Твоё дыхание

Мелкий дождь начал моросить, когда Чанёль свернул на мою улицу. К тому моменту я уже не представляла, как прожила без Пака и его семьи целых семнадцать лет.

Однако, увидев на подъездной аллее Чарли знакомую машину — старенький черный «форд» — я спустилась с небес на землю. Чанёль пробормотал что-то нечленораздельное.

Пытаясь укрыться от холодных дождевых капель, на нашем узком крыльце стоял О Сехун, а рядом — его отец в инвалидном кресле. Минхёк невозмутимо наблюдал, как Чанёль паркует мой пикап у обочины, а вот Сехуну было явно не по себе — он беспокойно дергался и подавленно на меня смотрел.

— Это переходит все границы, — гневно процедил Чанёль.

— семейка О приехали предупредить Чарли, — догадалась я.

Чанёль кивнул и, прищурившись, стал смотреть на Минхёка сквозь пелену дождя. Очевидно, отец еще не вернулся.

— Я сама с ними разберусь, ладно? — предложила я.

К моему удивлению, Чан согласился.

— Наверное, так будет лучше, — кивнул он. — Будь осторожна, мальчишка тут ни при чем.

Слово «мальчишка» показалось немного обидным.

— Сехун чуть младше меня, — напомнила я. Как ни странно, гнев Чана смягчился.

— Да, знаю, — усмехнулся он. Тяжело вздохнув, я нажала на ручку дверцы.

— Пригласи их в дом, — велел Чанёль, — тогда я смогу беспрепятственно уехать. Вернусь к вечеру.

— Хочешь взять пикап? — великодушно предложила я, не представляя, что скажу Чарли.

— Спасибо, я пешком быстрее доберусь!

— Тебе вообще не нужно уезжать, — задумчиво проговорила я.

— Еще как нужно, — усмехнулся Чан, заметив, что я скисла. — Когда избавишься от этих, — он кивнул в сторону семьи О, — придется подготовить Чарли к встрече с твоим новым бойфрендом.

— Ну спасибо, — простонала я.

— До скорого, — улыбнулся Чанёль и, метнув быстрый взгляд на крыльцо, чмокнул меня в подбородок.

Обуреваемая противоречивыми чувствами, я тоже посмотрела на гостей. Лицо Мина исказилось, сильные руки так и вцепились в подлокотники кресла.

— До скорого, — промолвила я, открыла дверцу и вышла под дождь.

Поспешно пробираясь к крыльцу, я ощущала спиной пристальный взгляд Чана.

— Привет, дядя Мин, привет, Сехун! Чарли уехал на целый день... Надеюсь, вам не пришлось слишком долго ждать?

— Да нет, — мрачно проговорил дяд Михёк, буравя меня темными глазами. — Мы просто хотели кое-что завезти. — Он показал на коричневый бумажный пакет, который держал на коленях.

— Спасибо, — машинально ответила я, даже не представляя, что они принесли. — Может, зайдете на секунду и обсохнете?

Открывая дверь, я делала вид, что не замечаю пристального взгляда Минхёка.

— Давайте ваш пакет, — предложила я и в последний раз взглянула на Чанёл. Он стоял, не шелохнувшись, и мрачно на меня смотрел.

— Лучше положить в холодильник, — проговорил Минхёк. — Любимое блюдо Чарли — рыбное жаркое. Хотя в холодильнике оно высохнет...

— Спасибо, — поблагодарила я, на этот раз искренне. — Рыбу я умею только жарить, а каждые выходные папа привозит отличный улов.

— Сегодня он тоже поехал рыбачить? — В глазах дяди загорелись огоньки. — Наверное, на обычное место?

— Нет, — без запинки соврала я, внезапно нахмурившись, — он говорил, что поедет куда-то подальше... Куда именно, я не знаю.

Минхёк продолжать буравить меня взглядом.

— Сех, может, принесешь из машины последнюю фотографию Ребекки? Хочу подарить ее Чарли.

— Где она? — равнодушно поинтересовался парень. Вид у него был очень недовольный.

— В багажнике. Поищи!

Сгорбившись, Сехун побрел к машине.

Мы с дядей молча смотрели друг на друга, пока наконец он не передал мне пакет с рыбой. Кивнув, я понесла его на кухню, Мин катил следом, не отставая ни на шаг.

