Последняя игра

На кровати сидела Дженни в шёлковом халате цвета шампанского, с мокрыми волосами, которые она машинально подсушивала. Лиса лежала поперёк кровати, уткнувшись в подборку фотографий на телефоне, изредка поднимая голову, чтобы прокомментировать очередной наряд. Розэ, сосредоточенно прикусив губу, накладывала тени на веки Джису, которая сидела перед ней на полу, болтая ногами и рассматривая себя в зеркале с видом королевы бала.

— Джису, не двигайся, я пытаюсь сделать тебе кошачий глаз, — фыркнула Розэ, наклоняясь ближе.

— Ну извини, я не могу сидеть на месте, — хихикнула Джису.

Дженни расхохоталась:

— Но, кстати, кто придумал, чтобы на вечеринке были все? Даже парни?

— Это ты же и придумала, к слову, — заметила Розэ, не отрываясь от стрелок на глазах Джису.

— Да, но я имела в виду... не всех! — отмахнулась Дженни. — Ну зачем нам, например, Тэхён?

Тишина повисла на мгновение, и все — даже Джису — бросили на неё многозначительные взгляды.

— Что? — Дженни скрестила руки. — Я просто сказала.

— Ммм, — протянула Лиса, — а ты заметила, что ты в каждой третьей фразе упоминаешь Тэхёна? Даже если тема — еда?

— Я не упоминала его, когда мы обсуждали роллы.

— Потому что ты упоминала, что он не умеет есть васаби, — подловила Джису, с трудом сдерживая смешок. — «У него тогда слёзы потекли, как у ребёнка» — помнишь?

Розэ прикрыла глаза Джису рукой, чтобы не испортить макияж от смеха, и сказала с ухмылкой:

— Вы так влюблены друг в друга, но один из вас, — она посмотрела прямо на Дженни, — упорно это отрицает.

Дженни покраснела, но отбивалась, как могла:

— Просто он... раздражает. И... и улыбается так, будто знает, что я всё ещё думаю о нём!

— Потому что он знает, — сказала Лиса невозмутимо, выбирая серьги. — Он всегда это знал. Но не хочет давить на тебя.

Розэ закончила макияж и откинулась назад, довольно оценивая работу.

— О, Джису, ты выглядишь как роковая подружка на фоне свадебной драмы, — усмехнулась она.

— В смысле на фоне? Я — главная героиня, — парировала Джису, вставая и закружившись на месте.

— Хорошо, главная героиня, — Дженни перекатилась на живот. — А мы с Лисой кто тогда? Второстепенные персонажи?

— Нет, вы — спин-офф. Про сложные отношения, стиль, интриги и ночные разговоры на кухне, — заявила Розэ.

Лиса рассмеялась:

— Тогда ты у нас — музыкальный фон всей драмы. Без тебя всё рассыплется.

— Это... самый странный и самый милый комплимент, который я получала, — засмеялась Розэ.

— Ну что, девочки, — сказала Дженни, вскакивая, — у нас есть макияж, платья, драмы, бывшие, новые пары и очень много флюидов. Пора взорвать эту вечеринку.

****

Музыка грохотала, разноцветные огни скользили по потолку и стенам, создавая атмосферу настоящей вечеринки, полной молодости, смеха и танцев. Возле входа, едва Аса, Рами и Фарита переступили порог, их моментально окутал этот шумный вихрь.

— Так, мы только зашли, а тут уже жара, — шепнула Фарита, поправляя волосы и усмехаясь, оглядываясь по сторонам.

— Вон Джису и Дженни — уже как на концерте, — засмеялась Аса, указывая в центр танцпола.

И вправду, Дженни в блестящем топе и Джису в коротком платье со смехом отплясывали в ритм под биты, задирая всех, кто подходил ближе. Их танцы были искренними, дикими, с той лёгкостью, которая бывает только у тех, кто танцует для души.

Не успела Рами сделать шаг вперёд, как сзади возник Юнги. Его движения были расслабленными, но взгляд — прямым и уверенным. Он молча взял её за запястье и мягко повёл сквозь толпу, не объясняя ничего.

— Эм... ладно, я похищена, — тихо произнесла Рами, покраснев, но не сопротивляясь.

— Ты в надёжных руках, — коротко бросил Юнги, не оборачиваясь.

Аса и Фарита переглянулись и засмеялись в унисон.

— Ну, у нас одна уже «отключена от системы», — подмигнула Аса.

— И, кажется, навсегда, — добавила Фарита, с ухмылкой глядя, как Юнги и Рами опускаются на мягкие диваны в углу, почти скрытые от всеобщего обзора.

Тем временем возле одной из стен собрались Чонгук, Бэкхён и несколько других парней. Они устроили настоящий турнир по бир-понгу. Чонгук бросал шарик с театральной серьёзностью, в то время как Бэкхён, заливисто смеясь, вёл себя так, будто это его персональное реалити-шоу.

— Попал! Запоминай, как выглядят победители! — закричал Чонгук, поднимая руки в воздух.

— Ты попал один раз из семи. Не позорь меня, Гук, — фыркнул Бэкхён, кидая шарик вслепую — и... попадая.

