40
Ночь субботы Семен пролежал без сна. Его одолевали мысли, беспорядочные и навязчивые. Он не мог определиться, верить Демиду или нет.
Думаешь, стал бы я всё это делать, если бы ты был мне безразличен?
Да откуда ж Семену знать?.. За свои пятнадцать лет он успел столкнуться с жестокой реальностью взрослого циничного мира, где всем друг на друга плевать. Что Демиду на самом деле от него нужно? Он играл и пытался использовать, или был искренним, Семен не знал. Его разрывали противоречия. С одной стороны его тянуло к Демиду. От мысли оборвать все связи с ним внутри Семена всё тянуло и ныло. Ему хотелось быть рядом. С другой стороны, Демид его шантажировал и многое скрывал. Даже сейчас, сказав, что разобрался с Подольским, и беспокоиться больше не о чем, он о многом умолчал. Но при этом хотел, чтобы Семен ему доверял.
Проворочавшись всю ночь, Семен встал рано хмурый и помятый.
Идя на кухню, он никак не ожидал ранним утром воскресенья увидеть там обоих Доценко. Константин допивал кофе, одновременно листая новости в планшете. Демид делал себе бутерброды.
- Доброе утро, - приветствовал Семена Доценко старший. – Марину завтра выписывают.
- Правда? – опешил Семен. Из-за всех переживаний он совсем забыл, что Марина до сих пор в больнице. Впрочем, Константин ездил к ней чуть ли не каждый день, так что вниманием и заботой она не была обделена. – Здорово.
- Обещали выписать до обеда. Так что, когда вернетесь завтра из школы, Марина уже будет дома, - улыбнулся Константин.
Семен, не удержавшись, посмотрел на Демида. Словно почувствовав его взгляд, тот глянул на него исподлобья и тут же опустил глаза.
- Да, и Марине нужен будет покой, - продолжил Константин, вставая из-за стола. – Так что прошу никаких грубостей по отношению к ней. Она не должна нервничать и волноваться. Особенно, это касается тебя, Демид. Ты слышишь?
- Слышу, - безэмоционально.
- С ребенком, - запнулся Семен и, покраснев, продолжил. – С ребенком ведь всё в порядке?
Доценко старший внимательно посмотрел на него.
- Да. Слава Богу.
Семен снова бросил взгляд на Демида, но в этот раз тот даже не повернул голову в его сторону.
Как обычно. Бодрый и собранный. Независимый. Равнодушный. У Семена ни за что не получится угадать, о чем думает Демид Доценко. А тот никогда ему не скажет.
Но почему Семена это так цепляет?..
Аппетит пропал, и Семен вышел из кухни.
* * *
Если и в ночь на понедельник у Семена не получится заснуть, будет совсем отстойно. Он специально лег пораньше и постарался настроиться на сон, отключив все лишние мысли. Но мысли всё равно лезли незваными гостями в голову. Измученный Семен почти сдался, как, вдруг, дверь в комнату тихонько приоткрылась, и внутрь кто-то проскользнул.
У Семена мурашки по телу побежали, а в горле встал нервный ком. Он знал, кто был его ночным гостем, и всё равно занервничал. Кровать прогнулась с противоположной стороны, и чужое тело осторожно вытянулось рядом. Семен лежал на боку, лицом к окну, почти у самого края. Он не повернул голову и даже не шелохнулся, пока за его спиной укладывался Демид.
Семен притворялся спящим, зажмурившись до белых пятен перед глазами. Даже почувствовав исходящее от чужого тела тепло, когда Демид придвинулся ближе. Даже когда пальцы Демида, едва касаясь, провели по плечу. Семен пожалел, что не успел натянуть одеяло до подбородка, накрывшись лишь по пояс. И теперь Демид мог бессовестно касаться его руки, не прикрытой коротким рукавом футболки. Пусть и еле ощутимо. Пробираться под рукав и в вырез футболки, обжигая сбивчивым дыханием затылок и шею.
Сердце сошло с привычного ритма и затарабанило в грудную клетку. Казалось, его стук отчетливо слышен в тишине комнаты. Семен продолжал притворяться спящим, словно и не чувствовал легких касаний, хоть и понимал в глубине души, как это глупо. Демид наверняка не поверил, что он спит. Но если он откроет глаза и выдаст себя, придется как-то отреагировать. И либо оттолкнуть, либо позволить и дальше прикасаться к себе. Но сложность была в том, что Семен не знал, как поступить. Лихорадочное возбуждение, охватившее его, боролось с подступающей к горлу паникой и желанием оттолкнуть, отдалиться, убежать.
Касания пальцев исчезли, и Демид отодвинулся. И в этот момент Семен открыл глаза.
- Так и думал, что не спишь, - вкрадчивый голос над ухом.
Семен перевернулся на спину и сложил руки на животе, уставившись в смутно белевший в сумерках комнаты потолок.
- Зачем пришел?
- Соскучился, - проникновенный шепот.
Семен фыркнул.
- Серьезно? Мы виделись... Когда последний раз? Пару-тройку часов назад?
- Ты знаешь, что я имел в виду.
- Нет, не знаю. Я не могу читать твои мысли. И не знаю, что в твоей ненормальной башке.
