глава 16
Шагая по салону на свое место, я успела себя убедить, что мне показалось.
Я вообще была не в себе, мало ли, что за голоса могла услышать. Со мной
правда еще не случалось настолько мучительных в физическом плане ситуаций (два года назад я ломала руку, теперь это казалось не так ужасно). Вдруг у меня развились галлюцинации? Такое бывает... должно быть. Да-да, это определенно были галлюцинации, быть может, у меня повредился мозг и...
Боже мой, это действительно Чонгук Крайтон .
Словно прочитав мысли и дабы лишить всех сомнений, Чонгук выглянул в проход и помахал, улыбаясь при этом так широко, что лицо его должно бы треснуть.
Кошмар!
Он сидел непосредственно возле туалетных комнат и наверняка слышал мои панические причитания. Странно, что не смеялся в голос. Хотя, очень может быть, что смеялся, я просто не услышала. Чонгук же у нас из тех идиотов, кому смешна даже пролетающая мимо муха, а тут такой момент. Моментище! Теперь можно не сомневаться – мою «туалетную» историю услышит весь наш университет в очередном подкасте.
А я умру со стыда.
Как проклятый Крайтон оказался в моем самолете?
Я жалко всхлипнула.
Моя соседка, милая женщина, всю дорогу предлагавшая мне мятные леденцы, посмотрела на меня с сочувствием и протянула очередную конфетку. Если меня и интересовала конфетка, то только в качестве метательного снаряда – хотелось запустить ее Чонгуку в лоб! Потому что, когда я обернулась, чтобы еще раз – последний! – убедиться, что мне не померещилось,Крайтон опять глазел в мою сторону! И опять с этой своей многообещающей улыбочкой.
Мне конец.
Нет сомнений, эту историю, не самую эпичную и, если не преувеличивать, не самую позорную,Чонгук выставит в таком свете, что мне потом захочется смыть себя в унитаз. На мне наверняка какой-то сглаз. Или проклятье. Или что там еще бывает, когда в один момент жизнь переворачивается с ног на голову, и неудачи начинают сыпаться как из рога изобилия.
Самолет приземлился, пассажиры взметнулись со своих кресел, торопясь вытащить ручную кладь, а я все сидела на месте с пылающими от стыда щеками. Как только проход немного освободился, собрала вещи и встала в общую очередь.
– Можно поздравить леди с облегчением? – раздался голос над ухом.
– Ха-ха, как смешно, я захотела в туалет! – Я даже оборачиваться не стала, прекрасно представляя себе физиономию Чонгука. Она у него всегда одинаковая: усмешечка на пол-лица, глаза хитрющие, злополучные ямочки на щеках. Все, чтобы заманивать жертв, а потом их обсмеивать в своем подкасте.
К сожалению, в проходе некуда было убежать и даже отойти, разве что по головам других пассажиров преодолеть очередь. Так и пришлось еле-еле двигаться вперед, чувствуя, как Чонгук дышит в затылок. И еще улыбается! Честное слово, я спиной ощущала эту его многообещающую улыбочку!
Из самолета я вырвалась, словно птица из клетки, и на голову тотчас обрушился сумасшедший ливень. Дождь лил стеной, я взвизгнула и побежала по трапу, следуя за остальными пассажирами в автобус, который должен довезти всех до аэропорта. Автобус стоял рядом, но за какую-то минуту я успела промокнуть до нитки.
Забежавший следом Крайтон тоже, хоть одна хорошая новость!
– Погодка та еще, – сказал Чонгук. – Ты на побережье или в горы?
– В горы.
– На Новый год?
– Угу.
– Я тоже, – гордо сообщил он, хотя я не спрашивала. Затем посмотрел на меня сверху вниз и добавил: – Ни за что бы не подумал, что ты любительница горнолыжного отдыха до такой степени. Или собралась подрабатывать скребком на заднем канте? Знаешь, вместо ратрака склоны выравнивать.
Я покраснела от злости и отвернулась – никогда не могла отвечать ему по достоинству. Выходило то грубо, то неловко, то и вовсе нелепо! Как водится, остроумие пропадало в самый ответственный момент, оставляя меня в гордом одиночестве против ушлого врага. А раз такое дело, лучше помалкивать.
Хотя ранее все мои потенциальные ответы осложнялись моими выдумками: пока вспомнишь, где, что и как наврала, разговор уже сто раз менял направление. Пожалуй, когда у меня появятся дети, объясню им, что врать не столько нехорошо, сколько сложно и энергозатратно.
Чонгук, словно не увидев, что я не настроена на беседу, продолжил болтать:
– Как поливает! Совсем не зимняя здесь атмосфера. Но не переживай, в горах снежно, если на побережье дождь, значит, там снег. И очень обильный, судя по тому, как льет.
Про снег я уже все знала.
