Не моя игра
Арену встречал гулом коньков и стуком шайб. Хоккеисты мчались по льду, отрабатывая комбинации, крики тренера сливались с лязгом клюшек и шумом шайбы по борту. Кира шла рядом с Казанцевым, слегка скрестив руки на груди, но внутри испытывала равнодушие.
Хоккейная команда? Ей было плевать. Это не её мир. Тут, играет Егоров, бывший парень ее сестры, и бывший капитан, теперь понижен до простого игрока под руководством нового тренера — Андрея Кисляка.
— Андрей, знакомьтесь, — Казанцев представил её тренеру, — ваши будущие глаза и уши.
— Приятно познакомиться, — кивнул Кисляк, протягивая руку. — Андрей Викторович.
Кира лишь сухо кивнула в ответ.
— Команда, внимание! — Кисляк поднял руку, свистнул и загородил коньками лёд, привлекая всех к себе. — Важное объявление!
На льду собралась вся команда. Казанцев шагнул вперёд, голос его уверенно разливался по арене:
— Знакомьтесь, «Акулы». Ваш пресс-секретарь — Москвина Кира.
На льду раздался общий гул, шепот, хихиканье. Некоторые ребята быстро переглянулись, узнав фамилию.
— Вы серьёзно? — Кирилл Егоров, стоявший рядом, язвительно поднял бровь. — Она? Больше никого не нашлось?
— Чем тебе она не угодила? — Казанцев лишь пожал плечами, слегка улыбнувшись.
Кирилл открыл рот, чтобы что-то ответить, но Кира опередила его, не отводя глаз:
— У нас с ним взаимная любовь... только через «не».
Некоторые ребята из команды едва не хохотнули, понимая намёк. Кирилл стиснул челюсть и холодно ответил:
— О, как мило. Брать пример с сестры, да?
— Слушай, Егоров, — Кира резко обернулась, — держи свое мнение при себе.
Казанцев усмехнулся:
— Думаю, сработаетесь.
— Я сегодня создам сайт команды, — Кира повернулась к Казанцеву, голос уверенный. — Думаю, завтра, перед тренировкой или после, смогу взять интервью у нескольких ребят. Сделаю анкету, с фото, чтобы все были представлены. Решите сами, кто и когда будет отвечать.
Она слегка кивнула команде, давая понять: вопросы будут.
— Могу я идти? — спросила Кира, разворачиваясь к Казанцеву. — Не особо горю желанием без причины стоять здесь.
Кирилл, с привычной усмешкой, скользнул взглядом по ней:
— Слушай, ты же ненавидишь хоккей. Тогда какого черта здесь? Какая выгода для тебя в этом всём?
Кира не обернулась, голос был холоден и твёрд:
— Лучше займись своей жизнью, Егоров. Чтобы потом не было сюрпризов.
Она уверенно шагнула к выходу с ледового поля, каждый шаг звучал как вызов, а Кирилл остался, стиснув зубы и едва заметно ухмыляясь — явно раздражённый и заинтригованный одновременно.
———
Кира едва переступила порог квартиры, как в лицо ударило тепло и запах жареной курицы. Казалось бы — уют, дом, ужин. Но едва она сняла ботинки, как из гостиной раздалось знакомое, недовольное:
— Кира! — голос мамы звенел, как удар по стеклу. — Ты со мной даже не посоветовалась?!
Кира устало закатила глаза, скидывая шапку.
— Мам, вечер только начался, а ты уже в боевом режиме. Что я на этот раз сделала?
Кира, устало отряхивая снег с шарфа, даже не удивилась. Мама, естественно, пошла за ней следом, при этом уже на взводе.
Мама, уже на пороге кухни, скрестила руки на груди.
— Что? Может, расскажешь, с какой радости ты вдруг стала пресс-секретарём этих... Акул Политеха? — она произнесла название команды с тем самым оттенком, каким обычно говорят «зараза».
ХКира спокойно прошла мимо, поставила сумку на стул, открыла холодильник — будто разговор её вовсе не касался.
— Мам, ты сама всегда твердила: помогай университету, будь активной. Я — помогаю. Всё логично.
Мама приподняла брови.
— Активность — да. Но не среди этих раздетых по пояс идиотов на коньках, — отрезала она. — Хотела помочь — шла бы в пресс-службу универа.
— Мам, это просто работа. Для портфолио, — спокойно ответила Кира, наливая себе воды.
Из-за стола послышался голос Лизы:
— Подожди... — она отложила вилку. — Ты теперь секретарь Акул?
Кира, не глядя, ответила:
— Ага. Сегодня Казанцев сам предложил.
— Ты? — Лиза почти рассмеялась. — Девушка, которая при слове «хоккей» морщится, как будто услышала «налоговая»?
Кира усмехнулась краем губ.
— Всё когда-то бывает впервые, Лиз. Даже чудеса.
Мама шумно выдохнула, с трудом сдерживая раздражение:
— Нет, ну это уже слишком. Сначала Лиза с этим Егоровым связалась. Я уже обрадовалась, что всё закончилось наконец-то !
— Мам! — Лиза вскинулась, нахмурившись. — Не начинай опять. С Кириллом вопрос закрыт.
— А потом ты пошла в этих своих черлидерш! — продолжала мама, не слушая. — С помпонами и в юбках по колено, как будто других занятий в университете нет! А теперь ещё и ты, Кира, туда же!
Она махнула рукой в сторону младшей.
— Что, вы сговорились? Издеваетесь надо мной?
Кира опёрлась о столешницу, голос стал холодным и чётким:
— Мам, я не издеваюсь. Я просто делаю то, что считаю нужным.
— Нужным?! — мама почти взорвалась. — Общаться с этими самодовольными парнями, тратить время на лед и раздевалки? Я завтра же пойду к ректору и попрошу, чтобы тебя заменили. Всё.
— Лучше уж с ними, чем с теми, кто пытается решать за меня, — отрезала Кира, голос её стал холодным, ровным — опасно спокойным:
— Только попробуй пойти к ректору. Это моё решение. Не твоё... Моё.
— Кира... — начала мама, но дочь уже направилась к двери.
— Хватит контролировать мою жизнь, — бросила она, даже не оборачиваясь, и хлопнула дверью своей комнаты.
Мама замерла, поражённая её тоном.
Кира не дала времени на ответ — просто ушла, хлопнув дверью комнаты.
Повисла тишина.
Мама села на стул, прикрыла глаза, устало потерев переносицу.
— Великолепно. Теперь и Кира туда же. Просто... прекрасно.
Лиза, глядя в тарелку, тихо усмехнулась:
— История повторяется, только роли поменялись.
Мама посмотрела на неё исподлобья.
— Главное, чтобы конец был другим, — сказала она тихо. — Мне второго хоккеиста в жизни моей дочери не нужно.