Движение рядом – и Демид навис над ним, упираясь ладонями в подушку по обеим сторонам от головы Семена.
- Почему ты так ведешь себя? Тогда, в той квартире, мне казалось, ты ответил взаимностью, - он помолчал. – Всё так резко поменялось. Из-за того, что я не рассказал тебе? Про Подольского.
- Много из-за чего. Я понял, что... - Семен замолчал.
В полумраке комнаты лицо Демида казалось особенно красивым, словно выточенным из камня. На миг дыхание Семена сбилось, пока он, как завороженный, вглядывался в это лицо. По правде он был в каком-то шаге от того, чтобы сдаться. Похоже, Демид зацепил его сильнее, чем он думал. Может, это вообще стокгольмский синдром, и стоит уже Доценко оставить его в покое, уйти, исчезнуть из его жизни, и всё постепенно пройдет.
- Стокгольмский синдром? Ты серьезно? – поднял брови Демид.
Семен прикусил губу. Похоже, про синдром он сказал вслух. Как стрёмно.
- Я что, маньяк или что-то типа того? – продолжил Демид, видя, что Семен молчит. – О чем ты только думаешь, а?.. Хотя постой. Подожди, его глаза блеснули в полутьме. – Значит, ты тоже ко мне что-то чувствуешь? Просто ты считаешь это, - он усмехнулся. – Стокгольмским синдромом.
- Вот и нет. Всё, что было до этого, на той квартире и вообще, - ошибка, - выпалил Семен, радуясь, что в темноте не видно, как он покраснел.
- Ошибка? – прищурился Демид. – Но почему?.. Всё, что я говорил тебе тогда и сейчас, - правда. То, что я чувствую к тебе, - всё по-настоящему.
Семен старался казаться равнодушным, незаинтересованным, но внутри бушевал ураган, разнося вдребезги остатки здравого смысла. Их разговор в какой-то момент показался ему бессмысленным. Он поймал себя на том, что долгое время смотрит на приоткрытые губы Демида. И если тот это заметил...
- После... После смерти Тимки я думал, что не смогу больше так сильно влюбиться. Да и не захочу. Мне было так хреново. А уж после смерти мамы... - Демид на некоторое время замолчал. – Но когда я узнал, что случилось с твоим отцом, что вам с братом нужна помощь, я...
Усилием воли Семен отвел взгляд от губ Демида.
- Ты попросил отца взять над нами опеку, чтобы шантажировать. Меня.
- Поначалу так и было. Твой отец и моя мама. Я злился, что она с ним встречалась, что она хотела уйти к нему и бросить меня. Мне хотелось, чтобы ты тоже ощутил эту боль. Но потом понял, что нет. С тобой мне наоборот становилось лучше. Я не хотел вредить тебе. Хотел общаться с тобой, хотел... Не знаю. Ты не шел контакт, и я использовал шантаж. А потом... Меня просто начало тянуть к тебе очень сильно. Я подумал, меня, наверно, так увлек этот дурацкий шантаж. Но на самом деле это ты.
- ...
- Ты сказал тогда, что и я тебе нравлюсь. Я чувствовал взаимность. Наверно, поэтому еще не сдался.
- Может, и нравишься, - мрачно выдал Семен. – Но...
Он не хотел, чтобы Демид ему нравился, чтобы его так тянуло и накрывало из-за него. Дело даже не в том, что это парень. Пусть это будут нормальные отношения, а не микс из обмана, притворства, использования и шантажа. Но кто знает, может, поэтому их так сильно и привинтило друг к другу. С чего всё началось? С шантажа Демида? Или с того дня, когда его батя и мать Доценко начали встречаться, заварив всю эту кашу?..
- Да, я использовал компромат на твоего отца. Но разве это был не единственный способ?..
- Что бы что?
Сердце Семена забилось быстрее. Почему-то сейчас казалось важным услышать ответ.
- Сблизиться с тобой.
Дыхание Семена сбилось. При самой первой их встрече, когда он только увидел Демида Доценко, его интуиция требовала бежать. Бежать как можно дальше от этого парня. Семен чувствовал уже тогда, что знакомство с ним не принесет ему ничего хорошего.
Демид наклонился и прижался своими губами к его губам. Осторожно, словно дразнясь, провел кончиком языка по нижней губе Семена, вырывая у него судорожный вздох.
- Хочешь, я остановлюсь? – тихо.
Мысленно Семен выругался. Гребанный Доценко, конечно, знал, что невозможно. Невозможно остановиться сейчас. Когда они снова так близко.
- Заткнись уже, - выдохнул Семен и, ухватив его за шею, притянул к себе.
Они целовались так, словно расставались на годы. Словно первый и последний раз решили прикоснуться друг к другу так. Какое-то болезненное отчаяние было в каждом касании губ и рук. В каждом равном выдохе и вдохе.
Сердце норовило выскочить из груди. Задыхаясь, Семен нашел в себе силы прервать поцелуй и отстранить Демида. Тот окинул его мутным взглядом и прижался губами к его шее. Семен закусил губу, сдерживая стон. Как так умудрялся Демид целовать его шею, что он начинал буквально плавиться, Семен не знал. Но каждым движением губ и языка тот нарочно или нечаянно задевал все чувствительные точки на его шее, заставляя сознание мутиться.
