Глава 2
Несколько дней, последовавших за исчезновением учителя, слились для Сары в одно сплошное, тоскливое полотно. Она бродила по замку, словно призрак, бледная, с подтёками под глазами. Каждый звук заставлял её вздрагивать, каждый шаг стража отзывался эхом тревоги в душе. Мираз отгородился от неё стеной из ледяного молчания. Любая попытка спросить о брате или наставнике встречалась взрывом ярости. Однажды он даже занёс руку, но, к её удивлению, не ударил и, что ещё страннее, не наказал. Почему же она продолжала спрашивать, зная риск? Она знала его как облупленного. Его тщеславие и уверенность в своей безнаказанности рано или поздно заставят его проговориться. Она знала правду, но не могла её доказать. Ей нужно было, чтобы лжец сам надел на себя маску спасителя и в этот момент выдал себя с головой.
На второй неделе после пропажи Каспиана по замку зазвенели доспехи и застучали молоты оружейников. Мираз собирал армию.
А вчера он вызвал её и, с наслаждением наблюдая за её реакцией, объявил, что войско готовится уже против самого Каспиана, так как принц, по его словам, «предал свою кровь и перешёл на сторону этих паршивых выродков и тварей». Затем он поставил её перед выбором: либо он, либо Каспиан. На раздумья он дал два дня.
Именно поэтому этой ночью принцесса Тельмара, сердце которой колотилось в такт её поспешным шагам, сбежала в лес. Она не бежала к брату — она и понятия не имела, где его искать. Её план был прост: вернуться к утру, чтобы её побег не заметили. Но в голове у неё зрела идея, куда более дерзкая, чем пассивное ожидание, пока дядя пойдёт убивать её брата.
Лес поглотил её с головой. Он был не просто тёмным, он был слепым, густым, дышащим тысячей незнакомых звуков. Сара то бежала, подгоняемая страхом, то шла, спотыкаясь о корни, то вообще ползла под низко свисающими ветвями. Тяжёлое платье, хоть она и сняла несколько юбок, цеплялось за колючки, сковывая движения. Дыхание сбивалось, а сердце колотилось так громко, что, казалось, выдаст её любому зверю. Внезапно, совсем рядом, с оглушительным хрустом сломалась ветка. Звук был таким громким и близким, что у Сары перехватило дыхание. Она прижалась к шершавой коре старого дуба, пытаясь стать невидимой. «Я ещё жить хочу, — лихорадочно пронеслось в голове. — Хочу отыграться на дяде за всё. За отца, за мать, за брата и за учителя».
В кромешной тьме она с трудом различала приближающийся к ней тёмный силуэт. Деваться было некуда. Сара оттолкнулась от дерева и подняла руки в слабой, почти инстинктивной попытке защититься. Липкий, всепоглощающий страх сковал её тело. Она не хотела отступать, как запуганная девочка, хотя каждая клеточка тела кричала об обратном. В висках стучало, в глазах темнело. Ещё секунда — и она рухнет без чувств.
Но в следующее мгновение она услышала голос:
—Кто ты такая?
Облегчение, сладкое и головокружительное, волной накатило на неё. Человек! Хотя... кентавры тоже говорят человеческими голосами. Но этот силуэт не был таким высоким...
— Я... Сара. Принцесса. Я сбежала из замка и ищу своего брата, Каспиана, — выдохнула она, и тут же, собрав остатки гордости, добавила: — А с кем имею честь говорить?
— Я Питер Пэвенси.
— Подожди... ты... так вы Король?! — её глаза расширились от изумления. — Прошу прощения, ваше величество, но как вы... прошло же столько лет!
— Давай на «ты». И не надо церемоний, ты ведь тоже принцесса.
— Тогда зови меня просто Сарой.
— Хорошо, просто Сара. Приятно познакомиться, — в его голосе явно слышалась улыбка. Он находил её замешательство забавным.
— Взаимно, Питер, — улыбнулась она в ответ. Они не видели улыбок друг друга в непроглядной тьме, но оба чувствовали их — тёплые и искренние.
***
— А где же королевы Сьюзен и Люси и король Эдмунд?
— Они спят. А я, так сказать, вожу ночной дозор, на всякий случай.
— Слушай, я не знаю, где Каспиан, и вряд ли найду дорогу обратно. Это я продумала из рук вон плохо. Не мог бы ты помочь мне, когда наступит утро? — К её счастью, он без раздумий согласился, пообещав обсудить всё с сёстрами и братом, которые и сами не понимали, зачем вернулись и в чём должна заключаться их помощь Нарнии.
