Жребий

– Вау, я никогда не знала о существовании этого места, – произношу я, оглядывая заброшенное здание, в котором сделали подобие скейт-парка. Куча молодых парней и девушек разъезжают туда-сюда, выполняя различные трюки. Я слежу за ними и поражаюсь. Такого мне точно не сделать.

– Странно. Ты ведь коренная парижанка? – спрашивает Люк и ставит скейт на землю. Я киваю. – Я живу здесь семь лет. Родился в Лионе и до десяти лет жил там.

– Ну, я не хожу в подобные места, – я пожимаю плечами и усмехаюсь, следя за тем, как Люк ставит ногу на доску, – и не увлекаюсь катанием на скейте.

– А жаль, это очень круто.

Я поднимаю глаза, и мы пересекаемся взглядами.

– Не хочешь попробовать? – спрашивает Люк. Я расширяю глаза.

– Что? Нет-нет. Я просто здесь постою и посмотрю, как ты катаешься.

– Ладно, как хочешь, – он пожимает плечами и в один толчок отъезжает от меня. Я закусываю губу и оглядываюсь, чтобы найти место, где можно сесть. Но тут не предусмотрены никакие сидения, поэтому я просто сажусь на землю около окон, которые, как ни странно, не разбиты. Обычно в подобных зданиях всё разбито и не пригодно.

Нахожу в разъезжающих людях Люка и слежу за его движениями. Он всё выполняет так уверенно и с профессионализмом, словно с самого детства только и делал, что катался на своём скейте, не вставая с него. Так странно, что я без сопротивлений пошла за ним. Хотя я не жалею. Мне кажется, мы сдружимся. Люк показался мне неплохим парнем. Мне даже как-то стыдно стало, что в школе я просто ушла, когда его прижали к шкафчикам и могли избить.

– Не решила испробовать? – подъехав ко мне, задаёт вопрос Люк и садится рядом, но не на бетонный пол, а на свой скейт.

– Ни за что. Я буду выглядеть, как качающийся на доске бегемот, – усмехаюсь я и качаю головой. Люк смеётся и снимает бейсболку, поправляя свои волосы. Они короче, чем я думала, но ему идёт.

– Не исключено. Может, когда-то ты решишься на это, ведь в жизни нужно попробовать всё, что тебе подвластно, а если не подвластно, то сделать таковым.

И эта фраза надолго запала мне в душу. Она словно записалась на пластинку и постоянно звучит в голове его голосом.

– У меня здесь есть своё тайное место. Хочешь пойти? – предлагает Люк, взглянув на меня. Я недолго думаю и киваю.

– Да, конечно.

Наверное, я слишком глупо поступаю, раз иду с неизвестным парнем, куда не знаю, но я почему-то ощущаю, что Люку можно доверять. Хотя все маньяки кажутся такими дружелюбными и надёжными. Ладно, лучше не думать о том, что я могу быть убита. Он обычный парень, который перешёл в нашу школу, а я просто с ним познакомилась и решила узнать о нём. Ничего необычного.

– В этом здании я всегда зависаю и большую часть дня катаюсь здесь, – поднимаясь по лестнице, рассказывает Люк. Я оглядываю всё, что меня окружает, в том числе подмечаю то, насколько далеко мы отошли от площадки и людей.

Вокруг меня в некоторых местах разбиты окна, что уже больше напоминает о заброшке, на некоторых ступеньках по краям отбиты куски бетона, перила вообще отсутствуют, а стены разрисованы краской из баллончиков. Я не считаю, сколько мы поднимаемся, но думаю это уже пятый или шестой этаж, который и является последним. Люк открывает единственную дверь и пропускает меня. Я пару секунд стою на месте, а потом неуверенно перешагиваю порог. Испускаю вздох, когда моему взору предстаёт вид на Париж, который медленно погружается в темноту. Здесь находится лишь такой же бетонный пол, как и во всём здании, по бокам уже разрушенные стены, а прямо – ничего, просто пропасть. Это действительно завораживает даже по круче нашего с друзьями места на крыше.

– Здесь классно, да? – закрывая дверь, произносит Люк и подходит практически к краю, где оканчивается пол, положив недалеко от себя скейт.

– Да, мне нравится.

– Можешь присесть, – указывая на скейт, говорит он. Я подхожу и аккуратно присаживаюсь на доску, проведя пальцами по ней. Это обычный чёрный скейтборд с шершавой поверхностью, но даже таким он кажется особенным.

