3.Шок
На втором этаже длинный коридор и ряд одинаковых алых дверей, неоновые лампочки освещают цветочные украшения и разные граффити, но Хёнджин это совсем не замечает. Какие-то мысли пробивается сквозь эмоции только тогда, когда он уже стоит у нужной двери, с которой отчётливо слышатся стоны. Почему-то почти до ужаса страшно её открывать, а его рука дрожит, обхватывая дверную ручку. Но он должен открыть, должен удостовериться, что все догадки правдивы.
Тихо, медленно он толкает дверь, позволяя красноватому свету проникнуть в тёмную комнату. И на двух парней в кровати. Стоны принадлежат нижнему, что отчаянно дёргается, его длинные, чёрные волосы словно чернила расползлись по подушке. А у верхнего светлые пряди и слегка загорелая спина. Услышав звук открывающейся двери, он поднимает скрытое чёрной маской лицо, и замирает, сверля вошедшего пронзительно серыми глазами.
Феликс молниеносно натягивает одежду, а Хван несётся к лестнице, но ослабевшие мышцы подводят. Горячая ладонь хватает его за локоть, и толкает в пустую комнату рядом.
Дверь стремительно захлопывается, и Хёнджин оказывается прижатыми к бело-красной стене. Он прикладывает все силы, чтобы вырваться из схватки, но безуспешно - Ли неожиданно отказывается сильнее. А затем обречённо прекращает попытки, опуская взгляд на пол, не в силах смотреть на человека напротив.
– Ты что здесь делаешь? – приятный голос Феликса сейчас звучит совсем незнакомо, будто это и не он вовсе. Хёнджин собирает волю (или, скорее, её остатки) в кулак, и осмеливается задать ответный вопрос: – А что ты здесь делаешь? Зачем постоянно сюда ходишь?
– Ты шпионишь за мной? – подняв голову, он в глазах Ли ядовитый холод, и сердце снова пропускает удар.
– Я... Я не шпионил, я просто заметил, что ты в свободное время куда-то уходишь, мне это показалось странным, и... – Феликс тихо смеётся, перебивая. Ледяной взгляд скользит по Хвану.
– Ну, это же свободное время - вот я свободно и хожу. Да и... Никто другой ничего не заметил.
Хёнджин пытается оправдаться, правда, но не может подобрать слов. Впервые в присутствии Феликса ему неуютно, впервые его поведение кажется странным. Но не страшным - точно нет.
– Платить тебе будет бессмысленно, да? Может, я могу что-то сделать для тебя?
Брюнет замирает в замешательстве, не понимая, к чему эта фраза. Подозрительно походит на предыдущий разговор с Ланьшао, но не может ведь Ли относиться к нему как к очередной шлюхе... верно? – Я... Я не понял... Т-ты о чём?
– Как мне добиться твоего молчания?
Замешательство стремительно возрастает. Неужели Феликс думает, что человек, являющимся ему другом, будет рассказывать всем столь неожиданную и в какой-то степени постыдную информацию?
В голову приходит мысль, что всё это не с проста. Так недоверчиво к другим относиться либо человек, которого предавали, либо тот, которому есть что скрывать. И снова ни один из вариантов не выглядит подходящим ангельскому блондину.
– Я никому ничего не расскажу. он решительно произносит, наконец встречаясь взглядом. – Ты можешь мне довериться.
Феликс запускает пальцы в светлые пряди, что-то обдумывая. – Мне кажется подозрительным то, что ты пошёл за мной, но у меня нет других причин тебе не доверять. Но если всё-таки расскажешь кому-то... Знай, тебе не поздоровиться.
Хёнджин облегчённо выдыхает, только сейчас заметив, что почти не дышал. Феликс ему в какой-то степени доверяет, значит, никаких проблем быть не должно, и можно не волноваться. По крайней меры до тех пор, пока блондин не устроит ещё что-то неподходящее ему.
Парни вместе спускаются по лестнице - Хван с удовольствием подмечает, что обладателя длинных, чёрных волос нигде не видно, - и проходят сквозь толпу в направлении к выходу. К несчастью, почти у самой двери он замечает второго человека, которого видеть очень не хотел. Красные волосы, такого же тона как лампочки на стенах, резко возникают впереди, и мелодичный голос начинает говорить: – Я же говорил, он не подходит, может...
Уже который раз брюнет дёргается от удивления, судорожно пытаясь придумать хоть какое-то объяснение сложившейся ситуации, но Ли опережает его, прервав речи китайца кратким – Затнись и свали с дороги.
Тот, кажется, и не замечал блондина, поэтому испуганно кивает и отходит в сторону, не осмеляясь больше сказать ни слова.
Они проходят мимо застывшего Ланьшао, и продолжает путь. Больше никто не старается с ними заговорить, все заняты своими делами, и, кивнув всё тому же высокому охраннику, они натягивают маски на место, и покидают клуб.
Путь назад, как кажется Хёнджин, занимает целую вечность, если не несколько, ведь теперь, когда парни шли вдвоём, поодаль от толпы, напряжение сгустилось так, что можно почти ножом резать. Они молчат - старший потому, что не считает какие-либо слова уместными, а младший, наверняка, погружён в свои мысли, но это ничего не меняет, поэтому, когда поворачиваясь за угол, становиться заметным здание JYP, Хван не сдерживает облегчённый вздох.
Небо совсем тёмное, но в свете уличных фонарей он хорошо видит холодное лицо Феликса, и, перед тем, как зайти в знание, и наконец-то разойтись по комнатам, он тихо желает спокойной ночи. Ли немного расслабляется, и кивнув, отвечает тем же.
Закрывая дверь в комнату, он скидывает пальто, обувь с глухим стуком отлетает к стене, но шум остаётся незамеченным. Хёнджин как во сне раздевается, оставаясь лишь в белье, и падает на спину в кровать, стеклянный взгляд направив в потолок. В тихой, чёрной комнате воспоминания из клуба начинают повторяться снова и снова, перемешиваясь в полном беспорядке до тех пор, пока Хван, с болящей головой из-за мыслей и эмоций, не выдерживает, резко сворачиваясь калачиком, и зажимая глаза и рот руками. Хочется кричать, бить всё вокруг, сделать хоть что-то, что облегчит душевную боль.
Феликс... Этот милый, улыбчивый мальчик, оказывается совсем не таким, оказывается грубым и холодным, недоверчивым и жестоким. Всё представление о нём рушиться вдребезги, создавая всё более ужасные картины того, что Ли способен натворить, или что уже натворил. А потом в мозг приходит мысль о том, что же создало такие изменение, что же заставило Феликса повернуться против всего мира, и картины становятся только более жуткими. Внутри Хёнджина бурлит непонимание, гнев, недоверие, обида, и множество других, неназванных эмоций, он метается по кровати в надежде их унять, пока в конце концов через пару часов не теряет сознание от переутомления, погружаясь в неспокойную, красочную темноту.
____________________________________
Всем сердцем извиняюсь, что так мало, я просто без понятие, что тут можно было написать.
Про глаза Феликса хз, я ниче не нашла, но типо они серые.
У парней отдельные комнаты.