41
Я с тобой больше никак не связан. Я не твоя таблетка и не твой раб. Не хочу больше общаться с тобой. Ничего не хочу. Только если ты снова не начнешь шантажировать.
Демида накрывало. Ему уже давно не было настолько плохо. Каждое слово, произнесенное в ту ночь Семеном, отпечаталось в памяти с жестокой отчетливостью.
Демид не боялся боли. За свои семнадцать лет он нахлебался ее сполна. Просто в какой-то момент она утихла, перестала неотступно следовать за ним и разрывать внутренности на мелкие кусочки, уступив место восхитительной пустоте. Эмоции почти не терзали его. И до определенного времени ему удавалось смотреть на всё и всех холодно и отстраненно, словно его ничего не трогало.
Он давно чувствовал интерес к Семену. Еще до того, как они «официально» познакомились. Еще когда следил за ним и его отцом, не понимая, что в последнем такого особенного нашла его мать.
Но Демид не чувствовал опасности. Ему нравилось поддразнивать Семена, заставлять слушаться, особенно в начале. Но в его планы никогда не входило причинить Семену вред. Он и сам не заметил, когда его успело так затянуть. Когда узнал, что Семеном заинтересовался Подольский, и впервые за долгое время внутри шевельнулось что-то похожее на переживание? Или раньше?..
Упрямый своенравный и до невозможности бесячий Семен Лисницкий. Лис. Он снова ощутил себя способным испытывать эмоции, хотя до этого казалось, что-то безвозвратно сломалось внутри него. Он был уверен, что не сможет больше влюбиться. Да и незачем.
Семен был симпатичным. Не то чтобы даже в его вкусе, просто к нему тянуло и очень сильно. Демиду нравились черные и длинные волосы Семена с седыми прядями. Как у его матери. Удивительно, но факт. Она стеснялась седины и тщательно закрашивала ее, а Семену было как будто всё равно. Глаза с длинными черными ресницами, в которых Демид терялся. Ловил себя на том, что ему нравится смотреть в эти глаза, удерживать взгляд Семена, устраивая бесконечные гляделки.
Но как ни крути фото и видео, на которых его мать и отец Семена вместе, - единственное, что держало Лисницкого рядом. Удерживало. Теперь, когда этого больше нет, связь между ними оборвалась.
Демид не боялся боли, но не хотел погружаться в нее снова.
Но, похоже, в этот раз ее избежать не удастся.
* * *
Не выдержав напряжения, терзавшего с той минуты, когда Семен покинул его комнату, сказав, что больше не хочет с ним общаться, в понедельник Демид вышел на первой большой перемене на улицу и набрал Лекса. Он не собирался жаловаться и ныть, просто почувствовал, что если не выговорится, то сойдет с ума.
- Что я могу сказать. Ты налажал, - выслушав его историю, подытожил Лекс.
- Понял уже. Но я реально не собирался показывать те фотки и видео. И я сразу удалил всё при нем.
- Но зачем ты сказал ему, что удалил, если на самом деле нет? Так совсем стремно вышло.
- Я не знаю. Я думал, за ночь всё удалю и покажу ему утром.
- Да брось, - фыркнул Лекс. – Если бы хотел удалить, давно бы это сделал. Еще когда он раньше тебя спрашивал. Но я тебя понимаю. Семен тоже ведет себя странно: то идет на встречу, то шарахается. И вообще, раздул из мухи слона, только потому что ты не рассказал ему подробно про наш план. То хочет встречаться, то не хочет. Нет, я честно понимаю, почему ты ничего не удалял.
- Да я бы всё равно ими не воспользовался, - с досадой проговорил Демид. – Просто с ними... Ну, как будто надежнее было.
- Ты как будто боялся его потерять. Боялся, что он решит уйти. Угадал?.. Но держать его силой или шантажом тоже не айс, верно?
- Да знаю, я знаю. После Тимки со мной такое первый раз. Я, правда, хотел быть с ним, - голос прозвучал глухо. Демид сжал телефон.
Лекс помолчал.
