42
Демид был взбешен и ошеломлен одновременно.
Он честно пытался отдалиться от Семена, дать тому остыть, максимально загружая свои дни всем, чем мог: подготовкой к экзаменам, дополнительными занятиями и встречами. Дал, наконец, Кристине уговорить себя присоединится к волонтерской группе, к которой та давно примкнула и мечтала затащить и его. Несколько раз откликнулся на предложение Игната погонять вместе на мотоцикле, хотя раньше отказывался. Всё, что угодно, лишь бы не оставалось сил и времени думать о Семене.
Единственное, что Демид позволил себе, - сталкиваться с ним чаще в школе. Насовсем отстраниться не получалось, а эти как будто случайные встречи словно поддерживали невидимую связь между ними. И со стороны никто ничего не замечал. Особенно Ярослав Подольский. Демид убеждал себя, что так еще лучше. Пока Подольский думает, что они с Семеном в самом деле игнорирует друг друга и никак не контактируют, ему не захочется вновь прицепиться к Лисницкому.
Но тот всё же прицепился. По крайней мере, когда Демид увидел в столовой Семена, сидящим в компании Ярослава, внутри у него всё заклокотало.
В полном смятении он сел за стол напротив. Захотелось протереть глаза, настолько увидеть этих двоих вместе казалось нереальным. Ни Подольский, ни Семен как будто не замечали его, а, может, и правда не видели. Демид наоборот, не скрываясь, в упор смотрел на них. В голове роились мысли, одна мрачнее другой.
Перебрав в голове все возможные варианты, почему Семен возобновил общение с Ярославом, Демид пришел только к одному выводу: Подольский снова того шантажировал. Непонятно было одно, как Ярослав решился на такое после всех его предупреждений. После их последней полной эмоций встречи. Зная, что у Демида на него компромат.
Не выдержав, он отправил сообщение Ярославу: «Почему с тобой Лисницкий? Забыл наш уговор?». Проследил взглядом, как Подольский лениво потянулся к телефону и прочитал сообщение, а после ухмыльнулся и, наконец, посмотрел прямо на Демида. Значит, Ярослав давно заметил, что он сел за стол напротив, и нарочно продолжал свой спектакль. Демид сжал кулак. Ногти до боли впились в кожу.
«Помню. А что? Он сам захотел с нами сесть». Ярослав словно нарочно издевался над ним, разыгрывая удивление. Демид ответил: «Так я и поверил. Снова играешься? Мне отправить всем фотки с тобой и Игнатом?». Последнее он добавил специально, наблюдая за реакцией Ярослава. Но тот и ухом не повел и продолжил гнуть свою линию. «Сам сказал, что на Сему тебе плевать. Тебя я больше не трогаю. Нейтралитет. Как договаривались».
Тихо выругавшись, Демид сжал телефон. Внутри закипели злость и раздражение. Подумав, он отправил Ярославу: «Отстань от него, или я солью фотки с тобой в сеть». Сообщение тот прочитал, но отвечать не спешил. Вместо этого, облокотившись на стол и подперев щеку ладонью, уставился на Демида. От его взгляда в упор, такого откровенно любопытного, стало не по себе. Демид посмотрел на Семена. Тот как будто и не видел его, продолжая сидеть рядом с Подольским, как ни в чем не бывало. По другую сторону от него была черноволосая девочка. Повернув к Семену голову, она что-то говорила ему.
И тут пришел ответ от Ярослава. Прочитав его, Демид не поверил глазам. Он смотрел на экран телефона, шевеля губами и перечитывая одно и то же.
«Из-за чего? Из-за того, что Лисницкий выбрал меня, а не тебя?».
Ярослав снова перешел границы и нарывался на конфликт. Это было ясно. В голове не укладывалось только, зачем, зная, что у Демида на него компромат, тот намеренно провоцировал. Подольский с таким трепетом относился к своей репутации. Эти его игры в банду, чтобы показать свою крутость, эти его тайно снятые видосы, с помощью которых он потом манипулировал другими. А если по школе разлетится видео, где его целует парень, его образу крутого парня сразу придет конец. Может, кто бы и пережил подобное, но только не Ярослав Подольский. Демид был уверен в этом.
Тогда какого черта он это делал?..