– И здесь ты всегда бываешь? – спрашиваю я и поворачиваю голову в сторону Люка. Он из своей толстовки достаёт пачку сигарет и закуривает.

– Да, я каждый день провожаю закат, – выдохнув дым, отвечает он.

– Зачем? – не понимаю я. – Каждый день видеть одно и то же. Разве это интересно?

– Каждый день закат и рассвет отличаются по-своему, и никогда эта картинка не повторяется, Анника. Просто ты не наблюдаешь за этим, а когда видишь постоянно, то замечаешь отличия. Вот в чём красота.

Я хмурюсь и поворачиваю голову, смотря на небо. Вроде бы всё как всегда, но под другим ракурсом. Такие же смешанные цвета красного, оранжевого и розового, которые я замечаю постоянно, если слежу за тем, как садится солнце.

– Вчера облака были более объёмными и редкими, а сегодня они словно растянулись, заполонив весь горизонт, – говорит Люк. Я всматриваюсь в открывающуюся картину.

Не думала, что Люк настолько интересен, что мне понравится с ним сидеть и слушать его. Обычно мне сложно даются новые знакомства, но с ним, я словно со своими друзьями. Какое-то волшебство!

– Ты так и не ответила, почему следила за мной, – напоминает он, взглянув на меня. Я перевожу взгляд и смотрю, как дым выходит у него изо рта.

– Не знаю, – просто отвечаю я и пожимаю плечами.

– Не может быть, чтобы ты не знала, – улыбается Люк.

– Всё возможно, и это тоже, – я отвечаю ему той же улыбкой и отворачиваюсь. Слышу лёгкий смешок и закатываю глаза.

– Ладно, так уж и быть.

– Думаю, мне пора. Уже темнеет, а добираться одной до дома по темноте будет страшно с нашим-то районом, – вставая, говорю я и пару секунд смотрю на открывающийся вид, запоминая его таким, потому что, по словам Люка, в следующий день закат будет отличаться от сегодняшнего.

– Я могу провести тебя, – предлагает он, но я мотаю головой.

– Нет, спасибо. Я дойду как-нибудь сама. До встречи в школе?

– Тогда до завтра, – Люк пересаживается на скейт, на котором я сидела минуту назад. Говорю ему «пока» и выхожу под пристальным провожающим взглядом парня.

Когда захожу домой, в квартире тихо, будто никого нет, но на самом деле мама сидит в кухне и, как всегда, пьёт. Я прохожу в свою комнату, а мать меня даже не заметила.

– Тэки, как ты? – я, улыбаясь, наклоняюсь около собаки и глажу её. Она облизывает мне руку и машет хвостом. Встав, я бросаю свой рюкзак около стола и сажусь на стул. Нужно бы сделать упражнение по французскому. Я всё-таки стараюсь учиться хорошо, чтобы потом поступить в подходящий университет. И у меня, кажется, выходит. Все плохие оценки я быстро исправляю другими дополнительными заданиями.

Думаю, тяжелее всего мне даётся биология и химия, потому что я перестала их любить после романа с учителем этих предметов. У меня пропал интерес, и я на время забила на них, но теперь, пропустив большую часть материала, мне тяжело догнать программу обучения. А математику я просто не понимаю, потому что мне это не дано, хотя мне нравится наш учитель.

После выполнения всех домашних заданий, я хватаю свой альбом, где делаю зарисовки карандашом, и усаживаюсь на кровать. На пару секунд задумываюсь над тем, что хочу нарисовать. Опустив руку на белую бумагу, непроизвольно начинаю что-то вырисовывать. Теперь не думаю о том, что получится, а просто вожу карандаш из стороны в сторону. Спустя десять минут начинает вырисовываться силуэт, мужской. Когда понимаю, что здесь может появиться, если продолжу рисовать, я закрываю альбом и откладываю его в сторону. Проморгав, достаю из кармана  телефон и смотрю на время. Уже половина десятого. Сегодня время летит слишком быстро или мне так кажется. Наверное, оно всегда так летит, просто иногда мы думаем, что время вечно, а на самом деле – нет.

────────────────

– Друзяшки, хочу познакомить вас с одним человеком, – произношу я, когда мы все с утра встречаемся в школе и заваливаемся в кабинет литературы. – Точнее может, вы знаете его имя, но ещё не общались.

