10 глава
> Дженни <
Следующие несколько недель были посвящены цветочным композициям и Ынён. Если я не работала в «Садах Мечты», то помогала Чонгуку. Когда я приходила к нему домой, мы почти не разговаривали. Он передавал мне ребёнка, а сам шел в свой кабинет, закрывал дверь и приступал к своей книге. Он был немногословным человеком, а если с его губ и срывались какие-то слова, то в основном это было что-то грубое, поэтому я не возражала против его молчания.
Во всяком случае, это приносило мне покой.
Иногда, проходя мимо его кабинета, я слышала, как он оставляет голосовые сообщения для Джию. Каждое сообщение содержало новую информацию о жизни Ынён и подробно описывало ее успехи и промахи.
Однажды субботним вечером, подъезжая к дому Чонгукa, я была несколько удивлена, увидев на подъездной дорожке серый «SsangYoung». Я припарковала машину, подошла к входной двери и нажала на дверной звонок.
Пока я ждала, раскачиваясь взад-вперед, мои уши насторожились, когда я услышала смех, доносящийся изнутри.
Смех?
Из дома Чон Чонгука?
– Я хочу, чтобы в следующий раз, когда я вернусь, у тебя было меньше жира и больше мышц, – произнес голос за секунду до того, как открылась дверь. Увидев этого человека, я широко улыбнулась. – О, здравствуйте, юная леди, – весело сказал он.
– Профессор Донхэ, верно?
– Да, но, пожалуйста, зовите меня просто Дон. Вы, должно быть, Дженнифер. – Он протянул руку для рукопожатия, и я протянула ему свою.
– Можете звать меня Дженни, – сказала я. – Чонгук считает, что «Дженни» звучит слишком неформально, но я довольно неформальная девушка. – Я улыбнулась Чону, который молча стоял в нескольких шагах от меня.
– А, Чонгук, формальный джентльмен. Знаешь, я уже много лет пытаюсь заставить его перестать называть меня профессором, но он отказывается называть меня Доном. Он считает это ребячеством.
– Это и есть ребячество, – сказал Чонгук, хватая коричневую фетровую шляпу Дону и многозначительно протягивая ее владельцу. – Спасибо, что заглянули, профессор Донхэ.
– Конечно, конечно. Дженни, приятно познакомиться. Чонгук очень хорошо о вас отзывается.
Я рассмеялась.
– Мне трудно в это поверить.
Дон пошевелил носом и захихикал.
– Верно, верно. Он почти ничего не говорил о тебе. Он немного молчаливый и не очень приятный человек, не так ли? Но, видишь ли, Дженни, если бы я мог посвятить тебя в одну тайну…
– Я с удовольствием выслушаю все секреты и советы, которые смогу получить.
– Профессор Донхэ, – строго сказал Чонгук. – Разве вы не говорили, что у вас есть еще дела?
– О, кажется, он раздражен. – Дон засмеялся, но продолжил говорить: – Но вот тебе ключ к разгадке тайны мистера Чона: он почти ничего не говорит ртом, зато его глаза раскрывают куда больше. Если ты посмотришь достаточно внимательно – его глаза расскажут тебе обо всем, что он чувствует. Он открытая книга, нужно только суметь его прочесть. Когда я спросил Чонгука о тебе, он сказал, что ты иногда помогаешь ему с дочерью, но его глаза сказали мне, что он очень тебе благодарен. Дженни, девушка с добрыми карими глазами, он очень высокого мнения о тебе, даже если он не говорит этого вслух.
Я посмотрела на Чона. На его губах появилась сдержанная улыбка, а в глазах промелькнула неожиданная мягкость, которая растопила мое сердце. Ту же красоту я видела в глазах Ынён.
– Ладно, профессор, думаю, что с нас довольно вашей болтовни. Очевидно, вам уже пора уходить.
Улыбка профессора стала еще шире: казалось, холодность Чонгука вовсе его не задела.