- Ну, неужели всё так серьезно?
Демид не ответил. Он много о чем бы мог рассказать, но так и не смог. Хоть Лекс – его друг, ему непривычно и неловко было вот так говорить о своих чувствах.
- Ладно. М-м, нужен совет?
- Не знаю. Давай.
- Забудь. Как я и говорил, у вас всё началось не так. Ты стал шантажировать Семена. Он тебя чуть ли не ненавидел. Ты же сам говорил. Может, он всё это время притворялся, чтобы ты компромат на его отца удалил. Откуда ты знаешь? Думаешь, реально нравишься ему?
- Я не знаю.
- Ну, вот.
Нахмурившись, Демид потер переносицу. Холодный ветер трепал его волосы, задувая их то на лицо, то назад. Но Демид не обращал на это никакого внимания. Все мысли вертелись вокруг Семена. Лекс как будто говорил дельные вещи, но внутри всё противилось.
- Чего замолчал?
- Да идти уже надо. Скоро урок начнется.
- Блин, ну, ты по голосу совсем скис, - протянул Лекс. – У меня, кстати, выходной сегодня. Если хочешь, приходи после школы.
- Может. Если время будет. Спасибо, Лекс.
- Давай. Не кисни.
Демид еще не знал, что после уроков, у ворот школы он увидит Семена. И не одного, а с незнакомым парнем. Знал бы, наверно, специально бы задержался в школе, чтобы не видеть эту картину. Семенившая рядом с Демидом одноклассница Юля с важным видом рассказывала что-то про предстоящие экзамены, но он слушал ее вполуха. Даже не повернул голову в ее сторону. Взгляд его был прикован к Семену. И, вдруг, тот, словно почувствовав, что на него смотрят, обернулся. Дыхание Демида сбилось. Какие-то секунды они смотрели друг на друга в упор. Демид ускорил шаг, оставляя одноклассников позади, и сам до конца не понимая, что именно хочет сделать. Но Семен повернулся к парню и, схватив того за руку, потащил за собой. Демид резко остановился. Бежать за ними? Зачем? Что бы что?.. Семен сказал, что больше их ничего не связывает. Ну, да, так и есть.
Наверно, это и, правда, конец.
* * *
Дома Демида ждал неприятный сюрприз. Марина, немного похудевшая, особенно в лице, но вполне себе бодрая и довольная, сидела в гостиной. Отца не было. Семен тоже не вернулся. Конечно, он же почти убежал куда-то с каким-то парнем.
- Привет, - она сидела на диване и смотрела телевизор.
- Привет.
Ему было неловко. После случившегося он не знал, как себя вести, что делать, что говорить. Отец строго-настрого наказал не волновать ее. Если бы воля Демида, он бы вообще ее игнорировал. Но она первая начала. Стала вмешиваться в его отношения с Семеном, пыталась подговорить того уехать и кинуть Демида. Мамы его ей было недостаточно, она и сейчас продолжила свои интриги. Но, к сожалению, она двоюродная тетка Семена и его мачеха. А еще у нее будет ребенок, его брат или сестра, которого он под влиянием эмоционального срыва чуть не угробил.
- Садись-ка. Поговорим, - она похлопала по дивану рядом с собой.
- Я постою, - он прислонился плечом к дверному косяку.
- Как хочешь, - она выключила телевизор и, закинув ногу на ногу, в упор посмотрела на него. – Я знаю, это ты подмешал мне что-то в чай. Ты хотел, чтобы я потеряла ребенка?
Вот так сразу. Что он мог ответить? Да, это он. Хотел, но в последний момент передумал. Точнее, не осознавал до конца возможные последствия, когда делал это. Он безумно переживал и был рад, когда узнал, что с ребенком ничего не случилось.
- Я ничего не имею «против» твоего ребенка. И не собираюсь вредить ни ему, ни тебе.
- Но уже пытался, - многозначительно произнесла Марина. – Думаешь, я такая дурочка? Ничего не понимаю?
- У тебя есть доказательства?
