Наследие колдунов

   Зет поднял голову, его взгляд переместился с рядов витрин на гигантские золотые часы, затем на стойку из красного дерева и ржавый меч на ней, и, наконец, остановился на лице молодого человека, который затащил его сюда. Никогда в жизни он не сожалел о том, что может видеть так много, как сейчас.

   – Тайный Торговый Дом? – холодно спросил он, но голос его невольно слегка дрожал.

   Дуань Фэйчжоу почувствовал, как пересохло в горле. Он так долго скрывал это, но все равно был разоблачен, и сделал это по собственной воле. Но если бы он этого не сделал, то и он, и Зет погибли бы в театре.

   Теперь... возможно, он всё равно умрет. Только от рук Зета.

   – Ты солгал мне, – произнес Зет, отступая назад, словно пытаясь избежать чего-то, что могло бы его запятнать. – Ты знал, что я выслеживаю Тайный Торговый Дом, но с самого начала лгал мне.

   – Позвольте мне объяснить! – крикнул Дуань Фэйчжоу.

   Типичные сюжетные приемы «Позвольте мне объяснить» и «Я не буду слушать, я не буду слушать», которые часто встречаются в мелодраматических романах, не прозвучали.

   Зет поднял меч, нацелив лезвие ему в горло.

   – У тебя одна минута.

   – Я не лгал тебе с самого начала. – Дуань Фэйчжоу говорил быстро, как будто эти слова могли стать его последними, если он не успеет договорить за минуту. – Когда я впервые встретил тебя в Абердине, я не был оккультистом. Только приехав в Лондон, я узнал, что мой дядя был владельцем Тайного Торгового Дома. Я не хотел управлять торговым домом, но потом...

   Зет холодно усмехнулся и прервал его:

   – Значит, с тех пор ты являешься владельцем Тайного Торгового Дома? Какая нелепость! А я просил тебя расследовать личность владельца торгового дома. Ты поехал в поместье Перлилла со своим другом-поэтом, чтобы заняться наследством старого лорда?

   У Дуань Фэйчжоу слова застряли в горле, и он только кивнул.

   – Когда я поехал с тобой в Абердин, ты исчез однажды ночью. На самом деле ты не исчез, а пошел в торговый дом?

   Дуань Фэйчжоу смог только снова кивнуть.

   Зет пристально смотрел на него. Его яростная ненависть почти не уступала той, которую он испытывал к мадам Бойл. Однако боль в его глазах была глубже, чем ненависть.

   – Брат и сестра Мёллен внезапно получили порошок из крыльев призрачной фосфоресцирующей бабочки. Это тоже твоих рук дело?

   Дуань Фэйчжоу опустил голову, не смея встретиться взглядом с ним.

   – Да.

   – С какой целью ты проник в Скотленд-Ярд? Сколько секретов ты украл? Сколько информации ты передал своим коллегам-оккультистам?

   – Я не «проникал» в Скотленд-Ярд, – попытался защититься Дуань Фэйчжоу, – и я не крал никаких секретов! Это ты заставил меня присоединиться! Я несколько раз отказывался!

   Зет сердито рассмеялся:

   – Значит, это моя вина?

   Дуань Фэйчжоу не осмелился ответить. На самом деле, если бы Зет отказался от его вербовки, когда он впервые попал в Скотленд-Ярд, возможно, ничего бы этого не произошло.

   Нет, то, что должно произойти, все равно произойдет. Даже если бы он не стал Найтменом, он все равно встретил бы Йейтса и отправился в поместье Перлилла. Рут все равно была бы убита, он все равно поехал бы в Абердин, чтобы расследовать правду, а затем встретил бы Зета, который тоже отправился расследовать дело Северного Потрошителя. Он все равно встретил бы Дункана Маккеллена и спас бы его на путях...

   Если так подумать, то если бы он тогда не спас Дункана, ничего бы этого не случилось. Дункан погиб бы той ночью, раздавленный мчащимся поездом, а его кровь пропитала бы гравий под рельсами. Если бы он погиб, Найтменам не пришлось бы освобождать Джека-Потрошителя, и Дуань Фэйчжоу не получил бы силы Джека. Последующая поездка в Грецию, естественно, не состоялась бы. Они бы не встретили принцессу Сисси, не поехали бы в Швейцарию на поиски брата и сестры Мёллен, мадам Бойл не получила бы куклу, мисс Мадлен не умерла бы, а глаза Зета не восстановились бы...

   После того, как он сделал этот выбор, произошло несколько хороших вещей, а также несколько плохих. Дуань Фэйчжоу не мог сказать, был ли этот выбор правильным или неправильным.

   Однако если бы ему дали еще один шанс, он бы все равно выбрал спасение Дункана.

   – Ксенофонт предупреждал меня, что ты не столь прост, каким кажешься. Я думал, что он просто завидует твоему быстрому продвижению по службе. Теперь я понимаю, что это мои глаза были слепы. Ты играл со мной, лидером Найтменов, с самого начала. Тебе это кажется особенно забавным? Ты доволен?

   – Я не играл с тобой, – прошептал Дуань Фэйчжоу.

   Зет схватил его за воротник и сильно толкнул. Спина Дуань Фэйчжоу ударилась о стеклянные витрины, и вся стена с экспонатами задрожала.

   Холодное лезвие прижалось к его горлу; от легкого нажатия кровь брызнула бы во все стороны. Зет стиснул зубы.

   – Я хочу выколоть себе глаза, отдать их тебе, а потом убить тебя одним ударом.

   Дуань Фэйчжоу глубоко вздохнул. В кольце не осталось ни капли энергии. В торговом доме у него не было источника энергии, к которому он мог бы обратиться.