Положив пакет в морозилку, я решительно повернулась к мистеру О.

— Чарли придет еще не скоро, — заявила я резко, почти грубо.

Мин молча кивнул.

— Еще раз спасибо за жаркое, — с намеком сказала я.

Он продолжал кивать, совсем, как китайский болванчик! Тяжело вздохнув, я скрестила руки на груди.

Кажется, до Минхёка дошло, что болтать я совсем не в настроении.

— Мэй... — начал он и тут же осекся. — Мэй, Чарли — мой лучший друг.

— Знаю.

Когда Мин заговорил снова, его голос звучал весьма решительно.

— Вижу, ты подружилась с одним из Паков...

— И что? Темные глаза сузились.

— Может, это не мое дело, но мне кажется, зря.

— Вы правы, — раздраженно сказала я, — действительно не ваше!

Задетый моей невежливостью, О мрачно улыбнулся.

— Возможно, ты не в курсе, но в нашей резервации семью Пака не любят.

— Вообще-то в курсе, — холодно проговорила я, наслаждаясь его изумлением. — Только не понимаю, за что. Ведь они никогда не пересекают границы ваших земель, верно?

Судя по всему, Минхёку не нравилось вспоминать соглашение, которое одновременно связывало и защищало его племя.

— Да, — нехотя согласился дядя Мин. — А ты, похоже, отлично осведомлена об истории этой семьи. Гораздо лучше, чем я думал.

— Наверное, гораздо лучше, чем все квилеты и вы в том числе, — похвасталась я.

Минхёк недовольно поджал губы.

— Очень может быть, — признал он, а в его глазах загорелись странные огоньки. — Надеюсь, Чарли так же хорошо информирован?

Чертов О все же нашел брешь в моей броне!

— Чарли очень уважает семью Пака, — уклончиво ответила я.

Неловкая увертка не прошла незамеченной, и Мин огорченно кивнул.

— Если это не мое дело, то Чарли оно точно касается.

— Надеюсь, вы позволите мне самой решать, что рассказывать отцу, а что нет?

Не знаю, прозвучал ли мой вопрос убедительно, ведь меня загнали в тупик, а грубить не хотелось.

Мы замолчали, будто оба прислушивались к стуку дождевых капель.

— Да, — наконец уступил О, — решать тебе.

Я вздохнула с облегчением.

— Спасибо, Мин.

— Просто подумай о том, что ты делаешь!

— Хорошо! — быстро согласилась я. О нахмурился.

— Подумай очень серьезно, прошу тебя!

Заглянув в темные глаза, я увидела столько беспокойства и заботы, что резкие слова застыли у меня на губах.

Тут входная дверь хлопнула так громко, что я чуть не подпрыгнула.

— В машине нет фотографии, — послышался обиженный голос Сехуна, а потом на кухне появился он сам с мокрыми от дождя волосами.

— Хмм, — равнодушно проворчал Мин, поворачиваясь к сыну, — значит, я оставил ее дома.

— Чудесно! — воскликнул Сех, картинно закатывая глаза.

— Ладно, Мэй, передай отцу, что мы заходили.

— Обязательно, — сухо сказала я.

— Разве нам уже пора? — удивился Сехун.

— Чарли придет поздно, — объяснил сыну Мин и выехал с кухни.

— Ясно, — разочарованно протянул О-младший. — Тогда поболтаем в следующий раз? — спросил он меня.

— Конечно, — рассеянно кивнула я.

— Будь осторожна! — предупредил меня Минхёк.

Сехун помог отцу выехать на крыльцо. Я махнула им рукой и, быстро взглянув на пустой пикап, захлопнула дверь.

Постояв в коридоре, я услышала, как взревел мотор черного «форда». Все, О уехали! От волнения я даже пошевелиться не решалась. Немного успокоившись, я пошла наверх переодеваться.

Так, достаточно юбок с блузками! Я примерила несколько топов, не зная, чего ожидать от сегодняшнего вечера. Хватит думать о семейке О, бейсбол гораздо важнее!

Лишь теперь, вдали от гипнотизирующих глаз Чана и Сюмина, мне стало страшно. Даже одежду выбирать расхотелось, и я вытащила из шкафа старую клетчатую рубаху и джинсы. Все равно сверху будет плащ.

