2
Семен выскочил из комнаты. Один из мужиков, пониже ростом, но с большими мощными ручищами держал его отца за горло, прижав к стене. Второй, Егоров, шатаясь, подошел к ним.
- Не-ее-т!!!
Вздрогнув, мужики как по команде обернулись.
- Мля, так он чего, дома был? Чего делать-то будем, Миха? – почесал затылок Егоров.
Миха, державший отца, выругался и ослабил хватку. Р-раз! И отец ударил его наотмашь. Тот полетел на стол, рухнул на него своей тушей, сметая на пол тарелки, ложки и стопки.
- Как смеете! – отец набросился уже на Егорова.- Сема, беги! Беги отсюда!
Семен помотал головой. Это сон. Кошмар. Это неправда.
Пока отец схватился с Егоровым, очухался Миха. Поднялся и, схватив подвернувшийся под руку нож, двинулся на отца. Тот был занят Егоровым, вцепившимся ему в плечи и не видел этого. Наконец, отец вывернулся из хватки папаши Коляна и оттолкнул того, но тот, изловчился ударить его ногой в живот. И рухнул на пол. Отец бросился на него, метя кулаком в голову. Он не видел. Не мог видеть, что к нему с ножом подобрался второй!
- Нет!! – взревел Семен. По телу словно огонь заструился. В висках стучало. Взгляд Семена упал на пустую бутылку у батареи на полу.
Миха занес над отцом нож. Семен прыгнул и со всей дури опустил бутылку на его голову. Звон стекла – бутылка разбилась. Миха рухнул на колени, выронив нож. Кровь заструилась по его виску.
- Сема, живо дуй отсюда!! – заорал отец, обернувшись.
Семен дрожал, продолжая сжимать оставшееся в руке горлышко разбившейся бутылки, так называемую розочку. Нет, он не бросит отца. Ведь их двое, а он!..
- Сучонок!! – Миха с трудом поднялся и бросился уже на Семена. Тот попятился. Уперся спиной в стену.
- Не смей! – отец кинулся к ним.
Поднялся Егоров, из носа его капала кровь.
- Давай их обоих, - и папаша Коляна запрыгнул отцу на спину, сдавив его горло руками. Отец закачался, пытаясь скинуть душившего его мужика.
- Не п-подходи, - Семен нырнул под опрокинутый стол. Прижался к столешнице, попытался отгородиться от Михи. Тот ухватил стол за ножки и отшвырнул в сторону. С громким стуком стол врезался в стену и упал, загородив выход из кухни.
- Будешь знать, как старших, - Семен не понял, как это произошло, но Миха уже нависал над ним. Секунда – и его массивная ручища вцепилась ему в горло. Воздух покинул легкие. Под глазами пошли круги. Семен с яростью начал пинать его ногами. Схватка чуть ослабла.
Отец вцепился в сжавшие его горло руки Егорова и с усилием скинул их с себя. Схватил того за волосы и приложил головой об стену. И еще. И снова. Егоров вырвался, но запнулся обо что-то и повалился на пол. Наткнулся взглядом на нож, выпавший из рук Михи. Схватил его и кинулся на бросившегося к Семену отца. Преградил ему путь. Чиркнуло лезвие. Брызнула кровь. Отец сжал занесенную над ним руку с ножом, не давая себя ударить. Борьба. И отец, наконец, выхватил нож из рук Егорова и полоснул того куда-то в область груди. А потом еще. И еще.
Семен задыхался. Где-то в уплывающем сознании мелькнуло – «розочка» все еще у него в руке. Надо только поднять руку и... Усилием воли Семен замахнулся и ткнул розочкой куда-то в лицо. Мужик заорал как бешеный. Пальцы на горле Семена разжались. Закашлявшись, он осел на пол. Миха зажимал глаз. Из-под пальцев текла кровь.
- Мой глаз!! Ах ты, сучка!!
Отец, расправившись с Егоровым, подбежал к Михе. Ухватил того за волосы, потянул на себя. Тот забрыкался. Ткнул локтем отца в живот.
