Глава 18: Сделка
Я сидела на краю кровати, ожидая Дамьена. Сердце билось быстрее, чем обычно. Как я поняла, мы должны были куда-то ехать, но куда — он не сказал. Я не знала, чего ждать и как себя вести.
Главное — не вызвать его раздражения. Не допустить вспышки гнева.
Сейчас мне было страшнее, чем раньше. Его странное спокойствие вызывало бурю внутри меня.
Он не просто сдерживал себя — он наслаждался этим, каждым мгновением, когда я замирала под его взглядом.
Ему это нравилось.
Он получал удовольствие от власти, от моего страха.
Мне нужно сделать так, чтобы он посчитал меня полезной. Тогда, возможно, у меня будет шанс...Но как? Я пока не знала.
Дверь комнаты тихо открылась.Я вздрогнула, думая, что это он. Сразу поднялась с кровати, выпрямилась, будто готовая к команде.
Но вместо Дамьена на пороге стояла молодая женщина.
Обтягивающее красное платье, короткое, подчёркивающее идеальные линии тела. Тёмные волосы до плеч, густая чёлка, красная помада, блестящие чёрные туфли.
Она вошла уверенно, будто всё вокруг принадлежало ей.
Я не понимала, кто она и почему пришла сюда.
Она остановилась напротив меня, оценивающе оглядывая с головы до ног.
— Это ты, Сара? — спросила она холодно.
— Да, — ответила я настороженно. — А вы кто?
— Я хозяйка этого дома, — произнесла она с лёгкой улыбкой и шагнула вглубь комнаты. — И я не люблю, когда здесь появляются... случайные гости. Особенно такие пустышки, как ты.
Я сжала пальцы в кулак, стараясь не подать виду, как внутри всё сжалось.
— Я здесь не по своей воле, — сказала я спокойно, — если вам что-то не нравится, скажите это хозяевам дома.
Она усмехнулась — коротко, зло.
— Все вы так говорите, — рявкнула она, резко приближаясь. — А потом начинаете строить из себя невинных.
Она прищурилась, и в её взгляде сверкнула злоба.
— Моего мужа ударил мой пасынок, понимаешь, милая? И всё это — из-за тебя.
Я не сразу поняла смысл её слов. Пасынок?
Неужели... эта молодая женщина — мачеха Дамьена и Марко? Та, что стонала на весь дом?
— Он... — я запнулась, вспоминая мерзкое лицо старика, — Он приставал ко мне. Дамьен просто оттолкнул его.
— Возможно, ты сама дала ему повод, — холодно сказала она.
— Я не давала повода никому, — ответила я, резко. — Он сам вошёл.
В этот момент дверь распахнулась.
В комнату вошёл Дамьен.
Его взгляд сразу упал на девушку— тяжёлый, угрожающий.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он, и в его голосе не было ни одной лишней эмоции.
— Я... — начала она, но он даже не дал ей закончить.
— Пошла вон, — сказал он резко. — Я тебе не разрешал входить в мою комнату.
— Хорошо, я просто хотела поговорить... — попыталась оправдаться она.
— Я сказал, вон отсюда, пока я не потащил тебя за волосы!
Она побледнела, кивнула и, опустив глаза, быстро вышла.Дверь хлопнула, оставив за собой гулкую тишину.
Дамьен шагнул ко мне, и воздух будто стал плотнее.
— Что она хотела от тебя? — спросил он.
— Ей не нравится, что я здесь, — ответила я тихо.
Он коротко усмехнулся, будто это его забавляло.
— Не обращай на неё внимания, — бросил он, открывая шкаф. — Этой дуре просто нечем заняться.
Он достал кожаную куртку и накинул её на себя. Молния мягко прошла вверх, очертив его широкие плечи и узкую талию.
Затем он достал из ящика пистолет, спокойно проверил его и убрал в кобуру на поясе.
Повернулся ко мне.
— Пошли, малышка, — сказал он, сунув телефон в карман. — Нам пора.
Он вышел первым. Я поспешила за ним, стараясь не отставать.Во дворе воздух пах мокрым асфальтом и дождём.
У ворот стоял чёрный Lexus.
Дамьен сел за руль, бросив короткий взгляд через плечо:
— Садись рядом.
Я послушалась, заняла место на переднем сиденье.
Дверь захлопнулась.
В салоне было прохладно; кожа сидений держала ночной холод.
— Пристегнись, — сказал он, не глядя.