- Нет, - нехотя признала она и скрестила руки на груди. – Благодари, что я ничего не рассказала Косте. Но это первый и последний раз.
- Могла бы и сказать. Узнали бы, на чью сторону встал бы отец.
- Я знаю, ты меня ненавидишь.
- Как и ты меня, - вырвалось у Демида.
Она вскинула брови.
- С чего ты взял?
- Я всегда был помехой твоим планам, верно? Ты собиралась развести маму и отца, поэтому сводила ее с отцом Семена. Что, думала, я не знаю? Ты притворялась ее подругой, а сама втайне мечтала заполучить ее мужа.
Марина смотрела на него в ошеломлении. Демид с недоверием всмотрелся в ее побледневшее лицо. Неужели она думала, он ничего не знает?
- Откуда такая информация? – ее взгляд забегал, она запаниковала. – С отцом Семена я никого не сводила. Я вообще не в курсе, что они были знакомы.
Демид хмыкнул. Дрожащими пальцами Марина поправила волосы.
- Алена не любила твоего отца. Она сама хотела развестись, - по мере того, как Марина говорила, ее голос становился увереннее. – Если бы не та ужасная авария, она бы всё равно ушла от него.
- А ты бы тут же заняла ее место. Так? – с горечью спросил Демид.
- Тебя не касаются мои отношения ни с Аленой, ни с Костей, - отрезала Марина.
- Это ты познакомила маму с Федором Лисницким. Ты уговорила ее встречаться с ним. Ты бы только обрадовалась, если бы отец поймал ее с любовником!
- Замолчи, - прикрикнула она, но тут же, словно опомнившись, равнодушно добавила. - У тебя есть доказательства?
Ему хотелось крикнуть: конечно, есть. Прямо в ее надменное лицо с этими ярко накрашенными красными губами. Стоило только рассказать отцу, что любовником матери был двоюродный брат Марины, его нынешней жены. Несложно сложить два и два, но... Демид знал, что никогда не расскажет об этом. Ведь это затронет и Семена, и его младшего брата. Да и сам Федор Лисницкий ничего ему по сути плохого не сделал.
- Всё, что было, всё в прошлом, - вздернула подбородок Марина. – Нам какое-то время предстоит жить под одной крышей, поэтому предлагаю держать нейтралитет. Ты не задеваешь меня, а я тебя. Твоя жизнь меня никак не касается, но если я увижу, что ты снова пытаешься навредить мне или ребенку, либо настраиваешь Костю или Семена против меня, я не буду молчать. И поверь, я уговорю Костю оборвать с тобой все связи.
К горлу Демида подступила злость, ядом разливаясь по телу, отравляя им каждую клетку. В эту секунду он ненавидел Марину. Усилием воли он заставил сделать себя глубокий вдох и немного успокоиться.
- Вот только угрожать не надо. Я тебя не боюсь.
- Нейтралитет, Демид, - с нажимом проговорила она. – Я не прошу много.
- Да без проблем. Ты мне неинтересна. Ты для меня не существуешь.
Он не сможет ее простить. Так или иначе, Марина приложила руку к тому, что случилось с мамой.
- Вот и отлично.
Он повернулся, но в дверях, обернулся и добавил:
- Уговоришь отца оборвать со мной все связи? Ты уже их оборвала. Ты всё разрушила. Так чем ты мне угрожаешь?.. Смешно.
Оставаться в квартире наедине с Мариной было для Демида невыносимо. Вспомнив, что Лекс приглашал его в гости, он взял телефон и отправил другу сообщение: «Скоро буду».
* * *
Соглашаясь на прогулку с Матвеем по центру, Семен не рассчитывал, что разговор зайдет о Ярославе Подольском. Точнее, вначале они болтали про баскетбол, соревнования, школу, музыку, фильмы. Погода совсем не радовала, и, когда стал накрапывать мелкий противный дождик, Матвей предложил укрыться в торговом центре. Помимо отделов с различными товарами там была неплохая кафешка, где они устроились, заняв место у окна.
И здесь Матвей и завел разговор о Подольском.
