глава 6
Чонгук
«Рэйчел находит меня за кухонным столом утром, светло-рыжие волосы развеваются за ее спиной, а на лице играет широкая улыбка.
Мой желудок скручивает, как это бывает каждый раз, когда она находит меня.
У меня еще осталось полмиски хлопьев, но аппетит пропал.
Она занимает свободное место рядом со мной за огромным столом, и я готовлюсь к тому, что ее рука схватит меня за колено или начнет возиться с пуговицей на моих джинсах, но она лезет в карман и достает нечто похожее на термометр, а затем двигает его ко мне по столу.
Несколько секунд я смотрю на розовый прямоугольник, не имея ни малейшего представления, на что смотрю, пока не замечаю крошечное слово, которое говорит мне все, что мне нужно знать.
Беременна.
Мое сердце падает. Она беременна. Новая девушка моего отца - женщина, которой он заменил мою мать еще до того, как ее тело остыло, - беременна.
У меня будет брат или сестра. И этот малыш не будет ребенком моей мамы.
У них будет новый ребенок. Новая жизнь. Как будто моей мамы вообще никогда не существовало.
— Я на десятой неделе. Я уже сделала генетический тест. Это мальчик.
Мальчик. Брат.
— Ты понимаешь, что это значит? — Рэйчел сияет, не обращая внимания на сумятицу в моей голове.
— У меня будет брат. — Она уже сказала моему отцу? Он едва ли хотел меня, не говоря уже о другом ребенке. Начинать все сначала с новым ребенком, когда я уже достаточно взрослый, чтобы съехать? Он не будет счастлив.
Она качает головой, хватая меня за руку. Мне хочется сжечь каждый дюйм кожи, к которой она прикасается.
— У тебя будет сын.»
...
Занимайся. Тренируйся. Ешь. Спи. Повторяй.
Жизнь, которую запланировал для меня отец, превратила меня в зомби. Я получу диплом экономиста, на который мне будет плевать, затем получу степень MBA и займусь его бизнесом, когда он наконец-то сыграет в ящик. И чем скорее это произойдет, тем лучше.
Обычно я и близко не подхожу к библиотеке кампуса, но именно там находится моя добыча. Мне нужно чем-то отвлечься, и Джульет станет идеальным отвлекающим фактором.
Группа девушек бросает на меня настороженные взгляды, а затем обходит меня стороной, когда я прислоняюсь к кирпичной стене. Мне плевать, что подумают обо мне в маске в кампусе средь бела дня.
Лучшим девушкам это нравится.
Волосы у меня на затылке встают дыбом, и я оглядываю кампус. Кто-то смотрит на меня, но я никого не вижу.
Паранойя. Вот и все.
Когда дверь библиотеки снова распахивается, пара темных ботинок ступает на бетон. Длинные ноги, обтянутые колготками в сетку, крошечная юбка, едва прикрывающая ее задницу, и великолепные сиськи, почти выпрыгивающие из тонкого топа. Ее сиськи подпрыгивают при каждом шаге. Без лифчика. Именно такой она мне нравится.
Надеюсь,Лалиса просмотрела запись с камеры этим утром. А еще лучше, надеюсь, она смогла увидеть все это шоу в режиме реального времени. Ее трусики теперь заляпаны моей спермой, но они все еще ждут ее в моей комнате, если она захочет их надеть.
На ней те же колготки в сетку, от которых у меня слюнки текут, и крошечная юбочка, как будто она хочет, чтобы я представил все темные и извращенные вещи, которые я сделаю с ней, когда в следующий раз доберусь до нее.
С той ночи в «Парке Ужасов» я не мог перестать думать о Лалисе Хейз. Ни одна женщина раньше не занимала мои мысли. По крайней мере, не в хорошем смысле. Я хочу снова заставить все ее тело дрожать, как в ту ночь.
Прежде чем я успеваю закрыть ей рот и схватить ее, она замечает меня, притаившегося в тени. Ее голубые глаза сужаются, и она бросается на меня, указывая пальцем.
— Ты, ублюдок...