Услышав, как подъехала машина Чарли, я взглянула на часы. Чуть-чуть не успела... Хлопнула входная дверь, и отец зашумел на первом этаже, убирая снасти под лестницу. Что ж, пора спускаться на кухню.

— Привет, папа! А где рыба?

— Привет, ребенок! Улов в морозилке!

— Тогда мне нужно скорее достать жаркое! Представляешь, дядя Минхёк привез рыбное жаркое! — Я постаралась, чтобы в голосе было побольше восторга.

— Вот здорово!

Пока отец мылся, жаркое разогревалось, и через несколько минут мы уже сидели за столом. Мин не ошибся: Чарли работал вилкой, словно золотоискатель киркой. А я гадала, как завести нужный разговор.

— Как прошел день? — ни с того ни с сего поинтересовался отец, прерывая мои размышления.

— Ну, после обеда я была дома... — с легким сердцем солгала я, хотя это ведь не совсем ложь... Теперь самое трудное! — А утром ездила в гости к Паку.

Чарли выронил вилку.

— К доктору Паку? — изумленно переспросил он.

— Ну да.

— И что ты там делала? — Отец забыл про жаркое.

— Вообще-то я встречаюсь с Пак Чанёлем, и сегодня он решил познакомить меня со своей семьей... Папа, ты что?

Кажется, у него сердечный приступ.

— Ты встречаешься с Пак Чанёлем?! — загрохотал отец.

Так, только этого мне не хватало!

— Тебе же нравятся семья Пак, — пискнула я.

— Он слишком взрослый для тебя!

— Мы ровесники, — поправила я. Бедный папа даже не подозревает, насколько он прав!

— Погоди, — засомневался отец, — который из братьев этот твой Чаниль?

— Чанёль — самый младший, — ответила я. Да нет, на самом деле он старший! — Высокий, худощавый, волосы такие белые и вьющиеся... самый обаятельный из их семьи, красивый, как греческий бог!

— Ну, это уже лучше, — неохотно признал Чарли. — Мне не нравится тот здоровяк, настоящий громила! Может, он и славный парень, но для тебя слишком... зрелый!

— У Бекхёна уже есть девушка.

— Этот Чаниль — твой бойфренд?

— Папа, его зовут Чанёль.

— Так как?

— Наверное, да.

— Ты же только вчера сказала, что парни из Нам-джу тебе не по вкусу! — Чарли снова взялся за вилку. Значит, самое страшное позади.

— Так ведь Чанёль не живет в Нам-джу!

Чарли бросил на меня укоризненный взгляд, но жевать не перестал.

— А самое главное, мы только начали встречаться, — уверенно продолжала я. — Так что не надо меня смущать, ладно?

— Сегодня он за тобой придет?

— Да, должен приехать через минуту.

— Куда вы собираетесь?

— Папа, с каких пор ты записался в инквизиторы? — возмутилась я. — Мы играем в бейсбол с семьей Чанёля.

Чарли захихикал.

— С каких пор ты играешь в бейсбол? — скептически усмехнулся он.

— Я буду просто смотреть.

— Похоже, тебе правда нравится этот парень, — заметил Чарли, подозрительно меня разглядывая.

Услышав, что к дому подъехала машина, я вскочила и принялась мыть посуду.

— Не суетись, я сам все уберу. А то ты меня избаловала!

В дверь позвонили, и Чарли пошел открывать. Я бросилась следом.

Оказывается, на улице настоящий ливень! В ореоле неяркого света лампы Чанёль был похож на одного из манекенщиков Ральфа Лорена. Больше всего на свете мне хотелось выбежать на крыльцо, чтобы всем телом прижаться к этому божеству!.. Увы, в присутствии Чарли об этом не могло быть и речи, и я ограничилась полным обожания взглядом.

— Заходи, Чанёль.

Слава богу, что он не назвал его Чанилем!

— Благодарю вас, шеф Ли! — почтительно проговорил Пак.

— Называй меня Чарли. Давай, я повешу твою куртку.

— Спасибо, сэр.

— Вот стул, садись!

Чанёль опустился на стул, а мне пришлось сесть с отцом на диван. Я скорчила недовольную гримасу.

— Значит, ты ведешь мою дочь на бейсбол!

