ГЛАВА 6
Мне снилось, что я снова в Керамзине, крадусь по темным коридорам на носочках и ищу Мала. Я слышала, как он звал меня, но его голос не становился ближе. Наконец я дошла до последнего этажа и подбежала к двери в старую синюю спальню, где нам нравилось сидеть на подоконнике и смотреть на луг. Услышала смех парня, распахнула дверь и... закричала.
Кровь была повсюду. На подоконнике сидела волькра. Когда она повернулась и раскрыла свою жуткую пасть, я увидела, что у нее были серые кварцевые глаза.
Проснувшись, я начала в панике оглядываться, сердце вырывалось из груди. С пару секунд даже не могла понять, где нахожусь. Затем, вспомнив, со стоном повалилась обратно на подушки. Стоило мне вновь задремать, как кто-то постучал в дверь.
— Уходите, — пробормотала я из-под одеяла.
Но стук лишь усилился. Я села в кровати, чувствуя, как все мое тело вопит в знак протеста. Голова болела, и когда я попыталась встать, мои ноги не пожелали сотрудничать.
— Ладно-ладно! — прокричала я. — Уже иду!
Стук прекратился. Я проковыляла к двери и потянулась к замку, но затем замешкала.
— Кто это?
— У меня нет на это времени, — отрезал женский голос за дверью. — Открывай. Сейчас же!
Я пожала плечами. Пусть убьют меня или похитят, или чего еще они там хотят. До тех пор, пока мне не придётся вновь ехать верхом или подниматься по ступенькам, я не буду жаловаться.
Не успела я отворить дверь, как она резко распахнулась, и мимо меня протиснулась высокая девушка, осматривая комнату, а затем и меня критичным взглядом. Посетительницу с легкостью можно было назвать самым красивым человеком, которого я когда-либо видела: волнистые темно-каштановые волосы, радужные оболочки глаз — большие и золотистые, безупречно гладкая кожа лица, словно ее идеальные скулы были высечены из мрамора. На девушке был кремовый кафтан, шитый золотом с рыжеватым мехом лисицы.
— Ради всех святых, — начала она, поглядывая на меня. — Ты хоть помылась? И что случилось с твоим лицом?
Я покраснела и подняла руку к синяку на щеке. Прошла уже почти неделя с того момента, как я покинула лагерь, и еще дольше, как я мылась или расчесывалась. Я была покрыта грязью и кровью, и пахла лошадьми.
— Я...
Но девушка уже выкрикивала приказы служанкам, проследовавшим за ней в комнату.
— Принесите воду. Горячую. Мне понадобится мой набор, и вытащите ее из этой одежды.
Служанки начали напирать на меня, расстегивая кнопки рубахи.
— Эй! — закричала я, отталкивая их руки.
Гриша закатила глаза.
— Если придется, свяжите ее.
Служанки удвоили усилия.
— Перестаньте! — выкрикнула я, пятясь от них. Они замешкали, переглядываясь с меня на девушку. Честно говоря, ничто не звучало сейчас лучше слов «горячая ванна и новая одежда», но я не собиралась позволять какой-то рыжеволосой тиранке командовать мной. — Что происходит? Кто ты?
— У меня нет вре...
— Так найди его! — отрезала я. — Я проехала почти две сотни миль на лошадиной спине. И не спала нормально неделю, а еще меня дважды чуть не убили. Так что, прежде чем я что-либо сделаю, ты расскажешь мне, кто ты такая и почему тебе так важно снять с меня одежду.
Рыжеволосая сделала глубокий вдох, будто вела беседу с ребенком.
— Меня зовут Женя. Меньше чем через час ты будешь представлена королю, и в мои обязанности входит придать тебе презентабельный вид.
Моя злость испарилась. Я встречусь с королем?
— О, — коротко ответила я.
— Да, «о». Так что, приступим?
Я кивнула, а Женя захлопала в ладоши. Слуги вновь активизировались, дергая за мою одежду и подталкивая меня в ванную. В прошлый раз я была слишком усталой, чтобы рассмотреть комнату. Но сейчас, даже дрожа от холода и будучи жутко напуганной из-за будущей встречи с королем, я была поражена крошечными бронзовыми плитками, покрывавшими всю поверхность глубокой медной ванны, которую слуги наполняли горячей водой. Стена рядом была украшена мозаикой из ракушек и морских ушек.