- Что ты с Димкой сделал, что он так бесится из-за тебя?
- Ничего. Мы с ним даже не приятели, - пожал плечами Семен.
Матвей дотронулся рукой до затылка.
- Да, но и не сказать, что вы не знакомы. Вы как будто, не знаю, не поделили что-то?
- Мне с ним делить нечего.
Семен откусил кусок от пиццы и стал жевать.
- Ты тогда, в кафе после матча, упомянул Подольского, - помолчав, сказал Матвей. – Это же Ярослав Подольский, да? Ты его знаешь?
Подавившись, Семен закашлялся. Матвей тут же пододвинул к нему чашку чая.
- Не особо. Так, - сделав глоток чая, ответил Семен.
Матвей посмотрел на него долгим задумчивым взглядом. Ответы Семена его явно не утроили.
- Знаешь, Димка мне сказал, что ты...
Семен затаил дыхание.
- Ты общался с ним и Ярославом, с их компашкой. А потом повел себя как мудак и слился.
- Чего-о? – от возмущения Семен чуть не выронил пиццу.
- Это он так сказал, - пожал плечами Матвей. – Больше ничего не говорил.
Разговор явно вошел не в то русло. Семен успел пожалеть, что они зашли в это кафе. А самое главное, ему показалось, что Матвей не просто так завел этот разговор. Ему как будто бы хотелось выяснить что-то, но напрямую он почему-то не спрашивал.
- Ну, да, они себя бандой называют. И за главного там Ярослав. Я... Немного общался с ними, но очень мало. Я тогда еще почти никого не знал, только перевелся в школу. Как-то так, - осторожно пояснил Семен.
- Извини, что я так пристал с расспросами, - видимо, почувствовал его неловкость и недовольство Матвей.
- Ничего. Но я не хочу больше о них говорить. Ни о Димоне, ни о Ярославе.
- Понял. Тогда последний вопрос. Честно, - помолчав, Матвей продолжил. – Какие отношения у Димона с Ярославом? Просто... Ну, что ты думаешь?
- ...
Заливаясь краской, Матвей продолжил:
- В смысле, ты тогда... В кафе ты так сказал... Про этого Ярослава. Я подумал, может, ты что-то знаешь.
Семен мысленно чертыхнулся. Вспомнилось, что на извинения Матвея за Димона, он необдуманно ляпнул странную фразу.
«Ты извини. Димка просто сегодня не в настроении». – «Еще бы. Ведь здесь нет Подольского».
Но с чего Матвей так интересуется этим?
- Какие у тебя отношения с Димоном? – краснея и умирая от неловкости, спросил Семен.
- Мы дружим, - даже слишком поспешно откликнулся Матвей и посмотрел в окно. – А что?
- Тогда, думаю, ты и сам знаешь, что Димон и Яр дружат. Вроде как.
- Ясно, - кивнул Матвей. – Ты не думаешь... Только пойми правильно. Не думаешь, что... Может, ну, не знаю, Диме нравится этот Ярослав?
Семен широко распахнул глаза. Подобная мысль и ему пришла сегодня после того, как Димон набросился на него в школе. Семен обозвал тогда его на эмоциях, от злости. Мысль мелькнула и тут же пропала. Семен отмел ее как бредовую. Но теперь, когда Матвей спросил его об этом, сомнения вернулись.
- Думаешь, Димону нравятся парни? Ты что-то знаешь?
- А? – Матвей снова покраснел. – Л-ладно, забей. Забудь. Я так. Шучу просто.
Но это не было похоже на шутку. Не зная, как правильно отреагировать, Семен просто кивнул и уставился в окно. Неловкость, повисшую между ними, казалось, можно потрогать. В молчании они доели пиццу и, расплатившись, вышли из кафе.
Вроде бы, нужно что-то сказать, заговорить о чем-то, но ничего не приходило в голову. Супер неловкий разговор превратился в супер тягостное молчание. Матвей молча шел рядом. Казалось, он погрузился в свои мысли.
