Кто спасёт мир, если не мы?

Раннее утро. Провинция Айн-Боал. Северное государство Валтор-Йан.

Она не могла раскрыть глаза, во рту пересохло, и девушка опять боялась. Тупая ноющая боль, казалось, везде, даже в таких местах, о которых Радиола и не подозревала. Чувство сильного дежавю посетило её, но сейчас память услужливо подбрасывала вчерашние события и картинки, вызывая тошноту от одного только воспоминания о расчленённых телах.

Были в её положении и плюсы, правда, немного сомнительные (совсем чуть-чуть, самую капельку). Она не мёрзла; огонь, разведённый кое-как и из чего попало, до сих пор горел, посылая тёплые волны по телу вымученной девушки. Из выбитых окон светлели лучи восходящего светила: Йахон совсем не грел, но ясные лучи давали понять, что сейчас раннее утро.

Радиола проспала целые сутки, если не больше. Ничего не ела и не пила. Голод не мучал девушку, а вот пить хотелось сильно, лишь бы выгнать вкус гнили изо рта, поэтому ей пришлось привстать и начать растирать сначала голени, а затем и икры.

Через, казалось бы, вечность девушка разогрела ноги и смогла, пошатываясь, встать. Это была маленькая победа, которую ознаменовал её слабый радостный вскрик. Опираясь о стенку, несмелыми шагами она вошла в бывшую кухонную зону. Порывшись в шкафчиках и погребе, Радиола нашла пару мешков с крупой, правда, оба на половину были опустошены, но это всё мелочи, ведь была найдена почти целая палка колбасы! Это ещё одна победа! Хотелось прыгать от счастья, но пить хотелось больше, поэтому Радиола вернулась из погреба на основную кухню. Открыв кран, она увидела как ржавая вода выходит; запах не из приятных, особенно учитывая вонь крови, просочившуюся и сюда. Вот вода более-менее чистая и можно пить, но что-то остановило Радиолу. Она лучше принюхалась и присмотрелась к стакану, поднеся близко к глазам; через мгновение кружка полетела в какой-то ящик, а сопровождал полёт девичий визг. Вот и голос прорезался. Глядишь, и побежит скоро...

Дело в том, что вода вся провоняла кровью, а это означало только одно: чей-то труп забил водопровод, а его кровь пошла по трубам с водой, и в стакане плавали полупрозрачные мелкие черви. Так как источник был один, то подача живительной влаги шла по единой линии, и во все дома отходили трубы именно от неё. Значит, труп находился у источника и вся вода заражена. Сей факт расстроил Радиолу и ей подумалось, что легче было бы написать прошение пару лет назад об открытии второго источника, но чего нет, того нет. Всё сами...

Наполняя стакан ещё раз, Рада была занята совсем не радужными мыслями. Она нашла песок в одном из мешков погреба и порадовалась запасливости хозяина местного заведения. Профильтровав воду через полотницу с песком, Рада заметила, что влага стала менее мутной. Это наблюдение дало девушке надежду о правильности своих действий.

Через некоторое время таких фильтраций полотница стала совсем грязно-серой, с мутными разводами зелёного, синего и красного. Значит, труп у источника не один... С помощью той же полотницы не пропускались полупрозрачные черви. Так Рада нафильтровала целую бадью, больше похожую на бочку. Искупалась в немного сохранившей тепло воде, перед этим вдоволь напившись её. Также была съедена палка колбасы и некоторые крупы. Как говорилось у них в провинции, в голодовку и крошки хлебные - пироги.

Всё-таки Рада не окрепла до конца, несмотря на все знания и бытовые хитрости, которым обучала её мать... При мысли о доме сердце пропустило болезненный удар и глаза мгновенно заслезились, в горле встал противный ком, который нельзя было сглотнуть. Отгоняемая неизбежность сдавила тисками и вогнала в клетку отчаяния. Дав волю переживаниям, девушка сползла по стенке и зарыдала. Громко и протяжно выла, пока не охрип голос; затем пошли частые всхлипывания, бессвязное бормотание и ощущение, будто она сошла с ума и это произошло не с ней.

