Жребий

В моих наушниках играет песня французского исполнителя, на улице приятная прохладная погода. Впервые я иду с хорошим настроением в школу. Даже не знаю, что именно способствовало этому, да и не важно. Сейчас только светает, из-за того, что близится зима, а ночи становятся длиннее. Совсем скоро я буду идти в школу по темноте и уходить оттуда, когда будет закат. Хотя я не расстраиваюсь этому, потому что больше люблю ночь. Ведь тогда мы скрываем все свои недостатки и кажемся теми идеалами, кем не можем быть днём. Так что поэтому я предпочитаю этот вариант, оставаясь в тени ночи.

– Сегодня прямо идеальный день. Ты умудрился не опоздать, – усмехаюсь я, когда встречаю на углу дома раздражённого Марселя. Мы обнимаемся.

– Нет, это ты опоздала. Ты переплюнула меня и пришла ещё позже, и теперь мы точно опаздываем, потому что до звонка три минуты, – сейчас понятно, почему он так раздражён.

– Ладно, пошли, – я хихикаю и начинаю идти, сделав музыку в наушниках чуть тише, чтобы слышать друга.

– Впервые за долгое время вижу твоё хорошее настроение, – Марсель прищурившись смотрит на меня. – Что произошло? Я, да и девочки тоже, переживали после вчерашнего. Ты не рассказала нам.

– Всё хорошо, Марсель. Вчера это было вчера, – я отворачиваюсь от него и смотрю прямо, взявшись за лямки рюкзака. В голове появляются воспоминания о вчерашней вечеринке и случае там. Я пытаюсь выбросить этот момент, но мне немного сложно. Вот уже и настроение подпорчено. Всё-таки тяжело жить, не оглядываясь в прошлое.

– Ладно-о, – протяжно говорит он, поняв, что я в любом случае не расскажу ему ничего по поводу вечеринки и моего ухода в слезах. Может, Марсель примерно понял, что могло произойти, но решает не давить.

Мы вваливаемся в класс через пять минут после звонка. Учитель разрешает нам пройти, простив за опоздание.

– Доброе утро. Что это вы опоздали? Долго обжимались? – усмехается Селеста, поведя бровями.

– Ага, – я закатываю глаза и поворачиваю голову вбок, поставив рюкзак на пол. – Привет.

– Привет, – Люк посылает мне улыбку. Я выравниваюсь и с улыбкой отворачиваюсь.

– Как дела? У тебя всё хорошо? – осторожно спрашивает Селеста, переписывая текст с доски.

– Да...думаю, – я киваю и открываю тетрадь.

– Просто вчера...

– Давай, просто не будем это вспоминать. Главное, что сейчас я чувствую себя хорошо.

– Без проблем, подруга. Просто, если что, ты говори нам, – понимающе отвечает Сел.

– Конечно, – я вновь киваю и записываю сегодняшнюю дату в тетради, аккуратно и красиво выводя цифры. – Во сколько вы вернулись домой?

– Буквально через двадцать минут после того, как вы с Люком уехали. Просто в квартиру заявились какие-то чуваки из университета, скорее всего первокурсники, и стало невыносимо там находиться. Всё было во много раз хуже, что нас чуть флик* не накрыли. Одно утешение, я познакомилась с крутой девчонкой. Уверена, она точно по девушкам.

– И как её зовут? Она из нашей школы? – заинтересованно спрашиваю, подняв бровь.

– Элиан, – улыбаясь, говорит Сел и, откинув волосы назад, стукает кончиком ручки по парте. – Она не из нашей школы. На вечеринку пришла с подругой, которая как раз-таки учится у нас.

– Вы обменялись номерами?

– Да, практически сразу. Она мне понравилась. Такая яркая, весёлая и резвая, прямо юла. Мы чем-то схожи.

Вспоминаю теорию Люка о людях-батарейках: «когда встречаются две полные батарейки, то они, как «вечный двигатель». Они будут истощать свою энергию, заботу и так далее, но и здесь есть минус – долго они вместе не продержаться». Интересно, это действительно так? Ладно, не буду говорить Селесте об этой теории, чтобы не расстроить. Может, всё это просто выдумки.

Когда проходит урок, я облегчённо выдыхаю, так как уже устала сидеть и слушать нудную тему, которую пытается объяснить учитель.

– Привет, – здоровается Джози, подойдя к нашей парте, и целует меня в щёку.

– Привет, – я встаю и закидываю рюкзак на плечо.