Решившись, Демид написал в ответ: «Так ты так одержим Лисницким? Не ожидал». «Ревнуешь?», - почти мгновенно. Вспыхнув, Демид прикусил губу. Захотелось встать из-за стола и броситься на Ярослава. Он уже представил, как эффектно и красиво тот летит на пол от его удара. А Демид хватает Семена за руку и уводит за собой. Красиво, но нереально.
«Мне плевать», - набрал он в ответ. – «Просто вы оба выглядите тупо».
Ярослав наклонился к Семену и что-то ему шепнул. Тот бросил быстрый взгляд на Демида. Настолько быстрый, что если бы Демид всё это время не наблюдал за ними внимательно, то ничего бы и не заметил. После что-то ответил Ярославу.
Неужели Семен добровольно возобновил общение с Ярославом? Демид нахмурился. Такое возможно, только если...
Только если Семен с самого начала притворялся, что что-то чувствует к Демиду, чтобы просто избавиться от его шантажа. А теперь, освободившись, он вернулся в банду Подольского.
От этих мыслей стало очень горько. Демид подхватил свою брошенную на соседний стул сумку и, встав из-за стола, ринулся к выходу.
* * *
Ярослав склонился к уху Семена и прошептал:
- Доценко занервничал. Смотри, как зыркает на нас.
Семен давно заметил, что Демид устроился за столом напротив, но нарочно не подавал виду. В голове был сумбур, его бросало то в жар, то в холод. Сидевшая рядом Мира что-то щебетала, но он даже не пытался вникнуть в то, что она говорила. Он чувствовал на себе взгляд Демида, и это взволновало его сильнее, чем он предполагал.
После комментария Ярослава Семен бросил на Демида быстрый взгляд и тут же перевел его на Подольского.
- Засыпал меня вопросами, почему ты здесь, - помахал телефоном Ярослав.
- Ты же уверял, ему плевать, - нахмурился Семен. – С чего тогда ему нервничать?
- Так и есть. Просто увидел нас вместе и испугался.
- Почему?
- Да просто думает, как бы мы с тобой против него чего не выкинули. Вот и всё. А ты что подумал? Ревнует тебя? – фыркнул Ярослав.
Мира начала прислушиваться к их разговору.
- Заткнись, - еле слышно откликнулся Семен.
- Смотри. Вот, - и Ярослав показал ему последнее сообщение Демида, сунув телефон под нос.
Он успел прочитать только «Мне плевать. Просто вы оба выглядите тупо», как Подольский сразу убрал телефон. Внутри растеклась горечь. Непонятно, какой вопрос предшествовал такому ответу, но Демид, как всегда, был холоден и язвителен. Может, Доценко действительно плевать?.. Что если именно он и рассказал Ярославу про его отца? Что если он всё это время притворялся, играясь?
Семен резко встал из-за стола.
- Ты куда? – посмотрел на него снизу вверх Ярослав.
- Просто.
- Куда «просто»? – не отставал Подольский.
Семен посмотрел на стол напротив. Демида за ним уже не было. И когда только успел уйти. Наверно, Ярослав тоже заметил отсутствие Демида и решил, что Семен пошел встретиться с ним. Боялся двойной игры? Кстати, а почему самому Семену это в голову не пришло? Может, тогда он хоть на миллиметр приблизился бы к правде.
Вот только Семену не хотелось больше играть. Хотелось лишь поскорее выпутаться из этого клубка лжи и обмана.
- В туалет. Нельзя? – огрызнулся Семен.
Мира смущенно кашлянула. Влад хохотнул.
- Иди. Встретимся в холле на первом, - сухо откликнулся Ярослав.
Выйдя из столовой, Семен сначала подошел к стенду с расписанием занятий, а потом повернул было к лестнице, но наткнулся на Демида и резко замер, от неожиданности застыв как вкопанный. Сердце заколотилось быстрее, а ладони мигом вспотели. Демид стоял в двух метрах от него. Сумка на длинном ремне перекинута через противоположное плечо, руки в карманах черных обтягивающих джинсов, подбородок чуть задран вверх.
Мимо со смехом пронеслись несколько школьниц. Семен моргнул. Стоит и пусть стоит, а он пойдет к лестнице, как и собирался. Но Демид преградил ему путь, шагнув навстречу и быстро сократив расстояние между ними.