Только в Пусане проливной дождь не считается помехой для игры на свежем воздухе!

— Да сэр, мы собираемся на бейсбол. — Чанёля не удивило, что я сказала отцу правду. Впрочем, он наверняка подслушивал!

— Ну, от Мэй помощи не жди! — усмехнулся Чарли.

— Ладно, пошутили, и хватит. Нам пора! — Решительным шагом я прошла в прихожую и надела плащ. Чанёль поднялся вслед за мной.

— Только не слишком долго, Мэй! Завтра в школу.

— Не беспокойтесь, Чарли, обещаю лично привезти ее домой.

— Надеюсь, ты как следует о ней позаботишься! Я недовольно застонала, но мужчины не обращали на меня внимания.

— С ней все будет в порядке, сэр, даю слово. Думаю, Чарли был рад: слова Чана прозвучали очень искренно.

Я вышла на крыльцо и буквально приросла к месту от изумления. На подъездной аллее красовался огромный джип! Колеса мне по пояс, на фарах — металлические щитки. Настоящий танк, но красный!

Чарли восхищенно присвистнул.

— Только пристегнитесь, — сдавленным голосом проговорил он.

Чанёль обошел машину вместе со мной и открыл дверцу. Прикинув на глаз расстояние до сиденья, я приготовилась прыгать. Обреченно вздохнув, Пак обхватил меня за талию и помог подняться. Надеюсь, Чарли ничего не заметил!

Пока Чан, не спеша, шел к своему месту, я решила пристегнуться, однако ремней было слишком много!

— Что это? — поинтересовалась я, когда он устроился на водительском сиденье.

— Обычная экипировка внедорожника!

— Ясно...

С ремнями я так и не разобралась. Пришлось обратиться за помощью к Чану. Хорошо, что шел сильный дождь и Чарли не видел, как его пальцы скользят по моей шее, ключицам, гладят мою кожу!.. Забыв обо всем, я блаженно закрыла глаза.

Чанёль завел мотор, и мы выехали с подъездной аллеи.

— Ну и джип!

— Тачка Бекхёна! Мне показалось, ты не захочешь идти всю дорогу пешком.

— А где вы его держите?

— Приспособили одну из надворных построек под гараж.

— А сам пристегиваться не будешь?

Чанёль посмотрел на меня так, будто я сморозила глупость.

Внезапно меня осенило.

— Идти пешком? Хочешь сказать, что часть пути нам все же придется пройти пешком? — Я едва не сорвалась на визг.

— Естественно, ты пешком не пойдешь!

Полная дурных предчувствий, я откинулась на сиденье.

Чанёль чмокнул меня в макушку и застонал. Я удивленно на него посмотрела.

— В дождь твой запах еще сильнее!

— Это хорошо или плохо? — осторожно спросила я.

— И то и другое, как всегда!

Мне хотелось пододвинуться поближе, но мешал ремень безопасности.

— Пристегиваться обязательно? — спросила я.

— Конечно! Я же обещал шефу Ли, что с тобой все будет в порядке.

Неизвестно, как и что видел Чан среди мглы и дождя, однако через некоторое время мы выехали с шоссе на горную дорогу. Разговаривать было невозможно: я подпрыгивала на сиденье, как отбойный молоток. Зато Чанёлю езда доставляла огромное удовольствие, он улыбался, наслаждаясь скоростью мощного джипа. затем мы в буквальном смысле оказались у конца дороги. Дождь почти перестал, небо с каждой минутой светлело.

— Прости, Мэй, отсюда придется идти пешком.

— Знаешь, я лучше останусь здесь!

— Где же твоя хваленая храбрость? Сегодня утром ты держалась превосходно.

— Просто помню, как все случилось в прошлый раз... — проговорила я. Неужели это было только вчера?

Через мгновение Чанёль уже вышел из машины, подошел ко мне и начал расстегивать ремни.

— Ты иди, я сама отстегнуть.

— Хмм... — задумчиво проговорил он, все-таки завершая задуманное. — По-моему, придется отформатировать твою память.

Прежде чем я успела ответить, Чанёль вытащил меня из джипа и поставил на землю. Лиса оказалась права, дождь превратился в густую дымку.

— Отформатировать память? — испуганно переспросила я.