Рядом с ними стояли Чимин, Джин и Тэхён. Джин сдержанно улыбался, наблюдая за игрой, а Тэхён хихикал в свой бокал, периодически подначивая игроков. Чимин же был будто не здесь. Его взгляд упёрся в одну точку — туда, где стояла Розэ.

Она была в лёгком светлом платье, сияющая, как всегда. Но рядом с ней стоял Чанёль. Слишком близко. Он что-то ей говорил, и она смеялась, откидывая голову назад, легко касаясь его плеча рукой.

— Чим? Ты с нами? — окликнул Тэхён, но тот даже не шевельнулся.

— Кажется, наш друг в режиме «ревность»... — пробормотал Джин, глядя туда же, куда и Чимин.

Чимин стиснул бокал в руке, зубы крепко сжаты. Его лицо было спокойно, почти холодно, но глаза — горели. В них вспыхивали искры раздражения, завуалированной ревности и... боли. Он не слышал музыки. Не чувствовал, как на него смотрят. В его голове было только одно: как Чанёль смотрит на Розэ. Как она смеётся рядом с ним. И как она не замечает его, Чимина.

— Чим, хочешь подойти к ней? — спокойно спросил Джин.

Чимин покачал головой.

— Нет. Я... смотрю. Пока.

В самом центре танцпола зажигали двое парней. Ын У и Субин не обращали ни на кого внимания, пока наслаждались громкой музыкой.

— Давай, Субин, — закричал Ын К, делая какое-то подобие тверка, отчего народ разражается громким смехом. Субин, в своей любимой безрассудной манере, снимает футболку и вертит ею над головой.

В другом конце комнаты всё совсем иначе. Хосок и Фарита танцуют, будто они одни во вселенной. Музыка та же громкая, но будто приглушается, когда она кладёт голову ему на плечо. Он бережно держит её за талию, ведёт в медленном, почти интимном ритме.

— Ты счастлива? — спрашивает он, склонившись к её уху.

— С тобой — всегда, — отвечает Фарита, улыбаясь, и их лбы соприкасаются. Для них не существует ни сумасшедших танцев на столе, ни ярких вспышек света — только они и тепло, что льётся от их прикосновений.

На диванчике у стены сидят Аса и Чонвон. Она держит стакан пунша, а он — бутылку воды.

— Им весело, — тихо говорит Аса, глядя на танцующих.

— У нас по-своему хорошо, — отвечает Чонвон, и она согласно кивает, укладывая голову ему на плечо.

А ближе к центру, ближе к веселью, Джису сияет, танцуя среди подруг. Она смеётся, задирает Дженни, хлопает по плечу Лису и делает свой фирменный «танец утёнка», от которого все всегда хохочут.

Джин наблюдает за ней издалека. Его лицо озарила улыбка, и ему казалось, что снова в неё влюбляется. Он медленно подходит, и когда она оборачивается, Джин уже кладёт руки ей на талию, наклоняясь чуть ближе:

— Пропустил полтанца. Надеюсь, оставишь парочку движений для меня?

— Оставлю даже три, если станцуешь с этой же улыбкой, — смеётся она, цепляясь руками за его плечи.

И они начинают двигаться в такт — не так бурно, как остальные, но слаженно, с мягкими взглядами, которые говорят больше слов.

Дженни двигалась в такт музыке, держа в руке какой-то вкусный пунш. Кто-то из ребят звал её потанцевать с ними, но она отказывалась, наслаждаясь одиночеством.

И всё было бы прекрасно, если бы не один взгляд, который она чувствовала с самого начала вечеринки. Он жёг спину, пронзал затылок, прилипал к каждой её эмоции. Тэхён. Он был здесь. С самого начала. Стоял у стены, облокотившись на неё, как всегда, будто и не было двух месяцев молчания. Она не обернулась ни разу, хотя знала: он смотрит. Неотрывно. Но они теперь друзья.

*Просто друзья*, — напоминала она себе с каждой шуткой, каждым глотком, каждым смехом, звучащим чуть громче, чем нужно.

Она ловко проскользнула мимо танцующих тел и направилась к напиткам. Там было тише. Намного тише. Дженни уже потянулась за половником, чтобы налить себе ещё пунша, как в проёме появилась фигура, от которой внутри всё неприятно сжалось.

— Привет, Дженни, — Айрин.

Дженни замерла на секунду, затем спокойно поставила стакан и шагнула в сторону, собираясь выйти.

— Подожди, — тихо сказала Айрин. — Я не хочу ссориться. Я просто... хочу рассказать тебе правду.

— Поздно, — бросила Дженни, не оборачиваясь.

— Про тот поцелуй.

Это заставило Дженни остановиться. Она всё ещё стояла спиной к Айрин, но уже не уходила.

— Ты думаешь, что у нас что-то было и что я хочу его вернуть, — продолжила Айрин. — Но если бы я действительно любила Тэхёна... я бы сейчас придумала всякую дичь. Сказала бы, что он не отстранился. Или что мы продолжили. Или что он сам меня поцеловал. Но я не могу.

Дженни медленно обернулась, глядя на неё. В её глазах читалась настороженность, почти боль.

— Это было после того, как его команда проиграла матч. Он пришёл в клуб, злой, уставший. Вы были в ссоре, и ты не пришла на матч. Я... я увидела, как он был разбит, поэтому села рядом, поговорила. Тэхён был удивлён меня увидеть. А потом... я его поцеловала. Взяла и поцеловала. Потому что думала, что у меня есть шанс.

