Падая в его ад

Дьявол остановился в паре шагов от пленника. Его тень уползла по грубому бетону, и в этой тени человеку стало ещё страшнее. Он развернул топор в руке, финтиком опустил его лезвие к полу, как будто проверял вес решения.

Марко сорвал мешок с головы пленного. Мужчина зажмурился от света, потом растерянно моргнул — глаза метались по комнате, пока не остановились на мне. Его взгляд был полон ужаса и... узнавания?

Марко снял кляп, и воздух вокруг словно стал гуще.

— Ну-ка, — произнёс Дамьен. — Зачем ты за мной следил?

Мужчина открыл рот, но слова не выходили. Только сиплое дыхание и дрожь в подбородке.

— Я не слышу, — Дамьен сказал всё тем же ровным тоном, а потом резко — рёвом: — Я не слышу!

Я вздрогнула. Воздух в подвале дрогнул вместе со мной. Мужчина снова посмотрел на меня — коротко, будто случайно, но этого хватило. Дамьен проследил за его взглядом и чуть приподнял уголок губ.

— А-а... — тихо протянул он. — Так значит, из-за неё? Этот ублюдок следил за мной чтобы узнать где она?

Мужчина молчал. Лицо побелело.

Дамьен сделал шаг вперёд, и...он ударил кулаком в лицо. Тело упало на бетон.

— Я с тобой разговариваю, твою мать! — его голос расколол воздух.

Мужчина застонал, и я инстинктивно закрыла рот ладонью, чтобы не вскрикнуть.

Мужчина поднял глаза — прямо на меня, и беззвучно, едва шевеля губами, произнёс моё имя.

Я похолодела.

Он знает, кто я. Почему он знает?

Марко резко поднял его за плечи, заставляя встать на колени. Дамьен наклонился, их лица почти соприкоснулись.

— Почему ты смотришь на неё? — тихо спросил он. — Я не давал тебе права смотреть.

— Прошу... — прохрипел мужчина, едва дыша. — Умоляю, пощадите... Я не виноват. Я не следил...

Дамьен усмехнулся — холодно, без капли человечности.

— Я видел тебя. Несколько раз. Ты думал, я идиот?

Я не видела, что произошло дальше — только услышала глухой звук, словно кто-то ударил по мешку с песком. Потом ещё. Ещё.

Каждый удар отзывался во мне, как будто по мне.

Я зажала уши, но всё равно слышала.

Слышала, как хрип превращается в стоны, а потом — в короткое, рваное дыхание.

Я отвернулась к стене. Камень был холодный и шершавый. Я вжалась в него, будто он мог защитить.

Хватит... пожалуйста, хватит... — шептали мои губы, но звука не было.

Мир сузился до звуков — шаги, дыхание, удары, металлическое эхо.

И сквозь всё это я понимала одно:это не просто зверь. Это человек, которому боль — способ дышать.

Я закрыла глаза.

Но в темноте всё было ещё громче.

— Говори! — кричал он снова и снова, обрушивая удары. Я слышала хруст костей, приглушённые стоны и стук кулаков о плоть. Слёзы катились по щекам. Мне хотелось помочь этому мужчине, но я знала — у меня не хватит сил.

— Умоляю! — выдохнул он, и я не выдержала — подняла взгляд.Он лежал на полу, захлёбываясь собственной кровью.

— Марко, развяжи ему руки, — приказал Дамьен, схватив топор, воткнутый в пол. Его взгляд метнулся на меня, и я застыла. На его рубашке — свежие брызги крови.

— Пожалуйста... — прошептала я. — Он же умоляет...

Дамьен усмехнулся, скользнув по мне хищным взглядом.

— Заткнись, если не хочешь оказаться на его месте.

С топором в руке он выглядел ещё страшнее — воплощение безжалостного демона. Я прикусила губу и опустила глаза.

Марко освободил пленника, но тут же прижал его к полу, удерживая. Тот был слишком слаб, чтобы сопротивляться.

— Ну что, готов говорить? — хрипло спросил Дамьен.

Мужчина застонал, но слов не вымолвил.

— Тогда по-плохому, — бросил он. — Марко.

Марко поймал его руку и прижал к полу.

И тогда я поняла, что собирался сделать Дамьен. Ужас пронзил всё тело.

— Нет! — закричал мужчина, когда лезвие взмыло в воздух. — Я всё скажу! Всё скажу!

— Говори, — холодно остановился Дамьен.

— Меня прислал господин Сильвестор! — выдавил тот. — Он велел узнать, где держат его дочь! Умоляю... я просто выполнял приказ...

— Неудивительно, — усмехнулся Дамьен.