- Я убью и тебя, и твоего выродка!! – орал Миха. Отец с ненавистью вонзил ему лезвие в спину. И повернул. Тот заорал еще громче. Вывернулся, кинулся на отца, сумел повалить его на пол. Они боролись, распластавшись на полу. Мужик сверху, отец под ним. Наконец, взмах ножом. И пол забрызгала кровь. Семен задержал дыхание. Отец, тяжело дыша, скинул с себя затихшее тело, отбросил окровавленный нож.
Семен окинул взглядом кухню. Стол валялся в дверях, ножками вверх. Пол залит кровью. Два неподвижных тела в разных позах. Тяжело дышащий отец. И он, мечтающий наконец проснуться.
- П-па-а-п, - окровавленная «розочка» выпала из дрожащих рук Семена.- Паап?..
- Нееееет!! Не надо!!
Удар по щеке. Семен распахнул глаза и рывком сел в кровати. Полутемная незнакомая комната. И фигура, сидящая на кровати.
Семен приготовился бежать.
- Тише! Это просто кошмар, - теплые ладони легли на плечи. – Успокойся.
- Д-демид?
Фигура поднялась, подошла к столу и включила настольную лампу. Мягкий свет сделал комнату более знакомой, а ночного гостя Демидом.
Семен провел рукой по лицу. Первый день на новом месте и уже кошмар. Когда они уже оставят его?..
- Как ты... здесь оказался? – спросил Семен, когда Демид присел на край кровати.
- Ты кричал во сне.
- Извини, - еле слышно. Семен откинулся на подушку.
- Что снилось? – карие глаза прожигали его взглядом.
- Да так. Просто кошмар.
- Про то, что случилось с твоим отцом?
- Что?
- Тебе снилось это?
Любопытство в его глазах. Ну, да, интересно же послушать. Семен отвел взгляд. Ничего он не расскажет.
- Нет. Я не помню, что снилось. А то, что было с отцом, мне и не могло сниться. Меня же там не было.
- Не было?
Почему он не отстанет? Не уйдет к себе и не ляжет спать.
- Не было.
Демид прищурился, рассматривая его лицо. Семену стало неуютно.
- Я... наверно, буду дальше спать, - вышло как-то неуверенно. Блин, как бесит быть здесь на птичьих правах! И почему он не уходит?!
Демид, уперевшись ладонью в кровать, склонился над ним. Дыхание обожгло шею. Семен замер. А глаза-то у Демида раскосые. И ресницы длинные.
- Только в этот раз без кошмаров, ладно? – тихо произнес тот и отстранился. Поднялся и выключил лампу.
- Спокойной ночи.
- Спокойной.
* * *
Остаток ночи Семен провел неспокойно. Сон, тяжелый, тревожный, то и дело прерывался. Он просыпался, долго смотрел в белеющий в полумраке комнаты потолок и не понимал, где он, кто он и что делает. Почему его отец сейчас в тюрьме, ведь это те двое вломились к ним. Это они первыми напали.
Никого это не волновало. Виновный найден. Свидетелей нет. Все изобразили как обычную пьяную драку с поножовщиной. Как бы не так! Надо будет додавить этого Константина. Пусть найдет хорошего адвоката. Семен не особо разбирался во всех этих делах, но волшебные слова «досрочное освобождение» грели душу и вселяли надежду.
Так и промаявшись всю ночь, Семен, злой, не выспавшийся, пошел в школу. Утром на кухне было оживленно. Марина прыгала вокруг сковороды с очередной бурдой, которую называла яичницей. Демид, погруженный в свои мысли, наклепал себе бутербродов. Старший Доценко с кружкой кофе, крепкий аромат которого заполонил всю кухню, что-то читал в своем планшете. Короче, никогда еще утро перед школой не было для Семена таким... шумным.
Настроение было гадкое. Впрочем, после того, что случилось, оно редко бывало у Семена хорошим. В классе, девятом «б», в котором он учился, у него не появилось близких друзей. Так, приятели. Однажды Семен прочитал в Интернете, что так бывает – не всегда люди, которые по несчастью стали твоими одноклассниками, могут стать тебе близкими. Просто Семену не повезло – в классе не было тех, с кем можно было бы завести крепкую дружбу.