— В общем, да. — Он внимательно присматривался ко мне, а его тигриных глазах горели задорные огоньки. Сильные руки взяли меня в тиски, пригвоздив к блестящей красной кабине. Чанёль наклонился ко мне так, что наши лица разделяло всего пара сантиметров. Бежать мне было некуда, да и не очень-то хотелось.

— Так, — начал он, и чарующий аромат его тела тут же спутал все мои мысли. — Чего именно ты боишься?

— Ну... врезаться в дерево и умереть, — судорожно сглотнула я. — А еще боюсь, что мне опять будет плохо.

Подавив улыбку, Чанёль наклонил голову и прижался холодными губами к моей шее.

— И теперь боишься? — прошептал он.

Лаская мою кожу, губы двинулись к подбородку.

— И сейчас?

— Деревья, — вздохнула я. — Меня замутит.

— Мэй, ты же не думаешь, что я врежусь в дерево? — Теперь он целовал мои веки.

— Ты нет, а я могу, — мой голос звучал неуверенно, и Чанёль почувствовал победу.

— Разве я позволю деревьям причинить тебе боль? — спросил он, целуя меня в губы.

— Нет... — Вообще-то я продумала второй вариант защиты, вот только вспомнить его не могла.

— Ну видишь, — заурчал Чанёль, не отрываясь от моих губ. — Ты понимаешь, что бояться нечего?

— Вижу, — со вздохом сдалась я.

Он обхватил мое лицо ладонями и стал целовать по-настоящему, страстно, отдавшись своим чувствам.

Наверное, моему поведению нет оправдания, ведь я уже знала, что можно, что нельзя. Однако и на этот раз вовремя остановиться не удалось. Вместо того чтобы не совершать лишних движений, я обняла Пака за шею и притянула к себе. С моих губ сорвался стон, а язык скользнул в рот Чанёля.

Он тут же отшатнулся и без труда разомкнул мои объятия.

— Черт подери, Мэй! В один прекрасный день ты меня погубишь!

— Тебя невозможно погубить, — прошептала я, пытаясь восстановить дыхание.

— Я тоже так думал, пока не встретил тебя. А теперь давай выберемся отсюда, пока я не наделал глупостей.

Как и раньше, Чанёль посадил меня на спину, и я успела заметить, что лишь с огромным трудом ему удается быть осторожным и аккуратным. Обвив ногами его талию, я мертвой хваткой вцепилась Паку в шею.

— Не забудь закрыть глаза, — сурово напомнил он.

Я опустила лицо и крепко зажмурилась.

Далеко не сразу я поняла, что мы начали двигаться. Мышцы работали, словно отлаженный механизм, с такой легкостью, будто Чанёль спокойно шел по улице. Страшно хотелось проверить, действительно ли мы несемся по лесу, но я удержалась. Ни одна проверка на свете не стоит дурноты, которая мне грозит. Пришлось довольствоваться ровным дыханием, которое я могла слышать, не открывая глаз.

Чанёль осторожно погладил меня по голове, показывая, что путешествие закончилось.

— Приехали, Мэй! — По голосу не было ясно, вернулось ли к нему хорошее настроение.

Я отважилась открыть глаза и убедилась, что мы действительно стоим. Кое-как отделившись от тела Чанёль, я, словно куль с мукой, упала на бок.

— Ох! — захрипела я, ударившись о влажную от дождя землю.

Он скептически смотрел на меня, по-видимому, не зная, можно ли мне доверять. Однако мой смущенный вид и комичность ситуации сделали свое дело, и он рассмеялся.

Не обращая внимания на его хохот, я поднялась и стала стряхивать с плаща налипшую грязь и ветки папоротника. Чанёля это рассмешило еще больше. Окончательно разобидевшись, я зашагала обратно в лес.

Сильная рука тут же обвила мою талию.

— Мэй, ты куда?

— На бейсбол.

— Не туда идешь!

Развернувшись, я отправилась в противоположном направлении и была тут же схвачена за шиворот.

— Слушай, не злись! Я просто не мог сдержаться! Жаль, что ты не видела свое лицо.

— Значит, только тебе можно злиться? — буркнула я.

— Я вовсе на тебя не злился.

— «Мэй, в один прекрасный день ты меня погубишь!» — передразнила я.

— Простая констатация факта!