   Он потратил слишком много сил в сражении с мадам Бойл. Пока они боролись за контроль над пламенем, он постоянно получал ранения и исцелял себя. Его способность к самоисцелению потребляла энергию: чем серьезнее рана, тем больше энергии требовалось для заживления. Он полностью выдохся. Рубашка пропиталась кровью, а теперь, высохнув, приобрела странный коричневый цвет.

   Это чудо, что он ещё может стоять.

   – Ты сильнее меня. Я не смогу сопротивляться, если ты захочешь убить меня, – сказал он. – Но не выкалывай себе глаза.

   Пальцы Зета сжались.

   – Мне не нужны твои вещи!

   – Сохрани свои глаза для сражения с мадам Бойл.

   – Я такой дурак, – самоуничижительно усмехнулся Зет, его улыбка была холодной и горькой. – Я вложил столько эмоций в ложь. Как путник по пустыне, стремглав бегущий навстречу миражу.

   Однажды ему приснились абсурдные сны. Ему приснилось, что после долгих скитаний в одиночестве по этому миру он, наконец, встретил кого-то, кому мог отдать свое сердце. Этот человек обладал мягкостью врача и стойкостью воина. Его внешность напоминала искусно обработанный драгоценный камень, но сердце его горело бушующим огнем. Когда тот шел сквозь тьму с лампой, он не мог удержаться от желания поцеловать тень позади него.

   Но все это было обманом.

   Иллюзией.

   Зет оттолкнул Дуань Фэйчжоу и повернулся к нему спиной. Дуань Фэйчжоу видел только, как слегка дрожат его плечи.

   – Ты обещал, что в будущем, кем бы я ни стал, ты сможешь меня принять.

   Зет глубоко вздохнул. Возможно, это была иллюзия, но Дуань Фэйчжоу показалось, что он услышал сдавленный всхлип.

   – Я человек, который не держит своего слова, – сказал Зет.

   Так вот чем закончилась их история.

   Только вчера Зет признался ему в своих чувствах, и венок, который Зет сделал для него, все еще висел над его кроватью.

   Зет поцеловал его меньше часа назад. Так много раз. Тогда он подумал, что Зет раздражает, но теперь он понимает, что, возможно, все их поцелуи были исчерпаны в тот момент.

   По какой-то причине мысль о том, что Зет больше не любит его, причиняла боль большую, нежели быть убитым им.

   Они долгое время оставались в этой тупиковой ситуации, пока Зет, наконец, не заговорил:

   – Как выбраться отсюда?

   Из Тайного Торгового Дома есть только один выход — заклинание. Если они уйдут сейчас, то вернутся прямо в театр, где их ждет мадам Бойл.

   Оставить бумагу с заклинанием на месте было крайней мерой. Дуань Фэйчжоу беспокоился, что бумага будет уничтожена пламенем и обломками, а еще больше — намеренными атаками мадам Бойл. В отчаянной попытке сбежать в тот момент его больше ничего не волновало. Только сейчас он начал бояться.

   Без заклинания они останутся запертыми в этом пространстве до конца своих дней?

   Хуже того, если мадам Бойл выбросит заклинание в Темзу, не столкнутся ли они с косяком рыб, едва покинув торговый дом?

   – Мы не можем вернуться назад, – с трудом произнес Дуань Фэйчжоу. – В торговый дом можно войти и выйти только с помощью оккультного заклинания. Вернувшись сейчас, мы окажемся перед мадам Бойл. Мне наконец-то удалось вытащить тебя оттуда...

   – Я бы лучше умер перед этой женщиной! – прервал его Зет.

   Дуань Фэйчжоу посмотрел на него. На мгновение ему показалось, что в его груди что-то разбилось. Он повернул голову, устремив взгляд на витрину, не смея больше смотреть на Зета.

   – ...Но я не хочу, чтобы ты умирал.

   Зет вдруг презрительно усмехнулся:

   – Значит, ты хочешь, чтобы умерли Ксенофонт и твой друг-поэт?

   – Что ты сказал?

   – Твой друг-поэт отправился за подкреплением, и Ксенофонт с остальными скоро войдут в театр и встретятся с этой женщиной. Если я не буду сражаться вместе с ними...

   – Ты не сможешь им помочь, если пойдешь. – Дуань Фэйчжоу говорил правду. Мадам Бойл может сдерживать силу Зета, и он не может ей сопротивляться. Он даже может стать обузой для других.

   Зет повернулся и гневно посмотрел на него:

   – Я не могу позволить другим сражаться, пока я прячусь в безопасном месте.

   – Подожди еще немного, – попросил Дуань Фэйчжоу. Он не мог предсказать, когда Ксенофонт и другие смогут прийти на помощь. Если внимание мадам Бойл будет отвлечено Найтменами, им будет гораздо безопаснее вернуться в театр.

   По крайней мере, они не столкнутся с мечом мадам Бойл, как только выйдут из заклинания. Зет знал, что угрожать ему бесполезно. Это территория хозяина торгового дома, которую он полностью контролирует.

   Зет мог только с ненавистью смотреть на неподвижные золотые часы.

   – Десять минут, – сказал он, – всего десять минут.

⚙ ⚙ ⚙

   За пределами театра царил хаос. Спасшиеся зрители в панике разбежались. Некоторые сидели на земле и рыдали, некоторые звали своих родственников и друзей, а несколько человек лежали на земле без сознания. Детективы Скотленд-Ярда с трудом поддерживали порядок. Вокруг собралась большая группа лондонцев, чтобы посмотреть, что происходит.

   – Я слышал, что исполнитель главной мужской роли погиб, когда на него на сцене упала люстра!

   – Никто из труппы не спасся!

   – Проклятие Макбета! Это должно быть проклятие Макбета!