Рада с головой ушла в свой мирок, не желая признавать действительность. Это всё сон. Или нет? Тоненький голос разума пытался противостоять чувствам, но ничего не выходило, и Радиола потерялась во времени. Сколько часов она рыдала? Рыдает ли до сих пор? Не хотелось верить. Всё это бред! Она дома! Спит в своей вудовой кровати, под толстым и колючим, но таким тёплым одеялом из шерсти быйцев. Мама сейчас разбудит её, и они вместе пойдут готовить завтрак отцу и братьям, а потом девушка сходит на ярмарку или базар за всем нужным. Это явь! А разрушенные здания и горы трупов - дурной сон! Нет! Да! Нет! Эй! Очнись! Что с тобой, девчонка?! Кто ты?! Ты слышишь меня?!

Кто-то настойчиво тормошил Радиолу за плечи, но не увидя результата, просто дал пощёчину. Наотмашь, хладнокровно. Обычно он не бьёт женщин, но если ситуация того требует, он это делает, как сейчас.

Вооот... Какой-то эффект есть. Она больше не скатывается в истерику. Всхлипывает, но больше не "уходит в мир иной", не бормочет что-то бессвязно и не кричит всякие абсурдные фразы.

- Ну зачем же так радикально, Ватх? Мог бы и холодной воды вылить, жаль девушку... - осматривая Радиолу, произнесла Мелисса. Рада же опасливо косилась на неё, исподлобья рассматривая косой шрам девушки, что забавляло Жеталь, стоящую рядом с молчаливым и, как всегда, угрюмым ферром.

- Лучше переработать, чем недоработать! - пробасил и поднял указательный палец вверх, наставляя, Ватх.

- Так как тебя зовут? - спросила наконец Жеталь. - Или тебе память отшибло, пока ты тут убивалась горем?

- М-м-моё имя Ра-ра-радиола В-в-вайс, - начала девушка, запинаясь. Было видно, что она не успела прийти в себя до конца.

Но недолго помолчав для того, чтобы собрать убегающие мысли, возобновила рассказ:

- Я старшая дочь местного охотника и лесника Муарина Вайса и швеи Чекаллы Вайс, - ответить она ответила, но внутри всё буквально переворачивалось при упоминании родителей. Скрывать что-то не было смысла, поэтому продолжила. - Мне двадцать лет, и, видимо, я единственная выжившая в этом городе, - голос не задрожал при последней фразе, что только придало уверенности девушке, учитывая недавнее помутнение.

- Отец тебя чему-нибудь научил? - спросила тут же Мелисса, задумчиво потирая подбородок, опёршись локтями о бортики своего походного кресла. - Или не успел? - прежде всего ей была важна практическая выгода, которую можно было бы получить от данной химы.

- Я хорошая лучница, умею снимать шкуры с пойманных животных и дичи. Хорошо готовлю, шью одежду и могу мыть её, - немного сощурила глаза Рада, старательно ища подвох, но через несколько секунд всё же решилась задать вопрос. - А вы кто и куда направляетесь?

- Мы из соседней провинции Айн-Торс, я глава той стороны Мелисса ворт Яон, это моя сестра Жеталь ворт Яон и наш охранник Ватх Ямир, - девушка указала взмахом руки на младшую, что тут же скорчила смешную рожицу, высунув язык, и телохранителя, просто кивнувшего в знак приветствия, - наш путь проходил через вашу провинцию в столицу.

- Вы хотите уплыть куда-то? Бросаете свою сторону на растерзание сиольцам? - цинично усмехнулась Рада.

