15. time
Целая неделя прошла с тех пор, как Дженни, подчинившись порыву Лисы, позволила себя обнять на прощание.
Щёки Манобан сверкали от пролитых слёз, а губы, красные от солёной влаги, дрожали в улыбке. И она желала, чтобы Дженни была счастлива, чтобы была счастлива несмотря ни на что, чтобы нашла в своей жизни что-то настолько важное и прекрасное, что заставит сердце биться чаще, а улыбку не сходить с губ. Наверное, Лиса желала ей встретить любовь.
Но Ким сгорала в этих тёплых объятиях от странного чувства, объяснения которому не нашла, и хотела лишь скорее освободиться, избежать этого бесконечного слезливого прощания. И слова Лисы она слушала, но не понимала, как не понимала и слов Чимина. Они проходили мимо, как и время, которое было ей дороже, чем все эти эмоции, иссушающие организм, чем красивые слова об эфемерных невнятных вещах.
Наверное, Дженни не видит смысла приезжать в академию после своего ухода. Конечно же, куда более важные вещи занимают её голову. А Лиса даже не знает ни её адреса, ни номера телефона, Дженни бы и не обрадовалась гостям, это Лалиса знает. Смешно. Вроде и подруги, но она не стремилась приглашать в свою жизнь кого бы то ни было.
Это была лишь маленькая уступка. Отец позволил дочери получить первое образование дизайнера, которым она мечтала когда-то стать, и Дженни усердно училась, пытаясь поспеть за программой академии искусств и курсами, которые посещала по приказу отца. Но, впитывая знания губкой, она совсем не обращала внимания на остальной мир. Была безразлична к нему, не зная, что лишает себя чего-то важного.
Не хватало времени на бесцельную его трату и пустые разговоры. Даже с Лисой Дженни общалась только в стенах академии. Выросшая под тщательным присмотром, она не знала о других привязанностях, о других чувствах, кроме преданности к отцу, и всё, к чему стремилась, - оправдать надежды отца, как не смог оправдать их никчёмный брат, предавший семью.
У Чимина скоро намечается важное выступление, и он сконцентрировал все свои силы на этом мероприятии. То, к чему он готовился так долго, - шаг к мечте, путь, на котором его поддерживали друзья и родные. Но Чимин настолько погружён в работу, что совсем не замечает блеск своей мечты в конце этого долгого пути. Она должна сиять подобно звезде, которая находится так близко и, одновременно, бесконечно далеко. Но не сияет. На её месте лишь мутный контур грязной жёлтой луны.
Чимин много тренируется, преподаватели им довольны, даже самая грозная по современным танцам, а Чонгук и Лиса всё время находят повод, чтобы не оставлять Чимина в одиночестве. Потому что знают, Пак будет винить себя, даже если его вины нет, будет искать несуществующие недостатки и причины, сочинять поводы и сгорать в несбывшихся надеждах. Утопая в своём одиночестве, которого всегда боялся.
Концерт уже на носу, и совсем недавно Чимин жаловался, что не готов, но теперь он выступит блестяще, никто не сомневался. Кроме самого Чимина, который всё это время лишь бежал. Бежал и путался, потому что одна из звёзд угасла, а вторая потерялась в мутном тумане, и Чимин до сих не нашёл к ней дорогу.
— Этот камень тебе очень подходит, он будет помогать в ответ на твою заботу о нём.
Лалиса сияла улыбкой, а на её протянутой ладони притаился красивый кожаный браслет. Но не успел Чимин и прикоснуться к нему, как Лиса подняла руки выше, сквозь кристаллики розового камня глядя на солнце.
— И как же мне о нём заботиться? Заботиться о камне?
— Чтобы активировать амулет, его нужно очистить сначала, — пробурчала Лиса наставительно, пока Чимин подозрительно рассматривал украшение, названное амулетом, — продержи в простой воде, подойдёт даже из-под крана, потом положи на всю ночь под свет полной луны, только после этого его можно заговаривать.
— Заговаривать?