Я снова попыталась вырваться, однако Чанёль крепко меня держал.

— Ты злился, — упрямо повторяла я.

-Да, злился.

— Но ты же сказал...

— Я сказал, что не злился на тебя. Мэй, ты что не чувствуешь разницы? — Внезапно он стал серьезным. — Неужели ты не понимаешь?

— Не понимаю чего? — спросила я, смущенная внезапной сменой его настроения и резким тоном.

— Я никогда на тебя не злюсь! Как можно, если ты такая храбрая, доверчивая... любящая?

— Тогда в чем проблема? — прошептала я.

Чанёль обхватил мое лицо ладонями.

— Я злюсь на себя, — тихо проговорил он, — из-за того, что постоянно подвергаю тебя опасности.

Иногда я так себя ненавижу! Мне нужно быть сильнее, нужно...

Я легонько прижала руку к его губам.

— Не надо!

Словно греясь, он приложил мои пальцы к щеке.

— Я тебя люблю! Наверное, моим поступкам нет оправдания, и тем не менее это — правда.

Чанёль признался мне в любви, в первый раз! Возможно, сам он не отдает себе в этом отчет, зато я точно не забуду!

— А теперь, пожалуйста, будь хорошей девочкой! — попросил он, целуя меня в губы.

Кое-как справившись с учащенным сердцебиением, я тяжело вздохнула.

— Ты обещал шефу Ли вовремя доставить меня домой, помнишь? Так что нам лучше поторопиться.

— Да, мэм!

Грустно улыбнувшись, Чан взял меня за руку и провел через влажный папоротник по бархатистому мху, сквозь густые заросли квелого болиголова к огромному полю у самого подножия скал. Естественная площадка для игры в бейсбол, раза в два больше любого стадиона.

Вся семья была в сборе: ближе всех к нам, примерно в сотне ярдов на голых камнях сидели Бекхён, Сара и Розали. Гораздо дальше, примерно в четверти мили к северу я увидела Сюмина и Лису. Кажется, они что-то друг другу перекидывали, но ни мяча, ни летающей тарелки я не разглядела Сон Чжун, судя по всему, отмечал базы. Но разве они могут быть так далеко?

Стоило нам приблизиться, как сидящая на камнях троица поднялась навстречу. Первой — Сара, следом — Бекхён, предварительно переглянувшийся с Розали. Сама девушка, грациозно вспорхнув с камней, ни с того ни с сего зашагала обратно к полю, не удостоив меня взглядом. Мне стало не по себе.

— Чанёль, это твой смех мы слышали? — поинтересовалась Сара.

— Мы испугались, что у голодного гризли начались колики! — пояснил Бекхён.

— Да, это был Чанёль, — робко улыбнулась я.

— Мэй меня рассмешила, — не остался в долгу Чанёль.

С легкостью лани к нам неслась Лиса, решившая оставить Сюмина одного.

— Пора начинать! — объявила она, останавливаясь около нас, словно конькобежец на катке.

Тут вдруг над лесом загрохотал гром, и где-то далеко на западе, как раз над городом начался ливень.

— Жутко, правда? — подмигнул мне Бекхён.

— Пошли, хватит болтать! — Лиса схватила брата за руку.

Они понеслись по огромному полю. Лиса — легко и непринужденно, а Бекхён— почти так же быстро и грациозно, хотя на оленя совсем не походил.

— Готова к игре? — возбужденно спросил Чанёль.

— Вперед, команда! — Я постаралась вложить в свой возглас побольше энтузиазма.

Усмехнувшись, он взъерошил мне волосы и помчался за братом и сестрой. Больше похожий на голодного гепарда в африканской саванне, он бежал резче и энергичнее и скоро их нагнал. Поджарое тело неслось по полю так стремительно, что у меня захватило дух.

— Пойдем? — раздался тихий мелодичный голос Сары, и я поняла, что, раскрыв рот, смотрю вслед Чанёлю. Я постаралась улыбнуться.

Сара шла на некотором расстоянии, наверное, боясь меня напугать. Похоже, ее не раздражала моя медлительность.

— Вы не играете? — робко спросила я.

— Я буду судить, а то все они любят жульничать!

— Неужели?

— Еще как! Слышала бы ты их перебранки... Хотя хорошо, что не слышала, иначе бы подумала, что попала к диким неандертальцам!