***
Утро застало Сару всё в той же одежде, в которой она бежала. Она не сомкнула глаз, разум изводили чёрные мысли: «А что, если с Касом что-то случилось? А что, если его уже поймали?» Одно предположение было страшнее другого.
Когда проснулись остальные, Сара робко осталась в стороне, но Питер знаком подозвал её. Девушка с удивлением осознала, как быстро начала ему доверять. Годы жизни в эмоциональной изоляции делали своё дело — её сердце, жаждавшее дружбы и тепла, раскрывалось навстречу этим людям с пугающей скоростью.
Питер коротко пересказал ночной разговор. К её огромному облегчению, Пэвенси согласились помочь. Знакомство началось с Люси — солнечной, доброй и на удивление разговорчивой. С ней можно было болтать часами. Сьюзен была сдержаннее и осторожнее, в разговоре с ней иногда возникали неловкие паузы. Эдмунд же и вовсе ограничился парой слов при представлении и с тех пор лишь изредка бросал на Сару настороженные, изучающие взгляды. Спустя пару часов они уже двигались в путь. С ними был Маленький Друг (как объяснила Люси) — ворчливый, но забавный гном, чьи ругательства, состоящие из бессмысленных каламбуров, заставляли Сару скрывать улыбку.
***
— Где мы вообще? — спросила Сьюзен, ловко обходя скользкие камни.
— Девчонки не могут держать карту в голове, — усмехнулся Питер.
— Это потому что у девчонок в голове не пусто, — парировала Люси.
Сара не удержалась и,усмехнувшись, одобрительно хлопнула младшую королеву по ладони. Подшучивать над Питером было невероятно забавно, и в эти моменты он казался ей вторым старшим братом.
— Здесь должна быть река, — объявил Питер. Они уже давно искали то место в тенистом лесу, где Маленький Друг оставил Каспиана.
— Ну, река-то есть, а вот спуска к ней я не вижу, — заметила Сара, осторожно выглянув за край обрыва. К ней тут же присоединились остальные.
— Туда можно спуститься? — спросил Эдмунд у гнома.
— Да, кубарем, — буркнул тот. Сара нахмурилась, смотря на него с упрёком.
— Значит, мы идём неправильно, — заключила Сьюзен.
Она и Питер уже сделали шаг назад, когда Люси внезапно вскрикнула: «Аслан!»
Она указывала на противоположный берег. Но там никого не было.
— Там никого нет, Лу, — мягко сказала Сьюзен.
— Но он там был! Честное львиное слово! Он звал нас за собой. Вы мне не верите?
Сара отчаянно хотела ей верить, но её глаза видели лишь пустой берег.
— Слушайте, я не буду прыгать с обрыва за вымышленным существом, — заявил Маленький Друг.
— В прошлый раз я тоже не поверил Люси, и потом мне было очень стыдно, — тихо сказал Эдмунд, глядя на сестру. Та посмотрела на него с безмерной благодарностью.
— Почему я его не видел? — спросил Питер.
— Может, ты не смотрел в ту же сторону?
— Прости, Лу, — сдался он и повернул назад. Люси смотрела ему вслед, а затем снова обернулась к реке. Сара молча положила руку ей на плечо, словно пытаясь передать свою поддержку. Маленькая королева взглянула на неё со слезами на глазах.
— Пойдём, — тихо сказала Сара. Люси кивнула и посмотрела на Эдмунда, который терпеливо ждал их, поджав губы. Он кивнул в сторону ушедших. Сара и Люси направились за ним, а Эдмунд пошёл следом, прикрывая их тыл.
***
— Что они делают? — прошептала Сьюзен, наблюдая, как тельмаринские солдаты вырубают деревья.
— Строят мост, — с горькой усмешкой ответила Сара. — Чтобы добраться до нарнийцев.
— Плохо дело, — мрачно выдохнул Питер.
Внезапно послышалось ржание коней. «Ложись!» — резко прошептал Эдмунд и потянул Сару за собой вниз. Она неловко рухнула на него сверху, на мгновение смутившись от такой близости. Но взгляд, полный ненависти, устремлённый на тельмаринцев, мгновенно развеял смущение, оставив в душе лишь ледяную ярость.
— Это Мираз? — тихо спросил Эдмунд, и его дыхание коснулось её уха, вызвав мурашки. Сара лишь кивнула, не отводя глаз от дяди.
— Уходим, — скомандовал Питер.
Эдмунд помог Саре подняться, и они так же незаметно скрылись, как и появились.
И снова они стояли у того самого обрыва.
— Ну и где ты видела Аслана? — не удержался Питер.
— Хватит! Если я сказала, что видела, значит, видела! Перестаньте вести себя как взрослые! — Люси встала у самого края обрыва, и у Сары ёкнуло сердце. Она почувствовала внезапный, острый страх за девочку, будто предчувствие.