Глаза Чимина всё больше округлялись с каждым её словом, и с губ не сходила улыбка, когда Лиса втолковывала ему слова таинства для амулета.
Сам он тоже надевал браслеты, хоть и не носил их постоянно, летом часто брал солнцезащитные очки, а дома в шкафу у него копилось немало ремней различного цвета с интересными пряжками или гравировками. Чимин вообще любил выглядеть хорошо и привлекать внимание, словно красуясь внешними данными. Кому не нравится читать восхищение в глазах окружающих? А Чимину это нравилось особо. Поэтому он пообещал себе хотя бы до конца этого года не есть пирожных и не бросать спортзал.
Так и улыбаясь, Чимин пропускал половину речей Лисы мимо ушей, просто не понимая этого странного ритуала, обращения к каким-то духам, в которых он не верил. Но вид у Лалисы был такой серьёзный, словно она проповедовала истину, а не сказку, поэтом Пак тоже старался сдержаться, не давая себе засмеяться, чтобы не обидеть Манобан. Браслеты им воспринимались исключительно как аксессуар, и в магическом предназначении камней он сильно сомневался.
— Носи на запястье левой руки. Только левой, — подчеркнула она.
— Да-да, конечно, — покивал Чимин с сосредоточенным видом.
Он так и не успел разглядеть таинственный амулет, и глаза его сияли в предвкушении. Зная свою подругу, можно быть уверенным, что браслет получился очень красивым.
— Я совершенно серьёзно.
В родном доме на полках Лисы пылилось множество сувенирчиков и подарков, бережно хранимых ею, подвесок и колец с разными мифическими свойствами, в которые она была склонна верить, магические камушки, ароматические свечки и палочки с благовониями. Фантики от конфет из оригинальной ограниченной серии. Побрякушки, ничего не значащие для других, но являющиеся маленьким счастьем для неё. А запястья Лалисы всегда украшены самодельными плетёными браслетами, цвета которых были отображением каких-либо качеств.
— Я всё понял.
Чимин уже представлял, как глупо будет выглядеть: словно ведьмак, в полнолуние отгоняющий нечисть ритуалом.
— Вот, вручаю его тебе!
Кожаные ремешки обвивали запястье так приятно и удобно, точно подогнанные под размер. Два осколка розового кварца, необработанные и ещё более красивые в своей небрежности, соприкасались друг с другом, окружённые мелкими бусинами и цветными кольцами с двух сторон. Длинные чёрные нити, оплетающие браслет у оснований, заканчивались такими же стальными бусинками, едва слышно позвякивающими при движении.
В глазах Чимина читался восторг. Крутя браслет в руках, он наслаждался мягкостью кожи и шершавой поверхностью камушков, которой так приятно было касаться. Лиса верила, что розовый кварц, выражающий натуру Чимина, принесёт в его жизнь только лучшее, оберегая от негатива внешнего мира.
Уже на следующий день на запястье Чимина уютно расположился браслет. Чувство защищённости и покоя окутывало его, будто друзья всегда стояли рядом, осторожно обнимая за плечи. Всего лишь ощущая лёгкость амулета, надёжно поселившегося на левом запястье, замечая шершавые касания кварца, что всё время притягивал взгляд, Чимин улыбался.
***
Лиса так давно не встречалась с подругой! Сто лет миновало с того момента, как вместе с Чимином и Санной они праздновали успешную сдачу отчёта, а теперь у Санны отгул в честь завершения очередного тематического проекта. Поэтому улыбка с лица не сходит с самого утра, вызывая насмешки друзей.
Едва приметив подругу на остановке, у которой было оговорено встретиться, Лиса повисла на шее подруги, крепко сжимая в объятиях. Санна засмеялась, не сдержавшись, и обняла с не меньшей силой. Так она отвыкла от этой энергичной девчушки, заряжающей зарядом бодрости, что даже после вчерашнего загруженного дня нашла время для встречи.
- Я так по тебе соскучилась! - не желала отлипать Лиса. - Как ты поживаешь? Как Наён? Вы же не так сильно себя нагружаете, правда?