- Дождь закончился, - когда они вышли на улицу, а пауза совсем уж затянулась, сказал Матвей.
Семен задрал голову, всматриваясь в серое хмурое небо.
- Я не знаю.
- Что?.. Ты про что? – посмотрел на него Матвей.
- Если Димону нравятся парни, то, может, он и испытывает что-то к Подольскому, - помолчав, сказал Семен.
Матвей замер и посмотрел на него долгим невыразительным взглядом.
И Семену показалось, что тот как будто расстроился, услышав такое предположение.
* * *
Семен стал часто натыкаться на Демида в школе. До этого они пересекались очень редко. Но сейчас Демид, казалось, постоянно ошивался рядом. То Семен натыкался на него у какого-нибудь кабинета, то на лестнице. То в столовой он либо появлялся в очереди за ним, либо оказывался за одним из столов напротив. То чуть ли не сталкивались плечами в коридоре, когда Демид проходил мимо. А еще во время всех этих случайных или не очень встреч Семен чувствовал на себе его взгляд. А когда смотрел на него в ответ, Доценко сразу отводил глаза. Это и напрягало, и злило одновременно. Злило, потому Семен воспринимал это как очередное издевательство. Раз шантаж закончен, Демид придумал новый способ доводить его. А напрягало, потому что, мелькая перед ним, он ни на минуту не давал Семену расслабиться, выкинуть себя из мыслей.
А вот дома они почти не пересекались. Демид стал пропадать где-то после школы. Несколько раз Семен видел, как после уроков Доценко шел куда-то под руку с Кристиной. Перешептываясь о чем-то, они направлялись в противоположную от школы сторону. И все эти дни, когда с ним была Кристина, Демид возвращался особенно поздно. С одной стороны Семена это радовало: он мог спокойно сидеть дома, не беспокоясь при этом, что наткнется на Демида, или тот, вдруг, зайдет к нему в комнату и вытворит что-нибудь. С другой стороны его стали одолевать навязчивые мысли, вроде, чем он занимается, где так долго зависает.
Семен гулял по городу, бесцельно бродя по улицам и слушая музыку, льющуюся из наушников. Параллельно с этим выделял время на подготовку к экзаменам и выбирался куда-нибудь с Игорем или Матвеем. Иногда они гуляли где-нибудь втроем. Игорь, увидев, что Семен и Матвей неплохо общаются, и сам стал предлагать последнему присоединиться к ним.
Семен даже рад был загрузиться по полной. Так ему удавалось отвлекаться от мыслей о Демиде. Так, ядовитая тоска, сковывающая его в последнее время, ненадолго, но отступала.
В одну из суббот, вернувшись домой, Семен застал дома незнакомого парня.
Константина и Марины не было дома. Только Демид, как думал вначале Семен. Но неожиданно дверь в комнату Доценко младшего распахнулась и оттуда, потягиваясь, вышел парень в обтягивающей майке и порезанных джинсах. Сверху накинута расстегнутая олимпийка. Один рукав ее сполз, оголяя плечо. Присмотревшись, он узнал в нем того самого, который привез Демида на мотоцикле, а после обнимал у подъезда. Лицо его Семен тогда видел мельком и на расстоянии, но эта слегка вьющаяся копна черных волос точно принадлежала ему.
- Привет, - широко улыбнулся парень. В ухе блеснула серьга.
Семен замер посредине коридора. Демид сказал тогда, что он просто знакомый, который подвез его до дома. Семен так и знал, что тот соврал. В очередной раз.
- Ты ведь Семен? Я Игнат.
- Привет, - выдавил Семен, окидывая гостя хмурым взглядом.
В груди кольнуло. Настроение сразу скатилось к отметке ниже нуля.
Игнат с явным любопытством рассматривал его. Такое внимание Семену не понравилось. Неужели Доценко что-то натрепал ему про Семена?
Но тут в дверях появился Демид. Их взгляды с Семеном пересеклись и, впившись друг в друга, устроили молчаливое сражение. Игнат, заметив их переглядки, повернулся к Демиду.