— Но ты же... — Дженни нахмурилась. — Он...

— Он оттолкнул меня. Сразу.

Дженни тяжело вздохнула.

— Почему ты мне говоришь это?

Айрин долго не отвечала, будто решая, стоит ей говорить или нет. Но затем всё же сдалась.

— Он поймал меня недавно в университете и попросил рассказать ему, что тогда произошло, — призналась она. — Я сказала, как есть и попыталась снова его поцеловать, но он не позволил. Тэхён сказал одну вещь, из-за которой я поняла, что шанса у меня нет. Никогда не было.

В комнате повисла тишина. Только далёкие басы продолжали пульсировать из гостиной.

— Что он сказал? — голос Дженни дрогнул.

Айрин посмотрела на неё внимательно, искренне.

— Это не мои слова, Дженни. Ты должна услышать это от него. Он заслуживает этот шанс. И ты тоже.

На мгновение показалось, что мир замер. А потом Дженни только кивнула. Едва заметно. Когда она хотела развернуться и уйти, Айрин остановила её.

— Ты... — начала она, а затем, вздохнув, продолжила: — Не такая, как я думала. Тэхён заслуживает такую девушку, как ты и мне жаль, что мы с тобой так плохо начали наше знакомство.

Дженни удивилась этому.

— Может, мы можем это исправить, — сказала она, слегка улыбнувшись. — Спасибо, что сказала мне правду.

Айрин улыбнулась и кивнула. Когда она ушла, Дженни поняла одну вещь: ей срочно нужно узнать, что сказал Тэхён.

****

Вечеринка была в самом разгаре. Розэ блистала, как всегда. В ослепительно-белом платье, с ярким смехом и той особенной искрой в глазах, которая делала её душой любой компании.

— Ты уверена, что хочешь это делать? — Чанёль склонился к ней чуть ближе, чтобы перекричать музыку.

— А у тебя есть лучшее предложение? — Розэ повернулась к нему с кокетливой улыбкой, взяв бокал с пуншем со стола.

— Ну, кроме как довести одного парня до белого каления? Нет, — усмехнулся он.

Она посмотрела через зал. Чимин стоял у стены, как всегда — чуть в стороне, но наготове, будто собирался в любой момент вмешаться. Его глаза прожигали её спину. Он не сводил с неё взгляда. И хотя на лице была привычная маска безразличия, пальцы крепко сжимали пластиковый стакан, а челюсть была напряжена.

Розэ чувствовала это каждой клеткой. Он бесится. Он ревнует. И вдруг ей стало тяжело дышать. Не от страха. От осознания: он действительно ей тогда солгал.

Но прежде чем она успела полностью отдаться этой мысли, Чанёль сделал то, что она не ожидала. Парень обвил руки вокруг её талии, уверенно, но нежно, и притянул её к себе ближе, так, как будто они действительно были вместе. Не просто играли роль.

Она нахмурилась, собираясь что-то сказать, но он наклонился и прошептал на ухо:

— Доверься мне. Он должен понять, что теряет.

Розэ глубоко вдохнула. Она хотела бороться с этим, сказать, что уже всё слишком далеко, но... она позволила. Осталась рядом. Откинулась чуть ближе к нему и даже засмеялась. Искренне? Не совсем. Но убедительно.

Чимин видел всё. И чувствовал, как внутри всё начинает кипеть. Он почти слышал, как собственная кровь стучит в висках. Его плечи были напряжены, руки — сжаты в кулаки, хоть и прятались в карманах. Рядом стоял Намджун, наблюдая за ним с интересом, как будто изучал: насколько долго ты продержишься, Чимин?

— Ты в порядке? — спросил он, делая вид, что пьёт из своего стакана.

— Ага, — прошипел Чимин, не отрывая взгляда от Розэ.

Он сделал большой глоток пунша, поставил стакан на ближайшую полку и резко развернулся. Ему нужно было выпустить пар. Прямо сейчас. Он протянул руку и схватил первую попавшуюся девушку, проходящую мимо.

— Пойдём, потанцуем, — сказал он, даже не дожидаясь ответа.

Та была не против — она давно уже на него поглядывала. Они вышли в центр зала, и Чимин начал двигаться в ритм музыки, не сводя взгляда с Розэ. Он чувствовал, как её глаза нашли его. И это была уже игра на двоих.

****

Лиса пробиралась сквозь толпу, сжимая в руке бутылку воды. Её взгляд был сосредоточен — она шла к столу с бир-понгом, по одной единственной причине: там был Чонгук.

Он был в эпицентре внимания — громкий смех, азарт, чуть растрёпанные волосы. Его бросок — и шарик точно в центр стакана. Толпа взорвалась аплодисментами.

— Это было чертовски красиво, Чонгук! — завопил кто-то сбоку.

— Я знаю, — с ухмылкой кивнул он.

Но Лису насторожило не это. А девушка. Та, что стояла рядом с ним, чересчур часто хихикала, касаясь его плеча, груди, а один раз даже запустила пальцы в его волосы, как бы случайно, поправляя прядь, которая и так лежала идеально. Лиса прищурилась. Сердце сжалось, хотя в глубине души она знала: он её парень. Но эта сцена слишком уж напоминала то, что обычно заканчивается ссорами.