- Ты меня задушишь, - отстранилась Санна и, придерживая за плечи, улыбнулась забавной мордашке перед собой. - Я отвечу на все твои вопросы, когда мы окажемся в кафе.
Уже знакомое помещение окутало гостей вкусными ароматами кофе и свежей выпечки. Мимолётно пальцы Лисы коснулись тонких трещин на деревянной двери, та лишь приветливо скрипнула, охраняя покой уютного заведения от промозглого ноября. Неизменные красочные пятна подушек на плетёных креслах и песочные шершавые стены. Тёплая домашняя атмосфера располагала к себе и случайных посетителей, укрывающихся от ветров снаружи. Убаюкивала их и приглашала на следующую встречу.
- И чак-чак, пожалуйста! - улыбнулась Лиса официанту, устраивая на коленях яркую зелёную подушку.
- А мне мильфей и тоже чай с лимоном.
Лиса, подперев ладонями подбородок, подалась вперёд, ожидая ответы на вопросы, что задала ранее. Санна, выждав ещё минуту, пока Лиса не заёрзала в нетерпении, наконец, начала говорить.
- Живём мы хорошо, просто замечательно, - начала загибать пальцы Санна. - С Наён всё нормально, с глазами только проблемы. Нагружаем, увы, как и всегда. Ты же нас знаешь. Теперь довольна?
- А что с загруженностью? - отвлеклась Лиса на официанта, принёсшего заказ.
- Без тебя в мастерской очень трудно и грустно, - пожаловалась Санна и вздохнула. - Если серьёзно, заказов много, а людей по-прежнему не хватает. Я собиралась работать только по выходным, и как так вышло, что после пар я сразу бегу в мастерскую каждый божий день? На мне же весит столько всего, что за выходные и не управиться!
- Прости, - виновато опустила Лиса глаза.
- Прекрати. Конечно, мне жаль, что ты не вернёшься к нам. Но это твой выбор, ты не должна извиняться.
- Я хотела об этом поговорить с тобой, - съев половину десерта, Лиса отложила вилку. - Ничего такого, - заметив беспокойство, мелькнувшее в глазах Санны, она улыбнулась, - просто я чувствую, что рамки слишком тесны для меня, но я ничего не могу с этим сделать. Я не могу выразить себя, потому что рамки меня ограничивают.
- Раз уж просишь совета. Если рамки тебя ограничивают, не думаешь, что ты негибкая?
- Но я не хочу подстраиваться, я хочу создавать что-то своё!
- Быть гибкой и подстраиваться - разные вещи. Может, ты слишком погружена в себя и не видишь этого? Тебе вовсе не нужно подстраиваться, Лиси, - мягко улыбнулась она, грея руки о чашку с горячим чаем.
- Разве вы не на заказ одежду создаёте? С самого эскиза и до конечного результата разве не соблюдаете требования заказчика?
- Соблюдаем, - ответила на недоумённый взгляд напротив, - но и остаёмся верными себе. В каждой работе должно быть что-то от дизайнера. Мы ведь не просто одежду шьём на заказ. Это одежда для особых случаев! - в глазах Санны загорелся огонёк воодушевления. - Например, свадебное платье, увидев невесту в котором жених будет выражать лишь немой священный трепет, а гости запомнят и будут рассказывать своим знакомым, рекламируя наше скромное заведение.
- Ну очень скромное, - не смогла сдержать смеха Лиса.
- А ведь его нигде не купишь и не закажешь в другом ателье, потому что платье создано руками нашего дизайнера. Представляешь, одна женщина решила вспомнить времена своей бурной молодости и захотела прикрепить на юбку перья. Уж не знаю, куда она собралась, но наряд, о котором она мечтала, не надеть никуда, кроме как на карнавал! Порой нужно поломать голову, но всё же попытаться мыслить в другом направлении. Просто тебе нужно больше практики, учебная была слишком короткой и ничего не дала. Подумай над этим.