— Вы говорите точь-в-точь как моя мама! — удивилась я.

Сара засмеялась.

— Ну, я действительно считаю их детьми. Видимо, во мне до сих пор жив материнский инстинкт. Чанёль говорил тебе, что я потеряла ребенка?

— Нет, — ошеломленно пробормотала я, пытаясь понять, какую жизнь она имеет в виду.

— Да, это был мой единственный ребенок, мальчик. Бедный малыш прожил всего несколько дней, — вздохнула она. — У меня началась депрессия, и я бросилась со скалы.

— Чан сказал, что вы упали...

— Джентльмен до мозга костей, — улыбнулась женщина. — Чанёль стал самым первым из моих сыновей. Я всегда считала его сыном, хотя в нынешней ипостаси он даже старше меня. — Сара тепло улыбнулась. — Счастье, что он встретил тебя, милая! Все не мог найти себе пару... Я так волновалась!

— Значит, вы не возражаете? — неуверенно спросила я. — Вам не кажется, что я ему... не подхожу?

— Не возражаю, — задумчиво ответила она. — Ему нужна как раз такая, как ты. У вас все получится!

Очередной раскат грома сотряс темнеющее небо.

Мы остановились, очевидно, дойдя до края поля. Так, семья уже разбилась на команды. Чанёль стоял на левой стороне поля, Чжун между первой и второй базой, а Лиса на горке, он собрался подавать.

Бекхён махал тяжелой алюминиевой битой, так и свистевшей в воздухе. Играющий за другую команду Сюмин стоял в нескольких футах от него. Перчаток никто из них не надел.

— Внимание! — закричала Сара так громко, что слышал даже стоящий на противоположной стороне поля Чанёль. — Мяч в игре!

Пассивность Лисы была обманчивой. Девушка держала мяч у груди обеими руками, а потом резким движением швырнула его Сюмину.

— Это был страйк?

— Если Сюмин не попал по мячу, тогда будет страйк.

Сюмин швырнул мяч прямо в протянутую руку Лисы. Мисс Пак ухмыльнулась и тут же сделала очередной пас.

Бита стремительно завертелась, отбивая невидимый мяч. Раздался оглушительный треск, который эхо разнесло по скалам. Теперь я поняла, почему матч мог состояться только в грозу.

Мяч метеором пронесся над полем и улетел в лес.

— Попал, — тихо пробормотала я.

— Подожди! — предупредила Сара и настороженно подняла руку. Бекхён пулей летал среди баз, за ним тенью следовал Чжун. Я поняла, что Чанёль не попал.

— Аут! — громко закричала Сара.

С удивлением я смотрела, как Чанёль с мячом в руке выскакивает из густого подлеска. Он довольно улыбнулся.

— Сильнее всех по мячу бьет Бекхён, зато Чан быстрее передвигается.

Еще одна подача, я и перестала следить за игрой — мяч летал слишком быстро, тела игроков так и мелькали перед глазами.

Когда Сюмин, опасаясь перехвата Чанёль, послал низкий мяч Чжуну, я уяснила еще одну причину, по которой для бейсбола требовалась гроза. Доктор Чжун поймал пас и одновременно с молодым Сюмином побежал к первой базе. Когда они столкнулись, грохот был такой, будто в горах сходит лавина. Я испуганно вскочила на ноги, но, к счастью, все обошлось.

— Все в порядке, — спокойно проговорила Сара.

Команда Бекхёна вышла вперед после того, как Розали, порхая между базами, ловко поймала его пас. Однако не прошло и пяти минут, как Чанёль сравнял счет, осадив Сюмина зажатым в руке мячом. С блестящими от восторга глазами он подбежал ко мне.

— Ну, как впечатления?

— Одно ясно: на бейсболе мне больше скучать не придется!

— Кажется, ты настоящий эксперт, — рассмеялся он.

— Ваша игра меня немного разочаровала.

— Почему? — удивился Чанёль.

— Ну, было бы здорово узнать, что вы хоть что-то делаете так же или хуже, чем люди!

— Тогда все ясно, — засмеялся он, направляясь к «дому».