   Лорд Перлилла и его мать стояли, поддерживая друг друга, на расстоянии от театра, а Джон настойчиво спрашивал прохожих:

   – Вы не видели шестнадцатилетнюю девушку? Это моя сестра. Не знаю, сбежала ли она из театра...

   Получив раз за разом отрицательные ответы, молодой человек не смог сдержать слез. Леди Эдит сжала ему плечо:

   – Не паникуй, возможно, твоя сестра просто заблудилась!

   Джон выдавил из себя кривую улыбку, понимая, что старая леди просто пытается его утешить. Мадлен такая умная; даже если она отстала от него, она обязательно попыталась бы его найти, а он так долго искал ее и не нашел никаких следов... Он боялся, что с ней что-то случилось.

   Ксенофонт стоял перед театром, опираясь на трость, и его желтые глаза, казалось, светились золотым светом, словно у ворона, стерегущего ночь.

   Не только членам театральной труппы не удалось спастись, подумал он про себя. Босс тоже не сбежал. С его способностями такого быть не должно. Если только что-то не помешало ему...

   Внезапно толпа разразилась радостными возгласами. Ксенофонт присмотрелся и увидел группу растрепанных мужчин и женщин в театральных костюмах, выходящих из боковой двери театра.

   – Это актеры!

   – Отлично, они в порядке!

   Ксенофонт заметил среди актеров знакомую фигуру. Он видел этого человека в поместье Перлилла. Как его звали? Он забыл. Кажется, он поэт.

   – Детектив Трофет!

   Прежде чем Ксенофонт успел что-либо сказать, поэт подбежал к нему.

   – Произошло ужасное. – Поэт огляделся и понизил голос, боясь, что его услышат: – В театре есть Лигейя, она убила графа Лута. Детектив Синия и мистер Честер сражаются с ней. Я вывел актеров и сбежал. Детектив Синия просил вас прийти на помощь.

   Слишком много информации обрушилось на Ксенофонта разом, и ему потребовалось некоторое время, чтобы ее обработать. Он никогда не слышал о каком-то графе Луте. В Англии так много дворян, как он мог запомнить их всех? Но он, по крайней мере, знал, что другой участник — граф и, что он умер в театре. Одного этого достаточно, чтобы утопить Скотленд-Ярд в плевках лондонцев.

   И Лигейя. Если он правильно помнил, Лигейя означала оккультную технику переноса души умершего в новое тело. Он думал, что эта оккультная техника – просто выдумка людей или давно утрачена. Он и представить себе не мог, что она действительно существует.

   Нет ничего необычного в том, что босс Зет и его маленький друг сражаются бок о бок. Проблема заключалась в просьбе прийти им на помощь. Почему это звучало как ловушка?

   И этот поэт. Ксенофонт чувствовал, что с ним что-то не так. В поместье Перлилла он подозревал, что поэт может быть оккультистом, но ему пришлось отказаться от этой мысли, поскольку у него не было доказательств. Однако когда поэт выводил актеров, Ксенофонт ясно увидел, что он применил оккультный прием, чтобы отвести пламя.

   Обычные люди могли этого не заметить, решив, что пламя сдуло ветром. Но для оккультиста уровня Ксенофонта это было столь же очевидно, как золото на улице.

   Поэт словно прочитал его мысли и сказал с кривой усмешкой:

   – Если бы я хотел устроить вам ловушку, я бы не раскрыл, что оккультист.

   – ...Ты признаешь это? – Ксенофонт поднял брови.

   Поэт спокойно сказал:

   – Теперь, когда мы столкнулись с общим врагом, мы должны забыть прошлые обиды и сражаться бок о бок, вместо того чтобы разделяться на лагеря.

   – Хорошо сказано. – Ксенофонт проникся уважением к поэту.

   Толпа зевак снова закричала. Ксенофонт подумал, что им удалось спастись, но когда он обернулся, то увидел, что из театра валит густой дым, а вскоре из окон вырывалось пламя.

   – Это мистер Честер устроил пожар, – пояснил поэт, прищурившись. – Лигейя манипулировала рунными духами, но атака огнем быстрее.

   – Ага, и еще они сожгли театр, – безжалостно добавил Ксенофонт.

   – Я пообещал мистеру Честеру, что вернусь, чтобы помочь ему, после того как выведу актеров. – Поэт посмотрел на Ксенофонта.

   Тот громко свистнул. Вскоре мисс Кью и мистер Эр пробрались к нему сквозь толпу.

   – Босс заперт внутри. Идем ему на помощь, – приказал Ксенофонт.

   – Позвать мисс Ачесон?

   – Не нужно, она останется снаружи на случай, если мы все погибнем.

   Трое Найтменов и поэт обменялись многозначительными взглядами и вместе бросились в театр.

⚙ ⚙ ⚙

   Мадам Бойл смотрела на лежащую на полу бумагу с рунами и чуть не скрежетала зубами.

   Владелец Тайного Торгового Дома. Почему она не догадалась? Клиенты могли входить и выходить из торгового дома через специальное заклинание, и владелец, естественно, использует тот же метод. Он мог в любой момент спрятаться внутри торгового дома, но без его разрешения никто не мог войти в это другое измерение.

   – Ладно, я позабочусь о том, чтобы ты никогда не вернулся.

   Мадам Бойл подняла руку, намереваясь сжечь бумагу.

   Двери театра с грохотом распахнулись, а затем полностью рухнули. Четыре человека ворвались в театр, используя оккультную магию, чтобы блокировать пламя и жар, приближаясь к ней. Одним из них был поэт Йейтс, а остальные трое... вероятно, Найтмены.

   Времена действительно изменились, и оккультисты теперь работали с Найтменами. На губах мадам Бойл появилась холодная улыбка.

   – Это она! – крикнул Йейтс.

