Волшебники умеют убивать.
После пира в Замке Хогвартса, Офелия отправилась в гостиную Слизерина, чтобы отдохнуть от всех. Просто праздники имеют способность довольно быстро надоедать. Но по дороге она услышала сбивчивые голоса, доносящиеся из заброшенного восточного крыла школы. Очень интересно, кто же мог там ошиваться?
Не заметно, словно тень, Офелия проскользнула в темный коридор и спряталась за колонной, рассматривая два темных силуэта, стоявших посередине комнаты. Это были два человека — Драко Малфой и Пэнси Паркинсон. Малфой опустил голову так низко, что светлые волосы полностью закрывали глаза, и холодными пальцами теребил застежку на мантии. Паркинсон ходила вокруг него, словно кошка, подкравшаяся к жертве.
— Драко, милый, ну же, один единственный поцелуй и все.
Малфой попятился, подняв голову, и в темном непробиваемом мраке сверкнули его испуганные серые глаза.
— Паркинсон, ты головой стукнулась или просто ненормальная?
Пэнси рассмеялась.
— Драко... Как всегда — саркастичный и холодный. Так ты согласен?
— Нет. Офелия, она...
— Не смей даже говорить о ней!
Слезиринка вдруг резко побагровела и повысила тон. Она просто тряслась от злости и яростно скрипела белоснежными зубами.
— Драко. Я должна была быть на её месте. Я! Она позор всего Слизерина, заносчивая, грубая и трусливая!
Малфой вздрогнул и провёл рукой по волосам. Он был бледнее обычного и уже не скрывал свой испуг.
— Оставь меня в покое, Пэнси...
Паркинсон хищно посмотрела на собеседника и улыбнулась своей красивой белоснежной улыбкой. Нет, вылитая лиса, только хвоста не хватает и рыжей шерсти. И, да, даже у лисы мозг побольше...
— Драко, если ты не сделаешь, как я прошу, я расскажу твоей дорогой Офелии о том случае с Дафной Гринграсс!
— Ты подсунула мне любовное зелье!
Слизеринка лишь одарила мальчика хитроватой усмешкой и продолжила:
— И кому она поверит? Заклятому врагу или подруге? Малфой, не заставляй меня применять силу...
Только сейчас стало заметно, что Паркинсон держит в руке две волшебных палочки. О, Мерлин, значит, они уже успели перекинуться парой-тройкой заклинаний, и Пэнси, более того, одержала победу.
Внезапно со стороны Малфоя донёсся всхлип. Он еле пытался сдержать слезы. Офелия заскрипела зубами:
«Какого Мерлина, Паркинсон? Только я имею право доводить его до слез!»
Пэнси одним резким, грубым движением притянула Драко к себе за передний ворот мантии, опасно приблизив его губы к своим. И Офелия нарочито медленно вышла из своего укрытия, лениво поигрывая палочкой.
— Добрый вечер, Пэнси. Сегодня прекрасный день, не так ли?
Внезапно вежливое выражение лица Офелии сменилось гневным оскалом, и она резко направила оружие на соперницу:
— Паркинсон, убирайся.
Та резко вытащила из кармана обе палочки и выкрикнула:
— Круцио!
— Экспекто патронум!
Белый луч, вырвавшийся из волшебной палочки Офелии, отобразил непростительное заклинание. Затем он начал увеличиваться, достигать поразительных размеров и преобразовался в... василиска. Свечение заполонило комнату, и Паркинсон с визгом выронила палочки, которые немедленно подобрала Офелия. Патронус исчез. Донёсся хриплый голос Пэнси:
— Как ты смогла?..
Офелия холодно улыбнулась.
— Я могу все. Я — Смерть.
Паркинсон всхлипнула и убежала. Офелия усмехнулась.
Девочка подбежала к Малфою, взяла его за руку и увела из злосчастного коридора. Кое-как, платком, ей удалось вытереть дорожки от слез на его лице и заставить мальчика поднять на неё глаза.
— Драко, какого Мерлина ты вообще с ней пошёл?
— Эйсмонт, ну откуда я знал!
Малфой обиженно вздохнул и провёл рукой по волосам. Офелия усмехнулась.
— Я все время вызволяю тебя из каких-нибудь передряг. Ты притягиваешь неприятности, Малфой?
— Если бы.
По пути в гостиную Офелия встретила Гарри и Рона. Те замерли, увидев весьма неожиданную картину: улыбающийся Малфой и Офелия, которые держаться за руки.
Девочка поняла, что со стороны это выглядит не наилучшим образом, и попыталась выдернуть свою руку, но слизеринец держал её крепко и не отпускал.
— Что Уизли, съел? Как видишь, она прекрасно чувствует себя и без твоего присутствия, поэтому можешь смело катиться к своей грязнокровке!
Рон молниеносно выхватил палочку. Драко подавил смешок.
— Уизли, либо ты убираешь палочку, либо я рассказываю Эйсмонт твой маленький секрет.
Рон покраснел, как помидор, но палочку не убрал. Малфой с гадкой ухмылкой пожал плечами.
— Сам напросился, рыжий. Так вот, — он повернулся к Офелии, не обращая внимания на пылающего Рона — дорогая Офелия, твой Уизли по уши в тебя влюблён.
Рональд взвыл и бросился прочь из этого коридора. Видели бы вы, как отчаянно пылало его лицо и уши! Да, чем славится весь род Уизли, так это своим приливом крови к лицу во время самых неожиданных и крайне неловких ситуаций. Офелия резко вспыхнула, но лишь на секунду, а потом снова совладала с собой.
Гарри последовал примеру друга, перед этим кинув ненавистный взгляд на Драко и прошептав:
— Ты за это заплатишь, Малфой...
Девочка осталась стоять, удивленно приподняв брови и пыталась скрыть яркий румянец на щеках.
— Ну, что, удивлена, Эйсмонт?
Малфой самодовольно ухмылялся.
Офелия резко выдернула свою ладонь из холодной руки слизеринца и вытащила волшебную палочку:
— Экспекто Патронум...
Светящийся телесный патронус в виде огромного разъяренного василиска заполнил абсолютно весь коридор. Девочка тихо отдала приказание:
— Схвати Малфоя.
Чудовище повиновалось. Оно обвилось вокруг Малфоя и подняло его в воздух на метр. Мальчик начал задыхаться.
— Проси прощения, Малфой.
Офелия ещё никогда не была так зла, как сейчас. Она лелеяла мучения своего врага и мечтала, чтобы они продлились вечно. И действительно, в такие моменты ей ничто не мешало убить врага, если бы не уголовный кодекс министерства магии и угроза попасть в Азкабан. Драко хватал ртом воздух:
— Прости, Офелия... П-пожалуйста...
Девочка лениво вздохнула палочкой, и мальчик, опустившись на землю, наконец смог восстановить дыхание.
— Это из-за Уизли?
— Я потеряла друга.
— А я мог потерять невесту!
Малфой вдруг понял, что сказал, и ядовито прошипел:
— Твоё счастье, Эйсмонт, что я до сих пор тебя не убил.
Офелия лишь пожала плечами.