Она резко подошла к ним, остановилась рядом с девушкой и с самым вежливым, но холодным голосом сказала:

— Рука у тебя не болит?

Та девушка обернулась, ошарашенная.

— Прости?

— Ты слишком много трогаешь чужих парней. Проверь свою координацию где-нибудь в другом месте, — Лиса даже не повысила голос, но в её взгляде читалась сталь.

Чонгук ухмыльнулся, не вмешиваясь. Девушка что-то пробормотала и отошла, краснея. Он повернулся к Лисе, облокотился на стол и прошептал ей на ухо:

— Мне чертовски нравится, когда ты ревнуешь.

— Не льсти себе, — закатила глаза Лиса, но в уголках губ мелькнула улыбка.

— Хочешь сыграть? — кто-то передал ей шарик.

Лиса кивнула, сняла куртку и встала напротив нового противника. Чонгук отошёл чуть в сторону, скрестив руки на груди, и наблюдал. Его глаза не отрывались от неё ни на секунду. Первый бросок — идеально точно. Шарик, как по команде, попал в центральный стакан. Толпа загудела.

— Что это было? — присвистнул один из парней. — Лиса вперёд!

Чонгук прикусил губу, сдерживая улыбку. В его взгляде читалось всё: гордость, обожание, и капля желания. Каждый её бросок был точен, уверенность — на пределе. Она чуть наклонялась, прицеливалась, делала бросок — и почти каждый шарик попадал. Её лицо сияло азартом, волосы спадали на плечи, а в глазах горел огонь.

Чонгук, будто загипнотизированный, не мог оторваться.

— Интересно, она занята? — прошептал кто-то сзади него, обращаясь к нему.

— Я с ней встречаюсь, гений, — тихо усмехнулся он.

Финальный бросок — и победа. Противник сдался, махнув рукой.

— Ну ты и машина, — выдохнул он, сдаваясь.

В ту же секунду Чонгук подскочил к Лисе, подхватил её на руки и, не думая, закружил посреди зала.

— Чонгук! — засмеялась она, обняв его за шею. — Опусти! Сейчас всех разнесёшь!

— Это было чертовски круто! Ты вообще кто?! — он смеялся вместе с ней, глядя прямо в глаза.

****

После разговора с Айрин всё в голове Дженни гудело, как в замедленном фильме. Музыка внизу казалась далёким эхом, люди — лишь размытыми силуэтами. Она стояла у стены, сжимая стакан с пуншем, который так и не допила. Мозг упорно возвращал её к одному моменту: Он сказал мне кое-что, после чего я поняла — у меня нет шанса.

Её взгляд сам нашёл его в толпе. Он стоял у стойки, смеясь над чем-то с парнями из команды, ярко жестикулируя, как всегда. Такой родной. Такой... её. Но на мгновение, повернувшись в её сторону, он словно замер. Их взгляды встретились. Дженни кивнула ему, чуть приподняв подбородок и указав глазами на лестницу. Его улыбка исчезла, и он, не раздумывая, кивнул в ответ.

Она пошла первой. Шаги по лестнице казались бесконечными. Когда они оба оказались на втором этаже, в коридоре, где царила тишина, нарушаемая только далёкой музыкой снизу, она повернулась к нему.

— Айрин всё рассказала, — начала Дженни. Голос её был ровным, но внутри всё трепетало. — Как всё было на самом деле.

Тэхён не отвечал. Он смотрел на неё, чуть нахмурившись.

— Она сказала, что это был один поцелуй. И что ты её оттолкнул.

— Это правда, — тихо сказал Тэхён. — Я тебе клянусь, что не помнил этого, пока она не рассказала мне.

— Я знаю. — Дженни перебила, глядя прямо в его глаза. — Я злилась, мне было больно, потому что я думала, что ты снова меня обманул и, что хуже, изменил. — Тэхён вздрогнул от этого слова, но затем взял себя в руки. — Пыталась понять, как с этим справиться, а потом ещё твоя травма, и ты нуждался во мне...

Тэхён сделал к ней шаг, слегка коснувшись её руки своей.

— И ты мне очень помогла, — сказал он. — Когда ты пришла в ту палату и пролежала со мной несколько часов, мне было очень спокойно.

Дженни кивнула, не смотря на него.

— Думала, что мы можем остаться друзьями, но мне всё равно было больно, — продолжила она. — Перед глазами был тот поцелуй, я никак не могла выкинуть его из головы, — Тэхён слушал её, не перебивая, а сердце бешено колотилось. — Слова Айрин... немного облегчили боль, и я должна узнать одну вещь.

— Я отвечу тебе на всё, что ты захочешь, — тихо сказал Тэхён, сделав ещё один шаг к ней.

— Она упомянула, что ты сказал ей нечто, из-за чего она поняла — у неё нет шансов.

Он отвёл взгляд, нервно потерев шею. Секунда. Другая. Тишина между ними стала почти невыносимой.

— Что ты ей сказал? — голос Дженни стал тише, но в нём было больше силы, чем за весь вечер.

Тэхён глубоко вздохнул и, наконец, заговорил. Тихо, будто боялся разрушить момент. Он приподнял её лицо за подбородок, чтобы она могла посмотреть на него.