   – Где босс Зет? – спросила мисс Кью.

   – Я отправлю вас к нему! – Мадам Бойл манипулировала пламенем, чтобы окружить четверых.

   Ксенофонт и мисс Кью одновременно контратаковали. Мистер Эр снял с пояса пистолет и кинжал, держа пистолет в левой руке, а кинжал в правой, и молниеносно бросился к мадам Бойл.

   Йейтс вытащил тонкий меч из трости и последовал за ним.

   Мадам Бойл использовала свой браслет-меч, чтобы отбить кинжал мистера Эр, как раз в тот момент, когда Йейтс ударил ее в лицо. Ей пришлось изогнуться, чтобы избежать удара. Мистер Эр предугадал ее движение, и поднял левую руку, чтобы выстрелить.

   Зрачки мадам Бойл внезапно сузились. Пуля неудержимо полетела ей в лоб, но остановилась всего в одном сантиметре от него, словно ударившись о невидимую стену. Мадам Бойл отмахнулась пальцем от зависшей в воздухе пули.

   Мистер Эр быстро выстрелил еще пять раз. Все пять пуль были остановлены невидимой стеной.

   Ксенофонт, стоящий в пламени, внезапно атаковал, превратившись в черный ветер и набросившись на мадам Бойл. Столкнувшись одновременно с четырьмя врагами, даже она была подавлена ​​и неспособна продолжать бой. Если бы у нее был рунный дух, это не было бы так сложно, но он был превращен в пепел пламенем.

   Ее взгляд обратился к разбросанным повсюду пулям. Поскольку это неодушевленные предметы, ими можно манипулировать как рунными духами. Она вложила свою силу в пули. Шесть пуль поднялись в воздух и образовали круг перед ней. По ее команде пули полетели в сторону четырех врагов.

   Йейтс отреагировал быстро, пригнувшись, чтобы избежать пули. Мисс Кью использовала похожую оккультную технику, чтобы построить невидимую стену перед собой. Мистер Эр взмахнул кинжалом, и появилась вспышка серебряного света, мгновенно разрезавшая пулю, атаковавшую его, надвое.

   Остальные три пули полетели в Ксенофонта с трех сторон. Торжествующая улыбка озарила лицо черноволосого и желтоглазого Найтмена.

   Почему он улыбается? Мадам Бойл немного встревожилась. Она рассчитала траекторию пуль. Независимо от того, уклонится он или парирует, избежать всех пуль невозможно. Он что, хотел умереть?

   В тот момент, когда пуля уже готова была поразить Ксенофонта, он превратился в ворона. Его тело внезапно уменьшилось в размерах, поэтому пули пролетели мимо него. Ворон захлопал крыльями и взлетел.

   Оказывается, это оборотень. Мадам Бойл втайне упрекнула себя в излишней беспечности. Но это неважно, ведь ей раньше не раз приходилось иметь дело с оборотнями.

   Она подняла руку и указала на ворона, парящего над ее головой, готовясь произнести заклинание, достаточно сильное, чтобы разорвать человека на части.

   Но как только заклинание достигло ее губ, она вдруг не смогла произнести ни звука.

   За все годы своей оккультной деятельности она никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Как будто кто-то схватил ее за горло, не давая говорить. Никто из четырех человек в комнате не выглядел так, как будто обладал такой способностью. Кто мешал ей произнести заклинание?

   Она быстро поняла, что вмешательство исходит не извне, а изнутри ее собственного тела. Она думала, что полностью овладела телом девушки; об этом ясно говорилось в Книге Лигейи.

   В тот момент, когда она запаниковала, ворон набросился на ее лицо, и его острые когти пронзили ее правый глаз.

   Мадам Бойл почувствовала небывалую боль. Она закричала от боли, ее правый глаз превратился в кровавое месиво. Эти мерзкие Найтмены, как они посмели отнять у нее глаз... как они посмели отнять глаз у этого новенького тела, которое она только что приобрела...

   В тот момент, когда она потеряла концентрацию, пламя также вышло из-под контроля. Мисс Кью и Йейтс захватили пламя, и в то же время вся энергия вокруг них также подчинилась их контролю. Мадам Бойл поняла, что у нее нет шансов на победу.

   Поскольку она столкнулась с тремя оккультистами и обученным стрелком, одного мгновения рассеянности хватило, чтобы она оказалась в аду. Она наконец-то обрела молодость и получила второй шанс на жизнь; она не могла просто так умереть! Когда речь идет о выживании, люди могли прогнуться до такой степени, что сами удивлялись собственной гибкости.

   – Я сдаюсь! – вскричала мадам Бойл девичьим, нежным голосом. – Пощадите меня. Я готова сдаться!

   Она бросила меч, подняла руки и приняла жалкий, покорный вид.

   Ворон хрипло закаркал и принял человеческий облик.

   – Я не доверяю этой кошечке. – Мистер Эр быстро зарядил револьвер и прицелился в лоб мадам Бойл. – Дайте мне выстрелить, и никто ничего не узнает.

   – Подожди минутку. – Ксенофонт прищурился, оглядывая театр. – Где они? Босс и остальные? Ты сожгла их дотла?

   Мадам Бойл выдавила несколько крокодильих слёз.

   – У меня нет таких способностей. Они исчезли, — сказала она, поворачивая голову, чтобы посмотреть на бумагу с заклинанием на полу, которую не успела сжечь.

   Хорошо, подумала она про себя. Хозяин торгового дома явно скрывал свою истинную личность от Найтменов, но теперь ему не удастся сохранить тайну. Как Найтмены поступят с ним? Она с удовольствием посмотрит на это.

   Ксенофонт поднял бумагу. В его глазах это был просто обычный белый листок бумаги.

   – ...Что это такое? – спросил он.