Горячая ладонь Демида залезла под футболку Семена, задирая ее. Добралась до соска и задела его пальцами. Семен в отместку запустил руки под майку Демида, оглаживая его спину. Мышцы Доценко от его касаний заметно напрягались. Оторвавшись от шеи, Демид вернулся к его губам. Слегка оттянул нижнюю губу, провел языком по верхней. Дрожь возбуждения прошила позвоночник Семена. Он выгнулся, от чего его грудь плотно прижалась к груди Демида. В штанах стало тесно, низ живота нестерпимо зудел. Демид тоже был возбужден, Семен прекрасно это чувствовал. Он позволил Доценко увлечь себя в новый поцелуй. Их языки сплелись так яростно, словно боролись друг с другом. Возбуждение нарастало. Сознание неотвратимо уплывало, но Семен еще пытался бороться. До того, как окончательно сдаться, ему нужно было прояснить один момент.
Он ухватился за широкие плечи Демида и попытался отстранить его, но тот не дался. Поняв, что Семен хочет прервать поцелуй, он усилил напор, прижимаясь сильнее и чуть ли не вдавливая в кровать. Ладонями Демид обхватил его голову, фиксируя и не давая отвернуться. И Семену ничего не оставалось, кроме как, собрав остатки воли в кулак, ущипнуть его. Первый щипок не подействовал. Демид только вздрогнул, но от губ его не оторвался. Повторный щипок в бок заставил его подскочить и отстраниться.
- Ты чего? – тяжело дыша, спросил он.
- Ты удалил фотки и видео с моим батей?
Пару секунд Демид молчал, и одно это заставило сердце Семена дрогнуть. В какой-то момент он даже ощутил досаду, что задал этот вопрос. Скорее всего, после ответа Демида всё и закончится.
- Я не буду тебя больше шантажировать. Честно, - после продолжительного молчания.
- Так удалил?
Семен всматривался в его лицо.
- Да.
- Точно?
- Да.
Последнее «да» прозвучало увереннее, но сомнения уже проникли в Семена, заставив напрячься. Волна возбуждения начала спадать.
Демид наклонился, пытаясь поцеловать, но Семен уперся в его грудь кулаком.
- Что не так? – мягко.
- Покажи.
- Что показать?
- Что удалил компромат на батю.
Демид завис на мгновение.
- Как я покажу, раз удалил? – осторожно спросил он.
- Просто покажи, что за фотки и видосы у тебя на телефоне. Если там с батей моим ничего нет, то...
- Ты хочешь посмотреть ВСЕ фото на моем телефоне?
- Да не собираюсь я рассматривать их. Просто буду знать, что той дряни с батей, что ты мне тогда показывал, нет.
- Но ты... Ты же... Тебе для этого всё равно надо будет ВСЁ посмотреть?
- Что? У тебя там еще какой-нибудь компромат? Или еще что? Скрываешь что-то?
- Да нет.
Демид отодвинулся и уселся на кровати по-турецки.
- Я и не только на телефоне их храню. Хранил.
- Ну, а мне достаточно будет, если ты покажешь, что в твоем телефоне их больше нет. Остальное будет на твоей совести.
- ...
- Ну, ты достаточно долго меня шантажировал.
- Я бы всё равно ни за что не показал бы ничего отцу, - перебил его Демид.
- Неважно. Ты долгое время уверял, что можешь показать. И ты обещал тогда, что всё удалишь. Еще тогда, когда я только рассказал тебе про Яра.
- Я и удалил.
- Я хочу убедиться.
- Это глупо.
- Думаешь? Ну, ладно, - Семен повернулся на бок, спиной к Демиду. – Почему ты вообще это сделал тайно, без меня? Мог бы и при мне.
Спустя несколько минут Демид тихо произнес.
- Ладно. Я покажу.
Семен повернул голову.
- Сейчас.
- Сейчас? Но уже ночь и... Давай утром хотя бы.
Семен тоже сел на кровати, согнув ноги в коленях.
- Я хочу сейчас.
- К чему спешка? Не исчезнет же мой телефон за ночь, - фыркнул Демид. И, придвинувшись к Семену, шепотом добавил. – Давай подождем до утра.
Горячее дыхание коснулось щеки Семена. Пальцы Демида скользнули под его футболку и погладили спину. По телу пробежались мурашки. Семен прикрыл глаза. Легкие касания успокаивали, будто уговаривая отступить и согласиться подождать. Семен открыл глаза.
- Не могу ждать. Давай сейчас, - посмотрел на Демида. – Или ты что-то скрываешь?
- Ну, хорошо. Сейчас так сейчас.
И Демид первым слез с кровати и направился к двери.
- Подожди, я возьму телефон подсветить.
У двери в свою комнату Демид резко остановился. Шедший следом Семен чуть не врезался в него, едва успев затормозить.
- Ты чего? – шепнул он Демиду.
Тот покачал головой и зашел. Включил настольную лампу, взял телефон и стал набирать пароль. Всё это он делал так медленно, что Семен начал подозревать неладное.
- Ты чего так долго?
- Пароль набираю.