— Я сказал ей, что люблю тебя. Что всегда буду любить.

Будто весь воздух вышел из лёгких Дженни. Она буквально перестала дышать. Сердце колотилось в груди, словно пыталось вырваться. Она молчала. Стояла, вглядываясь в него, не веря, что услышала это.

— Дженни? — прошептал он, делая шаг ещё ближе. — Скажи что-нибудь.

Она подняла глаза, дрожащие ресницы едва не закрывали зрачки.

— Повтори, — одними губами попросила она.

Тэхён посмотрел на неё с такой теплотой, что у неё защемило в груди.

— Я люблю тебя. Всегда любил. Ты для меня... всё. — Он провёл пальцами по её щеке, медленно, осторожно, словно боялся, что она исчезнет. — Если придётся снова и снова доказывать тебе это — я буду. Я не уйду. Никогда больше.

Одна-единственная слеза скатилась по щеке Дженни. Она прикусила губу, чтобы не расплакаться, но было поздно.

— Я тоже тебя люблю, — выдохнула она.

И это было всё, что нужно было услышать. Тэхён не сдержался. Он аккуратно смахнул её слезу, обхватил её лицо и поцеловал. Медленно. С нежностью, с тоской по неделям разлуки, с отчаянной надеждой. Дженни сразу ответила ему, прижавшись ближе, будто не хотела отпускать ни на секунду.

Когда они отстранились, тяжело дыша, Дженни прошептала:

— Мне безумно тебя не хватало.

Тэхён улыбнулся и ткнулся лбом в её лоб.

— Больше никогда не будем терять друг друга, ладно?

— Ладно, — тихо кивнула она, всё ещё не отпуская его.

****

Чимин продолжал танцевать. Девушка прижималась к нему всё ближе, её руки легли на его плечи, но он даже не слышал, что она говорила. Он не чувствовал её прикосновений, не слышал музыки — он слышал только свои мысли. Не смотреть. Не думать. Не вспоминать.

Но взгляд всё равно то и дело возвращался туда — к ней.

Розэ с этим чёртовым Чанёлем, который вёл себя слишком... убедительно. Он смеялся, наклонялся к ней слишком близко, держал за талию чуть крепче, чем позволительно другу семьи. И она — она позволяла.

Она делает это нарочно. Чтобы выбесить его.

И у неё получалось.

Розэ не могла не замечать, как Чимин пылает. Даже в полумраке она чувствовала его взгляд, колкий и прожигающий. Она знала, что он видит, как она держится за Чанёля, как тот склоняется к ней, шепчет что-то на ухо. Но этого было недостаточно.

Ты хотел, чтобы я перестала? Хотел, чтобы я отпустила? Считай, отпустила.

— Прости, Чанёль, — прошептала она, обернувшись к нему. — Это будет немного... чрезмерно.

— Ты уверена? — его голос стал тише.

— Он должен почувствовать, каково это, — прошептала она и, не дожидаясь ответа, обхватила его лицо ладонями... и поцеловала.

Не просто дотронулась губами, а впилась, красиво, демонстративно, на глазах у всех. Толпа взорвалась возгласами, кто-то даже захлопал, кто-то засвистел.

Но никто не ожидал, что произойдёт дальше.

Ревность ударила Чимину в грудь, как локтем в солнечное сплетение. Он оттолкнул девушку, с которой танцевал, почти забыв о её существовании, и пошёл к ним. Быстро, решительно. Чанёль еле успел повернуться, прежде чем кулак Чимина врезался ему в челюсть. Толпа ахнула. Чанёль отшатнулся, но тут же дал сдачи. Началась настоящая драка.

Розэ в панике закричала:

— Хватит!

Парни из команды рванулись к ним. Намджун и Юнги вцепились в Чимина, оттаскивая его назад, а Тэхён схватил Чанёля.

— Успокойся! Ты что творишь, Чимин?! — крикнул Намджун, держась изо всех сил.

Чимин выругался, вырвался из рук ребят и, не оборачиваясь, вылетел из дома, хлопнув дверью так, что с потолка упала гирлянда.

Розэ замерла на месте. Её сердце колотилось, как бешеное. Она перевела взгляд на Чанёля — тот вытирал кровь с губ, покачал головой и выдохнул:

— Он не отпустил тебя.

Она уже это знала. Сердце подсказывало ей это ещё до поцелуя.

— Прости, — прошептала она ему и, развернувшись, выбежала вслед за Чимином в прохладную ночь.

Он стоял у края дороги, тяжело дыша, вжимая кулаки в карманы джинсов. Спина напряжена, плечи дрожали от адреналина.

— Чимин, — тихо позвала она.

Он не обернулся.

— Зачем ты вышла? — голос его был хриплым.

— Потому что не могу смотреть, как ты уходишь, — выдохнула она, приближаясь.

Молчание. Чимин еле сдерживал свой гнев, смотря вперёд.

— Я сделала это нарочно, — призналась она. — Хотела, чтобы ты почувствовал то, что чувствовала я.

Он повернулся к ней. Глаза — полные боли, гнева, и... вины.

— Я и так чувствовал. Каждый день. — Он сделал шаг ближе. — Ты думаешь, мне было просто уйти от тебя?