   За его спиной Йейтс мгновенно напрягся. Он сделал шаг назад и увидел, что мисс Кью преграждает ему путь сзади.

   – Я... не могу сказать... – Мадам Бойл прикусила губу до крови. – Если я скажу, я умру...

   Ксенофонт посмотрел на лист бумаги, затем на мадам Бойл. Его мозг работал с невиданной скоростью.

   – Я понял, – сказал он. – Это имеет отношение к Тайному Торговому Дому, не так ли?

   Мадам Бойл не сказала ни слова, не кивнула и не покачала головой, но Ксенофонт знал, что прав.

   – Неудивительно, что все эти годы мы не могли найти местонахождение торгового дома. Оказывается, туда можно попасть только с помощью специального метода телепортации. – Ксенофонт несколько раз перевернул листок бумаги. – Но почему этот листок здесь? Ты только что сказала, что босс сбежал. В Тайный Торговый Дом?

   Он задумался на мгновение, а затем внезапно хлопнул себя по лбу.

   – Черт возьми! Я понял, что этот парень скрывал всё это время!

   Как только слова сорвались с его губ, два человека упали с неба прямо на него.

   Ксенофонт возмущенно завопил, став живой подушкой.

   Зет и Дуань Фэйчжоу вышли из руны заклинания.

   Мадам Бойл не смогла сдержать торжествующей улыбки. В сочетании с ее правым глазом, который обильно кровоточил и почти превратился в кровавую дыру, улыбка выглядела невероятно жутко и пугающе.

   Ксенофонт поднялся на ноги.

   – Босс, что происходит?

   Зет поднялся и бросил взгляд на мадам Бойл.

   – Вы ее усмирили? Хорошо, – сказал он. – Дайте мне пару наручников.

   Мистер Эр снял наручники с пояса и бросил их Зету. Он думал, что тот собирается надеть наручники на мадам Бойл, но как только Зет повернулся, он защелкнул наручники на запястьях Дуань Фэйчжоу.

   – ...Я немного запутался. – Мистер Эр был шокирован.

   – Неужели ты еще не понял, мой дорогой партнер? – хрипло произнесла мисс Кью. – Он может свободно вводить и выводить других людей из секретного пространства, являющегося торговым домом... он владелец Тайного Торгового Дома.

   Итак, Дуань Фэйчжоу, Йейтса и мадам Бойл вместе доставили в Скотленд-Ярд.

   Когда они вышли из театра, Джон взволнованно бросился к ним, готовый сражаться с Найтменами не на жизнь, а на смерть.

   – Мадлен! Что с твоим глазом! Что они с тобой сделали? – Молодой ирландец был в отчаянии. – Почему вы арестовываете Мадлен? Она же просто маленькая девочка. Что она сделала не так?

   – Успокойся, Джон. – Йейтс сжал плечо молодого человека (странно, что Найтмены не надели на него наручники). – Она больше не твоя сестра.

   – Я не понимаю, что вы говорите, мистер Йейтс? Кем еще она может быть, если не моей сестрой?

   – Твоя сестра мертва. Эта женщина — мадам Бойл в ее облике.

   Джон замер, словно кто-то нажал на кнопку паузы. Лорд Перлилла и его мать стояли немного поодаль, молча глядя на Найтменов и их группу. В отличие от Джона, они не кричали и не задавали полиции вопросов о том, почему арестовывают их друзей. Они точно знали, почему.

   – Мама, что нам делать? – шепотом спросил лорд Перлилла. – Мистер Честер арестован, теперь он раскроет наши личности?

   – Хозяин торгового дома также связан тайным договором и не может раскрывать личности клиентов, – серьезно ответила леди Эдит. – Кроме того, почему ты всегда думаешь о людях худшее? Разве владелец торгового дома способен предать друзей ради личной выгоды? Неужели тебя совсем не волнует безопасность других людей?

   – Я... конечно, мне не все равно! Но его арестовали, что мы можем сделать?

   – Конечно, мы можем что-то сделать. – Глаза леди Эдит блеснули холодным светом. – Есть человек, который может приказать Найтменам освободить его. Пора навестить эту даму.

⚙ ⚙ ⚙

   По прибытии в Скотленд-Ярд мадам Бойл сразу же сопроводили в подземелье. Уходя, она бросила на Дуань Фэйчжоу острый взгляд, на ее губах играла холодная улыбка. Смысл не мог быть яснее: если мне суждено умереть, то я, по крайней мере, заберу кого-нибудь с собой на дно.

   Дуань Фэйчжоу и Йейтса отправили в офис Отдела по расследованию аномальных случаев.

   В кабинете была только мисс Ачесон. Она удивилась, увидев, что с этими людьми обращаются как с заключенными. Но она быстро поняла, что эти двое, должно быть, что-то сделали, за что их арестовали, поэтому вернула себе обычное спокойное выражение лица и отложила работу.

   Пятеро Найтменов окружили их. Мистер Эр закрыл дверь и достал кинжал. Мисс Кью и Ксенофонт собрали энергию в ладонях, готовые применить её немедленно, если возникнет необходимость, а Зет умело зажег сигарету и затянулся.

   – Ксенофонт, – позвал он своего подчиненного. – Ты давно узнал?

   – Узнал что? – Ксенофонт выглядел растерянным.

   – Его личность. Ты говорил мне быть с ним осторожнее, но я никогда не принимал это близко к сердцу. Когда ты это понял?

   Выражение лица Ксенофонта стало чрезвычайно странным. Зет, видимо, не знал, что Ксенофонт и Дуань Фэйчжоу встречались в частном порядке и достигли джентльменского соглашения.

   – У меня просто было смутное предчувствие, что он что-то скрывает, – пожал плечами Ксенофонт, – но я никогда не предполагал, что он владелец торгового дома.

