«Круговорот»
Ты сидишь на краю кровати, в пальто, в котором спала, потому что не хотела снимать ничего из того, что он когда-то покупал. И телефон в руке. Контакты: Каролина, Макс, Аня... Ноль реакции. Кто-то «в сети», но тупо игнор. Кто-то не в сети уже полгода. Кто-то забыл, кто ты вообще.
И впервые за всё это чёртово время — ты хочешь домой. Просто вонючий московский подъезд, где пахнет хлоркой и маминым супом. Где не надо быть «девушкой рэпера», «хозяйкой квартиры», «онлифанс-королёвой». Просто — девочкой. Просто Крис.
Ты почти набираешь номер мамы. Почти. Но...
"Недоступен абонент."
Ты отключаешь экран и швыряешь телефон в подушку.
— Всё, блядь. — Тихо.
Ты решаешь — всё. Конец. Расстаться. Уйти. Сжечь к хуям этот Будапешт с его кофе за 8 евро, рэп-студиями в подвале и Гришей, который с каждым днём становится больше монстром, чем тем мальчиком с выпускного.
Но потом... вспоминаешь. У тебя — 0. Ноль. Даже трусы покупал он. А без карты — ты здесь никто.
— Заебись, — выдыхаешь. — Квест: как выжить, если даже заначка — его деньги?
Включаешь ноут. Первая вкладка — OnlyFans. Вторая — лейка под глаза. Третья — фотки с Дубая.
— Ну ладно, мальчики, посмотрим, как вы там скучали без моей жопы, — улыбаешься пусто.
Ты возвращаешься к Грише на следующее утро. Миришься. Он рад, как будто просто получил возврат товара, который забыл в магазине.
— Ну чё, всё норм? — Он смотрит поверх очков. — Секс сегодня утром или после кофе?
Ты улыбаешься. Такая, как будто ничего не происходит:
— После. Я пока кофе в себя не волью — я вообще труп.
И так — каждый день. Он — требует. Ты — соглашаешься. Но в голове у тебя уже план.
"Вылечить его." Не как врача. Как психолога.
Семейная терапия. Уговорить. Привести. Заставить услышать тебя, если не как девушку, то хотя бы как человека. Может, это болезнь. Может, зависимость. Ты, вроде, на психолога учишься — должна понимать, что это всё можно, если не исправить, то хотя бы обозначить.
— Гриш, а ты бы пошёл к психологу? — однажды спрашиваешь ты его, когда он пытается поймать носком свой кальян на ковре.
— Я и так сам себе психолог. — Он ржёт. — Мой метод — трах и трата денег. Работает лучше, чем твоя учёба.
Ты сдерживаешь лицо. Улыбка — натянутая, как резинка на пустом кошельке.
— Ну а если типа... вместе? Как парочка. Психотерапия для влюблённых.
— Мы не больные. Мы просто охуенные, — он бросает тебе взгляд. — А если ты больная — иди лечись.
Понято.
⸻
Но ты не сдаёшься. Только теперь ты делаешь по-другому. Твич. Вместе. Он любит камеру, любит себя. Пусть будет шоу.
"Привет, ребята, сегодня с нами... Гриша!" — говоришь ты на стриме. — "Смотрите, он ещё не бухой! Запоминайте момент."
Он смеётся:
— Кто бухой, кто богатый — это разные вещи, малыш.
— А у богатых свои тараканы, — ты подмигиваешь. — И мы их всех сегодня покажем.
Чат орёт. Подписчики прут. Подписки, донаты, мемы.
Ты читаешь вслух:
— "Покажи сиськи" — Ага, держи нос.
— "Сколько за приват?" — Ты знаешь, мама меня не для этого рожала. Ну или почти.
— "Он тебя достоин?" — Вот этот вопрос уже философский.
Гриша сначала ржёт. Потом — замирает. Потом — щёлкает глазами по монитору, как будто просматривает — а не перегибаю ли я палку?
Ты видишь это. И тебе в кайф. Немного. Потому что впервые за долгое время — он не управляет всем.
— Ты чё, бля, прикалываешься с чатом? — он выключает микрофон.
— В смысле?
— Ты чё, теперь стримерша?
— А ты рэпер, нет? У каждого свой бизнес.
Он молчит. Потом:
— Я тебе это позволил?
— А я спрашивала?
Ты выключаешь стрим. Идёшь в душ. Голая, промокшая, на дне. Но впервые — не такая беспомощная.
⸻
Через два дня он заходит к тебе на кухню. Садится. Молчит. Долго. Смотрит, как ты режешь лимон.
Потом говорит:
— Я знаю, что ты ведёшь онлик.
Ты не моргаешь.
— Я же не тупой. Я всё вижу. И все твои фотки в Дубае, и все твои фейки в Твиттере. Думаешь, у меня нет подписки?
Ты стискиваешь зубы:
— А что, нравится?
Он кивает. Улыбается:
— Нравится. Но не нравится, что это всё не для меня.
Ты отодвигаешь нож:
— А ты разве заслужил?
Он не отвечает.
— У тебя был шанс. Много. Но ты его просрал.
— Не уходи, — говорит он.
Ты впервые за долгое время чувствуешь — ему страшно. Но не за тебя. А за себя без тебя.
Ты уходишь из кухни.
Ты больше не боишься быть одна.