Тени сна.
Минхо проснулся от лёгкого касания - неосознанного, почти случайного. Он открыл глаза и замер.
Каэлин лежала рядом, уткнувшись носом в его грудь, ладонь - у него на рубашке, дыхание - ровное, глубокое. Её волосы щекотали его подбородок. Лицо - спокойное, расслабленное, чуть припухшее от сна.
Он не двигался. Просто смотрел. И улыбался - очень тихо, внутренне.
Никто никогда не прижимался к нему так искренне, так невинно. Как будто в этом жесте - весь вчерашний страх и вся сегодняшняя надежда.
Минуты текли.
Каэлин шевельнулась, медленно открывая глаза. Она не сразу поняла, где находится. Но когда её взгляд сфокусировался - и она увидела, куда уткнулась - она отпрянула, как будто её обожгло.
- Ч-что?! - выдохнула она, резко сев. - Ты... Ты чего лёг со мной?!
Минхо приподнялся на локтях, зевнул и совершенно спокойно сказал:
- Это не я начал. Ты сама разрешила. Сказала: "Можешь лечь рядом, если хочешь".
Она вспыхнула. Вся.
- Я... я не помню! - выдала она, уставившись в сторону.
- Зато я помню, - усмехнулся он. - Ты ещё отвернулась и тут же захрапела. Очень трогательно.
- Я не храплю! - сердито, с полувозмущением, полустыдом.
Минхо сел, потянулся и нарочно не смотрел на неё слишком пристально, чтобы не смущать ещё больше.
- Не храпишь. Но смешно дёргаешь пальцами во сне, - добавил он с мягкой улыбкой.
Каэлин фыркнула, но не смогла скрыть, как уголки её губ чуть дрогнули.
Она поднялась, поправила волосы, отвернулась. А Минхо всё ещё чувствовал на себе тепло её сна. То самое утреннее чудо, когда время будто остановилось.
Никто из них не говорил - но между ними что-то сдвинулось. Невозможно точно сказать, в какую сторону.
Но стена стала чуть ниже. Воздух - легче.
И пока снаружи всё ещё не открылась дверь, внутри - в них - уже приоткрылась щёлка.
Стук.
- Эй, голубки, вы живы там? - доносится голос Ньюта из-за двери. - Или уже перебили друг друга?
Каэлин вздрогнула, бросив быстрый взгляд на Минхо. Он сидел на ящике, крутя в руках флягу с водой.
- Мы живы, - отозвалась она, спокойно, почти сонно.
- Помирились? - с привычной наглостью поинтересовался Ньют.
Каэлин открыла рот, чтобы что-то ответить, но Минхо вдруг перебил, не глядя на дверь:
- Нет.
Она резко обернулась к нему:
- Минхо!
Он пожал плечами:
- Мы не говорили. Не так, как надо. Ты сама этого хотела - помолчать.
- А я уже хотел вас выпустить, - сказал Ньют. - Ну, раз не помирились - сидите. У меня терпения хватит.
- Нью-у-ут, - с досадой протянула Каэлин, подойдя ближе к двери. - Я голодная. Очень.
- Я оставил вам яблоки. И воду. И обиды. Развлекайтесь, - без тени раскаяния сообщил он и удалился.
Дверь снова захлопнулась, и шаги Ньюта удалились. Минхо всё ещё стоял, глядя на неё исподлобья. Он казался спокойным, но в этом спокойствии что-то дразнящее витало.
Каэлин молча смотрела на него. Несколько секунд. А потом её лицо скривилось - не то от злости, не то от напряжения, не то от того, что всё кипело внутри.
- Зачем ты это сказал? - бросила она. - Нам бы открыли, мы бы ушли и сделали вид, что ничего не было.
Минхо, не торопясь, опустился на край ящика, заложив руки за голову.
- Вот именно. Сделали бы вид. А мне, если честно, надоело жить в "виде". Я хочу по-настоящему.
- По-настоящему? - язвительно переспросила она. - Мы с тобой... Мы вообще...