— Уж я-то взрослый? — пробурчал себе под нос Маленький Друг. Сара попыталась скрыть улыбку. Взглянув на Эдмунда, она увидела на его лице точно такое же выражение, и они оба фыркнули, пытаясь сдержать смех, но тут же спохватились, чтобы не обидеть гнома.
Сара перевела взгляд на Люси.
—Это сразу за... — начала Пэвенси, но не успела договорить. Раздался оглушительный хруст, и Люси с криком провалилась вниз.
— Люси! — в ужасе вскрикнули старшие, подбегая к краю ямы. Люси стояла на ногах на несколько метров ниже них.
— Здесь, — сказала она, с торжествующей улыбкой глядя на Питера.
Спуск к реке занял немало времени. Сара чуть не поскользнулась на мокром камне, но Питер вовремя подхватил её. Принцесса ответила ему безмолвным взглядом благодарности, на что он лишь ободряюще улыбнулся.
В тот день они так никого и не нашли. Обнаружив полянку, они разожгли костёр и устроились на ночлег.
Рассвет был влажным и прохладным. Капли росы на паутинках и листьях переливались в первых лучах солнца, словно крошечные алмазы. Утро было прекрасным, если бы не одно «но».
Все проснулись от звуков боя — звонкого, яростного стука стали о сталь. Вернее, проснулись не все: Питера и Люси на месте не было. Сара и Сьюзен переглянулись, королева схватила лук, и девушки бросились на звук. Эдмунд, не забыв свой меч, пошёл первым, прокладывая им безопасный путь. Настоящий джентльмен.
Прибежав на поляну, они увидели Питера и незнакомого юношу. Оба уверенно фехтовали, но годы тренировок и реальных битв давали о себе знать — Питер явно доминировал.
— Питер! — громко окликнула Сьюзен, и бой замер. Замерли и нарнийцы, уже успевшие окружать поляну со всех сторон.
И в этот момент Сара узнала в незнакомце своего брата.
—Каспиан! — крикнула она, но не решалась подойти. Вдруг он больше не считает её сестрой?
— Сара? Что ты здесь делаешь? — Каспиан быстро направился к ней. На его лице читалось не осуждение, а паника. Сара бросилась ему навстречу и крепко обняла, вцепившись в него, как в спасительный якорь. Он ответил ей тем же, прижимая к груди так сильно, что у неё перехватило дыхание. — Что-то случилось? Тебе тоже грозила опасность?
— Нет. Я думала, что потеряла тебя, — прошептала она, наконец позволяя себе выдохнуть. — И ещё... у меня плохие новости. Дядя готовится к войне. Некоторые соседние страны присылают ему войска. Они производят оружие в невероятных количествах. И... учителя заперли в темнице. Они знают, что это он тебя спас.
— Почему ты не рассказала нам про войска других стран? — вдруг резко спросил Эдмунд.
— Я именно для этого и просила помощи найти Каспиана — чтобы рассказать всё сразу, когда мы его найдём.
— Конечно, — произнёс Эдмунд с раздражающей интонацией, полной недоверия.
— Конюшня. Тебе на голову. Подозревает меня в чём-то, вы только посмотрите на него, — тихо буркнула Сара. Каспиан, услышав это, не мог сдержать улыбку — его любимая ворчливая сестра была рядом, и одно беспокойство с его души свалилось.
Нарнийцы переглянулись. В их глазах затеплилась надежда. Возможно, принц Каспиан и принцесса Сара и есть те самые Сын Адама и Дочь Евы из пророчества.
***
Каспиан и нарнийцы показали им каменную крепость. Это был лабиринт из пещер и залов, уходящий глубоко под землю.
— Питер, ты должен это увидеть, — позвала Сьюзен брата, беседовавшего с Каспианом. Сара пошла за ними. На стене одного из гротов были высечены изображения королей и королев. На каждом из них они были вместе — не было ни единого портрета в одиночку.
Сара тихо восхищалась древней резьбой. Она восхищалась и семьёй Пэвенси — той невидимой связью, что объединяла их. Особенно трогательно было их отношение к младшей сестре. И что уж скрывать, сама Сара за такое короткое время успела проникнуться к Люси глубокой нежностью.
— Что это такое? — спросила Люси, разглядывая барельефы.
— Неужели не узнаёшь? — улыбнулся Каспиан. Он взял факел и осветил пещеру. На стене были изображены кентавры и другие нарнийцы, а в центре — величественный Аслан. Взглянув на Пэвенси, Сара поняла: они узнали это место.