Семен зашел в класс. Первым стояла алгебра. Одноклассники, несколько девчонок и парней, до этого что-то обсуждавшие, при виде его притихли. Под настороженными прожигающими взглядами Семен прошел к своей любимой последней парте у окна и занял место. Что-то ему подсказывало, они говорили про него. Полшколы, должно быть, в курсе всего. Колян Егоров, сука, постарался. Он как недорезанный визжал, что отец Семена отправил его папашу в больницу, что тот теперь инвалид. Грозился мстить. Но пока его месть дальше того, что он на всю школу разнес невероятную историю про отца Семена – убийцу и кровавую бойню, которую тот на пару с Семеном устроил, не зашла.
Семен хмыкнул. Где-то он был даже рад. После случившегося ни с кем не хотелось общаться. Не хотелось ничего. Что-то сломалось в нем. И теперь он сломан.
Старший Доценко пообещал, что с января Семен пойдет в другую школу, ту, в которой учился Демид. Типа она лучше, престижнее. Но Семену не поэтому хотелось туда. Просто в нынешней школе его ничего не держало. Больше. С болтливого языка все того же Коляна Егорова, подслушавшего как-то разговор их отцов за столом, все одноклассники узнали про мать Семена. Что она принимала наркотики. С тех пор чуть что, и Семена сразу обзывали нариком и выдумывали про него всякие гадости... Ничего, он доучится эту чертову четверть и после новогодних каникул переведется.
В класс зашли Рощин и двое его прихвостней. Когда-то, они пытались его доставать. В восьмом классе эти трое гопников-переростков повадились провожать его до дома, обзывая и толкая. Семен уже даже разработал план по избавлению от них. Это было бы круто, но те неожиданно сами отстали. И с тех пор стали сторониться его. Только бормотали что-то про его ненормального другана. Какого еще другана?.. А уж после всех этих сплетен, что распространил Егоров, и вовсе, шарахались.
Семен подпер щеку ладонью и отвернулся к окну. Как же скучно!.. Школьный заваленный снегом двор, пристройка - мастерская, по крыше которой прыгали вороны. В окно сильным порывом ударился ветер. Опаздывающие бежали к крыльцу, чтобы успеть на первый урок. Школьный дворник, Пал Саныч, вышел разгребать лопатой снег. Семен прикрыл глаза. Он словно постарел на несколько лет. А, может, и правда постарел? Раньше у Семена появилось несколько седых прядей в волосах. У него даже кликуха была Седой. А после случившегося он проснулся и увидел в зеркале, что поседел еще сильнее. Впрочем, его это не парило особо. Ну, Седой и Седой. И что?..
Хотя бы ощущение, что за ним следят, давно не появлялось. А в восьмом классе у него реально разыгралась паранойя. Каждый выход из дома его как будто сопровождал чей-то взгляд. Следил за ним, жег в спину, подглядывал, высматривал. Семен оглядывался. Никого подозрительного. И снова это чувство...
* * *
И еще эта женщина, чье фото было на рабочем столе ноута Демида. Как-то раз Семен застал ее у них в гостях. Отец тогда что-то пробормотал про «заглянувшую в гости по делу коллегу», а сама гостья быстро засобиралась домой. Пока надевала пальто в прихожей, она искоса посматривала на Семена, но едва их взгляды пересекались, тут же отводила глаза. Красивая, стройная, с длинными черными волосами. Смущенный отец. Тогда Семен еще подумал, что вряд ли она просто коллега и случайно заглянула в гости. Но сейчас, увидев ее фото в ноуте Демида, все стало как-то странно. Кто эта женщина? Неужели... мать Демида? Семен нахмурился и, сложив руки на столе, уткнулся в них лбом.
Все уроки пронеслись словно в тумане. Сказывались наполовину бессонные, наполненные жуткими кошмарами ночи и переживания за отца и брата. Семену стало казаться, что он потихоньку превращается в зомби. Так продолжаться больше не могло. Нужно было что-то делать с этим. Будучи заторможенным, ничего не понимающим ходячим полутрупом он не сделает лучше ни себе, ни тем более отцу и Артему.