Я удивляюсь, как, черт возьми, она догадалась, кто скрывается под маской, но потом вспоминаю, что этот мужчина в маске сделал с ней в прошлый раз в лесу. Моя ухмылка возвращается в десятикратном размере. Я снова трахну ее в рот.
Я держу руки сложенными на груди и позволяю ей приблизиться.
Как только она оказывается в пределах досягаемости, моя рука, словно гадюка, молниеносно хватает ее за запястье и прижимает к моему телу. Ее крики приглушены моей грудью, пока я тащу ее за библиотеку, где никто не увидит, что я с ней делаю.
Она извивается и брыкается всю дорогу, и моя ярость закипает с каждым нанесенным ею ударом. Я накажу ее за каждый из них.
Как только мы скрываемся из виду, я прижимаю ее к стене, заставляя замолчать.
— Тихо, маленький демон. Мы оба знаем, что ты хочешь этого.
К моему удивлению, она больше не сопротивляется. Теперь, когда мы скрыты в тени, на ее лице расцветает соблазнительная ухмылка.
— Ты прав. Я действительно хочу этого.
У меня сжимается грудь. Незнакомое чувство.
Я привык, что женщины хотят меня. Они хотели меня с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать. Но ни одна из них никогда не вызывала у меня таких чувств. Таких, какие вызывает она. Все, что ей нужно сделать, это посмотреть на меня, и я больше не Чонгук Ламонт. Я ее мужчина в маске. Ее ненормальный псих. Ромео для Лалисы.
Она делает один шаг ко мне, но не для того, чтобы оттолкнуть меня или убежать в другом направлении. Она расстегивает мои джинсы, прежде чем просунуть руку в мои боксеры, поглаживая твердую, сочащуюся преякулянтом эрекцию, которая уже ждала ее.
Блядь. Ни одна женщина раньше не производила на меня такого эффекта.
Впервые я, черт возьми, не знаю, что делать.
Мой член подергивается в ее ладони, и от этого ее ухмылка становится шире. От ее улыбки у меня подкашиваются колени. Она чокнутая, ненормальная, психопатка. Совсем как я.
— Хороший мальчик.
Мои глаза закрываются. Ничего не могу с собой поделать. Удовольствие, от того, что она поглаживает меня от головки до основания члена, слишком велико. Каждая клеточка моего тела хочет вонзиться в ее руку, заставить ее дрочить мне быстрее, но я хочу увидеть, что она будет делать дальше.
Знает ли мой маленький демон, как обращаться с членом. Пока все чертовски хорошо.
Тихий щелчок. Рука моего маленького демона отпускает мой член, выскальзывая из боксеров.
Мои глаза распахиваются, а челюсть сжимается.
— Я не говорил тебе, блядь, останавливаться.
В ее руке поблескивает нож. Мой нож.
Она достала его из моего кармана, пока мои глаза были закрыты. Пока она гладила мой член, чтобы отвлечь меня. Не могу поверить, что это, блядь, сработало.
— Я же говорила тебе, что отомщу. — Она направляет лезвие в землю, и ее губы изгибает коварная ухмылка. — На колени.
Я могу вырвать нож из ее руки. Ударить ее по руке и заставить ее уронить его, отшвырнуть на тротуар и оставить ее безоружной и уязвимой. Кто знает, что она со мной сделает. Пырнет ножом. Перережет мне горло, как я сделал с Новаком. Но она может сделать это по-настоящему.
Тем не менее, я опускаюсь на колени.
Посмотрим, что мой маленький демон запланировал для меня. Если она убьет меня, по крайней мере, я буду мертв. По крайней мере, я умру от ее руки, а не от руки моего отца.
Лалиса нависает надо мной, ее грудь поднимается и опускается с каждым тяжелым вздохом. Она ласкает мою шею острием лезвия. Любовной лаской. Мое горло подпрыгивает, и нож движется вместе с ним.
