Волшебники умеют все.
Офелия облегченно вздохнула, но больше не могла держаться на ногах. Слишком много сил и потенциала потребовалось для излечения проклятья. Она тихо, словно тряпичная кукла, упала на мягкую почву.
— Фели!
Рон уже был около неё, как вдруг сзади донёсся насмешливый возглас:
— Уизли, помнишь, что я тебе говорил? Или у тебя большие проблемы с памятью?
Малфой грубо оттолкнул Рональда и подхватил девочку на руки, от чего нижняя челюсть Сириуса коснулась травы. Блондин подавил смешок:
— Что-то не так, Блэк?
Узник Азкабана помотал головой, взвалил на спину Римус Люпина и, шатаясь, направился в сторону замка, бормоча что-то вроде:
— И куда катиться этот мир? Пресвятые Мерлин и Моргана, слизеринец кого-то спас! Это гадкий, подлый...
И тому подобное.
На следующее утро Офелия очнулась в больничном крыле вместе с Роном и профессором Люпином. Римус приподнялся на кровати и внимательно смотрел проснувшуюся девочку.
— Офелия, так ты Смерть. Альбус знает об этом?
— Он мне это и сказал. Честно, говоря, — девочка усмехнулась — это выглядит нелепо. Ну, сами подумайте – в моих руках вдруг появляется коса, и тогда я могу делать все, что захочу. Не странно ли это?
Римус улыбнулся.
— Коса – как символ твоей власти, Офелия. И, более того, ей можно открывать вход в другой мир, судя по древним магическим текстам. Ты, и не вызывая своего оружия, могла бы излечить меня, как излечила Распределяющую Шляпу на первом курсе.
— Слухи так быстро распространяются?
— Невероятно быстро, Офелия.
Через несколько минут в комнату вошёл Драко Малфой. Слишком предсказуемо.
Он оглядел Рона и Люпина презрительным, ненавистным взглядом и подошёл к кровати Офелии.
— Я вижу, Эйсмонт, расширяешь круг общения! Вчера ночью познакомилась с человеком-крысой, тупым оборотнем и грязным псом. Мои поздравления.
Люпин дернулся. Офелия убийственно осмотрела слизеринца и холодно улыбнулась.
— Мистер Люпин уже не оборотень, Малфой.
— Ах, да, — ехидно осведомился Драко — точно, ты же не послушала Дамблдора, и теперь бывший оборотень всю жизнь будет созерцать огромный шрам от косы на спине!
Офелия рассерженно отвела глаза и про себя взмолилась Великому Мерлину, чтобы проклятый слизеринец оставил её в покое.
— Малфой, ты зачем пришёл? У меня из-за тебя скоро нервный тик начнётся.
Мальчик усмехнулся.
— Я, по приказу Снегга, забираю тебя от сюда, потому что сама ты не дойдёшь. Наш декан ждёт тебя в своём кабинете.
Офелия побледнела:
— О, нет. Я же тогда, в Визжащей Хижине его...
Драко подавил в себе желание рассмеяться. Он кое-как помог девочке встать, и они направились в подземелья.
— Скажите мне, мисс Эйсмонт, какого Мерлина вы не сообщили своему декану о том, что вы – Смерть?
Офелия отстранённо улыбнулась. Мистер Снегг смотрел на неё своими темными бездонными глазами, в которых нельзя было прочесть никаких эмоций. Это и было самое страшное — ты предполагаешь, что преподаватель злится, но не видишь этого, и понимаешь, что если ярость не видна, то её стадия куда выше белого каления.
— То есть вы предпочли бы, чтобы я всем разбалтывала о своей великой силе? Очень интересно, профессор.
Северус Снегг дернулся и резко повернулся к Офелии.
— Плюс тридцать баллов к факультету за потрясающую дерзость, мисс Эйсмонт. Вон отсюда, сейчас же.
Офелию не надо было особо уговаривать. Она ослепительно улыбнулась своей самой жестокой, ледяной улыбкой и выскользнула в коридор.
На стенах замка Хогвартса, начиная с подземелий и заканчивая самыми высокими башнями, были развешаны объявления с яркими надписями «ВЕСЕННИЙ БАЛ В ЧЕСТЬ ОКОНЧАНИЯ ЕЩЁ ОДНОГО УЧЕБНОГО ГОДА»
Офелия нахмурилась. Какого Мерлина директор решил устроить показательные танцы?
И она резко влетела в Большой зал.