***
Ночные улицы поглощены мраком, и свет, испускаемый окнами многоэтажных домов, кажется недосягаемым. Их свет не касается тёмных узких улочек между небоскрёбами. Широкая дорога всё так же шумит, и бег машин не останавливается здесь ни на секунду. Центр города. В ночное время он становится живим, словно выпуская демонов из своих недр. Порой, именно на таких улицах находиться приятнее всего. Когда город не прячется за лживой маской и становится самим собой. Чонгук хорошо знаком с таким городом.
Куртка расстёгнута, а в воздухе уже конец ноября. Несмотря на внешнее равнодушие и холодные карие глаза, Чонгук всегда стремился к согревающему огню. В его сердце то разгорался пожар, оставляя пепелище, то еле тлел маленький костёр, вот только холода никогда там не было.
Он поднял голову к чёрному небу, едва ли видимому в просветах между домами. Небо было красивым и свободным, оно редко изменяло себе, а ветер продолжал трепать волосы, тёмные пряди сливались с чернотой ночи, и глаза слезились от его пронзительных порывов.
Пары закончились по обыкновению поздно, когда нормальные люди уже давно наслаждаются уютом своих домов. Но Намджун всё ещё в офисе, пока жена не позвонит и не погонит домой. Её можно понять, ведь большую часть времени Джун посвящал работе, а отношения с любимой у него никак не складывались после известия об её бесплодии. Так мечтавший о сыне, он продолжал сгорать, находя отдушину в своём маленьком кабинете среди многочисленных папок с делами.
Кроме стопок макулатуры в данный момент в кабинете находились и более неприятные предметы.
- Смотрите-ка, кто пришёл, - с презрением процедил высокий парень непритязательной наружности.
- Хочешь, чтобы тебе снова наваляли? - не менее дружелюбным тоном ответил Чонгук. - Так я с удовольствием, - и улыбнулся очень мило.
Парень дёрнулся в кресле, кулаки непроизвольно сжали подлокотники кресла, а скрип его зубов был слышен во всём помещении.
- Чон! - одёрнул Джун, будто именно Чонгук сейчас едва сдерживал желание броситься на ни в чём не повинного человека.
- Отлично выглядишь, - бросил Чонгук незнакомцу, как старому приятелю, чем разозлил ещё больше. - Ты занял моё любимое место.
Мягкое кресло, в котором было не только приятно сидеть, но и наблюдать за всем пространством комнаты, было занято внушительной тушей неприятного типа. Чонгук пришлось садиться в кресло, повёрнутое спинкой к двери, что слегка напрягало.
- Если бы Вонхо подал заявление, ты бы попал под уголовную статью.
Неприятный тип выглядел действительно неплохо, учитывая его плачевное состояние после драки. Опухлость на носу уже спала, и лицо Вонхо приобрело, наконец, прежний вид. Он лишь кинул взгляд на Чонгука и отвернулся, не желая больше контактировать каким-либо образом.
- Я спасибо сказать ему должен? Я уверен, Вонхо знает, в чём виноват.
- Он помогает в деле Ханбина, так что будь дружелюбнее. - Чон только фыркнул.
- Так на Ханбина завели дело?
- Да, но его только начали рассматривать.
- Умышленное убийство. И твой отец покрывает преступника, - подал голос Вонхо.
- Кто он вообще такой и что здесь забыл? - указал Чонгук на него взглядом.
- Следователь по делу, - Намджун соизволил поднять глаза от своих бумаг и с укором посмотрел на Чонгука в ответ.
«Подруга пострадавшей, не согласная с оправдательным приговором, утверждает, что пострадавшая часто жаловалась на боли, но идти в больницу отказывалась. Жаловалась также и на мужа, который позволял себе лишнее, употребив алкоголь. Подруга догадывалась, что муж часто бывает агрессивен по отношению к ней, убеждала развестись, но безрезультатно. Вероятно, жертва была напугана. Обвиняемый был признан виновным по статье 125 УК (умышленное причинение легкого вреда здоровью). Апелляция на обжалование была одобрена».
- Словно художественный текст читаю. Кто мог писать отчёт таким образом, - посмеялся Чонгук, прекрасно зная, что Вонхл продолжает сжимать кулаки от злости.