– И все же ты продолжаешь приглашать меня в гости. Увидимся на следующей неделе, сынок, и, пожалуйста, меньше жира – больше мышц. – Дон повернулся ко мне и слегка поклонился. – Дженни, мне было очень приятно с тобой познакомиться.
– Мне тоже очень приятно.
Когда Дон проходил мимо меня, он приподнял шляпу и всю дорогу до машины насвистывал, слегка подпрыгивая на ходу.
Я улыбнулась Чонгуку, но он не улыбнулся в ответ. Несколько минут мы молча стояли в прихожей, просто глядя друг на друга. Это было ужасно неловко.
– Ынён спит, – сказал он, отрывая от меня свой пристальный взгляд.
– Хорошо, – улыбнулась я.
Он поморщился.
– Что ж, я могу немного помедитировать в твоей солнечной комнате, если ты не против? Я возьму с собой радионяню, чтобы проверить Ынён, если она проснется.
Чонгук коротко кивнул, и я уже прошла мимо него, когда он заговорил снова.
– Сейчас шесть вечера.
Я обернулась и подняла бровь.
– Да.
– В шесть я ужинаю у себя в кабинете.
– Да, я знаю.
Чонгук откашлялся и поерзал на месте. На несколько секунд он опустил глаза к полу, прежде чем снова посмотреть на меня.
– Саран, жена профессора Донхэ, прислала мне кучу замороженных обедов на целых две недели.
– Ого, это очень мило с ее стороны.
Он коротко кивнул.
– Да. Одно из блюд сейчас в духовке, и порция довольно большая, чтобы ее хватило на несколько человек.
– Оу. – Он продолжал смотреть на меня, но ничего не говорил. – Чонгук?
– Да, Дженнифер?
– Ты просишь меня с тобой поужинать?
– Если хочешь.
Мгновение я была не уверена, потому что не знала, происходит ли это наяву, но сразу же взяла себя в руки, ведь он мог передумать в любую секунду.
– С удовольствием.
– У тебя есть пищевая аллергия? Вегетарианка? Без глютена? Непереносимость лактозы?
Я рассмеялась, потому что все в Чонгуке было сухим и серьезным. Выражение его лица, когда он перечислял каждый пункт, было таким строгим и напряженным, что я не могла не хихикнуть про себя.
– Нет, нет, я ем все подряд.
– Это лазанья, – сказал он, повышая голос, как будто у меня могли возникнуть какие-то возражения.
– Это прекрасно.
– Ты уверена?
Я усмехнулась.
– Чон Чонгук, я уверена.
Он не выказал никаких эмоций, только кивнул.
– Я накрою на стол.
Его обеденный стол был до смешного велик: там могло бы поместиться двенадцать человек. Он расставил тарелки и столовое серебро по краям стола и жестом пригласил меня сесть. Пока Чонгук накрывал на стол, в зале стояла мертвая тишина. Наконец, он занял свое место на другом конце стола.
В его доме царила полутьма, и шторы, как правило, были задернуты, не позволяя солнечному свету проникать внутрь. Вся мебель была сделана из темного дерева. Я была уверена, что являюсь самым ярким пятном с моей яркой одеждой и возмутительно растрепанными волосами.
– Знаешь, для весеннего дня в Кваняне на улице довольно хорошая погода, – сказала я после нескольких минут неловкого молчания.
– Правда? – пробормотал он без всякого интереса. – Я никуда не выходил.
– Точно тебе говорю.
Он промолчал.
– А ты никогда не думал о том, чтобы разбить небольшой сад? – спросила я. – Сейчас самое подходящее время для посадки растений, а у тебя такой просторный задний двор. Нужно только немного подстричь траву, и будет выглядеть очень красиво.
– Меня это не интересует. Это пустая трата денег.
– Оу. Ну ладно.
......
– Дон кажется милым, – заметила я, делая последнюю попытку. – Он тот еще любитель поболтать, правда?
– Такая у него натура, – пробормотал он.