- Ты понимаешь, что делаешь? – очень тихо спросил он.
Семен нервно сглотнул.
- Ты о чем?
- Что ты забыл с Подольским? – изогнул бровь Демид. – После того, как сам же страдал от его шантажа? Тебе мало, что ли?
- Не твое дело, - отвел глаза Семен.
Он не мог вынести горящий взгляд Демида. Боялся не сдержаться и вывалить на него все претензии и обиды, всё, что разъедало Семена изнутри уже давно. Но мимо них сновали школьники. Вот-вот придет Ярослав и остальные. В общем, было не место и не время для выяснения отношений. Да и отношений между ними больше не было.
- Он заставил тебя? Что случилось? – не унимался Демид.
- Тебе разве не плевать? – Семен всё также избегал его взгляда и мысленно молил его уйти.
- Ты снова за свое.
Скоро появится Ярослав со своей компашкой. Не хватало, чтобы их увидели вместе. После такого можно было бы ожидать, что угодно, но, в чем был уверен Семен, точно ничего хорошего.
Словно прочитав его мысли, Демид, вдруг, отступил и, развернувшись, ушел.
Выдохнув, Семен прислонился к стене и на миг закрыл глаза. В голове крутился текст сообщения Демида, которое показал ему Ярослав. «Мне плевать. Просто вы оба выглядите тупо».
Частично Доценко всё же был прав: играя в «кто кого зацепит сильнее», они и, правда, выглядели тупо.
* * *
Демид зашел к Семену в комнату поздно вечером. Прижался спиной к двери, блокируя тем самым выход, но и не проходя дальше. Мысли Семена смешались. Внутренне он готовился, понимая, что так просто Демид от него не отстанет, но, когда дошло до дела, он растерялся.
Семена переполняли смешанные эмоции. Были и обида, и злость, и, конечно, разочарование. И, что странно, несмотря на это, к Демиду у него всё еще сохранились и теплые эмоции. Не получалось удалить его полностью из своей жизни, отстраниться, забыть.
Семена всё еще тянуло к Демиду, хоть он и запретил себе даже думать об этом. Он убеждал себя, что просто поддался моменту, ничего серьезного у него к Доценко нет. Стокгольский синдром, как он сам однажды подумал, и ничего больше.
- Так почему ты был с Подольским?
До прихода Демида Семен полулежал на разложенном кресле-кровати и слушал музыку. При появлении нежданного гостя он резко сел, вытащив наушники из ушей.
- Я не обязан отчитываться, - сухо откликнулся Семен.
Он быстро окинул комнату взглядом, ища пути к отступлению. Но их как будто и не было: дверь заблокирована Демидом. Не в шкафу же прятаться. Меньше всего ему хотелось, чтобы Доценко смог к нему приблизиться. Ненавидеть того на расстоянии было значительно легче, чем когда тот находился в нескольких сантиметрах.
Семен встал, намереваясь отойти как можно дальше, но Демид, словно разгадав его намерение, в два прыжка оказался перед ним, преграждая путь.
- Ты обещал, - уставился он на Семена горящим взглядом. – Если кто-то, неважно кто, будет цеплять тебя, шантажировать, ты скажешь мне. Ты обещал.
Прозвучало обвиняюще, и Семен задохнулся от возмущения. Это он сейчас должен обвинять и обижаться, а не Доценко. У него были все права на это, а Демид вел себя так, словно это его обидели, с ним поступили несправедливо. Словно и не знал ничего про слитую Ярославу информацию о его бате. И это и злило, и смущало одновременно. Неужели Демид мог настолько мастерски притворяться?..
Семен встретился с ним взглядом и твердым голосом ответил:
- Меня никто не цепляет и не шантажирует сейчас. Кроме тебя.
Губы Демида шевельнулись, но он ничего не сказал, вместо этого положив руки на его плечи и надавив, заставив сесть.
- Когда Подольский стал твоим другом? Напомни, - наконец, произнес он бесцветным голосом.
Семен глянул на него исподлобья.
- Он мне не друг. Но это не значит, что я не могу с ним общаться.
- И зачем?
- Не твое дело.
