Глава 52
Когда рядом люди, которые поддерживают и любят тебя, каждый момент превращается в праздник.
— Лао-цзы
Премия «Жара». Поздний вечер.
— И победителем в номинации «Певец года» — голос ведущего взлетел выше, публика замерла. — ...становится — Егор Крид!
Момент.
Зал взорвался: аплодисменты, вспышки камер, крики фанатов.
Маша хлопала, стоя у столика с Тимуром. Она действительно была рада — и это читалось в её глазах.
Егор поднялся, пошёл по проходу, и на секунду его взгляд снова встретился с Машиным.
Она улыбнулась ему — по-настоящему.
Он чуть заметно кивнул. Это было почти как между своими.
На сцене он выглядел собранным, но в глазах всё ещё горело то самое особенное волнение, которое невозможно скрыть.
— Спасибо вам всем. Это честь, — его голос был хрипловат от эмоций. — Спасибо тем, кто со мной с самого начала. И… тем, кто рядом сейчас.
Он не назвал имён, но в его взгляде было достаточно, чтобы Маша поняла: эти слова — и о ней.
Следующий блок Премии.
На сцене заиграла минусовка, свет стал мягче, а зрители замерли в ожидании.
— Впервые сегодня вместе на этой сцене — МОТ и ЕГОР КРИД с треком «Шарады»!
И вот они — в свете прожекторов, спина к спине, одинаково стильные, уверенные. Зал затих.
Мелодия потекла, голос Егора звучал глубоко, с хрипотцой, цеплял за душу.
Маша смотрела.
Она уже стояла ближе к выходу, но задержалась — не могла уйти, не увидев это.
И когда Егор бросил короткий взгляд в зал — он увидел, как она улыбается ему, чуть наклонив голову, как будто говорит: «Я горжусь тобой».
Ему этого было достаточно, чтобы спеть последние строчки с особой отдачей.
Позже.
Тимур посмотрел на часы.
— Маш, нам пора. У меня встреча с командой, и вообще — всё, что нужно, я получил, — сказал он.
Маша кивнула.
Они прошли по коридору за сценой, свернули в сторону гримёрок. Перед одной из дверей Тимур остановился, постучал.
Внутри был Егор.
Он сидел на диване, сняв пиджак, осталась футболка. Рядом — Дима Масленников, что-то обсуждал с менеджером, держал в руках телефон.
— О, гости, — сказал Егор, когда дверь приоткрылась.
Маша и Тимур вошли.
— Ну что, — сказал Тимур, подходя ближе и хлопая его по плечу. — Поздравляю. Шарады — огонь. И зал, и звук — вообще как надо.
— Спасибо, — коротко ответил Егор. Он пытался быть сосредоточенным, но всё внимание было на Маше.
Она стояла чуть в стороне, не перебивая разговор. Просто смотрела на него. Молча. С той самой улыбкой, от которой у него внутри всё переворачивалось.
В какой-то момент Тимур посмотрел на часы:
— Всё, я пойду. Маш, ты с нами?
— Через минуту подойду, — ответила она спокойно.
Тимур кивнул, обменялся короткими словами с Димой и вышел. Дима, увидев, что Маша осталась, тоже вышел — с намёком.
Они остались одни.
Маша подошла ближе. Егор встал.
— Ты правда молодец, — сказала она тихо, почти шепотом. — Всё получилось. Ты сегодня — на своём месте.
Он не ответил. Только смотрел.
И тогда она чуть наклонилась к его уху и прошептала:
— Я буду ждать тебя дома. И смотреть трансляцию до самого конца. Даже если ты получишь ещё десять наград.
Эти слова остались внутри него эхом.
Он выдохнул. И обнял её. Не как на публике. Не быстро. А — так, как хочется, когда слов мало, а чувство — огромное.
— Спасибо, что пришла, — сказал он ей на ухо.
— Всегда, — ответила она, улыбаясь. — Просто... не забывай, что я не только "где-то там". Я — рядом. Даже если не на сцене.
Она отошла к двери.
Егор не пошёл за ней.
Он проводил её взглядом, пока она не исчезла за поворотом коридора.
Потом сел. Сделал глубокий вдох. И только тогда вернулись Дима и менеджер.
— Ну что, — сказал Дима, — переодеваемся и обратно. Ещё одна номинация впереди.
Егор кивнул. Но взгляд всё ещё был где-то в коридоре.
Ночь. Квартира.
Маша приехала домой около полуночи. Уставшая, босая, сняв серёжки прямо в прихожей. В дороге она всё время смотрела трансляцию, держала телефон в руке, не отрываясь, даже когда шла по лестнице.
И дома — первое, что она сделала, — включила её снова.