- Ты уже набрал. Что еще ты там делаешь?
- Ничего. Сказал же.
- Да я же вижу.
Шумно вздохнув, Демид открыл «галерею» и протянул Семену.
- На.
Семен пробежался глазами по экрану. Несколько альбомов. Фото, как оказалось, не так и много. Впрочем, Семен и сам не любил фотографироваться. Глянул на Демида. Лицо того было сосредоточенным и напряженным. Взглядом он словно пытался загипнотизировать телефон в руках Семена.
Вроде бы ничего такого. Много фото с матерью Демида. Только она или вместе с сыном. В школе. Из разных поездок. Фото с Тимкой в отдельном альбоме. Едва увидев их, Семен поспешно закрыл альбом. Ему не нравилась эта идея с просмотром чужих фоток. Тем более, при таких обстоятельствах. Но и не проверить он не мог.
- Ну, что? – напряженным голосом спросил Демид.
Семен покачал головой. Вроде бы ничего подозрительного. В видео тоже чисто. И всё же что-то не сходилось.
Он уже почти протянул телефон Демиду, а тот уже коснулся его пальцами, как, вдруг, передумал. Слишком уж подозрительным было поведение Доценко.
- Стой, - он резко убрал руку.
Ему же не показалось? Семен взглянул на Демида. Лицо того застыло, он заметно напрягся. Почему?
Семен вернулся к одному из альбомов, со школьными фото, который он недосмотрел, посчитав, что интересующего его там нет. Просмотрел до конца. Нет, ничего такого. Закрыл альбом и, вдруг, наткнулся на один, который пропустил вначале. Всё потому что он назывался обыденно и скучно: «Док». А на обложке этого альбома красовалось изображение обычного документа. На всякий случай Семен открыл альбом. Пролистал первые фото. Там действительно были фото каких-то тестов, страниц учебников. Ничего интересного. А если пролистать до самого конца, то можно было наткнуться на другие фото.
Те самые. С отцом Семена и матерью Демида. Все они были здесь, на месте. Надежно укрыты в альбоме «Док».
Внутри что-то защемило. Собственно, он и не надеялся, что Демид не соврал. Но всё равно правда принесла боль.
Когда Семен поднял голову и посмотрел на Демида, тот уже всё понял. Его лицо побледнело, а губы приоткрылись, словно он собирался что-то сказать, но вместо этого шагнул к Семену. Его руки почти коснулись его плеч. Семен отпрянул.
- Ты соврал. За дурака меня держишь или что? – кинул ему телефон.
Демид едва поймал его.
- Я не воспользовался бы ими. Не стал бы ничего показывать отцу.
- Откуда мне знать? Ты даже сейчас соврал. Ты думал, я не увижу? Ну, да, я ведь почти просмотрел. Ты хорошо их спрятал. Так сразу и не обнаружишь.
- Я попросил подождать до утра, - глухо проговорил Демид. – Если бы ты согласился, я бы удалил всё ночью. Я, правда, собирался удалить.
- Откуда мне знать? – неверяще покачал головой Семен. – Вы с Подольским стоите друг друга. Оба играете в кринжовые игры. Но с меня хватит.
Губы Демида дрогнули.
- Я сейчас удалю их. Вот, смотри, - он повернул к нему экран телефона. Его рука дрожала. – Вот, всё удалил.
Семен поджал губы. Удалил, не удалил, он наверняка еще их где-то хранит. Сам же говорил. К тому же, он не раз и не два просил его об этом раньше, но тот так ничего и не сделал.
Семен шагнул в сторону двери, но Демид преградил ему путь.
- Помнишь, я тебе тогда на квартире предлагал? Перед тем, как ты рассказал про шантаж Подольского. Я, правда, был готов, - его грудь тяжело поднималась и опускалась. – Просто... Просто, как я и говорил, я боялся.
- Чего? – прищурился Семен.
- Что ты уйдешь.
- То есть ты хотел меня шантажом удерживать? Прикольно, что сказать.
- Это неправильно, но... После я решил, что точно не буду использовать эти фотки и видео и удалю их. Если ты попросишь.
- Я и просил.
Демид покачал головой.
- Прости.
Его голос дрожал. И Семен чувствовал, что Демиду тоже больно сейчас. Внутри мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.
- Да мне пофиг. Просто держись от меня подальше.
Семен обошел его, направляясь к двери.
Демид схватил его за плечи и развернул к себе.
- Не уходи. Больше нет никакого компромата. Честно. И не будет.
Семен посмотрел на него. В лице Демида читалось явное раскаяние и сожаление. Семен никогда раньше его таким не видел. Таким потерянным. Расстроенным.
- Но я не хочу. Не хочу быть с тобой, - как можно спокойнее сказал Семен. Соврал, конечно. Внутри всё рвалось от этих слов, но его уже затопила болезненная обида. А еще он устал крутиться в этом круге из бесконечного обмана.
- Неправда, - пальцы на плечах Семена сжались. – Еще несколько минут назад мы целовались. Ты отвечал мне. Ты... Ты это специально говоришь сейчас. Ты злишься. Я знаю.