Мама все уши прожужжала, описывая чудесные виды. Они проснулись утром и глазам не поверили: мир вокруг стал белым и сказочным, а снега выпало полметра за одну ночь. И сейчас, когда я стояла в автобусе мокрая до нитки, мне тоже в такое не верилось. От аэропорта до горнолыжного курорта всего час пути на такси, и такая разница? В горах устойчивый и снежный минус, а в районе аэропорта мокрый и дождливый плюс.
– Ты с кем прилетела?
– Одна.
– Правда? Хотя, зная тебя, не удивлен.
– И на что ты, интересно, намекаешь?! – Я резко повернулась и уставилась в смеющиеся карие глаза. Конечно,Крайтон опять надо мной смеялся, как иначе! Придурок, вот настоящий придурок!
– Ни на что. Так... – многозначительно протянул он.
– Родители с братом прилетели на два дня раньше, понятно? Я сдавала зачет.
– Конечно. Конечно...
– Ты сам один!
– Вовсе нет. Я с друзьями – они сидели в начале самолета и, наверное, уже в аэропорту получают багаж.
Автобус тронулся, и мы тоже отправились в аэропорт. Из колонок звучала классическая новогодняя «Last Christmas» группы Wham! но ливень за окном совсем с ней не сочетался. Ну ничего, совсем скоро вокруг будет снег и настоящий Новый год.
Я достала телефон, чтобы позвонить маме – родители должны меня встретить.
– Дорогая, прости! – причитала мама, в ее голосе звенела неподдельная тревога. – Мы несколько часов не можем спуститься из горной деревни, чтобы сесть на такси. Подъемники отключили из-за непогоды. Сюда машину тоже подогнать не удалось – дороги завалены снегом, а когда этот снег уберут, неясно! Говорят, что только после окончания снегопада, такой здесь порядок уборки.
Багажа у меня не было, только рюкзак с подаренным Дженни шлемом, поэтому я проскочила сразу к выходу, надеясь быстро прыгнуть в машину и с космической скоростью уехать от Чона с его шуточками. А тут вон оно что...
– Как же тогда я до вас доберусь?
– Я поговорила с персоналом, возможно, за тобой приедут на снегоходе. Главное, доберись до городка и подъемника. Не волнуйся,Лили, мы с папой что-нибудь обязательно придумаем!
– Неужели снега так много, что не работают подъемники?
– Много, – печально подтвердила мама. – За сутки больше метра нападало, наверху настоящая буря! Ничего не видно, только один снег валит стеной. Боюсь, подъемники сейчас небезопасны.
Когда мы бронировали отель не просто в горнолыжном городке, а наверху, в горах, идея казалась гениальной. Меньше туристов, сказочный вид деревеньки, почти нет машин и дорог, одни горы вокруг. Никто из нас не подумал, чем это может обернуться. –
—Сможешь добраться на такси? – обеспокоенно спросила мама.
– Я же добралась на самолете, – буркнула я.
– Да, но как раз за самолет я переживала меньше. Пиши мне каждые пять минут, хорошо? Скинь геопозицию, чтобы я отслеживала, правильно ли вы едете. И обязательно скинь номер машины и имя водителя, а еще лучше – сфотографируй его и машину, чтобы я знала, с кем ты едешь. И обязательно скажи, что тебя ожидают родители! Или...
– Буду писать, – пообещала я и отключилась, пока мама в пылу паники не придумала что-нибудь похлеще. Например, прямую трансляцию всего моего пути из аэропорта в горы. Или фотографию паспорта, прав бедного водителя и СТС его автомобиля. Или оба варианта сразу. И еще папу, спущенного с гор на парашюте, чтобы следить за ситуацией с неба.
Пока я говорила с мамой и искала приложение такси, из аэропорта вышел Чонгук собственной персоной. Позади него маячили Джин и Томас – лучшие друзья cатаны, – всех я видела на многочисленных фото, да и Чонгук в переписке рассказывал о них достаточно, чтобы осознавать весь масштаб катастрофы. Эти орки – совсем не милый интеллигентный молчун Тэхён Даттон, это Чонгук Крайтон в вариации копировать-вставить. Короче, я напряглась.
У парней за спинами висели увесистые чехлы для сноубордов, впрочем, как и у большинства покидающих аэропорт. Горнолыжный сезон в самом разгаре, и в другое время я бы насладилась этой атмосферой: все в аляпистых костюмах, со сноубордами и лыжами – тот самый особый клуб единомышленников. Но из-за проливного дождя, а еще беспокойства, атмосфера как-то схлопнулась, а на приближающийся Новый Год намекала только вымокшая и весьма печальная на вид елка, воткнутая посреди парковки, да звучащая из колонок новогодняя песня, на сей раз это была еще более классическая «Let It Snow!». Фрэнк Синатра словно издевался над происходящим.
– О, Сколопендра! – просиял Чон, на его лицо вернулась та самая дурацкая улыбочка, которую я искренне возненавидела за прошедший месяц. Возненавидела настолько, что раздражающую «Сколопендру» почти пропустила мимо ушей. Почти. – Неужели за тобой никто не приехал? – с фальшивым беспокойством спросил он.