И прежде чем я успела осознать, топор опустился. На руку. Он срезал руку.

Вскрик боли пронзил всё помещение. Я закричала вместе с ним, рухнула на пол и вжалась в угол, закрывая голову руками.

Меня трясло.

Господи... что это было?

Крики, стоны, запах крови... и смех Дамьена. Он наслаждался этим. Он просто наслаждался.

Боже... спаси.

Господи, останови это. Пожалуйста. Сделай, чтобы я больше не слышала.

Я зажала уши, но звук не исчез.Он был везде — в воздухе, в груди, в сердце.

— И что ты успел ему передать!!? — рычал Дамьен. Я знала. Теперь он уже потерял контроль.

Мужчина ревел от боли, он не мог прийти в себя. А я не могла смотреть в их сторону.

— Говори! — снова закричал Дамьен, и звук его голоса будто ударил по мне, пронзил грудь, как нож.

— Я... не успел... — прохрипел мужчина, захлёбываясь собственной кровью. — Никому... ничего... не сказал... клянусь!

Я слышала снова — короткий, глухой звук удара, потом звон металла о бетон.

Топор упал на пол, и этот звук будто отозвался у меня под рёбрами.

— Марко, дай нож, — произнёс Дамьен спокойно, как будто просил передать инструмент, а не решал чью-то судьбу.

Меня пронзила дрожь.

О боже... неужели он не остановится?

Сердце колотилось так сильно, что я боялась — он услышит.

Я сжалась, прижалась к стене, не смея открыть глаза.

Я знала — если посмотрю, меня вывернет.

Меня просто не станет.

Всё, что я могла, — дышать тихо, очень тихо, будто от этого зависела жизнь.

Я слышала, как Дамьен перехватил его, как металл зазвенел.

— Ты лжёшь, — прошипел он. — Смотрю тебе в глаза и вижу ложь.

Мужчина застонал, его дыхание стало рваным, с хрипами.

— Клянусь... — едва слышно прошептал он. — Клянусь... никому... ничего...

Звук шагов. Дамьен подошёл ближе, и я почувствовала, как тень накрыла меня, хотя я не поднимала головы. Внутри всё холодело.

— Ты думаешь, что сможешь меня провести? — он сказал тихо, и от этой тишины стало ещё страшнее, чем от крика.

Я слышала, как он опустился рядом с мужчиной, как ткань натянулась под его движением.

— Я ненавижу, когда мне врут.

Я прижала ладони к ушам, но сквозь пальцы всё равно пробивались звуки: шорох одежды, сиплое дыхание, глухие удары.

И ещё — мерзкий, липкий звук, будто кто-то рвёт сырое мясо.

Я не выдержала и обернулась.

Дамьен нависал над мужчиной, вгоняя нож в живот снова и снова. Металл входил в плоть с тупым хлюпанием. Мужчина уже не шевелился, но Дамьен продолжал, будто в забытьи.

Он был весь в крови — от воротника до запястий.

Крик вырвался из меня сам собой. Меня затошнило. Я поднялась, шатаясь, и бросилась к туалету. Всё, что было внутри — даже вода, которую я пила, — вышло наружу вместе с ужасом.

— Дамьен, достаточно, — произнёс Марко глухо. — Он уже мёртв.

Я тяжело дышала, цепляясь пальцами за край стены. Дамьен выпрямился. Медленно, будто смакуя момент. Провёл рукой по лицу, размазывая кровь. Его белая рубашка теперь была алой.

Он встретился со мной взглядом — и на его губах появилась кривая, довольная улыбка.

Он слез с тела, а я прижалась к стене, пытаясь стать как можно меньше. Лужа крови растекалась по полу, ползла ко мне, и я отпрянула, прикрыв рот ладонью, чтобы не закричать снова.

Дьявол шагнул ближе. Поднял что-то с пола. Сначала я не поняла, что это, — а потом он бросил это прямо в меня.

— Вот тебе подарок, — усмехнулся он.

К моим ногам шлёпнулась человеческая рука.

Я закричала. Вскочила и забилась в другой угол, дрожа от ужаса.

— Что такое? — хрипло рассмеялся он. — Не нравится мой подарок?

Я закрыла лицо руками и съёжилась, чувствуя, как в горле поднимается новый крик.

Он приближался ко мне медленно, шаг за шагом. В руке всё ещё блестел нож — с лезвия капала кровь, оставляя алые следы на полу.

— Ну?

Он остановился прямо передо мной, нависая, как тень. Я зажала рот ладонью, чтобы не вырвался новый крик, чтобы не стошнило. Дамьен потянулся, убрал мою руку с лица. Его пальцы были холодными, липкими.