Я защёлкнула ремень. Он завёл двигатель, и «Лексус» плавно сорвался с места.
Мы ехали молча. Я чувствовала его спокойствие. Рука на руле, другая — на коробке передач; короткие, выверенные движения, будто и на дороге он любил, чтобы всё было «по-моему».
— Та... в красном, — не выдержала я. — Кто она?
— Никто, — ответил он после паузы. — Считай что ее не существует.
Я сжала пальцы в кулак, чтобы не выдать дрожь.
— Куда мы едем?
— Увидишь.
Дождь густел. Город вытягивался в серые ленты улиц. Телефон у него коротко вибрировал; он включил громкую связь.
— Слушаю, — коротко ответил он.
— Где ты? — раздался в динамике жёсткий мужской голос.
— Еду. Буду через десять минут. Что-то случилось?
— Заждались мы тебя.
— Значит, подождёте ещё, — резко бросил Дамьен и отключил телефон. — Козёл.
Он сжал руль так, что костяшки побелели. Я почувствовала, как напряжение заполнило салон.
В зеркало заднего вида я заметила, что за нами следуют ещё несколько машин. Чёрные, одинаковые, растворяющиеся в дожде. Они держались на расстоянии, но ни на секунду не отставали.
Я украдкой посмотрела на него. Его профиль был сосредоточен и холоден. Ни одной эмоции.
Я не понимала, зачем он взял меня с собой. Почему я должна быть при этом? Что он задумал?
Машина свернула с главной дороги.
Асфальт под колёсами стал неровным, фонари — редкими, а дождь — гуще. Капли стекали по окнам, размывая отражения
— Куда мы приехали? — спросила я.
— Не задавай вопросов, — ответил он, — просто иди за мной.
Он остановил машину у старого ангара, серого и ржавого. Дождь барабанил по крыше, воздух был пропитан металлом и чем-то гнилым. Над дверью мигала тусклая лампа.
Дамьен вышел первым. Я поспешно отстегнула ремень и последовала за ним. Под ногами хлюпала грязь, вода стекала с крыш по ржавым трубам.
Он толкнул тяжёлую металлическую дверь. Она скрипнула, открывая узкий проход.
В нос ударил запах сырости, дешёвого алкоголя и сигарет.
На стенах — граффити, размазанные дождём. Я не понимала слов, только видела символы — змей, крылья, черепа.
Из глубины доносились приглушённые голоса и музыка, похожая на низкий гул. Люди сидели прямо на полу — кто-то смеялся, кто-то просто смотрел в пустоту.
Взгляды цеплялись за нас, когда мы проходили мимо.
Я старалась не смотреть ни на кого, шла за Дамьеном, стараясь держаться ближе, чувствуя его плечо впереди — единственную опору в этом хаосе.
Он открыл следующую дверь.
За ней — просторная комната с голыми бетонными стенами и тяжёлым запахом табака, спирта и мужских голосов.
На потертых диванах сидели мужчины. На их коленях — девушки в откровенных нарядах, почти обнажённые, с потухшими глазами и натянутыми улыбками.
Я невольно прижалась ближе к Дамьену, сама того не осознавая. Его плечо было единственной опорой в этом чужом, хищном мире. Он бросил на меня короткий взгляд, но ничего не сказал.
Мужчины заметили нас. Один за другим поднялись с диванов, шагнули вперёд и начали пожимать руку Дамьену.
— Давненько не виделись, — сказал один из них — высокий, сухощавый брюнет в чёрной футболке, кожа смуглая. — Набрал, брат. Прямо зверь стал.
— Работаю над этим, — усмехнулся Дамьен, отвечая на рукопожатие.
Их было трое.
Первый — тот самый брюнет, холодный и внимательный.
Второй — массивный, с грубыми чертами, пирсингом в брови и татуировками на руках.
Третий — бородатый, с узором чернил, тянущимся по шее.
Я не знала, кто они. Но вид их внушал тревогу. Они не выглядели американцами — скорее латиносы или южане, с акцентом и дерзкими взглядами.
Дамьен присел на диван напротив.Я попыталась остаться стоять, но он, не глядя, потянул меня за руку.
— Сядь.
Я подчинилась и села рядом.
Дамьен откинулся на спинку дивана, его рука небрежно легла на подлокотник, пальцы барабанили по обшарпанной коже.
Мужчины расселись напротив, их взгляды скользнули по мне, как по трофею, но быстро вернулись к Дамьену.