Я промолчала, не желая объясняться.
Тогда он повернулся к друзьям:
– Ребят, помните Лису? Вы могли ее видеть...
– Когда она бегала в туалет в самолете, ха-ха! Не умереть бы от смеха! – разозлилась я, по опыту зная, как разрастется пустая история. Потому что несколько предыдущих вымахали из снежинок в снежные лавины.
Взять хоть случай в кинотеатре: само собой, для меня стало неожиданностью, когда он полез ко мне целоваться! Рефлекс сработал за меня, это объяснимо. И взмах рукой тоже объясним. А вот разбитый нос и литры крови – это уже вопрос к самому Чонгуку и его слабому носу, а уж тот факт, что он спутал меня с Дженни...даже вспоминать тошно. И как эта история была гиперболизирована в подкасте тоже.
– Я хотел сказать, вы могли видеть ее в универе, – с невинной улыбкой завершил мысль Крайтон.
Парни поздоровались со мной без особого интереса.
Ким Сокджин – рослый спортивный блондин – смотрел в телефон и напряженно строчил сообщение, а Томас Блайден с кем-то разговаривал, судя по обрывкам фраз – с таксистом. Объяснял, у какого билборда их искать, громко крича про рекламу, столбы и их количество, а еще марку духов и их слоган. – Да нет же! Не «Аромат страсти», а «Страсть и аромат» там написано! Значит, это не тот билборд, надо проехать дальше! Как уже проехал аэропорт?! – Блайден аж зарычал от негодования, запустив руку в растрепанные темные волосы.
Мне тоже позвонил водитель. Позвонил, чтобы сообщить, что не приедет. Ехать в горы в такую погоду – форменное безумие, рассудил он. И даже по двойному тарифу заманить его на вызов не удалось, мужчина повесил трубку. А я-то уже настроилась кричать о слоганах и билбордах в тщетной попытке объяснить, где именно нахожусь.
В панике я заказала еще два такси, надеясь, что мне просто попался лентяй, и кто-то все же согласится доставить меня по адресу. Но в душе предчувствовала беду, и оказалась права: мне еще два раза отказали! На улице тем временем стемнело, шансы добраться до родителей и отеля таяли на глазах. В отличие от снега, который в горах все падал и падал, если верить метеосводкам.
Это уже не невезение, а даже не знаю, что такое. И, что характерно – все началось с Чонгука. И даже сейчас, в тысячах километров от родного города, он здесь, словно мой личный призрак неудачи.
– Вряд ли сейчас кто-то поедет в горы, – глядя на меня, озвучил очевидную истину Крайтон. – Велик риск застрять до утра, а то и дольше. Ты-то отправишься в отель, а бедному таксисту придется доставать машину из сугроба, а то и вовсе в ней ночевать.
– Спасибо, я и сама догадалась.
– Мы, кстати, тоже едем в горы, – протянул он с хитрой улыбочкой. – За нами должен приехать приятель, поэтому шансов попасть в отель больше. Думаю, мы будем единственными из приезжих, кто сегодня доберется до пункта назначения.
Вот что за человек? Видит, что я в беде, расстроена, и издевается!
Мы с Чоном уставились друг на друга: я – кипя обидой и негодованием, а он с затаенным превосходством и смешинками в глазах. Ждал, что я стану напрашиваться и умолять? И, быть может, наконец извинюсь за инцидент в кинотеатре? Так вот – не бывать этому! Пусть сам для начала извинится.
Но поехать с ними я бы не отказалась, просто потому, что других вариантов не было. И как бы мне ни мечталось демонстративно отправить Чонгука подальше и вообще никогда с ним не разговаривать, ситуация... не располагала. Чувство самосохранения оказалось сильнее гордости. Я не хотела остаться в чужом городе и бродить под дождем в поисках ночлега, а в итоге спать на лавке под кустом.
– Эй, Гук! – крикнул Томас. – Погнали,Кир здесь, возле плаката с «Ароматом страсти». Где-то возле выезда, сказал, чтобы мы сами его нашли, он там встрял между машин и назад сдать уже не может.
Чонгук на зов не отреагировал, продолжая торчать рядом со мной и ждать непонятно чего (или понятно – надеялся поиздеваться всласть, а потом позвать меня с собой в качестве жеста доброй воли), поэтому Томас подошел тоже и пихнул друга в плечо.
– Ну ты чего, а? Надо ехать, пока дороги не перекрыли, – взгляд парня упал на меня, и он понимающе кивнул: – А, та самая Лиса-беда! Хочешь с нами? Ты вроде тоже в нашу сторону собиралась, а у нас есть свободное место в машине. Или за тобой приедут?
—Не приедут, – улыбнулась я. – Спасибо за приглашение, я поеду с вами.
– Ну и здорово, погнали!
Я прошла мимо Крайтона, наслаждаясь его недовольством. Ну точно, этот гад собирался выжать из ситуации максимум и заставить меня умолять! Повезло, что его друг оказался не таким козлом.