Семен сделал попытку встать, но Демид неожиданно опрокинул его на кровать, надавив ладонью на грудь. Миг – и Семен, распахнув широко глаза, падает спиной на мягкую поверхность. Перед глазами сначала появился потолок, а после лицо Доценко. Демид навис над ним, прижав его руки к кровати, и поймал его взгляд. От того, как он посмотрел на Семена, внутри что-то дрогнуло и затрепетало. Доценко словно пытался прочитать его изнутри, разгадать мысли, отчаянно вглядываясь в его лицо. Какое-то время они смотрели друг на друга, словно гипнотизируя. А потом, секунда, и лицо Демида оказалось в опасной близости от лица Семена. Еще немного – и их губы соприкоснутся.
Нельзя этого допустить. В последний момент Семен отвернул голову. Сердце застучало в районе горла. Губы Демида застыли в каких-то сантиметрах, горячее прерывистое дыхание опалило щеку. Пальцы на его плечах сжались. Несильно, но ощутимо. Демид продолжал смотреть на него, а Семен молился, чтобы тот не заметил, как безумно колотится его сердце. Как сильно на него действуют его прикосновения. Пока что. В то, что это временно, и скоро всё пройдет, Семен и не сомневался.
- Ни за что не поверю, что ты добровольно с ним... - Демид запнулся и выпрямился, отпустив его руки. – Ни за что.
- Ну и не верь, - огрызнулся Семен и замер в ожидании последующей реакции.
Выбившаяся из хвоста прядь волос лежала на щеке Семена. Когда он скорее почувствовал, чем уловил боковым зрением руку Демида, потянувшуюся к его лицу, то застыл в напряжении. Семен был готов к чему угодно, но только не к тому, что теплые пальцы осторожно, едва касаясь, отведут эту прядь от лица и заправят ее за ухо. А после, вместо того, чтобы отстраниться, очертят невидимую линию вдоль шеи к ключичной ямке. От прикосновения Семена прошила дрожь, а дыхание сбилось. Он широко распахнул глаза, упрямо не поворачивая голову и не двигаясь. Не хотел показывать реакцию. Пусть Доценко думает, что ему безразличны его прикосновения. Пальцы, тем временем, поднялись выше, обогнули подбородок и дошли до губ. Губы остро отреагировали на теплое и нежное касание. Неожиданно захотелось, чтобы оно длилось дольше. Семену стоило титанических усилий сохранить внешнее равнодушие.
Наконец, не дождавшись ответной реакции, Демид убрал руку и медленно слез с кровати. Но, вместо того, чтобы уйти, как ожидалось, встал рядом, смотря на него. Семен продолжал лежать неподвижным трупом. Единственное, что он позволил спустя минуту – повернуть голову и уставиться в потолок. Пульс немного выровнялся, охватившее его вначале волнение начало стихать. Губы еще хранили вкус касания пальцев, но это уже неважно.
- У меня есть на него кое-что, - голос Демида дрогнул, когда он заговорил. – Я заставлю его отстать от тебя. Только скажи.
Семен не верил. Он был зол и раздосадован одновременно. В какой-то момент ему начало казаться, что Подольский и Доценко стремились зацепить друг друга, а его просто использовали как пешку в своих игрищах. Что один, что другой, никто не думал о чувствах и переживаниях Семена. Никто не относился к нему искренне. Никто из них вообще не считал его за человека.
В памяти неуверенно встрепенулись моменты из прошлого, в которых Демид о нем заботился, защищал, признавался в чувствах, но Семен сразу затолкал их подальше. Он устал разбираться, где правда, а где ложь. Он устал давать шансы.
Демид продолжал стоять у кровати и смотреть на него. От такого пристального внимания стало неуютно. За стеной Марина и Константин о чем-то тихо разговаривали. Вот бы кто-нибудь из них зашел сейчас и прервал этот пустой разговор. Но никто не зашел.
Медленно Семен поднялся и сел, облокотившись на колени. Демид не шелохнулся, как будто и не собирался уходить. Но не мог же он стоять тут вечно?..
- Просто скажи. Я помогу, - в неожиданном порыве Демид присел на пол у его колен. Вздрогнув, Семен выпрямился и сел ровно. – Я заставлю Подольского отстать.