– Его? Это парень? – усмехается Жозефин.

– Ну, да, не суть. Главное не это, хотя это тоже важно... ладно, всё, не путайте меня, – топнув ногой, отвечаю я и мотаю головой. Друзья начинают смеяться. – Эй, хватит, серьёзно. Я тут пытаюсь вас свести с человеком, который возможно войдёт в нашу, так сказать, компанию.

– Ладно, ладно. Мы все во внимании, – успокоившись, говорит Селеста и глубоко вздыхает, чтобы привести в норму дыхание после безостановочного смеха. Я закатываю глаза, и как раз в этот момент в кабинет заходит Люк. Он снова в своей чёрной бейсболке козырьком назад, но сегодня на нём серая футболка вместо вчерашней синей толстовки.

Вспоминаю наше вчерашнее знакомство и неожиданную прогулку до площадки, где катаются скейтеры, а потом и посиделки на крыше. Почему-то хочется повторить это.

– Привет, Анника, – первым здоровается Люк, подойдя к нашей с Сел парте. Я сейчас не вижу лица Джози и Марселя, которые стоят позади нас, но, уже, судя по удивлённому взгляду моей подруги, сидящей справа, я понимаю, что у них обстоят такие же дела.

– Привет. Хочу познакомить тебя со своими друзьями, – я улыбаюсь и, вдохнув побольше воздуха, поворачиваю голову. – Ребят, это Люк. Люк, это Селеста, это Жозефин, а это Марсель.

– Приятно познакомиться с вами, – Люк улыбается и осматривает друзей.

– Нам тоже, – взаимно отвечает Марсель и пожимает руку нашему новому знакомому. Звенит звонок, и все рассаживаются по своим местам. Люк садится слева от меня за ту же парту, за которой я его впервые увидела. Мы переглядываемся и отворачиваемся. Начинается урок.

– А он ничего так, – шепотом говорит Селеста, пока учительница рассказывает о том, какой новый роман мы будем читать и обсуждать.

Я закатываю глаза и усмехаюсь:

– Ты как всегда.

– Ну, а что? – подняв брови, тихо возмущается подруга. – Он секси, хочу тебе сказать. К тому же ты привлекла его внимание. Он положил на тебя глаз. Путь открыт.

– Сел, – взываю я. – Не выдумывай, пожалуйста. Мы только вчера с ним познакомились, и будем лишь дружить.

– Ага, как с Марселем? – не унимается блондинка. Я тяжело вздыхаю и прикрываю глаза, чтобы посчитать до трёх.

– Мы будем просто дружить, – всё-таки выдавливаю я. – А теперь давай слушать учительницу или я отсяду, чтобы у тебя не было искушения со мной поболтать.

Селеста в ответ цокает и отворачивается, отведя свой любопытный взгляд от моего лица. Она начинает что-то рисовать в тетради, а я подпираю щёку ладонью и смотрю на доску.

Наша больная тема – это, пожалуй, взаимоотношения с Марселем. Ведь сначала, только познакомившись, мы неплохо ладили и часто зависали вместе, даже без Сел и Джози. Ну, а потом один неверный шаг и мы переступили черту и поцеловались. Потом всё зашло как-то далеко и вышло так, что мы ещё и переспали. Решили не воспринимать это всерьёз и забыть. Сейчас вроде бы всё как раньше, но иногда мы даём себе волю и позволяем зайти дальше дружбы. В прошлом году я ещё как-то беспокоилась, что нужно бы начать встречаться, но, поняв, что отношения не для меня, я отказалась от своей идеи. Во мне просто уйма противоречий на этот счёт, с которыми точно не справится.

Когда приходит время, идти в столовую, мы, конечно же, не упускаем возможности пообедать. Я, как всегда, набираю целую кучу еды, потому что никогда не измучиваю себя голодом или недоеданием. Вместе с нами Люк, который берёт примерно столько же для обеда, что и у меня.

– Ты недавно переехал в Париж, Люк? – интересуется Марсель, поедая картошку фри.

– Нет. Я живу здесь семь лет, а сам родом из Лиона, – отвечает Люк и берёт в руки бутылку воды, сделав глоток. Его кадык дёргается, а я слежу за движениями.

– А почему тогда сменил школу? – задаёт вопрос Селеста.

– Переехал в этот район вот и сменил, – он пожимает плечами и поднимает брови, слегка прикрыв глаза, мол, это не его решение и он не имеет к этому отношение.