- Ты, вроде, пить шел, - продолжая сверлить Семена взглядом, обратился к своему гостю Доценко.
- Ну, да.
- Так иди.
- Да иду, блин. Вот, хотел познакомиться с Семеном, - Игнат посмотрел на Семена и одарил его самой доброжелательной улыбкой.
Ему никто не ответил и не удостоил взглядом. Вздохнув и покачав головой, Игнат поплелся на кухню. После того, как он ушел, Демид, вдруг, слегка покраснел и опустил глаза. Семен и сам раскраснелся и разозлился на себя за это. Чувствуя себя запредельно неловко, он развернулся и скрылся в своей комнате, где, прижавшись к двери ухом, долго стоял, пытаясь подслушать. Но ничего такого не услышал, не понимая, обрадовало его это или раздосадовало.
С того дня Семен еще несколько раз заставал Игната у них в гостях.
Так протянулись две недели. А на третьей снова дал о себе знать Ярослав.
* * *
Сообщение от Ярослава было кратким и деловым.
«Привет, встречаемся у школы на большой перемене».
Первой волной по Семену хлестнули злость и раздражение. Сразу захотелось в ответ отправить что-нибудь резкое. Скорее всего, Ярослав хотел узнать, не собирается ли он снова примкнуть к банде. Всё-таки, несмотря на то, что с их последнего разговора прошло две недели, Подольский не собирался отстать. Как же достало.
Подсевший к Семену Миха ткнул его локтем.
- Я тебе ответы к тесту скинул. Посмотри.
- Спасибо, - рассеянно откликнулся Семен.
Телефон пиликнул, уведомляя о новом сообщении. Снова от Ярослава.
«Хочешь узнать, что еще рассказал Доценко?».
По спине пробежал холодок. Меньше всего Семену хотелось бы это знать, но пойти придется. Интуиция сигналила, что, скорее всего, это ловушка, но выхода не было.
На большой перемене, когда основная часть школьников направилась в столовую, а остальные разбились по группкам и разбрелись кто куда, Семен накинул куртку и, не застегиваясь, вышел на крыльцо. Денек стоял теплый и солнечный. Снег почти растаял, из-под него кое-где выглядывала прошлогодняя пожухлая трава.
Чья-то рука опустилась ему на плечи. Ярослав умел подкрадываться незаметно. Семен даже не понял, откуда тот выскочил.
- Пришел таки. Что, интересно стало? – в голосе Ярослава слышалась улыбка.
- Ты же не отстанешь иначе.
Ярослав слегка подтолкнул его, принуждая сойти по ступенькам крыльца. Со стороны они могли показаться друзьями или приятелями, вышедшими поболтать на свежем воздухе. Интересно, наблюдает ли кто сейчас за ними из окна? Например, Демид. Ему ведь раньше нравилось следить за ним.
- Лисницкий.
Вздрогнув, Семен оторвал взгляд от школьных окон и посмотрел на Ярослава. Тот тоже бросил взгляд на школьное здание.
- Так что ты хотел сказать? – скрестил руки на груди Семен.
Ярослав остановился напротив него и, улыбаясь, посмотрел на него.
- Что насчет моего предложения? Вернешься в банду? – вместо ответа спросил он.
- Нет.
Хмыкнув, Ярослав сунул руки в карманы пальто и посмотрел в сторону.
- Значит, выбираешь Доценко. Предсказуемо. И тупо.
- Я никого не выбираю, - отрезал Семен. – Я сам по себе.
Присвистнув, Ярослав засмеялся.
- Да ладно. Так я и поверил. Это из-за Доценко. Боишься, что он разозлится?
- Не боюсь. Мне плевать на него.
- Всё равно не верю, - с насмешливой улыбкой покачал головой Ярослав.
- Ну, и не надо, - внутри Семена начало закипать раздражение. – Ты за этим меня сюда позвал?
Ярослав резко посерьезнел.
- Ты ведь пришел, только чтобы узнать, что мне рассказал Доценко.
