Просто пресс-секретарь
Утро в универе гудело — коридоры шумели, студенты спешили на пары, пахло кофе и мокрыми куртками. Кира лавировала между толпой, в одной руке — папка с документами, в другой — стаканчик латте. И вдруг... она его увидела.
Егоров.
Стоял чуть поодаль, с парой ребят из команды, в спортивной куртке и с той самой самоуверенной ухмылкой, от которой у половины девчонок на факультете перехватывало дыхание.
Кира помедлила секунду, но потом решительно крикнула:
— Егоров!
Он обернулся, прищурился, мгновенно узнав голос. Подошёл, шаг лёгкий, уверенный, как всегда — будто ему не надо было торопиться никуда.
— Москвина? — с лёгкой усмешкой протянул он. — И чего тебе с утра пораньше?
Кира подошла ближе, достала из сумки аккуратный пакет и протянула ему:
— Это... твоя кофта.
Его взгляд опустился на пакет, затем резко вверх — на неё. Чуть приподняв бровь.
— Серьёзно? Принесла?
— Я же не собиралась её себе оставлять, — ответила Кира, стараясь говорить спокойно, но взгляд всё равно бегал. Её пальцы чуть дрогнули — маленькое беспокойство оттого, что он может отнестись к этому с издёвкой.
Он ухмыльнулся так, что уголки губ сами собой двинулись вверх. Улыбка лёгкая, от которой всегда чуть теплее в воздухе, и в голосе — едва заметный вызов:
— Знаешь, а мне, если честно, больше понравилось, как она выглядит на тебе.
Она моргнула. Покраснела почти мгновенн — от шеи до ушей. На мгновение она опешила — и тут же собрала себя, подталкивая смущение в уголок.
— Ты... ты что, флиртуешь со мной?
— А если и да? — ответил он, приближаясь чуть ближе, так, что она уловила запах его спортивного дезодоранта и холодного утреннего воздуха, смешанного с голубоватой свежестью.
Кира вскинула подбородок, пытаясь вернуть себе уверенность:
— А как же Лиза? — её тон был не только вопросом, но и испытанием. — Ещё недавно ты за ней бегал.
Кирилл нахмурился на секунду, но потом равнодушно пожал плечами:
— Лиза уже не одна. У неё новый парень. А я что, должен вечно страдать? — его голос был ровный, но в нём проскочило что-то вроде едкой обиды. Как будто ему не нравилось быть чьей-то опцией, заменой или тем, кого легко забывают.
— Ага, значит, решил переключиться на младшую, — язвительно ответила Кира.
Он усмехнулся ещё шире, глядя прямо в глаза:
— А может, просто понял, что младшая интереснее?
Она закатила глаза, стараясь скрыть, что внутри всё смешалось — злость, смущение и... что-то ещё.
— Знаешь, мама ещё не отошла от твоей прошлой «романтической драмы» с Лизой. Если она узнает, что мы хоть разговариваем — у неё инфаркт будет.
Он тихо засмеялся, глядя на неё с интересом, как будто на секунду мысленно прикинул последствия, но ответил лёгким вызовом:
— Москвина, ты ведь не из тех, кто слушает маму.
— Я и не слушаю, — спокойно ответила Кира, шагнув чуть ближе и понизив голос. — Просто я тебя слишком хорошо знаю. И поверь, в роли моего парня ты полный провал.
Она сунула пакет ему в руки и уже собралась уходить, но он вдруг спросил:
— Эй, Москвина!
Она обернулась.
— Что ещё?
Он слегка улыбнулся, с привычной самоуверенностью:
— На матче завтра будешь болеть за меня?
Кира прищурилась, губы дрогнули в лёгкой улыбке:
— Не-а. Я не фанатка хоккея.
Он чуть наклонил голову:
— Ага, значит, всё-таки не хочешь увидеть, как я выигрываю?