– Какой следующий урок? – спрашивает Марсель, взглянув на экран своего телефона.

– Литература, моя любимая, – со счастливой улыбкой отвечает Жозефин.

Мы выходим в коридор и направляемся в сторону другого кабинета.

– Вы опоздали. Что случилось? – тихо интересуется Люк, подойдя ко мне с правой стороны, пока Марсель рассказывает подругам очередную шутку, идя с ними впереди.

– Я просто вышла немного позже и, задумавшись, шла слишком медленно.

– Ты сегодня в настроении?

– Думаю, да. По мне так сильно видно? – я усмехаюсь, осмотрев себя с ног до головы. – Кстати, – я открываю свой рюкзак, доставая чёрную бейсболку, – ты забыл её вчера.

– Спасибо! Не могу без неё, – Люк чуть ли не выхватывает вещь и натягивает ей на голову, блаженно выдохнув. – Теперь всё отлично.

– Это хорошо, – я улыбаюсь.

– Анника, – обращается Марсель, повернувшись назад и теперь шагая спиной вперёд, – что ты выберешь: переспать с Дженсеном Эклз или нарисовать его портрет?

– Нарисовать его портрет,

– Анника, вот как всегда ты выбираешь не то, – возмущается Селеста, топнув ногой. Я смеюсь, поняв, что выбрала она. Марсель с ухмылкой смотрит на Сел.

– Просто, если я нарисую, то портрет сохранится, а если пересплю то, кто знает, перепадёт ли вообще.

– Чёрт, просто ты умеешь рисовать, – защищается блондинка.

– Ты можешь сфотографировать, – за меня отвечает Люк, пожав плечами.

– Не, мне не нравится такой вариант, – сморщив нос, говорит она и отвлекается на пришедшее на телефон сообщение. Сел резко останавливается, часто моргая и глядя на экран: – Святые...

– Что такое? – спрашивает Марсель, нахмурившись, и заглядывает в телефон блондинки. Его эмоции на лице тут же меняются. – Чёрт возьми!

Телефон Джози и мой издают звук пришедшего сообщения. Мы одновременно достаём телефоны. Люк заглядывает в мой, пока я открываю фото, которое прислал быстрой рассылкой Микаэль. Губы начинают слегка подрагивать, когда вижу на фото себя и Марка – того самого учителя, в которого я втрескалась, когда перешла в старшую школу. Кто-то сфотографировал как мы целуемся в машине ещё когда мы встречались. Этому фото около двух лет точно, но прислали его только сейчас. Поджидали момент. Козлы.

– Это тот учитель? – тихо спрашивает Люк, посмотрев на меня. Я слабо киваю и сглатываю.

– Какого чёрта Микаэль разослал это всем? – злобно спрашивает Селеста и блокирует телефон. Я смотрю на Люка и замечаю в его глазах замешательство. Это всё из-за вчерашнего.

– Ему снова стало скучно. Какой же он бездушный олень, – качая головой, говорит Жозефин.

– Мягко сказано. Он тот ещё пи...

Звонок, висевший на стене над нашими головами, оглушает нас. Мы морщимся, но начинаем идти, направляясь в кабинет литературы, до которого не успели дойти. Я на ватных ногах дохожу до своей парты, опустив голову, чтобы не видеть насмехающиеся и осуждающие взгляды одноклассников. Они готовы разорвать меня в клочья, лишь бы лишний раз поиздеваться. Невозможно отойти от этого или забить, потому что как только ты это делаешь, тебя вновь поливают грязью.

– Анника, постарайся не думать об этом, – погладив меня по плечу, мягко говорит Селеста. Я поджимаю губы и смотрю на свои запястья, прикрытые рукавами толстовки. – Только не закрывайся от нас, прошу.

– Всё нормально, – выдавливаю из себя я.

– Я не добьюсь от тебя слов, – подруга вздыхает, – но я всегда начеку и готова помочь.

– Спасибо, Сел, – я киваю и поворачиваю голову вбок.

– Не зацикливайся, – лишь губами произносит Люк, потому что учитель уже начал урок.

– Постараюсь, – в той же манере отвечаю я и отворачиваюсь.

Я, наверное, никогда в жизни так сильно не хотела окончания урока, потому что потом меня ждёт ад, по-другому не скажешь. Я уже сейчас чувствую десяток точно взглядов на себе, а что будет, когда выйдешь к больше чем сотне пираний. Ох, лучше не думать, но паника начинает накатывать. Я открываю то фото и всматриваюсь в силуэты. Это был вечер, дождь только прошёл, а мы мокрые после парка сидели в машине и болтали о недавно вышедшем фильме. Тогда наш поцелуй с Марком казался обычным, но кто знал, что нас сфотографируют и распространят снимок по школе только спустя два года. Так моего прошлого не забуду ни то что я, да и все в школе в целом.

