11
Я шагаю по коридору университета, стараясь думать только о предстоящем семинаре, хотя в голове все еще крутится сегодняшний разговор с мамой.
Но я как могу себя успокаиваю.
Да, в школе у нас с Артемом Никитиным было вечное противостояние, но не стоит искать в этом тайный смысл.
Не могла же я за столько лет не заметить, что он был в меня влюблен?
Конечно, не могла.
- Какие люди! - вдруг звучит за спиной знакомый голос. — Петренко собственной персоной.
И от этого мое сердце, зараза такая, делает в груди какой-то нелепый кульбит.
Я, не оборачиваясь, ускоряю шаг, но Никитин догоняет меня у самой аудитории, преграждая путь.
- Чего опять одна? - ухмыляется он. - Где твой парень с большими ушами?
- А что ты про него все время интересуешься? Отбить хочешь? - мило интересуюсь я.
- Просто сегодня ветер такой, переживаю, вдруг его унесло, - веселится Никитин. - У него же реально уши как два паруса.
- Что ты пристал к нам? - вскипаю я и пытаюсь обойти Никитина, но он намертво перегородил мне дорогу. - Какое тебе вообще дело до моих отношений?
- Никакого, - легко пожимает он плечами. - Просто странно. Никогда не думал, что ты решишь встречаться с таким убожеством. У него еще и рожа капец тупая, как будто он книгу последний раз в детском саду видел. В руках у воспиталки. Ну и уши, блин, уши у него вообще бомба!
- Внешность не главное, - цежу я.
- Серьезно? - зло ухмыляется Никитин. - Ты поэтому на Каблукова слюни пускала? Из-за его глубокого внутреннего мира?
- Да ты... - начинаю возмущенно я, а потом вдруг замолкаю.
Зачем я вообще должна что-то объяснять Никитину?
Мама ошиблась, был бы он в меня хоть на грамм влюблен, не искал бы любой повод, чтобы задеть.
- А ты не думаешь, что тогда это было глупое школьное увлечение, а сейчас я полюбила по настоящему? - с вызовом спрашиваю я.
- Кого? Это лопоухое убожество? - кривится Никитин.
-
Я торопливо вспоминаю, что же есть симпатичного во внешности Волкова. Как назло, ничего не приходит в глову. Только то, как этот козел лез мне под юбку.
- У него вообще-то очень красивые глаза, - говорю я, решив, что можно и приврать немного для убедительности. - Зелёные. И он всегда меня поддерживает. Во всем.
Ясно тебе?
Никитин замирает. Его взгляд становится злым и колючим. Он стоит так близко, что я чувствую его дыхание.
- Да пожалуйста, - сквозь зубы цедит он. - Мне, если честно, похрен.
А потом резко разворачивается и уходит так стремительно, будто куда-то торопится.
Я какое-то время растерянно смотрю ему вслед, а потом захожу в аудиторию и сажусь за парту, где уже скучает Машка.
Даша стоит рядом и накручивает прядь волос на палец.
- Привет! - небрежно говорит Даша.
Кажется, она уже на меня не обижается.
- А где Артем? Я слышала его голос, вы же только что разговаривали.
- Понятия не имею, где твой Артем, - резко отвечаю я.
- Я за ним не слежу. В отличие от тебя.
- А, все равно от этого толку нет, - вздыхает она. - Он на меня вообще не смотрит! Ир, а Ир, а ты когда поняла, что влюбилась в него? В школе? В каком классе?
Меня с ног до головы окатывает горячей волной. Щеки загораются тяжелым румянцем.
- Я в него не влюблена! - вспыхиваю я. - И никогда не была!
- А Артём сказал...
- Плевать, что он сказал! - почти кричу я.
- Ирусь, ты это... успокойся, - осторожно говорит Маша и кладет руку мне на плечо. — Ты чего разоралась?
- Ничего, - буркаю я. - За собой следите.
- Ты сама на себя не похожа, - замечает Даша. А потом тоскливо вздыхает: — Но я тебя понимаю! Артём - такой красавчик, бог мой, Ира, если бы у меня были такие ноги как у тебя...
- То ты бы бежала от него куда подальше, - саркастично сообщаю я.
К счастью, тут в аудиторию заходит преподаватель, и наш разговор
прекращается.
Никитин, кстати, на лекцию так и не пришел.
Преподаватель что-то монотонно бубнит, а я изо всех сил пытаюсь его слушать, но в голове у меня сейчас совсем не учеба. А чьи-то мерзкие голубые глаза с длинными темными ресницами, чьи-то отвратительные широкие плечи и ужасная, вот просто ужасная улыбка.
Невозможная.
Как в него кто-то может влюбиться, вот скажите?
- Ир, - шепчет Маша, легонько толкая меня в бок.
- Что?
- - Ты чего не пишешь? Это же на зачете будет.
Я моргаю и смотрю на свою тетрадь. Страница практически пустая, только в самом верху пара корявых строчек.
- Всё нормально, я и так запомню, - бурчу я и беру ручку, полная решимости конспектировать, но лекция заканчивается, и записывать уже нечего.
- Может, в столовку? - предлагает Даша. - Я голодная капец.
Я киваю, хотя лично мне есть совсем не хочется.
Мы берем сумки, идем в столовую, где, конечно, уже длиннющая очередь. Мы встаем в ее хвост и вдруг я вижу вдалеке...
Никитина.
Он встает из-за стола вместе с парнями из футбольной команды. Его взгляд мгновенно ловит меня, а я почему-то вспыхиваю и отворачиваюсь.
- Ты чего дергаешься? - с недоумением спрашивает Маша.
- Там Никитин ваш любимый, - шиплю я.
- И поэтому ты так покраснела, да? - хихикает Даша.
- Ничего я не покраснела, - раздражённо бросаю я.
- Ну да, заливай! Хочешь я тебя сфоткаю и покажу?
- Отстань!
- Привет, красотки, - вдруг раздается голос Никитина.
- Привееет, - хором отвечают Даша и Маша.
- А ты что молчишь, Петренко? - насмешливо интересуется он. - Не относишь себя к красавицам?
Я медленно оборачиваюсь и окатываю его равнодушным взглядом:
- Зачем мне с тобой здороваться? Виделись уже.
- Завтра наш забег, - зачем-то напоминает Никитин, глядя на меня своими невозможно зелеными глазами. — Не надумала слиться?
- И не надейся, - тут же огрызаюсь я. - Не доставлю тебе такого удовольствия.
- А какое доставишь? - с издевательской ухмылкой спрашивает он.
- Я выиграю, - вместо ответа говорю я. - А ты проиграешь.
Никитин делает шаг ко мне, оказываясь совсем близко, а когда мое сердце заходится в панике, вдруг проникновенно шепчет:
- Жду не дождусь, Петренко. Жду не дождусь.
А потом уходит.
Я стою столбом, не в силах пошевелиться.
- Вот это да... - тянет Даша.
-
- Что? - яростно оборачиваюсь я.
- Ничего, - хихикает она.
А Маша только закатывает глаза.
- Я передумала обедать, — буркаю я. - Я не голодная.
И отхожу от них в сторону.
Внутри меня ярость мешается с растерянностью, а страх с непонятным предвкушением.
Завтра наше с Никитиным соревнование.
И я должна выиграть. Просто обязана.