10
Всю ночь я ворочаюсь. Сначала не могу уснуть, снова и снова возвращаясь мыслями к тому вечеру, а когда все же засыпаю, то снится мне такое...что и вспоминать не хочется.
Утром, конечно же, чувствую себя ужасно разбитой.
Хорошо, что нам сегодня к третьей паре, и есть время прийти в себя, а заодно и порядок навести в комнате.
Когда я возвращаюсь из прачечной с корзиной постиранного белья, мне вдруг звонит мама.
- Привет, - вяло отзываюсь я.
- Привет, доча, а что с голосом? - настораживается мама. — Заболела что ли?
- Нет, просто не выспалась, вчера тренировка была поздняя.
- Ты там не перенапрягайся, - наставительно говорит она. - Не забывай, что спорт - это просто хобби, а главное - учеба.
- Да я помню, мама, помню, - вздыхаю я. - И учусь на пятерки, как всегда, так что не беспокойся.
- Я так, на всякий случай. А в остальном как дела? Все хорошо?
- Да, хорошо, - машинально киваю я, а потом вдруг говорю: - Представляешь, я тут Никитина встретила. Он к нам в универ перевелся. Может, помнишь такого. В нашем классе учился.
- Ну что ты говоришь такое, Ира! - возмущается мама. - Конечно, я помню Артема! Такой мальчик хороший. И вы с ним так дружили славно...
- Мама! - вскрикиваю я. — Что ты говоришь вообще! Не дружили мы с ним никогда! Ты как всегда все перепутала!
- Не надо меня раньше времени в склерозницы записывать, доча, - недовольно говорит она. - Конечно, дружили. В начальной школе вы с Артемом вообще не разлей вода были. Домой с ним после школы вместе ходили, за одной партой сидели, и ты всегда просила тебе с собой два яблока давать, чтобы для себя и для него. А еще...
- Мам, - перебиваю я. - Мы точно про одного человека говорим? Про того самого Никитина, который мне зеленку на новый свитер вылил? Который приклеил меня к стулу? Про того, кто меня лысой дразнил?
- Ну ты ведь и правда лысой была, доча, - осторожно замечает она.
- Мама! - шиплю я. — Ты не понимаешь!
- Да, понимаю я, понимаю, доча, что ты до сих пор переживаешь, — тут же начинает успокаивать меня мама. - Я сама тогда бабушку, царствие ей небесное, чуть не прибила, когда увидела, что она сотворила с ребенком. Обрить наголо девчонку - ну что ж надо такое выдумать! Ну вши, ну и что, что вши! Шампуни уже всякие появились, прогресс-то на месте не стоит.
- Мам, ну при чем тут вши! - вскипаю я.
- Я не про них тебе говорю, а про Никитина. Про то, что он мне постоянно жизнь портил в школе.
- Ну да, портил.
- Вот! А ты говоришь, мы дружили!
- Дружили, конечно, - отмахивается мама. - Пока Артемка в тебя не влюбился.
У меня подкашиваются ноги, и я буквально падаю на кровать.
Я ослышалась?!
Мне показалось?!
- Ч-что? - хриплю я.
- Влюбился, - охотно повторяет мама.
- Мам, ты... не говори ерунды!!! - не выдерживаю я. - Потому что это уже перебор. Ладно дружба, может, мы и правда нормально общались в сопливом возрасте, не исключено, но... влюбился?!
- Почему же ерунда? - удивляется мама. - Мы еще с Наташей, его мамой, обсуждали, что он в тебя втюрился.
- Когда вы успели с ней это обсудить? - спрашиваю я в абсолютном смятении.
- Когда ты Артема дверью по носу стукнула, нас же тогда как раз обеих в школу вызвали, - объясняет мама.
- Я не стукнула, - строптиво возражаю я. - Просто он за мной гнался с грязной вонючей тряпкой, а я дверь перед ним захлопнула. Кто виноват, что он успел под нее подставиться?