— Садись, садись! — сказала одна из служанок, подпихивая меня.
Я залезла внутрь. Вода была обжигающе горячей, но я стерпела. Военная жизнь давно отучила меня от скромности, но было что-то непривычное в том, чтобы быть единственным голым человеком в комнате, особенно когда все продолжали разглядывать меня с неподдельным любопытством.
Я вскрикнула, когда одна из служанок схватила меня за голову и начала яростно мочить волосы. Другая склонился над ванной и начала вычищать мои ногти. Стоило мне привыкнуть к горячей воде, как сидеть стало очень приятно. Теплой ванны я не принимала уже год, и даже не представляла, что она может быть такой шикарной. Определенно в жизни Гриши были свои преимущества. Я никогда не могла позволить себе просто плескаться в воде в течение часа. Но как только меня тщательно отмыли, служанка дернула меня за руку и приказала:
— Вылезай, вылезай!
Я неохотно послушалась, позволяя женщине вытереть меня плотными полотенцами. Одна из молодых служанок выступила вперед с тяжелой бархатной мантией и провела меня в спальню. Затем она и остальные попятились за дверь, оставляя меня наедине с Женей.
Я насторожено следила за рыжеволосой. Она распахнула шторы и переместила деревянный стул с искусной резьбой к столу у окна.
— Садись, — скомандовала она.
Я скривилась от ее тона, но послушалась. Рядом с ее рукой стоял небольшой сундучок с открытой крышкой, его содержимое было разложено на столе: приземистые стеклянные банки, полные чего-то, похожего на ягоды, листья и цветную пудру. У меня не было шанса рассмотреть подробнее, поскольку Женя взяла меня за подбородок, пристально разглядывая мое лицо и поворачивая сторону с синяком к свету из окна. Она вздохнула и легкими касаниями пальцев обследовала кожу.
Я почувствовала то же покалывание, которое испытала, когда Целительница работала над моими ранами, полученными в Каньоне. Шли мучительные минуты, я сжала руки в кулаки, чтобы не зачесаться. Затем Женя отступила и зуд прошел. Она передала мне маленькое золотое зеркальце. Синяк полностью исчез. Я аккуратно коснулась кожи, но боли не почувствовала.
— Спасибо, — я положила зеркальце и начала вставать со стула, но Женя вновь посадила меня на место.
— И куда это ты собралась? Мы не закончили.
— Но...
— Если бы Дарклинг просто хотел тебя исцелить, то послал бы Целителя.
— А ты не Целительница?
— Я, по-твоему, в красном? — резко ответила Женя, в ее голосе слышалась горечь. Она указала на себя. — Я — Портниха.
Я была сбита с толку. Вдруг поняла, что никогда не видела Гришу в белом кафтане.
— Ты создашь для меня платье?
Женя раздраженно фыркнула.
— Я не создаю платья! А создаю это, — ответила она, махая своими длинными грациозными пальцами перед моими глазами. — Ты же не думаешь, что я родилась с таким лицом, правда?
Я уставилась на ее гладкую мраморную кожу, идеальные черты, и меня охватило понимание, а с ним и возмущение.
— Ты хочешь изменить мое лицо?
— Не изменить. Просто... немного освежить.
Я нахмурилась. Я знала, как выглядела, и остро осознавала свои недостатки. Но не особо нуждалась в том, чтобы прекрасная Гриша указывала мне на них. И хуже того был тот факт, что ее подослал для этого Дарклинг.
— Забудь об этом, — сказала я, вспрыгивая на ноги. — Если Дарклингу не нравится мой внешний вид, это его проблема.
— Тебе нравится твой внешний вид? — спросила Женя с искренним любопытством.
— Не особо, — отрезала я. — Но моя жизнь и так стала слишком запутанной, чтобы хотеть видеть незнакомое лицо в зеркале.
— Ты все не так поняла, — сказала Женя. — Я не могу вносить больших изменений, лишь несущественные. Разгладить твою кожу. Сделать что-то с твоими тусклыми волосами. Я усовершенствовала себя, но на это у меня ушла вся жизнь.
Я хотела поспорить, но она действительно выглядела идеально.