— Ты заплатишь за то, что сделал со мной в лесу. — Она поворачивает нож так, что острие впивается мне в трахею. Мои челюсти сжимаются от боли, но я не двигаюсь. Я ее не боюсь. Она еще не закончила со мной. Я гораздо полезнее для нее живой, чем мертвый.
— Что ты собираешься со мной сделать, демон?
Она качает головой, и ее длинные темные волосы с красными прядями покачиваются вместе с ней.
— Речь идет о том, что ты собираешься сделать со мной.
Прикосновение лезвия покидает мое горло, и на смену ему приходит прохладный воздух. Но я не меняю положения на коленях перед ней.
Лалиса залезает под юбку, разрезая колготки в сетку.
— Что ты...
Она снова прижимает лезвие к моей шее, и ее голубые глаза сверкают.
— Ты кончил мне в рот, а теперь я кончу в твой. Вылижи меня.
Приказ, слетевший с ее губ, заставляет мой член дернуться. Я ухмыляюсь под маской. Хорошо, что мои губы скрыты. Она может и передумать, если узнает, что приказ съесть ее киску - это не наказание.
— Что ты со мной сделаешь, если я этого не сделаю?
Она сильнее прижимает лезвие к моему горлу.
Я морщусь от укола. Да, порежь меня. Заставь меня истекать кровью. Сделай мне больно. Заставь меня почувствовать хоть что-то.
— Я позабочусь о том, чтобы ты больше никогда и ни во что не смог засунуть свой член.
Я усмехаюсь.
— По крайней мере, позволь мне трахнуть им твою киску, прежде чем ты его отрежешь.
Боже, я, блядь, не могу дождаться, когда почувствую, как ее тугие стенки сжимаются вокруг меня.
Прежде чем она успевает запротестовать, я хватаю ее за бедра и притягиваю к себе. Она вскрикивает, нож втыкается в меня, и струйка крови стекает по горлу. Но мне плевать на боль, я просовываю руку между ее ног и нахожу обнаженную киску. Без трусиков.
Из моего горла вырывается рычание. Мои яйца в джинсах болят, отчаянно желая излить в нее каждую каплю моей спермы.
— Не останавливайся, пока я тебе не скажу. — Ее голос хриплый от желания.
— О, демон. — Мой маниакальный смех заставляет ее напрячься. — Я не остановлюсь, пока твои соки не потекут по моему подбородку.
Прежде чем она успевает сказать еще хоть слово, я приподнимаю маску ровно настолько, чтобы обнажить губы, и просовываю лицо между ее ног. Моя маска прижимается к ней, когда мой язык начинает скользить между ее мягкими половыми губами.
Ее сладкое возбуждение заполняет мои вкусовые рецепторы, и я не могу сдержать стон. Она прерывисто дышит, сжимая в кулаке мои волосы.
— Да.
Это ее месть. Заставила меня встать на колени после того, как я заставил ее встать на свои. Самая сладкая месть, которую я когда-либо пробовал.
Мой язык снова проводит по ее щелочке, пока я не нахожу ее чувствительный, набухший клитор. Ее бедра подрагивают рядом с моей головой.
— Хороший мальчик, — протягивает она. Как будто это она контролирует ситуацию, потому что у нее в руках нож.
Но это мой язык между ее ног превратил ее в мокрое, трепещущее месиво. Может, я и стою на коленях, но это она поклоняется мне.
Я высовываю язык и изо всех сил щелкаю ее по клитору, чтобы наказать ее. Ее хватка на моих волосах усиливается, когда она вскрикивает. Я заставлю ее кончить так сильно, что она пожалеет о каждом слове, которое когда-либо произнесла, чтобы оттолкнуть меня. О каждом ударе кулаком или пинке, направленном в мою сторону. Я заставлю ее кончить так же сильно, как она заставила меня кончить той ночью в лесу.
Тогда она пожалеет, что заставила меня встать на колени, потому что никогда не сможет забыть, как хорошо я заставил ее чувствовать себя.
Я натягиваю маску обратно на губы, чтобы голос оставался искаженным.
— Такая влажная для меня.
Она приставляет нож к моему горлу. В качестве напоминания.
— Прекрати болтать.