Ей было уже всё равно на себя, но судьба страны, которую она считала своей Родиной и в которой выросла, волновала и тревожила. Мелисса поморщилась при упоминании сиольцев:

- Я еду на Коган всех провинций северного и западного государств, чтобы отстоять право моей стороны на суверенность и независимость, - холодно, но с достоинством ответила девушка, - если хочешь, можешь отправиться с нами, - предложила уже более благосклонно.

- Хорошо, но при одном условии.

- Каком? - чисто из-за интереса спросила глава.

- Я с вашей помощью убью Цодерра Сиола. Я слышала о богатствах твоей провинции и сама видела как живут твои люди, думаю, ты в состоянии обеспечить покушение, - с непоколебимой уверенностью сказала Радиола, а Ватх заинтересованно покосился в её сторону, но любопытные мысли оставил при себе.

- А тебе не кажется, девочка, - голос Мелиссы приобрёл ехидные интонации, скрывающие сталь, - что ты себя переоцениваешь совсем чуть-чуть, вот на стооолечко, - и сузила указательный и большой палец так, что расстояние между ними стало очень крохотным. - Моя сторона и правда очень богата, но этого в любом случае не хватит для победы в открытом конфликте только нашей провинции против Цодерра Сиола. И вообще я предложила тебе помощь только потому, что понимаю твои мучения из-за ног. Посмотри на мои внимательнее и осознай, кто ты сейчас для меня: зарвавшаяся девчонка или потерянная северянка, которой нужна помощь.

Радиола недоверчиво покосилась на Мелиссу, но всё же опустила взгляд на её ноги предельно осторожно, чтобы это не выглядело как коленопреклонение, и обомлела. Они лежали аккуратно друг к дружке, немного наклонённые вправо; худые настолько, что кости колен угадывались под утеплёнными шерстью изнутри, обтягивающими штанами. Руки Мелиссы были тонкими и чересчур бледными для аристократии, как и кисти рук: узкие ладони с небольшими синими прожилками вен. Но это же купра, а у них за счёт синей крови кожа приобретает синеватый оттенок. Худое, с правильными чертами лицо: большие глаза чернильно-синего цвета, смотрящие, казалось, в самые тёмные глубины души, обрамляющие их длинные и пушистые ресницы; узкий, слегка вздёрнутый носик; кустистые, но аккуратные брови, сейчас слегка сдвинутые к переносице, обозначающие задумчивость хозяйки; на взгляд Рады, тонковатые губы складывались в горькую усмешку, а острый подбородок подпирали ладони с тонкими длинными пальцами; высокий лоб не имел ни единой морщинки, что при её положении очень большая редкость; густые волосы глубокого синего цвета, сейчас заплетённые в две сложные косы, спускающиеся ниже талии и перекинутые через плечо. Куколка, а не глава богатейшей провинции северного государства Валтор-Йан, если бы не шрам, идущий от виска и змеившийся дальше, уходящий под ворот тёплой походной рубашки с причудливым узором.

По мере рассматривания Радиолой, купру то посещала горькая усмешка, то глубокая задумчивость, связанная с вопросами о дальнейшем передвижении. Ведь вместе с ней никого не было, кроме Ватха и Жеталь. Как перевозить боалку? Она, Мелисса, едет на полозьях, закреплённых за ездовыми барсами, за ней, направляя движение и стоя на краю полозьев, едет Ватх, а Жеталь верхом на своём барсе.

Откреплять от повозки ещё одного для девчонки? Или предложить место рядом? Думается Мелиссе, что боалка совсем не умеет ездить верхом, но это надо уточнить: в этом девушка большой проблемы не видела, но вот хватит ли провизии? Конечно, Ватх распорядился о запасном провианте, но всякое может случиться, тем более обвалы и снегопады никто не отменял...

- Хорошo, я с вами, всё равно меня тут ничего уже не держит, - голос её дрогнул, но Радиола замяла в корню желание поплакаться кому-нибудь в жилетку.

- Отлично, в таком случае выдвигаемся сейчас. Ватх, одень её в тёплые вещи и помоги дойти до повозки. Кстати, милая, ты умеешь ездить верхом?