- Нет. Теперь больше не хочу. Правда. Мне противно быть рядом с тобой сейчас, - слова, сухие, болезненные, словно сами по себе срывались с губ. Будто кто-то другой говорил за Семена, а он лишь открывал рот. – Стрёмно, что я вообще позволял тебе всё это. Хотя... - Семена топила обида. Сейчас от мыслей о том, что несколько минут назад он целовался с Демидом и признавался ему в симпатии, становилось нестерпимо стыдно. – Это всё из-за твоего шантажа. Так бы я не стал.
- Но... - Демид прикусил губу.
- Ты можешь заставить меня. Правда, на телефоне ты всё удалил сейчас, так что тебе придется показать мне, где ты еще хранишь на моего батю компромат. И тогда, - Семен с горечью усмехнулся. – Твой раб снова будет с тобой.
Глаза Демида широко распахнулись. Он оттолкнул его. Семен качнулся, но устоял.
- Сука, ты это нарочно говоришь сейчас! – Демид вцепился в свои волосы и посмотрел на него с умоляющим выражением лица. – Чего ты хочешь? Ну, врежь мне. Хочешь? Давай, врежь.
Семен сжал кулаки. Заманчивое предложение. Но если он поддастся сейчас, всё быстро может выйти из-под контроля.
- Хочу, чтобы ты оставил меня в покое.
- Ты не хочешь этого на самом деле, - сдавленным голосом произнес Демид. – Не заставляй меня думать, что ты тоже меня обманывал.
- Я? Обманывал? – округлил глаза Семен. – В чем?
- Сказал, что тоже что-то чувствуешь ко мне. И то, что было после. Ты притворялся, чтобы от шантажа избавиться? А теперь, когда дело сделано, просто уходишь. Да, ведь ты теперь добился своего.
Вздохнув, Семен опустил глаза. Нервы сдавали, и если он не уйдет сейчас, то может снова совершить ошибку. Пусть Демид думает, что хочет. Он не обязан оправдываться перед тем, кто сам его обманывал и шантажировал. Даже лучше, что Демид думает именно так, пусть тоже чувствует эту боль.
- Так, я пошел. Вообще-то, завтра в школу рано вставать, - Семен, не выдержав напряжения, повернулся к двери.
Быстрее. Уйти отсюда.
- Стой. Не уходи сейчас, - тихо.
Семен положил руку на ручку двери и тихо произнес:
- Я с тобой больше никак не связан. Я не твоя таблетка и не твой раб. Не хочу больше общаться с тобой. Ничего не хочу. Только если ты снова не начнешь шантажировать, - повернул к нему голову. – Начнешь?
Секунды напряженного ожидания, пока сердце Семена отстукивало в районе горла, а Доценко смотрел на него потухшим взглядом и молчал. Наконец, Демид помотал головой.
- Хорошо, - выдохнул Семен и, кивнув, вышел.
Едва он закрыл дверь, как в комнате Демида что-то грохнулось, разорвав ночную тишину квартиры. Семен вздрогнул и замер, прислушиваясь. Что-то снова бабахнуло, но уже не так громко. Семен почти бегом направился к себе. Не хватало, чтобы Доценко старший проснулся и застал его посреди ночи в коридоре.
Уже у себя в комнате Семен дал, наконец, волю эмоциям. Бросился на кровать и долго бил кулаком подушку, после чего зарылся в нее лицом, задыхаясь в сдавивших горло рыданиях. Демид снова ему соврал. Может, и не со зла, но разбираться в этом больше не хотелось. Всё равно чувствовал, что вместе им не быть. Зато, кажется, избавился от шантажа Демида. Он свободен.
Но это не принесло ему долгожданного облегчения и радости.
* * *
В понедельник нужно было ко второму уроку, но и на него Семен не успел, бессовестно проспав. Он полночи ревел, стараясь делать это как можно тише, чтобы не доставить удовольствия Доценко, если тот вздумал бы подслушивать. А под утро его, измученного и обессиленного, сморил-таки сон. Так что когда Семен, проигнорировав все будильники, продрал глаза, второй урок должен был начаться меньше чем через полчаса.
Оба Доценко уже ушли. Семен, чертыхаясь и путаясь в одежде, бегом позавтракал и, схватив рюкзак, помчался в школу. Когда он пришел, урок еще не закончился, поэтому, сдав куртку, Семен остановился в нерешительности, думая, где лучше дождаться перемены и не спалиться кому-нибудь из учителей.
Пока он думал, справа навстречу ему вырулили Ярослав и Димон. Они о чем-то разговаривали и не сразу заметили Семена. А вот он их увидел сразу и бегло огляделся в поисках укрытия. Решив свернуть к стульям за раздевалкой, он устремился туда, но в этот момент его заметили.
Столкнувшись с Семеном взглядом, Ярослав нахмурился, губы его скривились, но уже через секунду на лице его застыло безмятежное выражение.
- Ну, привет, - отсалютовал он Семену, как ни в чем не бывало.
Димон молча сверлил его взглядом. Казалось, это «привет», брошенное Семену Ярославом, вызвало в нем еще больший всплеск негатива. Причина такой неприязни со стороны Димона была Семену непонятна. Они особо и не общались с ним.
- Иди, я догоню, - кивнул Димону Ярослав.