И вдруг с раздражением выпалила, слишком быстро, не подумав:
- Мы спали вместе, Минхо! Что тебе ещё нужно?!
Как только слова сорвались с губ, Каэлин будто замерла. Широко распахнутые глаза, мгновенное осознание, и она резко закрыла рот ладонью.
Минхо... усмехнулся. Медленно. Протяжно. Но не насмешливо - тепло, с чуть поднятой бровью:
- Ого... Значит, спали. Не знал, что уже можно называть это так. Если мы спали вместе, может, это уже помирились? Как молодая парочка. Романтично, мило... по-семейному почти.
- Н-нет! - Каэлин вспыхнула, словно от пламени. - Просто... ты сам сказал, что пол жёсткий! Я... Я... Я из вежливости! Ну... это было ничего не значит... - она запнулась, совсем растерявшись.
Минхо медленно поднялся. И сделал шаг. Ещё один. Каэлин отступила, пока спиной не коснулась деревянной стены. Он приближался медленно, взгляд не отрывая от её глаз. И снова то же ощущение, как в ту ночь - воздух стал тяжелее, тишина - плотнее.
- Ты всегда такая уверенная, - прошептал он, чуть склонив голову. - А сейчас вся дрожишь. Интересно, от злости... или потому что я так близко?
Каэлин глотнула. Её сердце билось невыносимо громко.
- Перестань... - выдохнула она, едва слышно.
- Скажи «нет» - и я отойду, - прошептал Минхо, склонившись чуть ближе.
Но она молчала.
Он не поцеловал её. Просто задержался на том расстоянии, где их дыхания смешались, и замер. Он не торопил. Он просто... был рядом. И это уже сводило с ума.
Время шло.
К вечеру Каэлин сидела на полу, обняв колени. Она смотрела в стену, не мигая. Минхо лежал на ящиках, руки за головой, насвистывая себе под нос.
Потом тишину прорвало её тихое:
- Что мне сделать, чтобы ты сказал «да»?
Минхо резко прекратил насвистывать. Медленно повернул голову.
- Что?
- Ну, чтобы нас выпустили. Чтобы ты сказал Ньюту, что мы... ну... помирились.
Минхо сел, облокотился на колени.
- Каэлин... - голос стал мягким, почти шёпотом. - Это не сделка. Это не «я скажу», если ты... что-то дашь. Я не держу тебя здесь. Я просто... хочу понять, есть ли у нас шанс. Или всё, что между нами - это ночной бред и случайное сближение?
Она посмотрела на него. В глазах - неуверенность. Слишком много эмоций. Слишком мало слов.
- Я... не знаю, - сказала она наконец. - Но я не хочу, чтобы ты уходил. Даже если злюсь. Даже если делаю вид, что безразлично.
Минхо посмотрел на неё так, будто весь её щит стал прозрачным.
- Тогда это уже «да».
Каэлин слегка улыбнулась. Почти незаметно. Но настоящая.
Он подошёл. Не слишком близко. Но достаточно, чтобы почувствовать тепло.
- Тогда завтра, когда он снова спросит, я скажу - да, мы помирились. - Он усмехнулся. - И добавлю: «И теперь нам нужен один общий гамак».
Каэлин хмыкнула:
- Даже не думай.
- Пока что, - с озорной искрой подмигнул Минхо.
Утро было прохладным, небо мутным, с редкими проблесками солнца сквозь серые облака. Дверь картохранилища скрипнула, когда Ньют её приоткрыл.
- Ну что, вы, голубки, помирились? - спросил он весело, заглядывая внутрь.
Каэлин мгновенно встала. Не оборачиваясь на Минхо, кивнула:
- Да. Помирились.
И почти бегом вышла наружу, будто всё это было просто частью скучного задания. Минхо, лениво потягиваясь, вышел следом, провожая её взглядом с лёгкой ухмылкой.
Ньют нахмурился, перехватил Минхо за локоть:
- Это у неё такой «помирились»?