   Мисс Кью заговорила:

   – Я слышала, что все, кто входит в торговый дом, связаны тайным договором, который не позволяет им раскрывать личности владельца торгового дома и других клиентов. Но мы не подпадаем под это ограничение, не так ли? Мы не являемся клиентами и сами установили его личность.

   Поскольку мисс Кью смогла публично раскрыть личность Дуань Фэйчжоу, это означает, что тайный договор действительно на них не работает. Дуань Фэйчжоу кивнул. Когда Джозеф Честер составлял этот тайный договор, он, вероятно, и представить себе не мог, что владелец торгового дома однажды войдет и выйдет из торгового дома на глазах у Найтменов, так просто и грубо раскрыв свою личность.

   Ксенофонт бросил на Дуань Фэйчжоу сложный взгляд.

   – Когда ты стал владельцем торгового дома?

   – В день, когда я приехал в Лондон. – По мере того, как Дуань Фэйчжоу говорил, окруженный и допрашиваемый Найтменами, он все больше и больше раздражался, чувствуя себя так, будто его раздели догола на публике.

   – То есть за день до того, как я привел тебя в Скотленд-Ярд?! – Ксенофонт был шокирован.

   – Да. Теперь ты понимаешь, почему я не хотел присоединяться к Найтменам.

   Ксенофонт потер виски. Он думал, что парень унаследовал огромное состояние, поэтому начал ценить свою жизнь, но причина оказалась на удивление проста – он не хотел становиться Найтменом, потому что был оккультистом! Он повернулся к Йейтсу.

   – Раз у тебя такие близкие отношения с этим парнем, то ты, должно быть, клиент торгового дома?

   Йейтс спокойно кивнул. Он действительно заслуживает того, чтобы его называли будущим литературным гигантом: даже если перед ним рухнет гора, он останется невозмутимым.

   Мисс Кью и мистер Эр познакомились с Дуань Фэйчжоу позже, поэтому испытали меньший шок, нежели Ксенофонт.

   – Невероятно, что наш самый разыскиваемый преступник все это время находился рядом с нами, – сокрушался мистер Эр. – На твоем месте я бы просто заложил бомбу в Скотленд-Ярде. Бум! Быстро и просто...

   – Я не желаю вам зла, – перебил его Дуань Фэйчжоу. – Я никогда не раскрывал секреты Найтменов и не раскрою вам секреты других оккультистов.

   – Ты и не можешь раскрыть их, – сказала мисс Кью. – Ты сам связан тайным договором.

   – Что нам с ним делать? – Ксенофонт, не переставая, поглядывал на Зета, спрашивая мнение своего начальника. Но тот промолчал, будто не услышал вопроса, и полностью передал допрос своим подчиненным.

   Ну, этот парень, должно быть, расстроен, поэтому поручил нам всю грязную работу, с уверенностью подумал Ксенофонт. Но босс есть босс. А Ксенофонт даже до владельца торгового дома докопается. И будет этим всю жизнь хвастаться

   – Думаю, сначала нужно его запереть, – предложил он. – После этого мы сможем все спокойно обсудить.

   Мисс Ачесон спросила:

   – Что нам делать с Тайным Торговым Домом? Мы не можем просто позволить ему... существовать.

   Ксенофонт вопросительно посмотрел на Дуань Фэйчжоу.

   – Есть ли способ закрыть торговый дом?

   – Когда меня нет, торговый дом, естественно, закрыт, – ответил Дуань Фэйчжоу.

   – Но ты можешь входить и выходить из торгового дома с помощью этого заклинания, верно? – Ксенофонт достал бумажку с заклинанием. В глазах Найтменов это была обычная белая бумага. – Если ты нарисуешь еще одно заклинание, разве ты не сможешь снова свободно входить и выходить?

   Дуань Фэйчжоу замер. Он не рассматривал такую возможность. Что произойдет, если одновременно будут существовать два таких заклинания?

   – Я не пробовал, – честно ответил он.

   – Тогда пробуй прямо сейчас. – Экспериментаторски настроенный Ксенофонт попросил мисс Ачесон принести ручку и бумагу и переместил Дуань Фэйчжоу к столу. – Нарисуй для меня.

   Дуань Фэйчжоу всегда обладал хорошей памятью на геометрические фигуры, и быстро нарисовал семиконечную звезду — магический круг торгового дома. Он нажал на магический круг, но ничего не произошло. Он тщательно проверил нарисованные линии. Все было правильно. Заклинание не было недействительным из-за неправильного начертания.

   Используя свои знания тайной геометрии, он обнаружил несколько необычных линий в магическом круге, которые образовывали треугольник с внешней стороны семиконечной звезды.

   В тайной геометрии треугольники имеют много значений: стабильность, троичность, уникальность...

   – Думаю, что если два заклинания существуют одновременно, то в силу вступает только первое, – заключил он.

   – Ты же не специально нарисовал его неправильно? – Ксенофонт опасно улыбнулся.

   – Какая мне от этого польза? – Дуань Фэйчжоу пристально посмотрел на него.

   – ...Верно.

   Мисс Ачесон подняла два кусочка бумаги с заклинанием.

   – Должны ли мы конфисковать все вещи в торговом доме?

   Мисс Кью согласилась:

   – Предметы в торговом доме — чрезвычайно мощные оккультные предметы, поэтому лучше, если они будут под охраной Найтменов.

   – Но если мы войдем в торговый дом, разве тайный договор не вступит в силу и для нас? – спросил мистер Эр, нахмурившись.

   Ксенофонт похлопал Дуань Фэйчжоу по плечу.

   – Тогда пусть парень сам их вынесет.