Он посмотрел на меня внимательно, медленно, словно изучая каждую дрожь, каждое движение губ, каждую слезу.

— Всё ещё не веришь, что я жестокий? — спросил он тихо.

Я втянула воздух, глядя в его глаза — пылающие, безумные, чужие. Сердце колотилось так сильно, что я едва дышала. И, не выдержав, зажмурилась.

— Так и думал, — усмехнулся он, не дождавшись ответа.

Он сделал шаг назад, наклонился. Пальцы скользнули по бетону, издавая неприятный скрежет. Когда он выпрямился, в руке блеснул топор.

Он лениво взвесил его, будто проверяя, насколько удобно лежит.

Я прижалась к стене, ощущая ледяную поверхность спиной. Дальше — некуда.

— Не шевелись, — произнёс он спокойно.

Я не успела понять, что он собирается сделать.

Свист. Воздух вспыхнул у самого уха.

Удар.

Топор вонзился в стену рядом с моей головой, всего в нескольких сантиметрах.

Я вскрикнула — от страха, от боли в ушах, от ужаса. Прикрыла голову руками, сжалась

Камень взвыл и осыпался крошкой; по щеке полоснуло осколком, в волосы вонзились мелкие кусочки штукатурки. В ушах зазвенело.

— Упс, мимо, — протянул он с усмешкой. — В следующий раз не промахнусь.

Он рассмеялся — глухо, звериным смехом, от которого по коже побежали мурашки, — и направился к выходу.

Марко всё это время стоял в стороне, не двигаясь, будто оцепенев. Когда Дамьен вышел, он шагнул ко мне.

— Извини, что тебе пришлось всё это видеть, — сказал он тихо, выдернул топор из стены рядом с моей головой и отнёс в сторону.

Я стояла, прижимая руки к груди. Слёзы сами катились по лицу, горячие, солёные. Я обняла себя, пытаясь удержать дрожь, но тело не слушалось. Рёбра сжимало, будто внутри не хватало воздуха.

Я всхлипывала, вытирая слёзы, но они тут же возвращались. Не могла заставить себя повернуться — там, позади, лежал труп, и я знала: если увижу его, меня снова вырвет.

— Сара, — мягко позвал Марко, подходя ближе. — Успокойся.

Я покачала головой. Не могла. Перед глазами стоял он — Дамьен, его глаза, его лицо, кривое удовольствие, с которым он бил ножом. Мужчина, которого он убил, не сопротивлялся. Он просто... умер.

— Сара, — Марко приблизился ещё, осторожно обнял меня и прижал к своей груди. — Всё хорошо, слышишь? Всё позади.

Я не выдержала.

Слёзы прорвали остатки самообладания, и я разрыдалась у него на груди — громко, беззвучно, с надрывом.

Мир вокруг будто растворился, остались только гул крови в ушах и ощущение его рук, которые держали меня, не давая упасть.

Я дрожала всем телом.

Меня трясло так сильно, что зубы стучали друг о друга. Горло саднило от рвоты и крика, дыхание сбивалось, превращаясь в жалкие всхлипы.

— Всё хорошо, — шептал Марко, но я не слышала смысла его слов. Только звук.

Меня выворачивало изнутри. Мир плыл перед глазами, то темнел, то рассыпался на пятна. Передо мной всё ещё стоял Дамьен — с ножом, с этой жуткой улыбкой. Я видела его руки, мокрые от крови, видела, как он бросает в меня ту руку, и снова чувствовала, как она падает к моим ногам.

— Хватит... — прошептала я, но губы почти не слушались.

— Сара, — мягко повторил Марко, сильнее прижимая меня к себе.

Я сжалась, уткнулась лицом в его рубашку, цеплялась за ткань, как утопающий. Слёзы текли по щекам, жгли кожу, пока я шептала сквозь всхлипы:

— Он... он псих... он мог... он чуть не...

Слова захлебнулись в судорожном рыдании. Меня затрясло ещё сильнее, ноги подгибались. Марко держал меня, не отпуская, пока я судорожно хватала воздух.

— Тише... ты в безопасности, — сказал он. — Я не дам ему тебя тронуть.

Я покачала головой, но не смогла ответить. Всё внутри кричало.Страх прочно вцепился в меня.

Я плакала долго. Рывками, глухо, уткнувшись в грудь Марко.

И даже когда слёзы закончились, дрожь не ушла.

Только тихое, выжженное чувство внутри — будто что-то во мне навсегда сломалось.

От автора:

Дорогие читатели, как вам глава?

Как вам поведение Дамьена? Знаю, это было жестко. Сможет ли Сара понять его?

Очень интересно знать о чем думаете вы. Буду благодарна за ваш отзыв❤️❤️😘😘