— Тогда почему ты это сделал? — прошептала она.

Чимин сжал челюсть, отвёл взгляд, будто сдерживая нечто сильное. Он молчал. Глаза были устремлены в землю, руки сжаты в кулаки. Молчание тянулось мучительно долго.

— Почему?! — повторила она громче, уже с надрывом, сделав шаг к нему. — Скажи хоть что-нибудь, Чимин!

И тут его будто прорвало.

— Потому что у меня не было выбора! — рявкнул он, подняв голову. В его голосе звучала злость, но злость — на себя. — Потому что этот грёбаный Тэян поставил мне ультиматум! А я... я был слишком испуган за твое будущее, чтобы с ним бороться.

Розэ застыла. В её глазах — шок, замешательство. Она будто не дышала.

— Что он тебе сказал? — еле слышно прошептала она.

Чимин закрыл глаза, будто каждое слово ранит его самого.

— Он сказал... если я не брошу тебя, — голос стал глуже, сдавленнее, — то увезёт тебя. Заберёт далеко от Сеула. Подальше от всех: от друзей, от твоей мечты, от университета, от меня. Увезёт туда, где ты будешь одна.

Розэ пошатнулась. Будто почва под ногами дала трещину. Слёзы текли по её щекам беззвучно, но предательски ярко. Чимин не выдержал. Он сделал шаг к ней, рука потянулась, чтобы стереть её слёзы, обнять, закрыть от боли...

Но Розэ резко отступила. Глаза её были полны предательства.

— Розэ, пожалуйста, — выдохнул он.

Она не ответила. Не проронила ни слова. Просто развернулась и пошла прочь, быстрым, решительным шагом, будто знала точно, куда.

— Розэ! — окликнул он. Она не остановилась. — Розэ, стой! — голос надломился, но она продолжала идти. — Я люблю тебя! — крикнул он, будто этим криком пытался удержать её.

И она... замерла. На долю секунды. Сердце Чимина замерло вместе с ней. Но она так и не обернулась. И продолжила идти дальше, растворяясь в темноте улицы, оставляя его стоять на месте, с разбитым сердцем и слезами в глазах.

Из дома вышли друзья, которые наблюдали этот момент из окна дома.

— Чимин? — первой заговорила Дженни, с лёгкой тревогой в голосе. — Что произошло?

Он не сразу ответил, будто пытался собраться. Джин подошёл ближе и встал рядом, положив руку ему на плечо. Чонгук остался чуть поодаль, напряжённый.

— Розэ... всё узнала, — наконец выдавил Чимин.

Девочки переглянулись.

— Что узнала? — Джису прищурилась, но в её голосе уже звучало беспокойство.

Чимин горько усмехнулся.

— Всё. Про Тэяна. Про то, почему я ушёл. Всё, чего так боялся... теперь знает.

— И что она сказала? — тихо спросил Чонгук.

— Ничего, — он покачал головой. — Просто ушла.

Тэхён шагнул вперёд:

— Ты ей всё рассказал?

— Да.

Джин кивнул.

— Хорошо. Это правильно.

— Да правильно, — буркнул Чонгук. — Только поздно, как всегда.

Чимин опустил голову. Его лицо было напряжено, но голос уже дрожал. На несколько секунд повисло молчание.

И вдруг Джису повернулась к Дженни и Лисе. Их взгляды встретились — полные понимания.

— Нам нужно её найти, — уверенно сказала Джису.

— Да, — поддержала Дженни. — Сейчас она одна. Слишком много для одного вечера.

— Вы думаете, она пошла к Тэяну? — обеспокоенно спросила Лиса.

— Однозначно, — кивнула Дженни. — И мы не можем оставить её одну в такой момент.

— Поддержка — это всё, что ей сейчас нужно, — добавила Джису и уже развернулась, вытаскивая из кармана телефон. — Пошлите.

— Девочки... — позвал их Чимин.

Они обернулись.

— Если она не захочет меня слушать... передайте ей, что я не играл. Ни в одной секунде нашей истории.

Лиса мягко улыбнулась, впервые за вечер:

— Ты можешь сам это ей сказать. После.

— А сейчас, — вмешалась Дженни, — она — наша приоритетная цель.

— Погнали, — бросила Джису и пошла вперёд, уже звоня кому-то. Дженни и Лиса последовали за ней.

Чонгук посмотрел на Чимина, похлопал его по плечу:

— Ты всё правильно сделал, бро.

— Она может не простить меня, — прошептал Чимин.

— Зато теперь она знает правду, — спокойно добавил Джин.

— А правда, — сказал Тэхён с полуулыбкой, — иногда ранит сильнее лжи, но зато она лечит.

Они остались стоять у дома, а девочки уже растворялись в темноте улицы, ведомые не просто желанием помочь... а настоящей сестринской преданностью.

****

Розэ закрыла за собой дверь. Она стояла на пороге — растрёпанная, промокшая от слёз, с опустошённым взглядом. Свет из прихожей падал на её лицо, и глаза — обычно яркие, сияющие — теперь были мёртво-тёмными, как будто всё в ней выгорело.

Из кухни вышел Тэян, в тренировочных штанах и с бутылкой воды в руке, удивлённо подняв брови.

— Ты чего так рано?.. — начал он, но замолчал, увидев её лицо.