Минхо только усмехнулся:
- Дай ей время. Она делает вид, что ей всё равно. А это всегда самое подозрительное.
Каэлин шла к своей хижине быстрым шагом, глядя строго перед собой, будто минувшие сутки были обычной сменой на кухне. На губах - ни тени улыбки, только сжатая линия, и на щеках, словно по привычке, лёгкая суровость.
Минхо, естественно, шёл следом.
- Каэлин! - позвал он, но она не остановилась. - Ты знаешь, что теперь это выглядит как побег? Прямо как после первого поцелуя у новичков. Никто не бежит так быстро просто из дружбы!
Каэлин не обернулась. Просто открыла дверь своей хижины, шагнула внутрь и, не теряя времени, начала закрывать её. Но...
Чья-то ладонь мягко, но твёрдо легла на дверь, не давая ей закрыться.
Каэлин резко дёрнулась, не ожидая. Инстинктивно, в одно движение, вытащила нож, прижала его к горлу вошедшего - дыхание участилось, тело в напряжении.
- Оу, вау, - хрипло и весело выдохнул Минхо, замерев с прижатым к шее лезвием. - А я думал, ты просто хочешь, чтобы я остался на ночь.
Каэлин выдохнула с силой, опуская нож, но всё ещё была напряжённой.
- Минхо! - прошипела она. - Ты совсем с ума сошёл? Я могла тебя поранить!
- Ну, по крайней мере, теперь я знаю, что ты действительно умеешь убивать, - хмыкнул он. - Впечатляет. Даже романтично... по-своему.
Каэлин отвернулась, пряча нож за пояс, и прошла чуть вглубь комнаты. Он закрыл дверь за собой.
- Что тебе нужно? - резко спросила она, не поворачиваясь.
- Услышать правду, - ответил Минхо. - Ты ведь солгала, когда сказала, что мы помирились. Просто хотела выбраться. И теперь делаешь вид, что между нами ничего не было. Почему?
Она медленно обернулась. В глазах - тревога, обида и нечто ещё: тоска, смешанная с виной.
- Потому что я... я не разобралась в своих чувствах, - произнесла она тихо. - Потому что мне страшно. Потому что я не знаю, что чувствую, а ты действуешь так, будто знаешь за двоих.
Минхо смотрел на неё внимательно. Не обвиняюще - с пониманием. Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один.
- Я не знаю всё. Я знаю только, что ты важна. И когда ты рядом - весь этот чёртов мир становится... не таким чёртовым.
Каэлин отвела взгляд, голос стал сдавленным:
- Я не солгала, чтобы тебя обмануть. Я просто... я хотела на воздух. Хотела уйти, потому что боюсь снова почувствовать что-то. Боюсь, что потеряю это. Тебя.
Он подошёл ближе, протянул руку, не касаясь её, просто давая выбор.
- Тогда не надо говорить ничего. Просто останься. Со мной. Сейчас.
Она долго смотрела на его руку. Потом - на его глаза. И шагнула вперёд, почти незаметно касаясь его пальцев своими.
- Только сейчас, - прошептала она. - Только немного.
- Мне этого достаточно, - мягко ответил Минхо. - Пока.
Снаружи начинался день, Луг жил своей жизнью. А в её хижине тишина уже не казалась пустой. Впервые за долгое время - она дышала ровно.
Каэлин резко поднялась с кровати, всё ещё смущённая, сердитая и абсолютно не способная разобраться в себе. Она посмотрела на Минхо, который вальяжно сидел у стены, будто хижина его, и выдала:
- Минхо.
Он поднял брови.
- Ммм?
- Ты что, жить тут собираешься?
Минхо усмехнулся: - А что? У вас тут мило. Уютненько. Фрукты, тишина, ты... ножи под подушкой. Вполне.
Каэлин закатила глаза.
- Ага. А я, значит, просто приютила очередного беглеца из своего сознания. Спасибо, хватит.
Минхо встал. Медленно, но с притворной обидой: - То есть всё? Нас выкинули из картохранилища, я тебе воду ночью наливал, куртку свою жертвовал - и всё? Даже кофе не предложишь?