   Мисс Ачесон сказала:

   – Поскольку действует только первая версия заклинания, его хранение равносильно владению ключом от торгового дома. Неважно, будут ли оккультные предметы вынесены или нет.

   Остальные кивнули в знак согласия.

   Мисс Ачесон порвала рисунок, который только что нарисовал Дуань Фэйчжоу, и передала старый Зету.

   – Босс, думаю, вам следует оставить его себе.

   Зет колебался, но все же медленно взял бумагу, с некоторым недоумением глядя на нее. Через некоторое время он стряхнул пепел с сигареты и, подняв подбородок, обратился к Ксенофонту:

   – Заприте его в темнице.

   «Его» означало, конечно же, Дуань Фэйчжоу.

   Йейтс посмотрел на него с беспокойством.

   – Подождите. Мистер Честер, он действительно...

   Ксенофонт повернулся к Йейтсу с ухмылкой.

   – Я почти забыл о тебе. Теперь давай поговорим о твоих делах.

⚙ ⚙ ⚙

   Дуань Фэйчжоу сидел в подземелье Скотленд-Ярда.

   Это его третий визит в это место. В первый раз он пришел сюда, чтобы понаблюдать за Джеком-Потрошителем. Во второй раз он унаследовал две психические силы и был заперт, чтобы они не вышли из-под контроля.

   В третий раз...

   Дуань Фэйчжоу прислонился к холодной стене, пытаясь свернуться в комочек, чтобы согреться.

   На дворе было начало лета, но в подземелье холодно, как в морге. Как долго его будут держать здесь? Пока Найтмены обсудят, какое наказание ему следует назначить? Или это будет пожизненное заключение? Даже если он умрёт здесь, его душа не сможет сбежать?

   В этом случае он больше никогда не сможет увидеть Зета.

   Этот венок, эти страстные поцелуи... все это было похоже на сон, слишком прекрасный, чтобы быть реальностью. Теперь сон закончился, и все разрушилось.

   С другой стороны стены раздался кашель.

   – Эй, сосед, – прозвучал приглушенный голос. – Новенький?

   – ...Палмер? – Дуань Фэйчжоу узнал голос. – Ты еще жив?

   – Черт, это ты! – Палмер воодушевился. – Как ты тоже здесь оказался? Что натворил? Занимался медицинской практикой без лицензии?

   – Нет, – вздохнул Дуань Фэйчжоу.

   – Продавал поддельные лекарства?

   – Я что, такой человек?

   – Занимался гомосексуализмом?

   Дуань Фэйчжоу: "..."

   Почему он опять столкнулся с этим крысоподобным оккультистом? Если бы Палмер не обратился к нему за лечением, он бы не встретил Зета и остальных. Теперь, будучи узником, он отличный сосед для Палмера.

   – Может быть, ты на самом деле тоже оккультист? – крикнул Палмер. – Я уже тогда понял, что ты необычный. Ты даже от своих собратьев это скрыл. Как неэтично!

   – Я стал оккультистом только позже, – оправдывался Дуань Фэйчжоу.

   – Неважно, в каком порядке! Знаешь, я слышал, что если ты готов присоединиться к Найтменам, ты можешь стать свободным. Я обдумываю это. Хочешь присоединиться ко мне?

   Дуань Фэйчжоу криво улыбнулся.

   – Боюсь, что не могу.

   – Почему?

   – Наверное, потому что я был Найтменом, хотя и недолго и неполный рабочий день.

   Палмер: ???

   После долгой паузы он с благоговением произнес:

   – Так ты работал под прикрытием в Скотленд-Ярде и тебя раскрыли?

   – Вроде того.

   – ...Здорово.

   Услышав похвалу от Палмера, Дуань Фэйчжоу чуть не разрыдался.

⚙ ⚙ ⚙

   В подземелье, где солнце и луна были скрыты, он не мог сказать, сколько времени пробыл в подземелье. Найтмены приносили еду и воду два раза в день и уносили горшок. (Дуань Фэйчжоу не знал, кто выполнял эту работу. Он предполагал, что это могла быть мисс Ачесон, потому что шаги в коридоре всегда были очень тихими, как у женщин).

   Поначалу Дуань Фэйчжоу считал дни по количеству раз, когда приносили еду, но со временем сбился.

   В подземелье находилось больше одного оккультиста, и время от времени он слышал истошные вопли или отчаянные бормотания слева и справа. Он не знал, где содержится мадам Бойл. Найтмены специально разделили их.

   Единственный, кто еще оставался адекватным и мог разговаривать, был Палмер. Благодаря разговорам с ним Дуань Фэйчжоу не впал в состояние безумия, как другие заключенные.

   – Где твой товарищ, Голдштейн?

   – Он не оккультист. Он где-то в другом месте.

   – Разве ты не вызвался добровольцем в Найтмены? Почему ты все еще здесь?

   – Чёрт возьми, заткнись! Они просто ещё не раскрыли мои сильные стороны!

   – Кстати, почему тебя вообще преследовали Найтмены?

   – Просто невезение. Я раскрыл свою личность оккультиста перед тем слепым детективом. Черт, он же явно слепой, как он мог узнать, что я оккультист?!

   – Теперь он уже не слепой.

   – Это же еще хуже!

⚙ ⚙ ⚙

   Проведя в заключение неизвестно сколько дней, Дуань Фэйчжоу полностью потерял надежду обрести свободу. Он был готов остаться соседом Палмера до конца своих дней. Однако однажды к нему пришел неожиданный гость.

   В коридоре раздался шум шагов, и в подземелье вошло несколько человек.

   Палмер воскликнул с восторженной радостью:

   – Леди и джентльмены Найтмены! Я добровольно присоединяюсь к вам! Пожалуйста, выпустите меня! Я буду хорошим человеком!