Она ухмыльнулась, уже разворачиваясь к выходу:
— Я там не как фанатка, Егоров. Я просто ваш пресс-секретарь.
Он смотрел ей вслед, пока она уходила лёгкой походкой, волосы чуть рассыпались по плечам, шаг уверенный, будто всё под контролем.
Кирилл усмехнулся, глядя на пакет в руках.
— «Просто пресс-секретарь», да? — пробормотал он себе под нос. — Ну-ну, Москвина. Посмотрим.
———
Аудитория гудела: кто-то листал конспекты, кто-то допивал кофе перед приходом преподавателя. Кира устроилась у окна, достала планшет и попыталась сосредоточиться на слайдах. Но экран расплывался перед глазами.
Мысли всё ещё возвращались к утренней встрече. К тому, как он стоял перед ней — уверенный, ухмыляющийся, как всегда.
«Мне больше понравилось, как она выглядит на тебе». Боже, да кто так вообще говорит?
И почему сердце тогда сжалось, а щеки вспыхнули, будто она первокурсница, а не взрослая девушка, пресс-секретарь команды?
— Флиртует он... — пробормотала она себе под нос, сжимая ремешок сумки. — Нашёл с кем.
— Москвина, вы с нами? — донёсся голос преподавательницы.
Кира моргнула, выровняла спину:
— Да, да, конечно.
Но на самом деле ни одной строчки из презентации не услышала. Она машинально делала пометки, а сама снова и снова прокручивала разговор. Особенно — ту фразу под конец.
«На матче завтра будешь болеть за меня?»
И свою собственную, будто защищающуюся, но на самом деле — странно мягкую:
«Я там не как фанатка. Я просто ваш пресс-секретарь...»
«Просто», ага. Она усмехнулась про себя и покачала головой.
После открыла вкладку с расписанием матчей, собираясь проверить график пресс-брифингов... Но взгляд непроизвольно задержался на фотографии команды. На нём — Егоров, в форме, с привычной серьёзной миной.
Она не заметила, как уголки губ слегка дрогнули. И быстро выключила планшет, будто поймали на чём-то запретном.
— Всё, хватит, — пробормотала она, выдыхая. — С чего вдруг дело до него.
Но где-то в глубине души ей было не по себе от того, что сама не верила в эти слова.
На другом конце кампуса, в соседнем корпусе, Кирилл сидел на паре по психологии спорта. Лектор что-то говорил про концентрацию, самоконтроль и давление в профессиональных командах — а Егоров только и делал, что крутил ручку в пальцах.
В голове всё ещё звучал её голос.
Чёткий, уверенный. С легкой насмешкой, но без злости. «Я просто тебя слишком хорошо знаю. И поверь, в роли моего парня ты — провал».
Он усмехнулся сам себе, опершись на локоть.
— Провал, значит, — тихо пробормотал он, едва заметно улыбаясь. — Посмотрим.
— Егоров, что-то смешное? — спросил преподаватель, приподняв бровь.
— Просто мысли вслух, — отозвался Кирилл, не отводя взгляда от окна.
Он сам не понимал, зачем подколол её. Зачем сказал то про кофту. Хотя знал — специально. Хотел увидеть её реакцию.
И увидел. Щёки вспыхнули, глаза сверкнули — живая, настоящая, не маска, не официоз, не этот вечный пресс-секретарский контроль.
Он вспомнил как открыл пакет, вытащил кофту — аккуратно сложенную, ещё пахнущую чем-то её. Едва уловимый аромат — кофе, чуть сладости и её парфюм. И это сбило его дыхание на секунду.
— Да ну к чёрту, — усмехнулся он, тихо прошептал. — Не хватало мне теперь об этом думать.
За стеклом кружился снег, и почему-то этот белый хаос напомнил ему её — Москвину. Маленькая буря в человеческом обличье.
Он поймал себя на том, что снова улыбается.
И, чёрт возьми, давно он не ловил себя на такой глупости — чтобы думать о девушке на лекции, будто подросток.