В школьном коридоре кто-то толкнул подхваченного спешившей домой толпой Семена в спину. Не ожидав подлянки, он бухнулся на колени, ударившись ладонями о жесткий пол. Колени пронзила резкая боль, особенно левое, которое и так было травмировано. Кожа на ладонях саднила. Семен в бешенстве обернулся и тут же пригнулся, увернувшись от целившегося в него грязного кроссовка. Толпа быстро расступилась, следуя к раздевалке и огибая Семена и толкнувшего его Коляна с двумя дружками.
- Только в спину можешь толкать? – процедил Семен и снова увернулся от попытавшегося пнуть его Коляна. Схватил слетевшую с плеча сумку, отскочил к стене и быстро поднялся.
- Заткни пасть! Сын убийцы! Нарик чертов! – заорал Колян. Его дружки сжали кулаки.
Коридор быстро опустел. Все, кто хотел домой, толпились у раздевалки. У тех, у кого еще оставались уроки, разошлись по кабинетам.
- Твой папаша ведь жив. Пока что, - прищурился Семен. Внутри заклокотала ярость, пламенем разливавшаяся по всему телу. Да как этот урод смеет! Это ведь его папаша и дружок вломились к ним и хотели убить их! И отца, и его.
- Ах ты... - заматерился Колян и бросился на Семена. Тот прижался крепче к стене и выставил вперед руки. Правую ногу согнул в колене. Если что, будет отбиваться, ему терять нечего!
- Что здесь происходит, а?! – раздался грубый голос их физрука, Дмитрия Саныча. И Семен, и Колян с дружками повернулись на грозный окрик. Размахивая руками, тот быстро приближался к ним. – Только попробуйте в школе мне подраться!!
Следом за ним семенила завучиха по внеклассной работе.
- Егоров хотел меня убить! – выкрикнул Семен и, развернувшись, изо всех сил припустил по лестнице вниз.
- Ч-чего?! Да ты... - заорал Колян и погнался за ним.
- А ну, стоять!! – раздался голос Дмитрия Саныча.
Кажется, тот все-таки схватил Коляна и его дружков. Семен мчался как сумасшедший, в ушах закладывало, левое колено ныло. Сорвав свою куртку с крючка в гардеробной, на ходу застегиваясь, Семен выскочил на улицу и так и несся до самого дома.
Бывшего дома.
Осознал он это, уже стоя перед знакомым до боли подъездом.
Вот только Семен больше не в силах был зайти туда. Ярость, вызванная Коляном, отступила, сменившись тоской. И одиночеством.
- Лис?.. – раздался знакомый голос за спиной. Лис – это от фамилии, Лисницкий. Только хорошие знакомые и приятели называли его так. Вздрогнув, Семен обернулся.
На него в упор смотрел Игорь Матвеев, высоченный (под метр девяносто) парень. Еще год назад они играли вместе в одной баскетбольной команде, участвовали в соревнованиях. Раньше дружили. Раньше, потому что теперь Семен не был в этом уверен.
- Привет, - Игорь продолжал изучать его взглядом. – А ты... чего здесь? В смысле, - спохватился, потирая коротко остриженный затылок. – Ты, то есть вы с Артемкой, переехали в другой район.
- Угу, - кивнул Семен, смотря на него снизу вверх. С таким ростом Игорь был просто создан для баскетбола. Это не какие-нибудь жалкие метр семьдесят восемь, как у Семена. – Просто... решил прогуляться.
- Ясно, - Игорь переминался с ноги на ногу. – Не... думаешь возвращаться в баскетбол?
- Нет, - помотал головой Семен. – У меня же колено, ты знаешь.
- Но если пройти полный курс, все можно вылечить. И ты сам говорил, что идешь на поправку...
- Я пока не хочу, - перебил его Семен. Наверно, вышло грубо. Игорь обиженно замолчал. В сердце защемило. Три года в баскетболе, а потом он получил травму. Колено потеряло стабильность, начало ныть. После нескольких месяцев лечения стало лучше, но заниматься баскетболом врачи пока не разрешали. А Семен уже не был уверен, что сам хочет продолжать. Особенно теперь.
