатировала факт. — Потому что знаешь, что я права. Ты всегда срываешься, когда правда подбирается слишком близко. Сара — не просто твоя "приманка". Она то, что ты искал, и теперь это пугает тебя.
Марко, почувствовав сдвиг в атмосфере, поставил чашку на стол и выпрямился, его ухмылка исчезла.
— Эй, успокойтесь уже, — пробормотал он, пытаясь разрядить ситуацию. — Это же просто разговор за завтраком. Не стоит...
— Я в порядке! — резко отрезал он, поставив бокал так, что посуда едва не дрогнула. — Налей мне сок.
Я сразу вскочила, схватила кувшин и осторожно налила сок в его бокал, стараясь не пролить ни капли. Он взял его, не глядя на меня, и залпом выпил всё до дна.
Я медленно опустилась обратно на стул, стараясь не сделать лишнего движения.
Воздух в комнате стал густым — я чувствовала, как его раздражение пульсирует в каждом звуке. Если он сорвётся... паника будет мгновенной. И достанется всем.
Мне в первую очередь.
Я опустила взгляд, стараясь не дышать слишком громко. Главное — не спровоцировать. Сохранить его спокойствие.
Дамьен внезапно поднялся. Резко, так, что стул скрипнул.
Он развернулся ко мне — взгляд короткий, властный.
— После завтрака, — произнёс он холодно, — жди меня в комнате. Не выходи, пока я не приду.
Я кивнула, не поднимая головы.Он задержался на секунду, будто проверяя, поняла ли я, а потом просто ушёл.
Его шаги стихли в коридоре, оставив за собой ту же тяжёлую тишину, в которой слышно только биение сердца.