— Уходи.
Женя наклонила голову, изучая меня.
— Почему ты принимаешь это так близко к сердцу?
— А ты как думаешь?
— Не знаю. Я всегда была красивой.
— И скромной тоже?
Она пожала плечами.
— Ну и что, что я красивая? Среди Гриш это не имеет особого значения. Дарклингу плевать, как ты выглядишь, в отличие от того, на что ты способна.
— Тогда зачем он прислал тебя?
— Потому что король любит красоту, и Дарклинг это знает. При дворе короля внешность — это все. Если ты станешь спасением всей Равки... ну, будет лучше, если ты будешь выглядеть как часть нее.
Я сложила руки на груди и выглянула за окно. Снаружи солнце освещало небольшое озеро, посередине которого был маленький островок. Я понятия не имела, как долго спала. Женя подошла ко мне.
— Знаешь, ты же не уродина.
— Спасибо, — сухо ответила я, все еще глядя на лесные просторы.
— Ты просто выглядишь немного...
— Усталой? Больной? Тощей?
— Ну, — разумно сказала Женя, — как ты сама сказала, ты провела не один день в путешествии и...
Я вздохнула.
— Это мой обычный вид.
Я уткнулась головой в холодное оконное стекло, чувствуя, как злость и смущение покидают меня. Почему я сопротивляюсь? Если быть честной, перспективы предложения Жени меня искушали.
— Ладно. Сделай это.
— Спасибо! — вскрикнула она, хлопая в ладоши.
Я резко посмотрела на нее, но в ее выражении или голосе не было сарказма. «Она чувствует облегчение», — поняла я. Дарклинг дал ей задание, и я гадала, что бы с ней случилось, если бы я отказалась. Я позволила ей отвести меня обратно к стулу.
— Только не увлекайся.
— Не волнуйся, — ответила рыжеволосая. — Ты все еще будешь похожа на себя, только будет казаться, что у тебя было больше времени на здоровый сон. Я очень хороша в своем деле.
— Вижу.
Я закрыла глаза.
— Все нормально. Ты можешь смотреть, — она передала мне золотое зеркальце. — Но больше никаких разговоров. И замри.
Я подняла зеркальце и стала наблюдать, как прохладные пальцы Жени плавно перемещаются по моему лбу. Кожу покалывало, и я с растущим потрясением смотрела, как руки Жени путешествуют дальше по моему лицу. Каждая неровность, каждая царапина, каждый изъян исчезали под ее пальцами. Она прикоснулась к коже под моими глазами.
— Ох! — удивленно вскрикнула я, когда темные круги, мучавшие меня с детства, исчезли.
— Не слишком радуйся, — сказала Женя. — Это временно.
Затем она потянулась к одной из роз на столе и оторвала бледно-розовый лепесток. Девушка подняла его к моему лицу, и цвет перетек мне на щеку, оставляя за собой симпатичный румянец. Далее Женя поднесла еще один лепесток к моим губам и повторила процесс.
— Это всего лишь на пару дней, — проинформировала она. — Теперь волосы.
Она достала из своего сундучка длинный гребень, сделанный из слоновой кости, вместе с банкой, наполненной чем-то блестящим. Удивившись, я спросила:
— Это настоящее золото?
— Конечно, — ответила Женя, поднимая локон моих тусклых коричневых волос.
Она струсила немного золотой пыли мне на макушку и провела гребнем по волосам. Вещество растворилось, превращая мои космы в блестящие локоны. Обработав каждую прядь, Женя намотала их на палец, позволяя волосам завиться. Наконец, она отстранилась, блеснув самодовольной ухмылкой.
— Лучше, не правда ли?
Я изучила себя в зеркале. Мои волосы блестели. На щеках обозначился розоватый румянец. Я не стала красавицей, но и не могла отрицать явные улучшения. Интересно, что бы сказал Мал, увидев меня? Я быстро отбросила эту мысль.
— Лучше, — неохотно признала я.
Женя жалобно вздохнула.
— Это лучшее, что я могу сейчас сделать.
— Спасибо, — едко ответила я, но девушка подмигнула и улыбнулась.
— Кроме того, поверь, ты не захочешь привлекать к себе слишком много внимания короля, — ее голос был веселым, но я заметила, как на ее лицо легла тень, когда она пересекла комнату и открыла дверь, чтобы впустить служанок.