Когда после урока мы идём по коридору, нам навстречу идут Микаэль и его друзья, в числе которых тот парень, который вчера припечатал меня к стене.

– Какая удача, – ухмыляется Марсель. Я хватаю его за руку, останавливая.

– Не надо.

– Анника, – Люк смотрит на меня, качая головой, – отпусти его. Марсель, не трогай Микаэля. Пусть Анника сама разберётся.

– Что? – шокировано спрашиваю я, уставившись на Люка.

– Если тебе нужно что-то решить, то сделай это сама. Будь уверенной, иначе эти нападки будут всегда, – серьёзно говорит он. Я смотрю на своих друзей, которые будто языки проглотили. Закусив губу, поворачиваюсь в сторону, откуда идёт Микаэль, смеясь со своими друзьями.

Мне даётся лишь пара секунд, чтобы решить: покончить со всеми издевательствами сейчас или продолжать терпеть. Я отчаянно хочу выбрать первое, но боюсь, что не найду что сказать в свою защиту.

Раз, два, три... Вдох, выдох... Будь что будет.

– Микаэль, – более-менее уверенно зову я парня, как раз, когда он проходит мимо нас.

– Мне послышалось или наша Анника научилась разговаривать? – произносит он и смеётся со своими друзьями. Я выпрямляю спину и слегка задираю подбородок.

– Просто ты научился слышать, – говорю я и улавливаю лёгкую дрожь в своём голосе. Ух, ноги прямо сейчас готовы подкосится, а сердце выпрыгнуть в руки этого придурка.

– И что же ты хочешь донести до меня? – сложив руки на груди, спрашивает он и ухмыляется. Я бросаю взгляд на его друзей и успеваю ещё рассмотреть фингал под глазом, который поставил ему Люк, пока придумываю, что сказать.

– То, что ты не имеешь права издеваться... не только надо мной, но и над остальными учениками, которые боятся противостоять.

– Кажется мне, ещё вчера тебя защищали твои друзья, пока ты пряталась за их спинами, – напоминает он, прищурив глаза. Я ещё больше ощущаю биение своего сердца и сухость во рту. Собираю всю свою уверенность в один клубок и глубоко вдыхаю воздух.

– В любом случае, сейчас я говорю с тобой и хочу сказать, чтобы ты перестал так низко относиться ко мне.

– И? Всё? Думаешь, один раз заступилась за себя, и сразу уверенной стала?

– Эй, слушай... – начинает говорить Селеста, но её останавливает Люк. Зачем он так делает? Зачем позволяет вновь окунуть меня в грязь? Лучше бы всё-таки просто прошли мимо.

– Думаешь у тебя одного есть компромат на остальных? Надейся, но у меня есть кое-что на тебя.

– Нет, вряд ли, – он беззаботно пожимает плечами. Я прищуриваюсь.

– Я, как и ты, часто бываю на вечеринках и ещё...магазин – загадочно говорю, смотря на Микаэля. Всё-таки нужно как-то вытянуть себя из ямы, раз друзья бросили меня выживать. А вот и его первые признаки волнения. Ситуация с магазином встревожила его больше всего. – Просто предупреждаю тебя. Ещё похожая выходка и все узнают твои грязные секретки.

– Ещё посмотрим, кто кого, Базен, – злобно рычит парень и, оглядев моих друзей, уходит. Я облегчённо выдыхаю и прикрываю глаза.

– Молодчина, Ан-Ан, – радостно произносит Сел, обняв меня сзади.

– Видишь, ты смогла справиться, – говорит Люк.

– Превосходно сделала его, – улыбается Джози.

– Ему стоило сразу засунуть его самолюбие глубоко в...

– Мы поняли, Марсель, – смеётся Люк, подняв ладонь, и обращает на меня внимание. – Ты в порядке?

– Наверное, – я пожимаю плечами и смотрю на свои запястья. Нет, я не буду убивать бабочку, которую нарисовал мне на руке Люк. Я не должна резать себя. Не должна. – Это было слишком резко.

– Зато ты сделала его, Ан-Ан.

Я хмыкаю, смотря в стену перед собой:

– Кто знает, что он может потом преподнести в качестве мести.

*с французского сленга – копы, полиция.