Прозвучало не как вопрос, а констатация факта. Так и есть. Отпираться не было смысла. Семен даже кивать в ответ не стал: и так всё ясно.
- Он рассказал мне про твоего папку.
- ...
- Что его посадили. Он одного мужика грохнул, а второго покалечил.
Семен не сразу поверил в услышанное. Подумал сначала, может, ослышался. А когда понял, что нет, внутри всё сжалось. Неверие, осознание, досада, горечь, злость: всё перемешалось в один клубок. Земля дрогнула и поплыла под ногами. Демид не мог. Или мог? Но кроме него общих знакомых, которые бы могли просветить Ярослава по поводу отца Семена, не было. А если тот узнал случайно? Но как? Откуда? И зачем бы, вдруг, Ярославу интересоваться отцом Семена?..
Пауза затягивалась. Ярослав смотрел на него с любопытством и скрытым торжеством. Еще бы. Ему удалось произвести эффект разорвавшейся бомбы.
- Ты... - голос подвел Семена. Он собрал волю в кулак, чтобы не показать потрясения. – И ты поверил? Бред полный. Мой батя на лечении.
Но в глазах Ярослава он уже читал, что не выйдет. Тот знает правду и в сказки Семена не поверит. Но он не мог не попробовать. Меньше всего ему хотелось, чтобы о его отце знал Ярослав. Этот выпендрежник и манипулятор. Мир рушился у него на глазах. Теперь, когда Ярослав знает эту жуткую тайну, Семен уже не верил, что может случиться что-то хорошее.
- Доценко над тобой посмеялся, видимо, - с усилием выдавил он.
Слова слетали с его губ автоматически, словно кто-то другой произносил их за него.
- Нет, - покачал головой Ярослав. – Нет. Я всё проверил. Это правда.
Семен не знал, что сказать. Из него словно разом выкачали воздух. В груди всё сдавило, он задыхался. В один миг всё померкло. Даже солнечные лучи словно перестали греть.
Постояв в молчании, Ярослав вынул из кармана пальто руку и, поколебавшись, положил ее на плечо Семена.
- Он рассчитывал, что я начну тебя шантажировать, узнав об этом. Только тебя. А про него забуду, оставлю его в покое, - пальцы на плече Семена сжались. – Заманчиво, но не пойдет. Доценко так легко не отделается. У меня с ним счеты, а не с тобой.
Слова доносились до Семена словно сквозь вату. Он слушал, но не слышал.
- Поэтому я и предложил тебе снова вступить в банду. Снова затусить вместе и прижать Доценко.
С трудом сосредоточившись, Семен посмотрел на Ярослава. Тот выглядел серьезным: никаких усмешек и пафосных взглядов.
- Зачем тебе это? Зачем тебе я?
- Да нафиг ты мне не сдался, - раздраженно выдохнул Ярослав и убрал руку с его плеча. – Просто мне нужна твоя помощь. Да-да, нужна помощь с Доценко. Но раз ты так упорно отказывался, защищал его, несмотря ни на что, мне пришлось рассказать тебе. Может, так до тебя уже дойдет. Доценко – твой враг. Как и мой.
- Будешь снова шантажировать?
- Да нет же, - в нетерпении цокнул языком Ярослав. – Если бы так, сразу бы это сделал. В тот день, когда предложил тебе вернуться в банду.
Ярослав не собирался его шантажировать. Почему-то у Семена никак не укладывалось это в голове.
- Тогда что тебе нужно?
- Я же уже сказал. Лисницкий, ты глухой? Или тупой вконец?
- А если я откажусь?
Ярослав прищурился.
- Даже сейчас? Ты что, так боишься его? Или... - Ярослав сделал паузу, его губы скривились. - Может, он тебе нравится, а?
- Мне плевать на него. Но и с тобой общаться не хочу больше.
Внутри Семена всё клокотало. Обида. Демид, который уверял его в своих чувствах. Злость. Демид, который выложил всё Ярославу. Личную тайну Семена. Может, поэтому он так скрывал, как ему удалось заставить Ярослава прекратить шантаж? Захотелось найти и прикончить Демида. Или это был не он?..