Чанёль очень умно вел игру, наносил длинные стелящиеся удары, которые не удавалось ловить даже вездесущей Розали. Он обежал две базы, прежде чем Бекхён сумел вернуть мяч в игру! Чжун послал мяч в аут, и снова послышался грохот — Чанёль бросился на помощь отцу, и они на бегу столкнулись! Восхищенная Лиса пожала обоим руки.

По ходу игры счет постоянно менялся; поочередно выходя вперед, семья Пак радовались, словно дети. Саре то и дело приходилось призывать их к порядку. Над Нам-джу грохотал гром, но на поле не упало ни единой капли.

Итак, Чжун стоял на подаче, Чан в защите, когда Лиса громко застонала. Я, как обычно, не отрываясь, следила за Чанёлем и заметила, как он резко поднял голову и встретился глазами с сестрой. Очевидно, между ними произошел немой диалог, потому что Чан подлетел ко мне раньше, чем остальные спросили, что случилось.

— В чем дело, Лиса? — испугалась Сара.

— Ну почему я вижу их только сейчас? — расстроенно вопрошала девушка.

К этому времени подоспели остальные.

— Что случилось? — настойчиво спросил Сон Чжун.

— Они передвигались гораздо быстрее, чем я думала! Как же я могла ошибиться? — раздосадованно бормотала Лиса.

Сюмин склонился над подругой, готовый защитить ее от любых горестей.

— Что же изменилось? — ласково спросил он.

— Они услышали, как мы играем, и пошли быстрее, — покаянным тоном ответила Лиса.

Семь пар пронзительных глаз буравили меня взглядами.

— Когда они здесь будут? — резко спросил Сон Чжун, поворачиваясь к Чанёлю.

Лицо, которое я так любила, исказилось от страха.

— Менее чем через пять минут. Они очень торопятся, хотят увидеть игру.

— Ты успеешь? — поинтересовался доктор Чжун, пронзая меня взглядом.

— Только не с... Они ведь могут почуять запах и начать охоту!

— Сколько их? — обратился к сестре Бекхён.

— Трое.

— Трое? — презрительно хмыкнул он. — Пусть идут! — Бек заиграл внушительными бицепсами.

— У нас только один выход, — хладнокровно молвил Чжун. — Продолжим игру, Лиса же сказала, что им просто любопытно.

Весь этот разговор не занял и нескольких секунд, но, к своему удивлению, я четко расслышала каждое слово.

Конечно, я не поняла, что одними губами спросила у сына Сара, зато увидела, как он отрицательно покачал головой. На бледном лице женщины отразилось облегчение.

— Сара, мы поменяемся ролями, теперь ты будешь кетчером, — проговорил Чан, опускаясь на землю рядом со мной.

Остальные нерешительно повернулись к полю, то и дело бросая настороженные взгляды на лес. Судя по всему, Лиса и Сара не собирались уходить слишком далеко.

— Распусти волосы, — спокойно попросил Чанёль.

Я послушно сняла резинку, и длинные пряди рассыпались по плечам.

— Они скоро придут, — озвучила очевидную истину я.

— Сиди как можно тише, не разговаривай и, пожалуйста, не отходи от меня. — Чан старался говорить спокойно, но волнение все же звучало в его голосе. Он осторожно наклонил мою голову, чтобы волосы свесились на лицо.

— Не поможет, — мягко заметила Сара. — Они почувствуют ее даже с другого конца поля.

— Знаю, — разочарованно отозвался Чанёль.

Чжун встал у «дома», а остальные без особого желания включились в игру.

— О чем тебя спросила Сара? — спокойно спросила я.

— Интересовалась, голодны ли они, — неохотно ответил Чан.

Медленно текли секунды, игра шла вяло. Нанося каждый по удару, Бекхён, Розали и Сюмин кружили по полю. Несмотря на отупляющий страх, я то и дело ловила на себе взгляд Розали. Красивые глаза казались пустыми, но, присмотревшись внимательнее, я решила, что она злится.

Чанёля игра вообще не интересовала, он с тревогой смотрел на лес.

— Прости, Мэй. Мне не следовало подвергать тебя такой опасности!

Внезапно мне почудилось, что он перестал дышать, а глаза так и впились в край поля.

Чжун, Бекхён и остальные, отложив биты и ловушки, смотрели в том же направлении. Очевидно, они слышали звуки, недоступные для моих ушей.