Они отвели меня за ширму из черного дерева, инкрустированную перламутровым жемчугом, похожим на звезды на фоне ночного неба.
Через пару минут меня одели в чистую тунику и штаны, мягкие кожаные ботинки и серое пальто. С разочарованием я поняла, что это была просто чистая версия моей армейской формы. На правом рукаве даже имелся маленький значок картографа, изображающий компас. Должно быть, мои чувства отразились на лице.
— Не то, чего ты ожидала? — развеселилась Женя.
— Я просто думала...
Но что я думала? Вправду решила, что могу получить мантию Гриши?
— Король ожидает увидеть скромную девушку, забранную из рядов его армии — скрытое сокровище. Если ты появишься в кафтане, он подумает, что Дарклинг тебя прятал.
— Зачем Дарклингу меня прятать?
Женя пожала плечами.
— Для преимущества. Для прибыли. Кто знает? Но король... ну, ты вскоре увидишь, какой наш король.
У меня скрутило живот. Меня вот-вот представят королю. Я пыталась не упасть, но когда Женя поторопила меня на выход в коридор, мои поджилки тряслись, а ноги казались неподъемными. У лестницы она прошептала:
— Если кто-то спросит, я просто помогала тебе одеться. Я не должна работать над Гришами.
— Почему нет?
— Потому что глупая королева и ее еще более глупые придворные считает, что это нечестно.
Я уставилась на девушку. Оскорбление королевы могло считаться изменой, но Женя не волновалась.
Когда мы зашли в огромный купольный зал, он оказался заполнен Гришами в мантиях из алых, фиолетовых и синих тканей. Большинство были моего возраста, но несколько старших Гриш стояли по углам. Несмотря на седину в волосах и морщины на лице, они были поразительно привлекательными. На самом деле, все в комнате были раздражающе красивыми.
— Слова королевы не лишены правды, — пробормотала я.
— О, это не моих рук дело, — ответила Женя.
Я нахмурилась. Если она говорит правду, то это только подтверждало тот факт, что мне здесь не место. Кто-то увидел, как мы вошли в зал, и по комнате прошел шепот, каждая пара глаз сосредоточилась на мне. Высокий широкоплечий Гриша в красной мантии вышел вперед. Это был загорелый мужчина, и, казалось, он источал здоровье. Он низко поклонился и представился:
— Слова королевы не лишены правды, — пробормотала я.
— О, это не моих рук дело, — ответила Женя.
Я нахмурилась. Если она говорит правду, то это только подтверждало тот факт, что мне здесь не место. Кто-то увидел, как мы вошли в зал, и по комнате прошел шепот, каждая пара глаз сосредоточилась на мне. Высокий широкоплечий Гриша в красной мантии вышел вперед. Это был загорелый мужчина, и, казалось, он источал здоровье. Он низко поклонился и представился:
— Я Сергей Безников.
— Я...
— Знаю, кто ты, конечно же, — перебил Сергей, сверкнув белыми зубами. — Подойди, позволь себя представить. Ты будешь идти с нами, — он взял меня под локоть и подвёл к группе Корпоралок.
— Она Взывательница, Сергей, — сказала девушка в синем кафтане с развивающимися коричневыми кудряшками. — Она пойдет с нами.
Послышался ропот согласия от остальных Этереалок.
— Мария, — сказал Сергей с натянутой улыбкой, — ты же не предлагаешь ей войти в зал с Гришами ниже по рангу?
Алебастровая кожа Марии внезапно покрылась красными пятнами, и несколько Взывателей вскочили на ноги.
— Напоминаю тебе, что сам Дарклинг — Взыватель.
— Так вы теперь приравниваете себя к Дарклингу?
Мария зашипела, и я вмешалась в попытке заключить мир:
— Почему бы мне просто не пойти с Женей?
Послышалось пару тихих смешков.
— С Портнихой? — спросил Сергей, придя в ужас.
Я оглянулась на девушку, но та лишь улыбнулась и покачала головой.
— Ее место с нами, — возразила Мария, разразив новую волну споров.
— Она пойдет со мной, — сказал низкий голос, и в комнате наступила тишина.