   Однако никто не обратил на него внимания. Группа остановилась перед камерой Дуань Фэйчжоу, и замок с оккультным заклинанием щелкнул.

   – Зет! – Дуань Фэйчжоу вскочил с надеждой.

   Однако в дверь вошел не тот беловолосый Найтмен, которого он так долго ждал.

   – Вот мы встретились снова. – Секретарь Картер высокомерно оценивающе посмотрел на Дуань Фэйчжоу.

   Ксенофонт и мистер Эр стояли за дверью, с тревогой наблюдая за всем этим.

   – Почему это ты? – Дуань Фэйчжоу поднял брови.

   – Что это за тон? – Картер презрительно посмотрел на него. – Я пришел, чтобы выпустить тебя, а ты так со мной разговариваешь? Похоже, кому-то действительно нужно научить тебя этикету, чтобы в будущем не опозориться.

   – Ты? Выпустить меня? – Дуань Фэйчжоу все больше удивлялся.

   Картер фыркнул и махнул подбородком двум Найтменам позади него:

   – Уведите его.

   Ксенофонт и мистер Эр переглянулись и пожали плечами. Они вывели Дуань Фэйчжоу из камеры и последовали за Картером на поверхность. Дуань Фэйчжоу думал, что они идут в Отдел по расследованию аномальных случаев, но они прошли мимо двери офиса и вышли из здания Скотленд-Ярда.

   – Куда мы идем? – шепотом спросил Дуань Фэйчжоу у Ксенофонта.

   – Не спрашивай меня. Я тоже не знаю, – пробурчал Ксенофонт.

   У двери их ждал роскошный экипаж. Ксенофонт затолкал Дуань Фэйчжоу в карету, сам остался на земле и молча отсалютовал ему. Картер сел в карету и понюхал воздух с выражением отвращения. Дуань Фэйчжоу провел слишком много времени в подземелье и пах весьма неприятно.

   Карета покинула Скотленд-Ярд и направилась в район, где Дуань Фэйчжоу никогда раньше не бывал. Он задал Картеру тот же вопрос:

   – Куда мы едем?

   – Узнаешь, когда приедем, – ответил Картер, придвигаясь ближе к окну.

   Экипаж выехал из центра Лондона и въехал в сельскую местность, а затем направился к обширному поместью. Поместье было гораздо роскошнее, чем поместье Перлилла, и больше походило на дворец, чем на поместье. Карета остановилась перед задней дверью дворца, и Картер моментально выпрыгнул их нее, чтобы подышать свежим воздухом.

   Два солдата в красной форме подошли и вытащили Дуань Фэйчжоу из кареты.

   – Отпустите меня! – крикнул он. – Что это за место?

   Солдаты молчали, сопровождая Дуань Фэйчжоу во дворец. Они долго блуждали по лабиринту коридоров и, наконец, вошли в ванную комнату.

   Ванна уже была наполнена горячей водой, а на полке рядом лежали мыло и аккуратно сложенные полотенца. Два хорошо одетых лакея подошли, приняли Дуань Фэйчжоу из рук солдат, без слов сняли с него вонючую одежду и толкнули его в ванну.

   Секретарь Картер подошел к двери и приказал двум слугам:

   – Поторопитесь. Закончите через десять минут.

   – Да, Ваше Превосходительство, – уважительно ответили лакеи.

   – Подождите! Что вы делаете?

   Один слуга схватил полотенце, а другой достал банную щетку и начал мыть Дуань Фэйчжоу, словно кастрюлю или тарелку. Он кричал снова и снова, но хорошо обученные слуги, казалось, ничего не слышали. Они вымыли Дуань Фэйчжоу с головы до ног, побрили ему лицо, а затем принесли ему совершенно новый костюм. Завершающим штрихом они брызнули на него несколько раз духами.

   Из ванной Дуань Фэйчжоу вышел с покрасневшей кожей от их мытья.

   Секретарь Картер стоял у двери и критически осмотрел его с головы до ног. Надменно убрав часы обратно в карман, он произнёс.

   – Теперь ты похож на человека.

   Слуги передали Дуань Фэйчжоу солдатам. Они сопроводили его за Картером, который сказал:

   – Позже не открывай рот без разрешения.

   Группа спустилась по лестнице для слуг в холл, затем поднялась по главной лестнице и вошла в большую комнату на втором этаже.

   Это была самая роскошная комната, которую Дуань Фэйчжоу когда-либо видел. Пол был покрыт длинным красным ковром, стоимость которого можно было измерить в золоте за полметра. Над головой висела люстра, сделанная не из стекла, а из настоящего хрусталя. Вся мебель была изготовлена из ценного красного дерева, и каждый ее сантиметр украшен изысканными и великолепными рельефами.

   В просторной комнате находилась только одна женщина. Она сидела в кресле с высокой спинкой и читала книгу, положив ее себе на колени. Она была старой, с седыми волосами и глубокими морщинами. Она носила великолепное белое платье, дополненное голубой лентой, пересекавшей её грудь. В молодости она, возможно, была стройной красавицей, но время не щадит людей, и теперь она располнела.

   Два солдата выпрямили спины и отдали честь женщине. Секретарь Картер, с другой стороны, глубоко поклонился, согнувшись почти на девяносто градусов в талии. Увидев, что Дуань Фэйчжоу стоит в оцепенении, он быстро надавил на его спину, заставив его тоже поклониться.

   Женщина подняла голову и кивнула солдатам.

   – Благодарю вас, джентльмены.

   Солдаты быстрым шагом покинули комнату.

   В мире есть только одна женщина, которая может добиться такого повиновения от солдат и такого подобострастия от Картера. Та женщина, которая стояла на вершине этой страны и дала имя целой эпохе.

   Дуань Фэйчжоу понял, что стоит перед королевой Викторией.