Я наклонила голову, вспомнив совет Дона следить за выражением глаз Чонгука.
– Он для тебя очень важен, так ведь?
– Он был моим профессором, а теперь консультирует меня насчет писательства – ни больше ни меньше.
– Я слышала, как ты смеялся. Не думаю, что много людей способны вызвать у тебя смех. Я не знала, что у тебя вообще есть чувство юмора.
– У меня его нет.
– Ну да, конечно, – согласилась я, зная, что он лжет. – Но мне показалось, что вы довольно близки.
Он не ответил, и на этом наш разговор закончился. Мы продолжали ужин в тишине, и когда радионяня предупредила нас о том, что Ынён заплакала, мы оба вскочили с места.
– Я проверю, – сказали мы в унисон.
– Нет, я… – начал он, но я покачала головой.
– Я здесь именно за этим, забыл? Доедай свою еду, и спасибо, что поделился со мной.
Он кивнул, и я пошла проверить Ынён. Она широко раскрыла глаза и перестала плакать: слезы сменились легкой улыбкой. Именно такой я представляла себе улыбку Чонгука. Когда я приготовила ей бутылочку и начала кормить, он вошел в комнату, прислоняясь к дверному косяку.
– Все в порядке? – спросил он.
– Она просто проголодалась.
Он кивнул и откашлялся.
– Профессор Донхэ – очень яркая личность. Он прямолинеен, разговорчив и в девяноста девяти процентах случаев несет полную чушь. Я понятия не имею, как его жена и дочь мирятся с его дикими выходками. Ему восемьдесят лет, но он ведет себя как ребенок и часто выставляет себя хорошо образованным клоуном.
– Оу.
Что ж, по крайней мере, теперь я знала, что остальные люди не нравятся ему так же сильно, как и я.
Чонгук опустил голову и уставился на свои сцепленные пальцы.
– И он самый лучший человек и друг, которого я когда-либо знал.
Он повернулся и ушел, не сказав больше ни слова. Вот так на какую-то долю секунды Чон Чонгук показал мне частичку своего сердца.
Около одиннадцати вечера я закончила убирать комнату Ынён и направилась в кабинет Чона, полностью погруженного в свою работу.
– Эй, я иду домой.
Он сделал паузу, закончил печатать предложение и повернулся ко мне.
– Спасибо, что уделяешь нам столько времени, Дженнифер.
– Конечно. О, и хотела предупредить, что не приду в пятницу. У моего парня художественная выставка, так что я должна быть там.
– О, – сказал он, слегка подергивая нижней губой. – Хорошо.
Я перебросила ремень сумочки через плечо.
– Знаешь, если хочешь, можешь прийти с Ынён на выставку. Было бы неплохо, ведь она бывает только дома и в кабинете врача.
– Я не могу, мне нужно закончить еще несколько глав к субботе.
– О, ладно… что ж, желаю хорошо провести вечер.
– Во сколько? – сказал он, когда я вышла в коридор.
– Что?
– Во сколько начинается выставка?
Где-то внутри меня вспыхнула надежда.
– В восемь часов в художественном музее.
Он коротко кивнул.
– Я могу закончить пораньше. Дресс-код?
Я не смогла сдержать улыбку.
– Черный галстук.
– Понял, – должно быть, Чон заметил мое волнение и прищурил глаза. – Не обещаю, что смогу. Я просто предпочитаю узнавать все подробности заранее, на случай если я все-таки приду.
– Конечно, я понимаю. Я внесу тебя в список гостей на всякий случай.
– Спокойной ночи, Дженнифер.
– Спокойной ночи, Чон Чонгук.
Уходя, я не могла не думать о том, как прошел вечер. Обычному человеку его поведение в лучшем случае показалось бы нормальным, но я знала, что для него это был необыкновенный день.
Конечно, он не давал мне гарантий, что придет на выставку, но все же на это был небольшой шанс. Если на Чонгука так повлиял визит профессора Донхэ, то я бы хотела, чтобы он приходил каждый день.