Девушки — их было четверо, все в нижнем белье, — расселись вокруг, одна из них, с ярко-красными губами и длинными черными волосами, устроилась на коленях у мускулистого гориллы с татуировками.
— Итак, брат, — начал брюнет в футболке, его акцент был густым, с испанскими нотками, — что с той партией? Мы ждем ее уже две недели. Граница горит, федералы шастают везде, как крысы.
Дамьен кивнул, его глаза сузились.
— Партия в пути. Мои люди перехватили ее у Сан-Диего. Там была заминка с таможней, но мы уладили. Два контейнера с "товаром". Доставим в к концу недели.
Бородатый с татуировками фыркнул, потирая подбородок.
— А что с ценой? Ты обещал скидку за прошлый косяк. Тот груз с кокаином был разбавлен, наши клиенты в ярости. Если не уладишь, мы найдем других поставщиков. Мексиканцы не любят, когда их дурачат.
Я сидела, затаив дыхание, стараясь не шевелиться. Мафиозные дела? Наркотики, грузы, границы... Это был не просто бар или клуб — это было логово. Мое сердце колотилось, но я не смела спросить.
— Скидка будет, — ответил Дамьен, усмехаясь уголком рта. — Десять процентов. Но только если вы возьмете весь объем. И еще: мне нужны ваши связи в порту. У меня есть план на новую линию — через Тихий океан, мимо Гавайев.
Горилла с татуировками рассмеялся, его рука скользнула по бедру девушки на его коленях. Она хихикнула, наклоняясь ближе, ее губы коснулись его уха.
Мужчины продолжали говорить, их голоса становились громче, перемежаясь ругательствами на испанском.
— Хорошо, брат, — сказал брюнет, поднимая стакан с виски. — За сделку.
Дамьену принесли виски одна из девушек, но он поднял руку отказываясь.
— Я не пью.
В этот момент девушка с красными губами, сидевшая у гориллы, сползла с его колен, опустившись на колени на грязный пол. Ее руки потянулись к его ремню, расстегивая его с привычной ловкостью. Мужчина откинулся назад, не прерывая разговора, его голос стал чуть хриплым.
— А эта твоя куколка? — кивнул он в мою сторону, пока девушка расстегивала его ширинку и наклонялась, ее губы сомкнулись вокруг его члена. Горилла застонал тихо, но продолжал: — Она в деле? Или просто для развлечения?
Дамьен напрягся.
— Она со мной. Моя шлюха.
Я отвернулась, щеки горели от стыда и отвращения.
Девушка двигалась уверенно, ее голова качалась вверх-вниз, а мужчина просто сидел, попивая виски, как будто это было обычным делом. Остальные девушки хихикали, одна из них подошла ближе к брюнету, но он отмахнулся, сосредоточившись на Дамьене.
— Ладно, давай детали, — сказал бородатый, игнорируя происходящее. — Сколько тонн? И как мы делим прибыль?
Дамьен начал объяснять. Я сидела, уставившись в пол, моля, чтобы это все поскорее закончилось.
Я не слушала их и не понимала, о чём они говорят. Старалась не смотреть, как она громко сосёт ему эту штуку.
Боже... Что за ад творится вокруг. Нельзя ли это сделать наедине, а не при всех?
Дамьена, похоже, забавляла ситуация — он был к этому привык и не обращал внимания. Его огромная рука лёгла мне на колено, и я вздрогнула.
Он продолжал разговаривать с другим. Одна из девушек подошла к Дамьену: её грудь была полностью обнажена, прикрывали лишь стринги.
— Хотите расслабиться, господин? — спросила она. Женщина выглядела старше Дамьена; грудь у неё уже подвижно свисала.
Он сжал моё колено, затем отстранился и, усмехнувшись, сказал: — У меня уже есть тут одна, более молодая и красивая. Так что проваливай.
Она кивнула и отошла.
— Дамьен, нам нужно кое-что обсудить, — произнёс бородатый, удовлетворённо поправив ширинку после того, как кончил в рот этой девушке. Она сглотнула.
— Хорошо, — ответил Дамьен, вставая. Я поднялась следом, но он надавил мне на плечи, чтобы я осталась. — Сиди здесь, — прошептал он. — Никуда не уходи. Попытаешься сбежать — сломаю тебе кости, поняла?
Я кивнула, хотя дрожала от страха. Не хотела оставаться одна в этом притоне.
Бородатый поднялся, и они вдвоём скрылись в соседней комнате, плотно прикрыв за собой дверь.