- Ох, Ира... - вздыхает мама.
- А я зачем-то вспоминаю, как мы с ним тогда испугались. Оба. И как я усадила бледного Никитина на подоконник и вытирала ему кровь своим носовым платком. У нас даже что-то типа перемирия тогда возникло. Правда, ненадолго.
- Так вот, - возвращается к теме разговора мама, — я маме Артема и говорю, что, мол, почему у нас дети дерутся как ненормальные. Придержите вашего мальчика. А она мне: да он в вашу Иру влюблен просто и не знает, как ее внимания добиться, вот и творит всякую чушь. Ну знаешь же, как это бывает у мальчишек.
Я издаю тихий стон и зачем-то прижимаю ко лбу мокрую, только что выстиранную футболку, чувствуя, как мозг просто плавится в черепной коробке, отказываясь переваривать эту информацию.
- Мам, это бред какой-то. Ну ладно в средней школе еще можно так себя вести, но Никитин надо мной и в старших классах издевался! Если его так приперло, мог бы нормально прийти и на свидание меня позвать. Остальных же звал.
- А ты бы согласилась? - живо интересуется мама.
Я бы?
Хм.
Нет. Точно нет. Решила бы, что он надо мной просто издевается. Что это очередной прикол, вот и все.
- Наверное, не согласилась бы, - бормочу я.
- Вот поэтому и не звал, - справедливо замечает мама. - Ты же там по этому вздыхала... как его... Сундуков?
- Каблуков, - мрачно поправляю я.
Скрывать это не было смысла, потому что мама однажды нашла забытую на кухонном столе тетрадку с посвященными ему стихами.
- Точно, Каблуков! Он, кстати, женится, представляешь? От него Анька, дочка нашей парикмахерши, залетела, и все. Теперь только в ЗАГС, никуда не денешься, отец-то у Аньки бывший военный!
- Ужас, - искренне говорю я. И вдруг понимаю, что меня это не трогает. Вот прям совсем не трогает. А я ведь реально думала, что была влюблена в Каблукова.
Когда кончилась эта влюбленность?
Неужели на том самом выпускном, когда мы с Никитиным...
- Мам, мне пора уже идти, - сдавленно говорю я. — Скоро пара начнется.
- Да, конечно, доча. Беги, а то я заболтала тебя. И Артему привет от меня большой передавай, ладно?
- Посмотрим, - неохотно отвечаю я.
- И вообще, - продолжает мама, - ты бы присмотрелась к нему! Артемка - парень золотой, с таким как за каменной стеной будешь...
- Мам! - стону я. — Прекращай!
- Всё, всё, молчу, - смеется она.
- Ты что-то путаешь, я тебе точно говорю. Не был в меня Никитин никогда влюблен.
- Ну, конечно, был, - отзывается она с непоколебимой уверенностью. - Но если тебе так спокойнее, думай, что хочешь. Я-то знаю, что к чему. Все, беги давай на учебу и не забывай хотя бы раз в день есть горячее. А то знаю я вас, студентов.
- Обязательно, - торопливо соглашаюсь я, мечтая поскорее закончить этот разговор.
Как только мама кладет трубку, я без сил откидываюсь на стену, упираюсь в нее затылком и несколько минут просто бессмысленно пялюсь в потолок. Всё это... слишком странно.
Никитин равно ненависть, я уже привыкла к этому, так было всегда, и вдруг на секунду представить, что у этого чувства был совсем другой знак, сменить минус на плюс...
- Да ну нет, бред какой-то, - шепчу я.
А потом заставляю себя встать с кровати и развесить мокрое белье на сушилке.
А мысли снова и снова возвращаются к Артему Никитину. Как он меня вчера поперся провожать после тренировки. Как до этого прижимал к стене коридора. Как сказал, что на меня многие слюни пускали.
И он тоже?...
Господи боже мой, как теперь перестать об этом думать?!