Он сразу понял — что-то случилось. Всё его тело напряглось, голос стал настороженным.

— Розэ?.. Что произошло?

Она молчала. Просто смотрела на него, и в этом взгляде не было ни сестринского тепла, ни даже боли — только глубокое, ужасающее разочарование.

— Розэ, скажи уже, что случилось? — подошёл ближе, но она подняла руку, останавливая его.

— Я всё знаю, — голос её дрогнул, но был чётким.

— Что?.. — нахмурился Тэян, уже чувствуя, как подступает страх.

— Про тебя. Про Чимина. Про то, как ты шантажировал его, чтобы он бросил меня. — она выговаривала каждое слово, будто оно было ножом, который она вонзала ему в сердце — так, как он однажды вонзил ей.

Он замер.

— Розэ, послушай, это не...

— Не заслуживает объяснений, — крикнула она, слёзы снова покатились по её щекам. — Ты же знал, как мне больно. Ты сидел рядом, обнимал, говорил, что всё будет хорошо, что я заслуживаю лучшего, — её голос сорвался. — А всё это время — ты и был причиной моего разбитого сердца!

— Я хотел тебя защитить, — вспылил Тэян, подходя ближе. — Он бы разрушил тебя!

— Нет! — она отступила. — Ты разрушил меня, не он. Чимин хотя бы любил меня по-настоящему, а ты... — она всхлипнула. — Ты управлял моей жизнью, как какой-то проклятый тренер на поле. А я — твой игрок?

— Ты — моя сестра! — выкрикнул он. — Я всё делал ради тебя.

— Ты делал это ради контроля, не ради любви! — прошипела она. — Если бы ты меня любил, ты бы не использовал страх, ты бы не лгал! Ты бы дал мне право самой решать, кто делает меня счастливой!

Тэян пытался заговорить, но она уже не слушала. В её глазах — огонь, боль, обида, предательство.

— Ты не брат. Ты — тиран, который решил, что знает лучше.

— Розэ, прошу тебя... — голос его задрожал. Он потянулся к ней.

— Не трогай меня. — Она отпрянула, как от огня. — Я ненавижу тебя. И не хочу больше тебя видеть.

Эти слова повисли в воздухе, как выстрел. Тэян замер, будто его ударили. Даже дыхание сбилось.

Розэ повернулась, схватила ключи со стола, открыла дверь.

— Нам надо поговорить, я не хотел тебе зла! — кричал Тэян ей вслед, бросаясь за ней.

Розэ остановилась и бросила ему через плечо.

— Нам больше не о чём говорить, ты не тот Тэян, которого я знала.

Дверь захлопнулась. А Тэян остался один, посреди кухни, с опущенными руками и горлом, сдавленным собственными поступками.

****

Розэ лежала головой на коленях Джису, пока ты гладила её по голове. Они уже переоделись и сидели все на диване, переживая за салю подругу. Её глаза были красными от слёз и, казалось, больше слёз уже не могло быть, но они продолжали течь из её глаз.

Лиса вернулась из кухни со стаканом воды.

— Выпей немного, — мягко сказала Лиса, присаживаясь на край дивана и протягивая стакан.

Розэ покачала головой.

— Не хочу. Спасибо, Лис.

Голос её дрогнул, и она на секунду прикрыла лицо руками, как будто пыталась сдержать всё, что накипело. Потом она подняла глаза, полные обиды, боли и злости. Встав с колен подруги, она села ровнее на диване.

— Я злюсь. На Тэяна... Чёрт побери, я злюсь на Чимина... И на себя, — её голос набрал силу, срываясь на полушёпот. — Как он мог? Как он мог поставить Чимина перед таким выбором? Или-или? Это же не игра, это чувства! Люди! — Она резко выпрямилась, подушку бросила на пол. — И Чимин... Он должен был сказать мне. Он должен был прийти и сказать мне обо всём, а не исчезать, как трус. Я думала, он — тот самый. А он отказался от нас.

Дженни нахмурилась, поглаживая Розэ по спине.

— Ты имеешь полное право злиться. И на Тэяна, и на него. Но ты не виновата. Никогда не вини себя в том, что кто-то выбрал страх вместо тебя.

— Он меня любил, я же это чувствовала... и он сказал мне это... — прошептала Розэ, опуская взгляд. — Но он не выбрал меня.

Наступила пауза. Джису первой её нарушила.

— А может, и выбрал бы, если бы не этот козёл Тэян. Надо ему что-нибудь в суп подсыпать... — сказала она, вызывая смешок у Дженни.

Лиса, тихо улыбнувшись, коснулась руки Розэ.

— Знаешь, Чимину тоже непросто. Он страдает, может, даже сильнее, чем ты. Я часто видела, как он в одиночку на поле сидел. Смотрел в одну точку. Чимин не просто ушёл — он разрывался.

— Но он ушёл, — тихо, но с твёрдостью в голосе ответила Розэ. — Он мог быть со мной, если бы боролся, но выбрал быть послушным.

Дженни вздохнула.

— Тэян звонил тебе? — спросила она.

— Да, тридцать раз, — усмехнулась она. — Но я не хочу его слышать. Тэян серьёзно собирался лишить меня всего, если бы Чимин не бросил меня?