Положив ладонь на его колено, Демид заглянул ему в лицо. Семена давно раздражала удивительная способность Доценко выглядеть уверенным и спокойным. Даже слегка отстраненным. Независимым. Был он таким взаправду или притворялся, неважно. Но сейчас Демид казался взволнованным. Действительно переживал за Семена или просто боялся, что, объединившись с Подольским, он что-нибудь выкинет против него?..
Пальцы на колене Семена слегка сжались.
- Расскажи мне, - дрогнувшим голосом попросил Демид.
Семена и самого охватила дрожь. Такое поведение Демида смущало и злило. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком плохо, если он поддастся эмоциям снова.
Собравшись с силами, напустив на себя как можно более равнодушный вид, он ответил:
- Нечего рассказывать. Мои дела тебя больше не касаются. Наконец-то я избавился от твоего шантажа и больше не хочу с тобой разговаривать.
Казалось, Демид окаменел. Он смотрел на него, не мигая, словно не поверив в то, что сейчас услышал. Сердце болезненно кольнуло.
- Что так смотришь? – не выдержал Семен. Он чувствовал, что еще чуть-чуть, и его снова затопят эмоции, и он выдаст себя с головой. – Оглох, что ли? Или я что-то не так сказал? – Семен наклонился, приближая к нему свое лицо. Отчетливым тихим голосом проговорил. – Я больше не твоя таблетка. Не твоя игрушка. Ясно?
Не отводя от него немигающего взгляда, Демид нервно сглотнул, кадык дернулся под кожей.
- Проваливай, - закончил Семен почему-то шепотом.
Показалось, будто в квартире наступила оглушительная тишина, и если он будет говорить как обычно, его услышат все.
Он медленно убрал руку с его колена и встал. Повернулся в сторону двери. Семен не отводил от него взгляда, наблюдая за каждым движением. Но все равно оказался не готов, когда Демид, вдруг, развернувшись, шагнул к нему и, схватив за грудки, заставил встать. Их лица снова оказались так близко. Семен ощутил слабость в ногах.
- Ты это специально говоришь? Специально? Да?! – Демид хмурился, взгляд метал молнии. Вот только, что именно так задело Демида, он не мог понять. Грубость в его адрес или то, что Семен больше не собирался ему подчиняться.
Он держал его крепко, тяжело дыша. Взгляд прожигал насквозь. Демид подтянул его ближе, оставляя жалкие сантиметры между их телами. Сопротивляясь, Семен положил ладони на смявшие ткань его футболки пальцы, пытаясь отцепить от себя чужие руки.
- Что тебе надо от меня? Почему никак не успокоишься?
- Я не понимаю, - хриплым голосом начал он. – Почему всё так резко поменялось. Из-за не удаленных фото? Из-за того, что я не рассказал, что сделал с Подольским? Из-за чего? А может, - он встряхнул его, - Может, потому что это ты притворялся всё это время, а?
В моменте Семену захотелось проорать в ответ, что виноват во всем, наоборот, Демид, не нужно было быть таким придурком и психом с самого начала. Не нужно было врать ему. А еще, что Ярослав теперь знает про его отца и утверждает, что информацию слил он, Демид. Но он сдержался из последних сил. Не хотел показаться тряпкой. И почему-то в глубине он чувствовал еле уловимое удовлетворение от того, что Демид думает, что Семен притворялся. Думает так, и пусть.
- Чего молчишь? – вырвал его из мыслей Демид.
- Думай, как хочешь.
Демид замер, его хватка ослабла.
- Даже не попытаешься объяснить?
У Семена вырвался смешок.
- Нечего объяснять. И незачем.
Семен, наконец, отцепил его руки от себя и шагнул в сторону. Демид подошел ближе. Семен начал пятиться, пока не уперся спиной в шкаф. Нервно оглянулся. Не первый раз Демид вот так загоняет его в угол.
- Тогда скажи, как есть. Хочешь... - упираясь рукой в шкаф позади него, второй рукой Демид ухватил его за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. – Ты, правда, хочешь, чтобы я отстал от тебя? Больше не подходил, не заговаривал. Ничего. Хочешь этого? Только честно.