- Понимаю. Ну, если что... тебя все ждут, - выдавил улыбку Игорь.
Семен кивнул. Неловкость и натянутость между ними можно было пощупать руками. Когда-то с Игорем было легко. Они много общались. Не лучшие друзья, но все же. А, может, на самом деле все, что их связывало, был лишь баскетбол, и тот злосчастный вечер ничего на самом деле не испортил?.. Ведь был еще Миха, из той же баскетбольной секции. С ним они тоже много общались, но Семен всегда знал – исчезнет баскетбол – и Миха также выскользнет из его жизни. Им просто больше не о чем будет общаться. Может, с Игорем было также. Может, дело не в том дурацком решении пойти к нему, и не в этой убивающей нервы недосказанности сейчас?..
Семен дрожит. Его трясет. Наскоро умывшись и пригладив волосы, он на автомате накидывает куртку и выскакивает на улицу. Перед глазами все еще пляшут сюрреалистические кровавые картинки, бледное лицо отца. У подъезда Семен застывает. К черту, он вернется и будет ждать полиции с отцом. И уже почти дотрагивается до ручки двери. А через секунду отдергивает руку и отбегает на несколько метров. Соседний подъезд, еще один, следующий. У пятого он останавливается. Помедлив, набирает знакомые цифры в домофоне...
Через пару минут стоит у двери в квартиру. Игорь распахивает дверь с улыбкой, но та сразу гаснет, едва он видит Семена. Еще бы! Видок у него, наверно, тот еще.
- Привет, м-можно... я зайду? – переводя дыхание, спрашивает Семен.
- Конечно, - Игорь отступает на шаг, пропуская его внутрь квартиры. – Что-то случилось?
- Нет! – на вскрике, и уже тише. – Нет, просто гулял, замерз и... дай, думаю, зайду.
- Мгм, - растерянно откликается Игорь.
- Да и... я тут... с физичкой еще поругался. Влепила две двойки, прикинь? Батя узнает, убьет, - изо всех сил натягивает на лицо улыбку Семен, понимая, что несет чушь, но уже просто не в силах остановиться.
Но Игорь, кажется, верит. Они учились в одной школе, но в параллельных классах. И злобная физичка вела и у него. Он понимающе кивнул.
Так и просидели около двух часов. Для Семена время никогда еще не тянулось так медленно. Не было таким мучительным ожидание. Но тогда он был уверен, у отца есть план, все будет хорошо. Ведь это на них напали. Но...
А потом к Игорю в поисках Семена заглянули менты. И с того момента все изменилось. Семен не знал, что там напридумывал себе Игорь. Особенно после всех этих вопросов полицейских, подозрений и мерзких статеек в местной газете. Но что-то изменилось между ними. Навсегда. Потому что и самому Семену было неловко его видеть. Он скрыл от него правду. И еще... видя Игоря, он теперь постоянно вспоминал тот жуткий вечер. Свои переживания. Кошмары.
- Как ты?.. Вообще, после всего? – запинаясь, проговорил Игорь.
Семен вздрогнул, вынырнув из своих мыслей.
- А как я могу быть? После... всего.
- Я тогда еще... Все хотел спросить... Ты не думай, но... Просто ты тогда пришел и... был таким странным... Ты... Твой отец говорил, что был дома один, но, - в жалких попытках подобрать слова Игорь краснел все сильнее.
- Что? – резко оборвал его Семен. – Знал ли я, что случилось, когда пришел к тебе? Участвовал ли? Что было на самом деле? – усмехнулся. – А какая теперь к черту разница? Батя в тюрьме, но он никого не убивал. Он просто защищался от этих... Это и есть правда. Доволен?
Игорь кашлянул и отвел взгляд.
- Я не просто из любопытства. И я тебя не подозреваю ни в чем, просто... я...
- Ладно, проехали. Мне идти надо. Передавай привет нашим на баскетболе, - махнув рукой в знак прощания, Семен обошел его и двинулся вперед. – Бывай!
- Пока, Лис, - Игорь так и не сдвинулся с места.