Быстро прошлась в душ — горячая вода смыла усталость. Маша вытерла волосы полотенцем, накинула свободную футболку и шорты, села на кухне и взглянула на экран.
Егор всё ещё был там.
Пил воду, о чём-то шептался с Димой за сценой. Что-то жевал невнятное.
— Господи, он ничего нормального не ел, — пробормотала она.
— Серьёзно?..
Маша встала. Открыла холодильник. В голове уже сложился рецепт:
дорадо, запечённая в духовке с лимоном, чесноком и розмарином. Гарнир — картофель с оливковым маслом и тимьяном, и немного овощей на пару с кусочками феты.
Пока рыба запекалась, Маша сидела с планшетом и смотрела, как Егор вышел за второй наградой.
Часы показывали 1:30.
Он снова на сцене.
И в какой-то момент, взяв в руки микрофон, вдруг сказал:
— Летс гоууу ! Сюда блин💅🏼
Зал взорвался. Смех, аплодисменты. Особенно поклонники Егора.
Маша расхохоталась.
Она знала, о чём они
смеялись тогда с Димой.
Это было так по-детски глупо, но так живо, так Егорашно.
Она сидела на стуле на кухне и хохотала, прижав ладонь ко лбу.
— Ой.. ахахха — засмеялась она. — Молодец...
Ближе к двум.
На экране Егор сидел, что-то шептал менеджеру, попрощался с Димой, сел для финального фото — вспышка, ещё одна.
И вот — он уходит.
Трансляция продолжалась дальше, но Егора уже не было.
Маша выключила планшет. Убрала тарелку с готовой рыбой, накрыла её крышкой. Оставила на плите. И, зевнув, пошла в спальню.
Дверь в квартиру открылась в 2:20.
Тихо. Аккуратно. Егор снял кроссовки, повесил куртку. Прошёл на кухню. Открыл шкаф, достал стакан, налил себе воду. Пил молча, задумчиво.
Спокойная тишина...
И тут в темноте за его спиной — лёгкий силуэт.
Маша.
Стояла в проёме, с растрёпанными чуть влажными волосами, в футболке и мягких шортах, босиком.
— Ты уже дома... — её голос был хрипловатый, уставший.
Егор повернулся, едва улыбнулся. Подошёл ближе, провёл рукой по её щеке.
— А ты... не спишь?
— Я ждала. Ну и... — она кивнула на плиту. — Ужин на месте. Иди в душ, я разогрею.
— Спасибо... — он наклонился и поцеловал её в щёку.
Нежно, почти машинально.
Маша не отстранилась.
Она только кивнула и зевнула, прикрыв рот рукой.
— Я пойду в кровать. Ты долго?
— Пару минут.
— Хорошо.
Она ушла в спальню.
Егор вышел из душа спустя десять минут.
Волосы чуть влажные, на нём — только чёрная футболка и домашние штаны.
Он поел — всё было идеально вкусно. Рыба — сочная, с лимонным послевкусием, картофель — мягкий и ароматный. Он ел и думал о том, что никто никогда не готовил для него так просто, но с такой заботой.
Потом он прошёл в спальню.
Маша сидела в кровати, под спиной — подушка, ноутбук на коленях.
Что-то искала, глаза усталые, но всё ещё бодрствующие.
— Как еда? — спросила она, не отрывая взгляда.
— Очень вкусно. — Он плюхнулся на кровать, лёг на живот, повернув голову к ней. — Даже слишком вкусно. Я теперь жалею, что ел это в одиночестве.
Она хмыкнула.
Он смотрел на неё.
Без макияжа. Уставшая. В простой одежде.
И от этого — невероятно красивая.
— Пора спать, — сказал он тихо. — Хватит уже смотреть в экран.
Он мягко убрал ноутбук, положил в сторону, как бы невзначай, но с уверенностью.
— Ну и кто тут командует? — усмехнулась Маша, но не сопротивлялась.
Они оба уселись поудобнее.
— Ты, кстати, был великолепен, — сказала она, уже укрываясь.
— Особенно когда кричал "летс ГОУ сюда, блин"? — подмигнул он.
— Ну это вообще было... — она рассмеялась. — Я смеялась в голос, честно.
Они замолкли на секунду. Егор посмотрел ей в глаза.
— Я был рад услышать от тебя, что... ты ждёшь меня дома.
Маша слегка кивнула, тихо:
— Я не говорила бы просто так.
Он ничего не ответил.
Просто лёг. Прямо на её ноги, лицом в сторону её живота.
Половина его тела — на кровати, половина — как будто ищет в ней опору.
Она провела пальцами по его волосам, молча.
И в эту ночь им не нужно было говорить больше.
Всё уже и так было понятно.
Где-то минут двадцать Егор лежал так же на Маше, и тут она решила спросить у него...