- Да, но, боюсь, в таком состоянии я не смогу управиться с барсом.

- Тогда я потеснюсь, поедешь рядом со мной.

Вздохнув, девушка согласилась, напоследок бросив:

- Можете звать меня Радой.

- А ты меня Мелиссой.

- Никого не забыли? - ехидно спросила младшая. - Я приемлю обращение по имени, а Ватх - Ватх. Обращайся со всеми вопросами к нему или ко мне. Ты ведь марга, верно?

- Да. А вы сёстры-купры, и ваш телохранитель - ферр, - утверждая, произнесла Рада, решив, что к Ватху она как-то исторически ближе по расе, нежели, к купрам. Хоть они тоже теплокровные, но синий цвет крови немного отталкивал и настораживал. А вот у ферров кровь была тёмно-алой, почти как у самой Рады. Но всё же темнее, ведь кровь маргов имела малиновый цвет.

Приняв такое решение, девушка незаметно облегчённо выдохнула. Хотя бы какое-то постоянство в непредсказуемом будущем ей не помешает, даже такое призрачное и шаткое - слишком уж много потрясений на маленькую и беспомощную голову хрупкой девушки. Между прочим, голова у Рады всего одна и терять её так бездарно она не позволит. Вот так.

Следя за сменой эмоций в глазах молоденькой марги, Ватх подумал, что зря глава берёт с собой её. Лишний рот - обуза в таком непростом и, несомненно, опасном путешествии, но приказы начальства обсуждению не подлежат. Или сам ферр не особо против? Ведь достаточно приближен к главе, чтобы попробовать оспорить её решение или посоветовать более разумный и менее рискованный план действий. Но сейчас предпринимать что-либо было бы верхом глупости, потому как ещё не известно будет ли какой-то толк от марги. Или всё же лучше от неё по-тихому избавиться... Ватх тяжело вздохнул, так и не придя к единому решению всех проблем, и отложил их обмозгование на потом. Надо же переодеть боалку в тёплые вещи и освободить место рядом с главой.

Они выдвинулись через два часа после оговаривания всех деталей. До столицы-порта нужно ехать ещё две ночи от Айн-Боала, учитывая всего пять остановочных пунктов. Ведь если химы могут перекусить в дороге, то барсов нужно кормить только при остановках. Так договорившись, они выехали.

Радиоле что-то снилось. Какие-то рваные образы, картинки, насквозь провонявшие кровью и слезами. Боль потери, крики страха и мольбы о пощаде - всё слилось для неё в один адски звенящий гул, наполнявший голову и делавший её тяжёлой и неподъёмной. Хотелось закрыть уши руками, чтобы не слышать чужих голосов, криков и сумасшедших визгов, но рук не было. Были лишь кровяные потоки, что являлись смесью, огнём проходящей по жилам и выжигавшей всю силу из тела девушки, превращая его в труху, золу и прах убийцы. Она их убила, не осознавая, что делает, её инстинкты взяли вверх.

Во всём виновата она. Но почему именно сейчас? Что заставило Сиола призвать мёртвую кровь в девушке, разрушив все шансы на простую жизнь своего единственного чада? У неё даже был ясный ответ - корысть, ведь отец даже не знает, где его мёртвое дитя. Надеялся на массовое убийство в большой провинции? Столице? А что получил? Теперь Радиола не марга, а мёртвая кровь. Она, не торопясь, гниёт изнутри, разлагается физически и морально. Мучительно медленно сходит с ума. И если не убьёт Цодерра Сиола, то никогда не успокоит мёртвую кровь в себе. Знает ли об этом отец? И что он будет делать? Давно пора было выйти из тени, чтобы совершить возмездие. Но мы имеем то, что имеем.

Резко открыв глаза, как от толчка, Радиола поняла, что действовать придётся быстро. И, что самое плохое, по обстоятельствам, без какого-либо плана.