публичная игра
Дария сидела на диване в гостиной дома Ха Джуна, держа телефон в руках. Новости еще не успели полностью загрузиться, но фотографии с вечера уже мигали на экранах: они с Ха Джуном, словно идеально счастливая пара, смеялись под вспышками камер, руки слегка касались друг друга — идеальный кадр для светской хроники.
— Видел?— тихо сказала она, отодвигая экран. — Они называют нас «самой эффектной парой вечера».
Ха Джун присел рядом, держа в руках стакан воды, и посмотрел на нее с привычным равнодушием, смешанным с едкой ноткой:
— Да, видел. Красиво. Но это только фотографии. Настоящая игра начинается дома.
— Настоящая игра... — повторила Дария, сжимая кулак, — а между нами что? Ты называешь это игрой, а я чувствую только раздражение.
Он посмотрел на неё с лёгкой усмешкой:
— Раздражение — нормальный спутник нашей роли. И поверь, ты не единственная, кто этим страдает
Дария фыркнула, не скрывая раздражения:
—Может , нам стоит быть хоть немного человечными, а не просто картинкой для публики?
— Ты думаешь, что я человечный? — усмехнулся он. — Мы оба здесь для одного: чтобы никто не догадался, что между нами ничего нет.
Она стиснула зубы. «Ничего нет» — эти слова звенели в ушах, как вызов. Она знала, что их игра выглядит идеально, но каждый шаг давался с трудом, каждый взгляд — с напряжением
Позже Дария и Ха Джун встретились с друзьями Ха Джуна, которые тоже видели их в новостях.
— Ух ты, — сказал один из друзей, улыбаясь, — вы действительно выглядели как пара. Даже смеялись искренне.
Дария слегка прищурилась:
— Искренне? Или красиво для камер?
— Да-да, красиво, — подтвердила подруга— Никогда не думала, что Ха Джун так... расслабленно выглядит рядом с кем-то.
Ха Джун поджал губы, но спокойно сказал:
— Расслабленно? Нет, просто мы умеем создавать нужное впечатление
— Точно, — сказала Дария, едва сдерживая раздражение. — Впечатление. На публику.
Друзья переглянулись, не совсем понимая, что происходит, а Дария и Ха Джун обменялись едкой, почти невидимой репликой взглядов. Они играли в идеальную пару, но на деле — соперники в одной игре, где ни один не хочет уступать
На следующий день звонок снова прозвенел. Ха Джун поднял трубку первым:
— Алло? — его голос звучал спокойно, но с оттенком лёгкой иронии.
— Ха Джун! — воскликнула мать. — Мы хотим увидеть её! И ты скажи нам... кто она?
— Мама, папа, — сказал он тихо, — я уже сказал. Это Дария. Моя девушка.
— Мы понимаем, что вы вместе, — голос матери стал мягче, — но почему мы не знали?
— Всё под контролем, — повторил Ха Джун. — Я позабочусь о том, чтобы вы её увидели.
Дария стояла рядом, наблюдая, как он управляет ситуацией. Её раздражение росло: он решает всё за двоих, и теперь ей снова приходится играть роль, которая кажется ей чужой.
— Ладно, — сказала она тихо. — Ты действительно мастер притворства. Но учти, я не намерена быть просто красивой картинкой.
— Ты не просто картинка, — ответил он с едкой усмешкой. — Ты соперник. И именно это делает игру интересной.
Вечером Дария и Ха Джун сидели на террасе, наслаждаясь лёгким ветерком после дождя. Они молчали, оба погружённые в свои мысли, напряжение висело в воздухе.
— Ты понимаешь, что мы вынуждены быть вместе? — сказала Дария, нарушая молчание.
— Конечно, — ответил Ха Джун. — Но не значит, что мы должны быть друзьями.
— Друзья? — усмехнулась Дария. — Мы даже не симпатизируем друг другу.
— Так и должно быть, — сказал он спокойно. — Чем сильнее раздражение, тем убедительнее игра.
Дария сжала зубы:
— Иногда я думаю, что ты просто получаешь удовольствие от контроля.
— Возможно, — сказал он, — но я тоже могу сказать, что ты наслаждаешься этим.
— Ничего подобного! — выкрикнула она, резко вставая. — Я ненавижу, когда ты так ведёшь себя, словно всё вокруг — твоя сцена.
— А я ненавижу, когда ты не слушаешь, — ответил он, поднявшись и шагнув к ней. — Мы должны действовать вместе, а не спорить.
— Я действую! — крикнула Дария. — Но не буду твоей игрушкой!
Они сидели молча, каждый погружён в свои мысли, понимая: их «идеальная пара» — только публичная иллюзия, а за ней скрыта вражда, раздражение и едкая игра власти.