Демид напускает на себя страдающий вид, а после пишет Подольскому: «Мне плевать. Просто вы оба выглядите тупо». Говорит, что обнявший его у подъезда Игнат – просто знакомый, а потом приглашает к себе домой и запирается с ним в комнате. Клянется, что удалил компромат с отцом Семена, а оказывается, что нет. Да и сейчас. То пропадал где-то, то, вдруг, увидев его с Ярославом, снова оживился. Да, У Семена было немало претензий к Демиду, но выяснять больше не хотелось ничего. Он вычеркивает Демида из своей жизни. Забудет всё, что было между ними, как очередной кошмар. Хоть от этого решения непонятное чувство и раздирало, едкой кислотой растекаясь внутри, он сможет.
Семен собрал остатки сил и почти выкрикнул.
- Да, - и уже тише повторил. – Да, хочу.
В глазах Демида мелькнула боль, но Семен сразу себя разубедил: ничего подобного. Этот засранец просто играет. Если что и задето, то его самолюбие. Но так ему и надо.
Демид убрал руку и сделал шаг назад. Кивнул чему-то про себя.
- Ладно, - он усмехнулся, проводя рукой по волосам. – Ладно. Будь по-твоему.
Семен не сразу поверил. Он не ослышался? Демид согласен?
Уже в дверях Демид повернул к нему голову.
- Больше не зови, если что.
- И не подумаю, - прошептал Семен, но тот его уже не слышал.
И не подумает, но внутри всё сжалось.
* * *
Демид долго кружил по своей комнате, прежде чем набрать номер Кристины. Какое-то время она была единственным связующим его с Ярославом звеном. Благодаря ей он узнавал о планах Ярослава, делах банды. Благодаря ей выяснил, что Ярослав шантажировал Семена. Но теперь просить выяснить, что происходит, почему Семен снова тусуется с бандой, казалось бессмысленным и глупым.
После той выходки Ярослава, когда тот пытался подбросить ему наркотики, Кристина очень разозлилась и хотела высказать всё Подольскому. Демид еле уговорил ее не делать этого. Ему нужен был информатор и помощник. «Ладно. Но только пока тебе не удастся избавить Сему от его шантажа. Больше не хочу. Я, правда, не узнаю Яра. Он творит жуткие вещи. Это ужасно», - сказала она.
А теперь Кристина еще и заболела. Он переживал за нее и желал быстрого выздоровления, но не мог не попытаться попросить о помощи снова. Не тогда, когда Семен который день подряд, словно нарочно, таскается за Подольским. Да, тот сказал, что хочет, чтобы Демид отстал от него. А он в ответ бросил, что больше не поможет. И всё равно внутри было неспокойно, что-то подсказывало, что всё не так просто.
- Привет, - раздалось после второго гудка. Ее голос был хриплым и уставшим.
- Привет. Как ты?
- Уже лучше. Температуры нет, но слабость ужасная, - пожаловалась Кристина.
- Зайти к тебе? Принести что-нибудь?
- Спасибо, не надо.
- Ясно. Ну, если что-то понадобится, только скажи...
Демид ходил по комнате взад-вперед, одной рукой ероша волосы, а второй сжимая телефон.
- Что ты хотел, Дем?
- ...
- Ты же не просто так позвонил. Не только, чтобы узнать, как у меня дела.
- Можешь узнать, что там Яр мутит? Понимаю, ты болеешь, но, может...
Его прервал ее громкий вздох.
- Дем, нет. Я уже говорила. Я теперь почти не общаюсь с Яром. Да и ни с кем из банды, кроме Леи.
Демид прикусил губу.
- Может, Лея что-то знает?..
- Я могу поспрашивать, но не факт. Яр ведь тоже не дурак, Дем. Он уже понял, что я с тобой общаюсь, поэтому скрытничает. Не знаю, кто вообще из банды в курсе его планов, кроме него самого, - она закашлялась, а после спросила. – А что опять случилось?
- Сам не понимаю, - нахмурился Демид. – Лисницкий снова с ним. Как будто и не он его шантажировал недавно. Подольский уверяет, что тот сам вернулся в банду.
- Если это так, то Сема – полный дурак. А если нет, то...
Она замолчала.
- Что? – не выдержав, спросил он.
- Возможно, у него есть на это причины.
