Глава 29.выяснение отношений
Стив и Злата только что вернулись от сарая Рика-Наркомана. Стив был на взводе — без своей верной биты он чувствовал себя почти голым, а вид перепуганного Эдди с розочкой от бутылки до сих пор стоял перед глазами.
У крыльца их ждали. Уилл стоял, опершись на руль своего велосипеда, выглядя бледным и потерянным. А рядом, нагло усевшись прямо на ступеньки крыльца Стива, сидела Стейси. Она крутила в руках брелок и недовольно морщилась от вечерней прохлады.
— Ну наконец-то! — Стейси вскочила, как только захлопнулась дверца машины Стива. — Уилл, я же говорила, что они где-то шляются. Мы тут уже полчаса торчим!
Злата вышла из машины, не глядя на неё. Её шатало от усталости, а в голове до сих пор эхом отдавался скрежет, который она почувствовала в Изнанке.
— Злат, — Уилл сделал шаг навстречу, бросая велосипед прямо на траву. — Дастин сказал, вы нашли Эдди. Это правда? Он... он правда это сделал с Крисси?
— Конечно, он! — влезла Стейси, подходя к Уиллу и собственнически хватая его за локоть. — Весь город об этом трубит. Он же ненормальный, этот ваш Мансон. Уилл, пойдем отсюда, пока нас не впутали в этот криминал. Мои родители с ума сойдут, если узнают, что мы общаемся с друзьями убийцы.
Злата остановилась у самой лестницы. Она медленно повернула голову к Стейси. В её глазах, обычно глубоких и спокойных, сейчас плескалась темная, холодная бездна.
— Твои родители «сойдут с ума»? — тихо переспросила Злата. — Стейси, если ты сейчас не заберешь свой велик и не укатишься отсюда в свой стерильный район, я сама помогу тебе «сойти с ума». Только это будет не метафора.
Стейси поперхнулась воздухом. Она привыкла, что Злата — «странная и тихая», но сейчас от нее исходила такая угроза, что у Стейси задрожали коленки.
— Уилл, ты слышишь? — пискнула она, сильнее вжимаясь в его плечо. — Она мне угрожает! Она совсем с катушек съехала после того, как пропала!
Уилл посмотрел на Злату. Он видел, как у неё мелко дрожат пальцы, и почувствовал тот самый запах озона — предвестник бури.
— Стейси, хватит, — Уилл резко высвободил руку. — Злата права. Ты ничего не понимаешь. Тебе лучше уехать. Прямо сейчас.
— Что?! — Стейси округлила глаза. — Ты из-за этой сумасшедшей меня прогоняешь? Мы же договаривались поехать в парк!
— Парка не будет, — отрезал Стив, обходя их и открывая входную дверь. — В городе комендантский час, если ты не заметила. Уилл, заходи. Стейси — домой. Быстро.
Стейси в ярости топнула ногой, схватила свой велосипед и, выкрикивая ругательства про «ненормальных Харрингтонов», укатила прочь по темной улице.
Когда она скрылась за поворотом, Злата тяжело опустилась на ступеньку, где только что сидела эта девчонка. Она закрыла лицо окровавленными и сбитыми руками.
— Уилл, — прошептала она, не поднимая головы. — Макс видела часы. Она следующая. Нам плевать на Стейси, на школу, на всё... Эдди не убивал. Это Векна. И он уже здесь, в Хоукинсе.
Уилл сел на корточки рядом с ней. Он хотел коснуться её плеча, но побоялся — Злата казалась натянутой струной, готовой лопнуть в любую секунду. Стив стоял в дверях, глядя на них двоих, и понимал: их детство закончилось окончательно. Впереди были только тени и тиканье невидимых часов.Стив посмотрел на Уилла, потом на Злату, и в его взгляде больше не было злости — только бесконечная усталость и понимание. Он молча кивнул, подхватил свои ключи и зашел в дом, тихо прикрыв за собой дверь. На крыльце воцарилась тишина, нарушаемая только стрекотом сверчков и далеким гулом города, который еще не знал, что его ждет.
Злата сидела на верхней ступеньке, не поднимая головы. Уилл медленно опустился рядом, оставив между ними небольшое расстояние, словно боялся спугнуть этот момент хрупкого спокойствия.
— Она уехала, Злат, — тихо сказал Уилл, глядя на свои кроссовки. — Прости за неё. Я... я не знал, как ей объяснить, что всё изменилось.
Злата медленно подняла свои ладони и уставилась на них. Костяшки были сбиты, кожа покрыта мелкими порезами и серой пылью, которая, казалось, въелась в поры навсегда. По щеке скатилась одинокая, горячая слеза, оставив светлую дорожку на лице.
— Дело не в ней, Уилл, — её голос был тихим, лишенным прежней резкости. — Дело в том, что я видела там, в Изнанке. Пока ты был в Калифорнии, я... я каждый день умирала и рождалась заново. Я слышала твой голос, я видела тебя в отражениях воды, но не могла дотянуться.
Она всхлипнула, и еще одна слеза упала прямо на её разбитую ладонь.
— Я вернулась другим человеком. У меня внутри теперь холод, который не проходит даже под солнцем. А ты... ты приехал с этой Стейси, со своими обычными проблемами, с рассказами о школе. И мне стало так больно, будто я вернулась, а моего места больше нет. Будто я — лишняя деталь в твоей новой, нормальной жизни.
Уилл слушал, не перебивая. Он видел, как дрожат её пальцы, и чувствовал, как его собственное сердце сжимается от вины.
— Ты никогда не будешь лишней, — прошептал он, наконец решившись сократить расстояние и положить свою руку рядом с её, но не касаясь. — Я уехал, потому что мама так решила. Но я ни на день не переставал думать о тебе. Стейси... она просто шум. Она была рядом, когда было невыносимо тихо, но она — это не ты. Я не знал, как вести себя с той Златой, которая вернулась. Ты стала такой сильной, такой... пугающей. Я побоялся, что я тебе больше не нужен.
Злата повернула к нему лицо. Глаза, полные слез, блестели в свете фонаря.
— Ты мне нужен больше всего на свете, Уилл Байерс. Но не для того, чтобы защищать меня от Стейси или возить на велосипеде. Мне нужно, чтобы ты просто верил мне. Потому что Макс... она видит часы. И я чувствую, как Векна смеется у меня в голове.
Она снова посмотрела на свои руки, сжимая их в кулаки.
— Я не хочу быть «противной» или злой. Я просто очень боюсь, что если я расслаблюсь хоть на секунду, этот холод из Изнанки заберет меня обратно. И на этот раз навсегда.
Уилл медленно накрыл её окровавленную ладонь своей. На этот раз Злата не отстранилась. Она прислонилась лбом к его плечу, и её плечи задрожали от беззвучного плача. Это было самое честное и спокойное выяснение отношений в их жизни — на руинах их детства, под тиканье невидимых часов Векны.