Еще оставались крохи сомнений, но они были так малы, что Семен просто затолкал их глубже. Демид шантажировал, врал, издевался. Это вполне мог быть он. И всё же что-то не сходилось. Неужели Демид нашел только такой способ? Выдать тайну Семена Подольскому, чтобы тот перестал ему пакостить. Как-то странно.
Но самое главное, Семен снова ощутил себя в ловушке. Демид или не Демид – сейчас не так и важно. Ярослав Подольский уже знал. Он сказал, что не будет шантажировать этим Семена, но это выглядело еще более подозрительным.
- Ты как-то странно отреагировал. Доценко слил твой секрет, а тебе как будто и плевать?
Семен молчал. Конечно, ему не плевать. Его трясло от злости и обиды. Но показывать, как сильно его задело, Ярославу он не собирался.
- Кто еще знает? Кому ты рассказал?
- Никому. Пока.
- «Пока»? – не выдержав, Семен схватил Ярослава за грудки и тряхнул. – Что значит «пока»?! Ты сам сказал, что не будешь меня шантажировать.
Наверно, у него был дикий взгляд, раз вместо того чтобы огрызнуться, Ярослав побледнел и, переменившись в лице, вцепился в его руки.
- Не буду, сказал же. И рассказывать не собираюсь.
- Ты говорил кому-нибудь из банды?
- Да отпусти уже, - оттолкнул его Ярослав. – Только Армяну. И то, потому что хотел проверить. Вы же раньше в одной школе учились, у вас есть общие знакомые.
- Арам, значит? – скривился Семен. Вмиг стало еще противнее. – Ну, раз знает он, знает уже вся школа, видимо.
- Да нет же. Он, конечно, то еще трепло, но я велел ему молчать. Так что без моего разрешения он не посмеет рот открыть.
- И с чего ты такой добренький? А если всё равно откажусь? Что тогда?
- Я не приглашаю тебя просто тусоваться с нами. Я предлагаю объединиться против Доценко. Ты тогда сказал, что я типа боюсь его. А сам что?
- ...
- Или ты не веришь, что это он рассказал? Думаешь, я вру? Хочу выставить Доценко мудаком? – Ярослав зачесал пятерней волосы. – Но ему действительно плевать на тебя. На всех. Он думает только о себе, о своей шкуре.
Наверно, Ярослав был прав. Демид в самом деле думал только о себе. Семен почти верил в это, как и в то, что именно Доценко всё рассказал Ярославу. А все слова Демида, моменты помощи и поддержки – показуха.
- А то, что он тебя сейчас игнорирует, не значит, что так будет всегда. Он псих. Ты и сам это знаешь.
В голове, вдруг, стало неожиданно пусто, и разом навалилась апатия. В момент Семен ощутил себя безумно уставшим. Даже злость и горечь отступили. Он словно разом потерял всю чувствительность.
- Бля, как же бесит, - цокнул Ярослав. – Уговариваю тут тебя, как не знаю кого. Короче, согласен или нет? Говори уже.
Семен с тоской посмотрел на здание школы. Ему уже не выбраться из паутины, в которую так глупо когда-то угодил. Одно он понял точно: он нужен сейчас Ярославу. Иначе для чего все эти разговоры? Тот даже решил молчать о бате Семена, что вообще казалось запредельным. Наверно, ненависть Ярослава к Демиду достигла такой степени, что он хватался даже за Семена и чуть ли не уговаривал его. И этим Семен мог воспользоваться. Он должен был выяснить всё до конца, а не замирать в ожидании, когда и как Ярослав растреплет всем про его отца. И он всё еще где-то там в самой глубине души сомневался, что это Демид.
- Ладно. Считай, я в деле, - нахмурился Семен. – Но только потому, что хочу отомстить Демиду.
Пусть пока будет так.
- Класс, - просиял Ярослав и тут же небрежно добавил. – Но я бы и без тебя справился, просто с тобой получится быстрее и проще. Так что не надумывай.
Семен закатил глаза.