Причины наверняка есть. Знать бы еще, что это за причины. И хотя Семен просил отстать от него, а сам Демид сказал, что больше не собирается ему помогать, переживания никуда не делись. Как он ни старался успокоиться, не получалось. Хуже всего, что Демид чувствовал и свою вину, но не знал, как всё исправить.
- Вы что, поссорились? Ты у него самого не можешь спросить?
Ее вопросы отдавали горечью, словно лекарство.
- Мы не общаемся сейчас, - Демид помолчал. – Но он делает вид, что всё в порядке, так и надо.
- Может, тогда всё на самом деле в порядке? – осторожно спросила Кристина.
Демид чувствовал, что нет. Ничего не может быть в порядке, когда в деле замешан Ярослав Подольский. Он уже на своей шкуре это проверил. А может, это действительно его иллюзии, и он просто пытался оправдать поступки Семена. Но Демид гнал эти мысли как можно дальше.
Не дождавшись его ответа, Кристина продолжила:
- Ты как-то слишком волнуешься за него, Дем. Давно тебя таким не видела.
- ...
- Может, зря? Он ведь не маленький мальчик и в курсе, что вытворяет Яр.
- Поэтому что я знаю, что Подольский снова хочет цапануть меня. Он не может успокоиться после того раза. Он точно что-то задумал.
- У тебя ведь есть что-то на Яра, да? Просто используй это. Останови его.
Он думал об этом и не раз. Выложить видео, где Игнат целует Ярослава. Только вот Подольский почему-то вел себя так, словно ему плевать, словно и не боялся этого. И неизвестно, почему Семен снова в банде. Если Подольский снова что-то нашел про него и шантажирует, не сделает ли Демид, выложив видео, хуже?..
Эта неизвестность раздражала его сильнее всего.
- Я просто не хочу сделать еще хуже. Яр – тот еще трус, а сейчас ему как будто и все равно. И Лисницкий снова с бандой.
- По-моему, Семе твои переживания нафиг не нужны. Может, хватит впрягаться за него? Ты слишком много о нем думаешь. Делай, как будет лучше тебе.
Демид сжал пальцами переносицу. Пожалуй, если он продолжит в том же духе, о его чувствах к Семену догадаются все.
- Не знаю, Крис. Я запутался, - вздохнул он.
- Я спрошу у Леи, но ничего не обещаю, - помолчав, откликнулась Кристина. – Она может и не знать.
- Понял. Спасибо, Крис.
Вместо ответа послышался ее тяжелый вздох.
- Пока не за что, - помолчав, она добавила. – Теперь от меня никакой пользы, да? – ее голос задрожал. - И общаться со мной больше незачем. Смешно, но, похоже, нас с тобой связывал только Яр.
Меньше всего Демиду нравились разговоры на такие темы. Кристина влюблена в него, но она для него только друг. В моменте он даже ревновал к ней Семена, хотя и знал, что тот ей точно неинтересен.
- Не говори ерунду, Крис. Нас с тобой связывает дружба. Поняла?
Она не ответила, только шумно дышала.
Вспомнился школьный холл, Тимка на подоконнике, и Кристина, утешающая его. Ни тот, ни другая не видели спрятавшегося за углом Демида, не знали, что их подслушивают. В тот день Тимка назвал Кристину лучшей. Тогда Демида вспышкой обожгла ревность. Потом гибель Тимки сблизила их. Теперь он понимал, почему Тимка так сказал. Кристина в самом деле была лучшей. Лучшим другом. Тем, кто готов поддержать и помочь.
- Ты знаешь, что я не хочу дружить, Демид, - хриплым голосом откликнулась она. - И я знаю, ты не ответишь взаимностью. Я всё знаю, но... - она замолчала ненадолго. – Но всё равно понимать это больно.
Внутри всё болезненно сжалось от ее слов. Он никогда не хотел причинять ей боль.
- Если тебе больно, тогда давай перестанем общаться, - и поспешно добавил. – Я просто не хочу, чтобы ты страдала, так что приму любое твое решение.
Она так долго молчала, что он подумал, что не дождется ответа.
- Да всё нормально, - наконец, сказала она. – Я всё понимаю. Просто минутка слабости. Не бери в голову, тогда и я не буду.
- Хорошо, - выдохнул он и в эмоциональном порыве добавил. – Ты лучшая, Крис.
- Не могу не согласиться, - мягко откликнулась она.