Девочки молчали, не зная, что на это ответить. Со стороны Тэяна это было слишком жестоко.

Джису, немного посерьёзнев, посмотрела на Розэ:

— Слушай, ты можешь остаться у нас. Ну серьёзно. Возьми паузу. Успокойся, отдышись.

Розэ смотрела на неё пару секунд, будто не веря, будто не решаясь. Потом кивнула.

— Спасибо. Я... правда. Вы не представляете, как много это значит. Я бы с ума сошла одна в той квартире.

— Мы же команда, — сказала Лиса с теплотой. — Мы же семья, в конце концов.

— И все парни могут катиться, — добавила Джису. — Ну, кроме Джина и Чонгука... пока что.

Дженни, вернувшись к ним, чуть замялась, прежде чем сказать:

— И Тэхёна.

Девочки посмотрели на неё, а та покачала головой, как бы говоря «не сейчас».

****

Чимин сидел на краю дивана, сутулясь, в одной руке — телефон, в другой — браслет Розэ, который она так и не забрала. Это причиняло огромную боль.

Он уже в сотый раз открывал диалог с ней в мессенджере. Пальцы замирали над клавиатурой — «Прости». Нет. «Я должен был сказать правду». Нет. «Я всё ещё люблю тебя». Чимин чертыхнулся и закрыл чат. Его сердце рвалось наружу, но он знал — это не тот момент. Он не имел права вмешиваться в её раны сейчас.

Чимин: Как она?

Чимин уставился на экран телефона, ожидая ответа, и тот пришёл спустя пару минут.

Дженни: Разбита, но по крайней мере перестала плакать.

Парень вздохнул. Как же он не любил её слёзы.

Чимин: Я должен поговорить с ней.

Дженни: Пока не время, Чимин. Она не готова.

Чимин стиснул зубы, бросил телефон на диван и схватился за голову, проваливаясь в бесконечную вину. Он знал, что поступил как трус. Он знал, что Тэян поставил его перед выбором, но ведь он мог бороться... мог...

И тут — громкий, резкий стук в дверь. Не звонок, а именно стук — как будто кто-то бил кулаком. Чимин резко встал, сердце пропустило удар. Открыл дверь — и не успел ничего сказать.

— Тварь. — процедил Тэян, и в следующее мгновение кулак ударил Чимина в челюсть.

От удара Чимин отшатнулся, но тут же перехватил руку Тэяна, вывернул её за спину, дыхание стало хриплым от адреналина.

— Хватит! — выдохнул он. — Ты пришёл драться или говорить?

Тэян вырвался, дыша тяжело, как зверь перед броском. Лицо перекошено злостью.

— Из-за тебя она теперь меня ненавидит! — закричал он, шагая по комнате, как лев в клетке. — Я хотел её защитить! А теперь она смотрит на меня, будто я чудовище!

Чимин опёрся о стену, утирая кровь с разбитой губы.

— Думаешь, она меня любит после того, что я сделал? Думаешь, мне легко? Она ненавидит меня так же сильно, и я полностью это заслужил.

— Ты должен был отступить, когда я сказал. — Тэян всё ещё кипел. — Я знал, что ты разобьёшь ей сердце.

— А ты разбил его первым. — тихо, но отчётливо сказал Чимин. — Ты дал ей понять, что не веришь в меня. А хуже всего — ты дал ей понять, что её чувства можно изменить по твоим правилам.

Он жестом показал на диван.

— Сядь. Пожалуйста. Хватит играть в воина. Поговорим как люди.

Тэян колебался, но потом тяжело выдохнул и опустился на край дивана, не сводя взгляда с Чимина. В его глазах была не только злость — в них была боль, потеря, страх.

— Я всю жизнь её оберегал, — тихо сказал он. — А потом пришёл ты... и всё пошло к чертям.

Чимин сел рядом, оставив между ними пару подушек пространства.

— Я её не использовали и не играл с ней, что бы не сказала тебе Момо. Чёрт, Тэян, ты даже не представляешь, как она изменила всё во мне. Она как свет... И я идиот, потому что позволил этому свету уйти. По твоему приказу. Потому что поверил, что так будет правильно.

Тэян медленно повернул голову, смотря на него пристально.

— Момо говорила, что ты встречался с Розэ только назло мне.

Чимин затаил дыхание, потом резко встал, и в его голосе прозвучала уверенность:

— Это ложь. Клянусь, я бы никогда не использовал её. Я отдал бы всё, чтобы вернуть то, что у нас было. И теперь я не отступлю. Не убегу. Я буду бороться за неё до последнего, даже если она меня не простит. Даже если ты опять встанешь на пути. Потому что я знаю — она того стоит.

Наступила долгая пауза. Тэян молчал, глядя перед собой. Было видно, как в нём что-то ломается. Потом он заговорил тихо:

— Если она простит тебя... если она сама выберет тебя... я больше не встану у вас на пути. Но знай — теперь всё зависит от неё. Не от меня. И если она будет плакать из-за тебя снова... я вернусь. И на этот раз ты не встанешь на ноги.

Чимин кивнул.

— Справедливо.

Тэян встал, бросил на него последний, тяжёлый взгляд — и вышел, хлопнув дверью.
А Чимин остался стоять посреди комнаты, сердце бешено колотилось, но впервые за долгое время — в нём была надежда.