- У нас нет кофе, - буркнула она. - А если бы был - всё равно не предложила.
- Ранили, - притворно схватился за сердце. - Всё, я ушёл. Не держу зла. Только с дивана слезай - я куртку забрать хотел.
- Минхо! - Каэлин бросила в него подушку.
Он увернулся с лёгкостью, хохотнул и, подмигнув, подошёл к двери.
Прежде чем выйти, замер в проёме.
- Если... ну, если ты всё же захочешь поговорить - я буду рядом. Но без куртки, ага? Дует как бы.
Он ушёл. Дверь закрылась.
Каэлин осталась одна, с бешено стучащим сердцем и обидно тёплой тишиной, в которой всё ещё витал запах Минхо - древесный, чуть пряный, слишком знакомый. Она села обратно на кровать, буркнув себе под нос:
- Ну и дурак...
Но с каким-то почти нежным, предательски улыбчивым оттенком в голосе.
Хижина погрузилась в тишину. За окном ветер шевелил листву, время от времени подрагивая ставни, словно ночной мир пытался заглянуть внутрь. Каэлин лежала на боку, укрытая пледом. Минхо давно ушёл, но тепло его присутствия всё ещё чувствовалось в воздухе, будто он оставил за собой невидимую тень.
Сон подкрался незаметно. Тяжёлый, как темнеющее небо перед бурей.
Тот же лес. Те же голые, иссохшие деревья, между которыми стелется туман, как молчаливое предупреждение. И снова - она.
Женщина в чёрном, с пустыми глазами. Она стоит прямо перед Каэлин. Не движется. Но в этот раз - ближе. Почти вплотную.
- Ты снова пришла, - хрипло говорит она. - Глупо.
Каэлин пытается двинуться,но ноги будто вросли в землю. Страх снова сковал горло.
- Кто ты?..
- Я - то, что ты оставила. - Женщина наклоняется. В лицо - мрак, как бездна. - И я пришла сказать тебе кое-что.
Каэлин вздрагивает.
Женщина шепчет, прямо в ухо, но голос звучит, как рёв грома:
- Он умрёт, если ты будешь рядом. Ты - его слабость.
Его гибель начнётся с твоего выбора.
- Нет... - выдыхает Каэлин. - Это не правда.
- Хочешь проверить?
И она касается лба Каэлин - вспышка, как взрыв.
На миг Каэлин видит:
🔹Лабиринт, разрывающийся от грохота.
🔹Минхо - на коленях, с кровью на губах.
🔹 Она тянется к нему - и он шепчет: «Я сказал тебе: не убегай...»
🔹 Затем - темнота.
Каэлин резко села в кровати, запыхавшаяся, бледная, руки дрожат. Пальцы вцепились в покрывало.
Сердце стучит, будто хочет вырваться из груди.
Во рту - вкус стали. Пот на висках.
И в ушах всё ещё звучит голос: «Он умрёт...»
Она села на край кровати, сжала ладони в кулаки. Минхо. Это был Минхо.
- Нет... - прошептала она. - Нет, я не дам этому случиться.
Она встала, будто одержимая. Одно решение стало ясным: держаться подальше. Не для себя. Для него.
Минхо увидел её издалека - на кухне, у костра, в паре шагов от него...
Но она отвернулась. Быстро. Ушла, даже не поздоровавшись.
Он моргнул. Насторожился. Пошёл за ней.
- Эй, Каэлин! - окликнул. - Ты что, снова решила играть в привидение?
Она остановилась. Медленно обернулась. Лицо - спокойное, почти холодное.
- Минхо, я занята.
Он смутился.
- Ты... всё нормально?
- Всё отлично. Просто... давай держаться подальше друг от друга, ладно? Так будет правильно.
И она ушла. Слишком быстро, чтобы он что-то успел сказать.
Минхо остался стоять, будто на него только что обрушился камень.
- Что за чёрт?.. - пробормотал он. - Что теперь?