- Следователь, которому поручили провести дополнительное расследование, - короткий кивок в сторону Вонхо, - ознакомился с материалами уголовного дела и заметил исправления в протоколах следственных действий, - продолжил Намджун, не обращая внимание на вражду, витающую в воздухе. - Примечательно, что исправления были сделаны после его подписания.
Предполагается умышленная фальсификация улик с целью скрытия совершения преступления.
Субъект, принявший взятку, не сознался, но, по словам свидетелей, постоянно занимал деньги у своих сослуживцев и подопечных, а после закрытия этого дела внезапно проявил дружелюбие и вернул все займы. Вёл себя подозрительно.
- Есть основания предполагать не только служебный подлог, но и дачу взятки должностному лицу, а также подкуп и принуждение к даче показаний.
- А прямых доказательств нет. Так можно вообще?
- Обвинительный приговор, основанный на косвенных доказательствах? Будем надеяться, что они обладают достаточным основанием для достоверных выводов по делу, - пожал Джун плечами.
- У нас собралась знатная коллекция, но и этого может быть мало. Похоже, клиент моему коллеге попался из числа бестолковых. Таким образом, статья...
- Прекрасно ведь знаете, что я ничего не пойму.
- Служебный подлог, дача взятки должностному лицу, подкуп и принуждение к даче показаний, возможно. Всё то, что я уже сказал.
- И на сколько его посадят? - голос Чонгука казался совсем бесцветным.
- Ну, около четырёх лет ареста и три года лишения права занимать должность. Всё зависит от решения суда.
- Я рассчитывал на большее.
- Пожизненное дают только за особо тяжкие, если ты об этом, - Ким позволил себе скупую улыбку.
- Вопрос, - Чон поднял взгляд на Намджуна. - Будут ли рассматривать все его предыдущие дела?
Ким внимательно просканировал его взглядом, но Чонгук отвернулся к окну, не позволив ему закончить. Пытавшийся вставить свою реплику, Вонхо теперь тихо сидел на своём месте, неловко ощущая напряжение, сквозившее в прокуренном воздухе кабинета.
- Расследование будет только по факту дачи взятки. Разве что пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам? - Намджун задумчиво пожал плечами. - Но в таком направлении мы ещё не двигались, разберёмся сначала с этим, а там посмотрим.
- Когда будет суд?
- До суда ещё далеко. Наберись терпения. Приходи, как освободится время.
Чонгук поднялся с кресла слишком резко, закинул на плечо сумку и, бросив взгляд на притихшего Вонхо, зашагал к выходу.
- Чонгук, - окликнул Намджун, когда парень уже коснулся ручки двери.
- Да.
- Не думаю, что тебе нужно присутствовать на суде. Это будет тяжело в первую очередь для тебя.
- Я не собирался приходить к началу, но посмотреть, как Ханбина уводят после приговора, просто обязан, - он обернулся, и на губах его заиграла непонятная улыбка, горькая и болезненная, смешанная с чем-то посторонним.
Ким не смог уловить её значение, потому что эмоция на лице Чонгука сменилась слишком быстро.
- Вонхо, до встречи. Рад был увидеть тебя вновь, - и Чон вышел, оставляя после себя тишину.
Вонхо никак не среагировал на эту реплику, лишь бровь недоумённо вздёрнулась, а взгляд обратился к Намджуну. Но тишина звенела, не разбавленная диалогом, и Вонхо нестерпимо захотелось уйти вслед за Чоном. Этот паренёк, так ловко обнажающий и улыбку, и клыки, казался ему пугающим.
У Вонхо была отличная память. Он сам был ещё ребёнком, коротающим время на ночном дежурстве отца, когда к ним привели уличного воришку: очередного - подумал тогда. Состояние его было ужасным, но мальчишка улыбался пугающей безумной улыбкой. В глазах Чонгука и сейчас таился тот опасный предупреждающий огонь, который Вонхо не мог не заметить. И уже успел подумать, что было бы неплохо встретиться с Чонгуком как-нибудь ещё.