Лицо того мигом приняло какое-то болезненное выражение.
- Но...
- Иди-иди, - подтолкнул его Ярослав.
- Давай я с тобой останусь. Он же псих. Мало ли что ему в башку брякнет.
- Сам ты псих, - огрызнулся Семен.
- Всё в порядке, Дим. Иди, - уже с раздражением повторил Ярослав.
- У тебя секреты с ним, что ли?
- Просто иди, бля, уже.
Нехотя Димон ушел, бросив на Семена испепеляющий взгляд. Как будто он виноват, что Подольский его прогнал.
Ярослав схватил Семена за локоть.
- Поболтаем? Это ненадолго. Есть важный разговор, - улыбнулся Ярослав, но в этой улыбке так и сквозило самодовольство.
Всё такой же пафосный взгляд, уверенный вид. Внутри Семена всё похолодело. Может, и здесь Демид соврал, и с Подольским он ничего не уладил?
Они отошли за гардеробную, в небольшой укромный закуток. Подольский явно хотел поговорить наедине, без свидетелей, даже верного Димона отослал.
- А ты ничего выглядишь, - окинул его насмешливым взглядом Ярослав. – Что, Доценко после того раза, в школе, тебя больше не бил?
Семен стиснул зубы.
- С того раза он со мной больше не разговаривает. Игнорирует, - как можно правдоподобнее выдал он.
- До сих пор? – изогнул бровь Ярослав. – Хочешь сказать, избил тебя разок в школе и всё? Полный игнор теперь? А как же шантаж? Ты же за песика у него был? И не шантажирует больше, выходит. Как так?
- Я откуда знаю, что у этого психа на уме, - дернул плечом Семен.
- Но это же ты ему слил всё про меня.
Для чего этот разговор? Явно же не просто так. Семен старался казаться спокойным, чтобы не выдать волнения.
- Ничего я не сливал. Ты сам затупил. Думал, он не догадается, что это ты, после того твоего селфи с его цепочкой? А эта идея с закладкой. Мне бы такого и в голову не пришло.
Губы Ярослава изогнулись в презрительной усмешке.
- Да знаю я, что это ты слил. Доценко сам сказал. А еще сказал, что вы трахаетесь. Так что я много чего знаю.
Слова, сказанные так уверенно, больно резанули по Семену, но он не подал виду.
- Что? Доценко тебе не рассказал? А он хвалился в субботу, как легко тебя использовал, трахал, когда хотел. Как ты ложился под него. Снова и снова. А еще сказал, что на тебя ему плевать. Его волновало только, чтобы его самого больше не цепляли.
Ярослав распалялся всё сильнее. Казалось, еще немного и изо рта польется яд. Семен не верил ему. Доценко – тот еще гад, но не мог он такого сказать Подольскому. Тот наверняка бесился, что его лишили возможности и дальше шантажировать Семена и пакостить Демиду. Жаль только, он не знал, что именно случилось между ними в субботу.
- Даже не возразишь? – закончил поливать его ядом Ярослав. – Или ты и так уже знаешь. Знаешь, что всё это правда.
- Ты хотел сказать мне только это? Так распереживался.
На секунду Ярослав замер. Полуулыбка застыла на его губах, а взгляд словно остекленел. Семен всмотрелся в его лицо. Подольский явно занервничал.
- Нет, не это. Я хотел спросить. Как ты можешь трахаться с Доценко, если ему плевать на тебя? Он просто тебя использует. Скажешь, всё из-за того, что он тебя шантажирует?.. – скрестив руки на груди, Ярослав покачал головой. – Не верю. Ты... Нет, мы с тобой могли избавиться от Доценко. План был идеален. Но нет, ты не удержался и всё растрепал и продолжил с ним трахаться.
Семен сжал кулаки, ногти до боли впились в кожу.
- Всё не так. И вообще это не твое дело. Не знаю, чего ты сейчас пытаешься добиться. Ведь понятно, что ты боишься Демида Доценко.
Семен решил пойти ва-банк. Только так он сможет отстоять себя и попытаться выяснить, что нужно от него Подольскому.
- Я? Боюсь?! – вспыхнул Ярослав.
Его явно задели эти слова.
- Разве нет? Ты хотел использовать меня, чтобы зацепить его. А потом боялся, что я расскажу Доценко, кто заставлял меня это делать. Поэтому подослал ко мне Макса и Влада втащить мне. Поэтому пытался узнать, как у меня с Доценко. И даже сейчас. Что ты от меня хочешь? К чему этот разговор?
Ярослав смерил его уничижительным взглядом, но промолчал.
- Если не боялся бы, выяснил бы с ним один на один. Зачем других приплетать?
Семен и не знал, как близки были его слова тем, что сказал тогда Ярославу Демид, предложив выйти один на один.
- Он сам трус. И слабак. И педик гребанный. И ты тоже, раз трахаешься с ним, - Ярослава прорвало. Его лицо окрасилось в ярко-красный цвет, заиграли желваки. – А я предлагал тебе помощь. Вместе мы могли бы заткнуть Доценко. Но ты слился, решил свалить из банды, потому что он тебя попросил. А ведь когда мы схватили тебя за школой, он не побежал тебе на помощь. Он сказал, что ему плевать. Плевать, если бы тебя избили.