— Но ведь именно это тебя и заводит, не так ли? Слушать, как я рассказываю тебе обо всем, что хочу с тобой сделать. — Я провожу пальцами по ее влажности, и она стонет. — Слышать, как я называю тебя своим маленьким демоном. Своей плохой девочкой. Как я хвалю тебя за то, как сильно ты заставляешь меня кончать.
— Н-нет, — выдыхает она, — твой голос не оказывает на меня никакого эффекта.
— Тогда почему твои соки уже стекают по моему подбородку, хотя я еще не заставил тебя кончить? — Я снова поднимаю маску и не утруждаю себя тем, чтобы стереть ее возбуждение. Я хочу чувствовать ее вкус еще долго после того, как она оторвет свою киску от моего рта.
Она трется о мое лицо. Безмолвный приказ. Я бы рассмеялся, если бы это не было так чертовски сексуально. Мои руки тянутся вверх, чтобы сжать ее невероятную попку, пока она скользит своей киской по моему языку.
Ни одна девушка никогда раньше так не терлась о мое лицо. Обычно я даже не утруждаю себя вылизыванием их кисок. Все, о чем я забочусь, - это чтобы мой член оказался внутри дырочки. Но я бы позволил Лисе скакать на моем лице хоть целый час, если бы она этого хотела.
Когда ее влага начинает стекать по моей шее, я больше не могу себя сдерживать. Я набрасываюсь на ее клитор, всасывая набухший узелок в рот. Она бьется в конвульсиях и вскрикивает.
— Блядь!
Я проникаю в нее пальцем, затем еще одним. Ее тугие стенки сжимаются вокруг них, - она уже на грани оргазма. Сколько оргазмов я смогу подарить ей, прежде чем она потеряет сознание? Как только ее тело больше не сможет это выносить, я вставлю в нее свой член и буду жестко трахать ее до тех пор, пока она не очнется от очередного оргазма.
— Не останавливайся, — выдыхает она.
После того, как я надеваю маску на место, мой большой палец обводит ее клитор.
— Мне нравится слушать твои мольбы, демон.
— Это была не мольба, а приказ.
Я ухмыляюсь, прежде чем щелкнуть ее по клитору и заставить подпрыгнуть.
— Не ты здесь главная, красотка. Ты делаешь ровно то, что я хочу. — Я с силой ввожу в нее пальцами. — Ты кончишь, как только я прикажу.
— Нет, я не буду...
— Кончи для меня. Сейчас.
Как только слова слетают с моих губ, крики Лалисы эхом отражаются от кирпичной стены, ее бедра неистово содрогаются, а стенки ее киски пульсируют снова и снова вокруг моих пальцев. Я приподнимаю маску в последний раз, чтобы сильно пососать ее клитор, наслаждаясь ее оргазмом, пока ее влага заливает мою руку. В моем горле вибрирует стон от влаги, покрывающей мои пальцы и ладонь. Мне нравится, какой чертовски мокрой я ее сделал.
Мой член напрягается в джинсах, когда ее крики наполняют мои уши. Она извивается, пытаясь избежать острого удовольствия, но я прижимаю ее к себе так, что она никуда не денется.
Я возвращаю маску на место.
— Такая плохая девочка, кончила на лицо незнакомца. Я ведь могу оказаться кем угодно.
— О боже мой. — Как только ее киска перестает пульсировать вокруг моих пальцев, она отстраняется от меня, тяжело дыша.
Наконец, я вытаскиваю из нее свои мокрые пальцы и встаю. Она все еще держит нож, но теперь рука дрожит.
Лиса указывает им на меня, ее грудь вздымается, а глаза прищурены от похоти и подозрения.
— Кто ты?
Я скажу ей. Со временем. А пока мне нравится наша маленькая игра в таинственность.
— Зови меня Ромео.
***
ребята, мгг называет себя ромео, потому что в оригинале девушку зовут джульет, но я решила не убирать эти моменты, поэтому будет ромео для лалисы), также если вы найдете ошибки в именах, то дайте обязательно знать🙏🏻