— Вы знаете, что это? — спросила Сара, указывая на массивный, треснутый каменный прямоугольник, покрытый древними узорами.
— Да, — ответил Питер.
— Каменный Стол, — прошептала Люси. На лице Сары застыло недоумение. Она обязательно расспросит Люси позже. — Аслан знал, что делает.
— Боюсь, теперь наш черёд, — ответил Питер. Пэвенси понимали друг друга без слов, а Каспиан и Сара стояли в стороне, чувствуя себя чужими на этом пиру. Но, глядя на их серьёзные, почти скорбные лица, Саре стало жаль их.
***
— Войско Мираза с катапультами приближается. Это значит, что гарнизон замка ослаблен, — заявил Питер на совете.
— И что вы предлагаете, государь? — спросил Рипичип, отважный мышиный рыцарь.
— Мы должны атаковать первыми, — твёрдо сказал Питер.
— Мы должны готовиться к обороне, — одновременно с ним произнёс Каспиан. По взгляду Питера Сара поняла: Каспиан ему откровенно не нравится.
— Мы должны ударить, а не ждать, пока они возьмут нас в осаду, — пояснил Верховный король.
— Это безумие, — покачал головой Каспиан, глядя на Питера. Тот уставился на него, требуя объяснений.
— Замок ещё никто не брал, — поддержала брата Сара.
— Значит, мы будем первыми, — парировал Питер. С ней он говорил мягче, чем с Каспианом.
— На нашей стороне фактор внезапности, — вставил Маленький Друг.
— Это опасно! Мы можем лишь потерять время и армию, — возразила Сара. Чувствовалось, что всю авантюрность этой затеи понимают лишь она и её брат.
— Да, и здесь, под землёй, намного надёжнее, — согласился Каспиан.
— Сделав достаточные запасы, мы сможем продержаться очень долго, — поддержала их Сьюзен. Питер смотрел на сестру с укором, будто на предательницу.
— Вижу, вы славно потрудились, но это не крепость, а склеп, — бросил Питер, обращаясь к Каспиану. Тот сжал кулаки. Лагерь был не идеален, но весьма неплох. Чего этот король так капризничает? Будто только он один привык к дворцовой роскоши.
— Ага, если им ума хватит, они возьмут нас измором, — мрачно предположил Эдмунд. Сара была с ним полностью согласна.
— Оставаться здесь — не вариант. Но штурмовать замок — чистое безумие! — настаивала принцесса.
Питер будто разрывался. Он хотел доказать преимущества своего плана, но его раздражал страх принца и принцессы, которые знали замок изнутри. Неспроста же они так яро отговаривают.
— А ты справишься с гарнизоном? — спросил Питер у кентавра Орея.
— Или одержу победу, или паду в бою, сир, — ответил тот. Его слова прозвучали, как приговор.
— Вот это мне и не нравится, — тихо сказала Люси. Сара с ней мысленно согласилась.
— Что прости? — резко обернулся к ней Питер.
— Будто есть только два выхода: погибнуть там или умереть здесь.
— Ты не слушаешь...
— Нет, это ты не слушаешь, Питер! Или ты забыл, кто победил Белую Колдунью?
После этих слов Питер замер. Сара не знала, о ком речь — Мираз запрещал учителю рассказывать им историю Нарнии. Она знала лишь об Аслане и о Пэвенси.
— Мы и так ждали Аслана слишком долго, — мрачно произнёс Питер, ставя в разговоре точку. После чего он и Каспиан молча вышли. Сара перевела взгляд на стену, где был изображён лев. От игры света и теней казалось, что его каменная грива шевелится, а безмолвная пасть вот-вот произнесёт вещее слово.
Напряжение в воздухе не ослабевало. У Сары начала раскалываться голова, и с каждым часом боль усиливалась. Возможно, это было от страха и усталости. А возможно — от осознания того, что они все стоят на пороге гибели.
***
— Сара, ты останешься здесь, — снова начал Каспиан, отводя её в сторону.
— Я не могу сидеть здесь в безопасности, пока вы все рискуете жизнями! Пойми, я лучше буду в самой гуще опасности, но знать, что ты рядом, чем в относительной безопасности, сходя с ума от беспокойства за тебя. Я уже думала, что потеряла тебя и не находила себе места! Не хочу больше испытывать эти чувства.
— С тобой бесполезно спорить, — сдался Кас, понимая, что её не переубедить.
— Рада, что ты это наконец понял, — ответила она с победоносной усмешкой.
— Тогда иди готовься. Но если с тобой что-то случится, я тебя предупреждал!
— Как скажешь, мамочка! — бросила она через плечо и быстрее убежала, пока он не передумал и не запер её в самой дальней пещере.