– Слушай, ты сегодня свободен? – слегка склонившись к столу, спрашивает Марсель. Я прищуриваюсь и бросаю взгляд на Жозефин, которая до этого зависала в телефоне, но, услышав вопрос друга, поднимает глаза.

– Ну, в принципе, у меня нет планов. А что такое?

– У нас есть одно наше местечко, где мы часто тусим. Вот решил предложить тебе посетить его с нами. Там весело, и все не против, да? – Марсель переводит взгляд на нас, и мы дружно киваем.

– Да, там круто. Мы смотрим старые фильмы, слушаем, как Марсель играет на гитаре, и просто отдыхаем от всего, что нас окружает, – говорю я, посмотрев на Люка. Он смотрит мне в глаза, и на его лице проскальзывает лёгкая улыбка.

– А давайте. Во сколько встречаемся и где? – весело произносит Люк и складывает руки на столе, опираясь на них.

– В семь около ворот школы, Люк, а остальные как всегда, – отвечаю я, опередив Марселя. Ребята соглашаются, и мы продолжаем кушать.

Неожиданно к Люку со спины подлетает Микаэль и резко разворачивает его. Я округляю глаза и таращусь на них. По Люку не скажешь, что он удивлён или напуган, потому что он спокойно убирает руку Микаэля и слегка приподнимает подбородок, смотря на, непонятно из-за чего раздражённого, парня. 

– Какого чёрта, Обен? Тебе не хватило одной встряски? Припёрся тут в нашу школу, а уже кучу проблем себе создаёшь, – сквозь зубы цедит Микаэль и снова кладёт руку на плечо парня, сжав так, что костяшки на его пальцах побелели. Не знаю даже, что сейчас чувствует Люк, но даже у меня внутри какой-то комок неприязни, смешанный с чувством боли, словно это мне с силой сжимают плечо.

– Я тебя совсем не понимаю. Из нас двоих – это ты создаёшь себе проблемы, – без доли дрожи говорит Люк. В его голосе слышится лишь уверенность в своих словах.

Мой рот открывается, когда Микаэль замахивается, но его руку перехватывает Марсель, у которого хорошо сработана реакция. Джози сбоку от меня охает, а Селеста, как и я, молча наблюдает, ужасаясь.

– Трогая или задевая моих друзей, ты имеешь дело со мной, Микаэль. Мне не сложно пересчитать твои кости, но вот тебе их собрать будет сложно, – угрожающе, говорит Марсель. Никогда не видела друга настолько серьёзным. Даже заступаясь за нас, он не выглядел таким угрюмым. Но от такого взгляда даже холод по коже проходит.

– Не строй из себя защитника, наркоша. Продолжай бегать по закоулкам, ища свои закладки, и не влезай в разборки.

Клянусь, я прямо сейчас увидела, как в глазах Марселя проскочили искры гнева. Это меня напугало ещё больше. Только бы не драка, пожалуйста.

– Эй, брейк, парни, – вдруг говорит Селеста, щелкнув пальцем. Как раз во время, потому что Марсель уже готов был накинуться на Микаэля прямо здесь и сейчас. – Валяй отсюда и не заводи перепалки. Никто сейчас не хочет драться, чтобы потом иметь проблемы с директором.

Микаэль двигает нижней челюстью и разворачивается, уходя. Я выдыхаю, успокаиваясь, что хотя бы драку избежали. Смотрю на Люка и Марселя, которые разворачиваются к нам и уже со спокойными лицами, словно сейчас ничего не было, продолжают кушать. Мы с девочками переглядываемся и, пожав плечами, решаем не затрагивать эту стычку.

Наверное, этим и отличаются парни от девушек. Парни могут скрыть чувства и сидеть с нейтральным выражением лица после словестных оскорблений, а девушки же выплеснут все свои эмоции, пока их злость полностью не пройдёт. По крайней мере, это случается с большинством из нас. Ведь бывают же исключения в виде того, что девушки могут сдерживать свои чувства, а парни – нет.

– Не забываем, что в семь встречаемся, – напоминает Селеста, когда мы в конце учебного дня выходим из школы.

– В семь, – повторяю я, улыбнувшись. Мы все прощаемся и расходимся в разные стороны.

Теперь моя очередь показать своё любимое место, в котором я расслабляюсь, Люк.