Семен на секунду прикрыл глаза. У него разболелась голова, и больше всего он хотел прекратить этот бессмысленный разговор.
- Ну, окей. Он мудак, а я тряпка. Так что тебе надо?
Ярослав в момент сдулся. Плечи его поникли.
- Я просто ненавижу Доценко. Я думал, и ты его ненавидишь.
- ...
- А потом ты стал плясать под его дудку и пошел «против» меня. Я лишь хотел показать тебе, какой он мудак.
- Я и без тебя это знаю.
Ярослав впился в него взглядом.
- Если это правда... Если ты ненавидишь его, как и я, почему на его стороне? Из-за шантажа?
- Я не на его стороне.
- Тогда почему нам не объединиться? И не замутить уже «против» него? По-настоящему, без подстав.
- ...
- Соглашайся.
Семен покачал головой.
- Я правда хочу, чтобы от меня все отстали. Это всё.
- Непохоже, что ты его ненавидишь, - прищурился Ярослав. – Может, наоборот?
- Мне парни не нравятся, - глухо произнес Семен.
Верно, не нравятся, но внутри что-то, словно протестуя, шевельнулось после этих слов. Не нравятся. Но что у него было с Демидом?
- Хорошо, если так. Если ты не педик, как Доценко, – обрадовано произнес Ярослав. – Если что, Крис свободна. Ты мог бы попробовать. Если ты не гнал тогда, что она тебе нравится.
- Да пошел ты, - отмахнулся Семен и зашагал прочь.
Этот разговор утомил его и разозлил одновременно. Он не знал, чему верить. Но если Доценко действительно говорил Подольскому такие вещи про него, то это мерзко. Хотя он всё равно решил больше не общаться с Демидом. Но и с Подольским пробовать заново он не собирался. Тот так легко и быстро перешел с дружеского общения на шантаж и манипуляции, что вызывал только отвращение.
- Подожди, - Ярослав нагнал его в паре метров от лестницы и схватил за руку.
- Пусти, - вырвался Семен.
- Да не дергайся. С Доценко своим будешь дергаться, - Ярослав крепче вцепился в его локоть и приблизил к нему свое лицо.
- Подумай. Над моим предложением, - внушительно.
- Не буду, - упрямо.
Не хочет он больше дел никаких иметь ни с Подольским, ни с Доценко.
- Ты сам решил выйти из банды, кинул нас. Вообще, я второй шанс никому не даю, но тебе могу.
- Сейчас расплачусь от счастья.
- Я «против» тебя ничего не имел. Сам виноват, что лег под Доценко.
- Ты говоришь о нем больше, чем я.
- Подумай хорошо. Ты реально сможешь отомстить ему, - с этими словами Ярослав отсалютовал ему и устремился к лестнице.
Семен устало выдохнул. Он уже ни в чем не был уверен. Может, Демид действительно говорил про него такое. Поэтому и не хотел рассказывать подробности.
- Вот же привязался, - проворчал Семен и ринулся к лестнице.
Но едва он занес ногу над первой ступенькой, как к нему метнулся Димон. Обычно уложенные черные волосы были взъерошены, лицо бледное, под глазами синяки. Семен вздрогнул и отшатнулся к стене. Откуда взялся Димон? Прятался в алькове у лестницы?
- Отвяжись ты уже от Яра, - прошипел Димон. – Чё лезешь к нему?
Он что, всё это время прятался здесь и слышал продолжение их разговора у лестницы? А сейчас, дождавшись Семена, набросился на него с обвинениями.
- Плевать мне на Яра твоего. Пусть сам от меня отвяжется.
- Да это ты вечно у него под ногами путаешься.
- Поэтому он так хотел сейчас со мной поговорить, что тебя прогнал?
Лицо Димона вытянулось. Он явно собирался сказать что-то до неприличия оскорбительное, но выдал только:
- Я тебя предупредил.
Семен смерил его презрительным взглядом. Он считал Димона трусом и слабаком, который может рычать, только прикрываясь за спинами других. Наверно, Димон считал его взгляд, потому что расправил плечи и вздернул подбородок.
- Зачем ты ему? В банду тебя снова зовет. Ты же полный отстой.
- От отстоя слышу.
- Держись от Яра подальше, понял?
- А ты что, ревнуешь? – слова вырвались сами собой. Семен даже не успел их обдумать, как Димон вмиг покраснел и дернулся, как от удара.
И тут Семену вспомнились слова Миры: «Ему кое-кто нравится, но он скрывает этого человека. С помощью меня». Вдруг, это правда Подольский? Может, Димону нравятся парни? Или его так задело, что Ярослав его прогнал и захотел поговорить с Семеном наедине?
- Пошел ты, - зашипел Димон. Его лицо, уши и шея полыхали красным.
Его реакция выдавала его с головой. Неужели ему всё же нравится Ярослав?
- Дай пройти, - небрежно отодвинул Димона Семен.
- Яр – мой друг. Я защищаю его от таких мудаков, как ты! Строишь из себя крутого, а на деле никто!
Семен повернул к нему голову.
- А ты кто?.. Прячешься за фальшивыми отношениями, чтобы скрыть что-то там. Может, ты по парням? Если так, то Подольский первым тебя вышибет из банды, если узнает.
Семен не был уверен в своей догадке. Возможно, Димон вовсе и не по парням, но он выбесил его. Обозвал по всякому, а сам струсил вступиться за Миру, когда к той в клубе пристал какой-то придурок.
Димон замер, молча смотря на него и беспомощно моргая. Казалось, он вмиг растерял весь пыл и теперь не знал, как отступить. Семен не ожидал, что случайно в запале брошенные им слова произведут такой эффект. Наконец, отмерев, Димон выдал со злостью:
- Сука, я тебе припомню!
Улыбнувшись, Семен помчался по лестнице вверх.
* * *
Дождавшись окончания последнего урока, Семен один из первых рванул на выход. Класснуха уже успела отчитать его за прогул, а до предела эмоциональный разговор с Ярославом всё никак не выходил у него из головы. Да и в лице Димона он, похоже, нажил себе врага. Знать бы, почему.
Кое-как отсидев уроки, Семен мечтал быстрее оказаться у себя в комнате, слушать музыку и отдыхать.
Погода была хмурая: небо занесло тучами, дул резкий ветер. Но в воздухе всё равно ощущался пьянящий запах весны.
У школьной ограды стоял, уткнувшись в экран телефона, какой-то парень. Высокий с темно-русыми слегка вьющимися волосами. Знакомые черты. Сразу вспомнились посиделки в кафе после баскетбольного матча. Матвей. Семен на автомате затормозил.
- О, привет, - тот поднял голову. – Не ожидал, что так быстро встретимся снова.
- Привет, а ты чего здесь?
- Димку жду. Договорились встретиться здесь, - Матвей сунул телефон в карман джинсов. – Не видел его случаем?
Лучше бы Семен его не видел. Ни его, ни Ярослава. Но посвящать Матвея в подробности не стал, просто помотал головой.
- Чё-то он написал, что освободился, но прошло уже двадцать минут. О, а вот и он, - улыбнулся Матвей и энергично замахал рукой.
По спине Семена пробежал холодок. Второй раз за день встречаться с Димоном ему никак не хотелось, поэтому он поспешил уйти.
- Ладно, я пойду. Пока.
- Ага, - кивнул Матвей, но, вдруг, остановил его, ухватив за рукав куртки. – Кстати, Игорь тебе говорил, что через две недели будет еще матч?
- Еще? – Семену хотелось быстрее уйти, поэтому вопрос не сразу дошел до него. – А, нет, не говорил. С кем играете?
- Не мы. Старшая группа. Но было бы круто посмотреть.
- Ну, да, согласен. Ладно, не буду задерживать.
- Давай, - и в этот момент Матвею пришло сообщение. Он вытащил телефон и, прочитав, в растерянности посмотрел на Семена. Потом в сторону. Снова на Семена. - Этот... Он просто... - только и мог произнести он.
- Что-то случилось? – Семен обернулся на здание школы. Из дверей один за другим выходили школьники, но Димона среди них он не увидел.
- Этот засранец, - потер переносицу Матвей. – Димка написал мне сейчас, что не придет.
- В смысле?
- Увидел меня с тобой и сказал, раз я тут с тобой стою, он со мной никуда не пойдет.
Семен ошеломленно молчал. Стать причиной размолвки Матвея и Димона не входило в его планы. Плевать на Димона, но Матвей казался хорошим парнем.
- Жесть какая-то.
- Димка просто в своем репертуаре, - с раздражением произнес Матвей. Он хмурил брови, напряженно смотря в одну точку.
- Сорян, что так вышло.
- А? – рассеянно посмотрел на него Матвей. – Да нет, ты не причем.
Семен буквально физически ощутил дикую неловкость, повисшую между ними.
- Может, передумает?
- Он уже за угол школы завернул с какой-то компанией. Нет, не передумает. Я знаю.
Семен искренне не понимал, что связывало этих двоих. Он вообще плохо представлял, как можно дружить с Димоном.
- А знаешь что? Пошли вместе.
- Что?
- Да. Раз Димка слился, пошли. Мы с ним собирались в центре потусить, может перекусить где-нибудь. Что скажешь?
- Я пас, - замотал головой Семен.
Во взгляде Матвея мелькнуло разочарование.
- Ну, да. Понимаю. Ладно.
Повинуясь непонятному порыву, Семен обернулся и ощутимо вздрогнул. Не зря почувствовал на себе взгляд. В их сторону, в компании двух девчонок и парня, направлялся Демид. Одна из девчонок повернула к нему голову и что-то говорила, но он даже не смотрел на нее. Его взгляд был устремлен прямо на Семена. Демид явно ускорил шаг, потому что шедшие рядом трое слегка отстали. Еще несколько минут, и Доценко пройдет мимо него с Матвеем.
Нервная волна прошлась по спине. Очередная непрошенная и резкая реакция на Демида.
Сам до конца не осознав, что делает, Семен словно в трансе повернулся к Матвею:
- Пошли.
- А? – округлил глаза Матвей. – Куда?
- Быстрее, идем уже, - схватил его за рукав куртки Семен и потянул за собой.